Tentation francaise

      Дни летели также быстро, как и разбирали булочки, багеты, да и абсолютно разные изделия из достаточно известной французской пекарни, которая стояла в центре площади. Просто обычная, ничем не примечательная пекарня, но в день её посещают до ужаса много людей, как иностранцы, так местные жители, или же приехавшие в столицу из другого города, но это уже было не важно. И если по выходным или же в период времени с часу дня, и до пяти, там всего лишь единицы, и это в будний день, то по выходным, или же в час пик, когда люди спешат на работу, и заскочив в скромненький ларёк, они берут себе булочку, и отправляются обратно в сторону рабочего места. Или же когда человек идёт с работы, он неспеша, с возмутительной усталостью заходит в пекарню, где его встречают добрые, улыбающиеся продавцы, которые будто никогда не бывают в плохом настроении, продают ему свежевыпеченое яство, и с радостью, счастливый, уже пропитавшийся этой добротой, и этими радостными эмоциями, человек идёт домой, не подозревая, что в этой пекарне могло бы произойти ещё...             Франция сидел за столиком, и попивал только что заваренный кофе. Он любил этот напиток всем сердцем, и просто не мог себе представить жизнь без него. Закусывая тёплой, вкусной булочкой, он сощурил глаза и посмотрел за окно. Ничего необычного, тёплая, такая прекрасная осень, и единицы листков падают с деревьев, укрывая площадь желтыми, прекрасными листьями. Хотя они были разных оттенков, но несмотря на всю эту красоту, французу было плевать. Он ненавидел осень, и всегда мечтал чтобы она закончилась как можно скорее. И скорее, в это время он был наиболее раздраженный. Он знал что уже этой ночью, а точнее в четыре утра должен был приехать британец, ну а точнее приплыть, и они будут обсуждать очень интересные темы, если Франция во время этих, ужасно содержательных диалогов, не схватится за нож, и не решит покончить с этим скучным диалогом, а заодно, в комплекте, и с жизнью такого ненавистного, ненасытного, грязного, гадкого британца. Франция посмотрел на себя в зеркало, которое висело на стене, напротив его кресла которое висело у стола, на стене, которая находилась у окна. Да, именно так, и чтобы посмотреть в окно, Французу нужно было поворачивать голову, но это не особо важно сейчас.              И вот, сделав вновь глоток свежего кофе, он потянулся на своем кресле, и открыв глаза столкнулся со своим портретом, который отражался в зеркале, и чуть слизав кофе с верхней губы, он продолжил восхищаться собой. Он знал насколько он красив, насколько сексуален, прекрасен, чудесен, и сколько девушек свёл с ума. Но ни одна не пришлась ему по душе, и даже сейчас, к нему подходит очень красивая официантка, в красивом, розоватого оттенка платье, и спрашивает, будет ли он что-либо ещё, и ни одна мышца на его лице ни разу, ни разу не вздрогнет.       - Будете что-то ещё? - игриво спросила она. - Ох, нет, спасибо... - губы Франции расплылись в тёплой улыбке, которая показывала что ему всё нравится, и что его всё устраивает. Девушка уверенно кивнула, на что получила шутливый, ответный кивок, и приложив ладонь к губам, она тихонько, еле слышно для Француза хихикнула, и скрылась за достаточно маленьким, как для этого местечка количеством людей.       А Франция продолжил любоваться собой, периодически надпивая из своей чашки кофе. Проводя руками по столу, парень начал думать о грядущей встрече, и что вы думаете? Конечно первым делом он решил обзавестись колкими фразами, чтобы если что поставить наглого британца на место, показав кто здесь хозяин. И вот так вот в сплошных раздумьях, он провел всё оставшееся время, изредка надпивая кофе, и откусывая свежую булочку. Незаметно для самого Француза, на его плечо положили руку. Был бы это кто другой, и может быть не в те года, он бы на всю пекарню матернулся бы от страха, а тут, он просто вздрогнул и подавился кофе. Конечно же, виновник сего деяния, ни разу не решился помочь пострадавшему от неожиданного нашествия горячего напитка на его горлышко, Француза. Пока Франция пытался откашляться, британец, как самая наглая персона, молча присела на стул напротив, полностью загородив виды на собственное лицо, и на себя любимого в зеркале. Ему было откровенно плевать на Француза, но когда тот весь красный, то ли от физического процесса, когда человек подавился, то ли от злости, глядел на него будто бы сейчас разорвет на части, и с радостью полакомится его печенью на ужин. Британия снял шляпу, когда понял что Франция уже может что-то сказать, своим хриплым, подавленным как из бочки голосом. Он развёл руку в сторону, и красная лента, края которой хаотично постоянно слетали, демонстративно показали весь свой блеск и чистоту, в этом чудесном перевороте шляпы с головы, в руку, когда брит держит её ни разу не за основу, ибо тут такой роскоши он позволить себе не мог.             Британия уже хотел было что-то сказать, но француз вновь закашлялся. И на этот раз, как бы удивительно не звучало, это вызвало сострадание со стороны Британии, и он незаметно придвинулся чуть ближе. Он уже было поднял свою руку на уровне стола, но вдруг Франция поднял на него свой взгляд, и до ужаса красные глаза, в которых читалось вроде «Мразь, я убью тебя», или же «Как тебе не стыдно, ты довел меня до такого состояния..». В обеих ситуациях Британии было действительно неудобно, а Франция через пару секунд отвёл свой злостный ярый взгляд, и зарылся руками в свои волосы. Локоны, сладкие пряди падали прямо на его лицо, будто бы его сейчас стошнит и Британия уже было протянул руку к Франции, и вот-вот бы коснулся головы, как вдруг...       - Не трогай меня.       Британец немного опешил и ему стало действительно неловко за свои действия. Франция всё ещё не пытался и взглянуть на него.       - Прости...те.. - Как-то замявшись сказал брит. - Я тебя ненавижу, тварь.       Такими колкостями мог разбрасываться лишь француз, и ему было воистину плевать на последствия. Он говорит что думает, он не умеет, и не хочет врать. Парень то он очень честный, но даже тут всё строго. Он поднял свой измученый взгляд на Британию, который уже на знал куда себя деть, лишь бы не видеть этих красных глаз собеседника, которого он разозлил до такой степени, что тот решил напомнить ему о своей ненависти. Нет, нет, он не ненавидит его именно за этот момент, боже, это неистово нелепо. Он недолюбливает его за всё. Даже за то что он существует.        - Я знаю, дорогой, - Британия поднял свой нежный взгляд на Француза, который уже успел усмехнуться не пойми от чего. - Это так, на утро в постели, дорогой, типа да? - продолжил тихо хихикать француз.       Ох, какой же он пошлый и ненасытный. Британия уже хотел было залиться пунцовый краской от смущения, но что-то пошло явно не по плану, и он тоже уловил всю суть, весь смысл шутки, и начал также смеяться с неё, как и собеседник напротив. Такое отличное начало их диалога поспособствовало и остальному, и всё остальное они обсуждали очень даже расслабленно.              Франция потянулся на своем кресле и сколько они сидят в той самой пекарне, никому не известно, но зато, хорошо понятно, что они будто бы вросли в эти седушки, и хоть ты тресни. Британия осмотрел своего собеседника, будто лучшего друга, и хоть вообще откуда такая воображаемая близость? Неистовая близость, правда. Он аккуратно встал из-за стола, и подошёл к сидушке француза. Он протянул ему свою руку, и тот приняв этот жест встал на ноги, находясь на достаточно маленьком расстоянии между их телами. Но это не особо играло какой либо роли, ибо никаких пошлостей в себе не несло, и не держало, это были обычные дружеские жесты. Ещё немного посмеявшись, они вышли из пекарни, оставив неплохую плату за еду, а также чаевые. Парни выбежали на улицу, вдыхая на полную грудь свежий воздух. Француз, был будто мальчик девяти лет, который так хотел резвиться, бегать, прыгать, быть во всём первым, хотелось физической нагрузки, силы, испытаний. Хотелось провести этот азартный, эмоциональный день с ним, с этим остроумным британцем который сейчас так солидно выглядит.       - Дорогой, я предлагаю прибыть в моё временное место проживание во Франции, отдохнуть немного, и пойти на поиски приключений, которые ты так и хочешь получить на свою шикарную задницу, - Британия нагло усмехнулся, и взглянул на Францию, но тот абсолютно полностью разделил с ним эту мысль, идею и даже шутку. - Нет, мы то конечно пойдём, я посмотрю, насколько ты бомж, и какие у тебя, временные условия жизни, а потом мы действительно пойдём на поиски приключений. К реке. Хочу на речку... - но вдруг он остановился, и повернулся.        Он игриво, и так как-то странно посмотрел в глаза Британии, от чего тот немного смутился, от, до ужаса пристального взгляда, и потупил свой в пол.        - Запомни, - Франция подошёл к нему, и соблазнительно положил палец на его уста. - приключения на задницу, это сугубо удовольствие любовников, которыми они занимаются чаще всего ночью,       Но Британия также умело и восхитительно прервал его.       - Ох, не переживай, в твоём случае, и весь день эти переключения могут приключаться,       Франц смутился лишь на секунды.       - А долго ли сможешь ты?       Британия игриво, задумчиво положил подбородок на ровную ладонь, и призадумался.        - Да хоть довести тебя до потери пульса, - уже более уверенно он сказал.       Парни перебирали ногами по площади, всё больше отдаляясь от заветной пекарни. Их эмоции были такими чистыми, будто никогда таковыми не были. Они знакомы достаточно давно, но обычно враждовали, и ненавидели друг друга. У них, казалось бы не было вообще ничего общего, два совершенно разных человека, разные страны, но они так близки. Эта близость ощутима, эта ненависть пропитывает каждый сантиметр их тела, а эта любовь... Любовь? Хах, уж слишком громко, и стереотипно это сказано. Они не умеют любить. Франция просто воспримет его как друга. Максимум. А Брит просто посчитает себя сумасшедшим, если словит себя на мысли, как же хорошо ему с Францией. И может неспроста? В любом случае их общение сведётся на нет. И свелось бы, но очень интересно как на их жизнь повлияет сегодняшний день. Этот день, эта ночь, эта близость, и эта открытая ненависть, сопровождающаяся горячими прикосновениями, которыми пропитывались парни до глубины души своей.              А пока мы рассуждали на тему их чувств друг к другу, наши герои о подобном на разу не задумались. Они бежали, уже где-то в спальных районах, и Британия достаточно так подустал, но это не останавливало наглого, и такого настырного, настойчивого Француза, который хер пойми как, остаётся таким продуктивным.             Британия одной рукой придерживал свою шапку а второй пытался как-то двигать, для ускорения своего передвижения. Франция же просто бежал без оглядки, не волнуясь ни за что, потому что секундами ранее он положил берет в свой карман, ибо уж часто он слетал, что предоставляло дискомфорт непрерывным движением. Он также двигал руками в такт ногам, только делал это обеими конечностями, да и при его черезмерной активности, и неисчерпаемой энергии, он продолжал бежать, беззаботно смотря в небо, спотыкаясь об неровную дорогу, но продолжая бежать, сбивая носки своих ботинков будто бы бежит в них последний раз.       - Я так вижу, ты за обувь ни разу не переживаешь, - произнёс Британия с явной задышкой, и не без перерывами, на надоедливое «хе».       Франция же продолжал бежать, будто бы он этих слов и не услышал. Но столкнувшись с очередным препятствием, которое закончилось ударом по его чувствительным пальчикам ног, он всё же соизволил хоть что-то ответить на Британское изречение.       - Я же не специально одевался к тебе на встречу как бомж. Эти ботинки я выкину, как только ступлю на порог своего дома.       И хоть лук Франции был стильный, и ни разу не уступал обычному, повседневному наряду любого жителя Франции, француз действительно мог позволить себе большее. Унизить Британца – дело обычное, по расписанию. Хоть счесть это за оскорбление было бы трудно, с его то навыками тонко намекнуть, насколько персона мерзка, и неприятна, Британии всё равно стало на секунду обидно. Хотя какое уважение что стороны француза? Его нет, не было, и не будет, потому что так они привыкли, и эти постоянные оскорбления, не факт что вылетают из их уст всегда специально, с каким-то отчётливым умыслом.             И вот наконец они прибыли на то самое заветное место, куда и желал попасть Француз. Ему было очень приятно, то что Брит разделил с ним идею прибежать на реку, и даже при его то усталости, он ни разу не сбавил темп, продолжая насиловать свой организм. И вот сейчас, он пытался отдышаться сидя на поваленном дереве, на горбе, спустившись к низу которого, можно было с лёгкостью лицезреть в нескольких метрах от себя реку. Франция сидел рядом с ним. Парни оба устали, им обоим нужно было отдышаться. Франция сидел очень близко к бриту, и мог спокойно положить на его плечо свою голову, что собственно и сделал. Британия почувствовал это, и продолжая нацеливать свой взгляд туда, за горизонт, чуть расслабился. Его губы расплылись в нежной, теплой улыбке а рука переместилась на плечо Француза. Франция тоже был так счастлив, что начал смеяться, поглаживая Великобританию по спине. Тот также смеялся, но в отличии от Франции мог пару раз хихикнуть, и на этом всё заканчивалось. Казалось бы Франция это не простой парень, который ненавидит его всем сердцем, но ещё и отличный собеседник, друг, да и просто человек. Да, так действительно оказалось. Но эту ненависть, увы, никуда не деть.             Британия спускал свою руку ниже, по руке Франции, а тот немного извивался. Сперва британец не придал этому особого значения, но потом, через очень короткий промежуток времени, парню всё стало ясно. Он продолжил спускаться ниже своей рукой и через время он смог почувствовать как край ткани кофты задерся. Британия начал проникать под рукав его кофты, и Франция от этого выгнулся в спине, а лицо его приобрело непонятное выражение. Он всё же перестал смеяться, хоть и ему было щекотно. Но всё же чтобы не вызвать подозрений, он смеялся, и достаточно громко. Британия сразу понял, что тут что-то не так. Он остановился, и Франция прекратил свой смех, заливаясь смущением, и отводя свой взгляд. На лицо Британии налезла нелепая улыбка. Так как он уже достал руку из под рукава француза, он просто приобнял его, за его бок, и очень аккуратно притянул к себе. Франция будто бы нехотя пытался вырваться, будто «это не правильно, что мы чёрт возьми творим!?». Но через один не резкий, но всё равно настойчивый рывок, он надоедливо рыкнул, и положил голову на плечо Британца снова. Франц закатил глаза, а Британия вновь поместил руку на то место, где был край рукава его кофты. Он был не у запястья, а повыше. Что-то среднее между этим и локтем. И рукав позволял свободно проникать внутрь, под кофту. Франция за доли секунды сжался, и тихонько сглотнув, посмотрел на свою руку.        - Можно? - возбуждённым голосом протянул Британия.       Он явно уловил, то что происходило ранее, и всё сразу понял. Ох, какой же он развратник. Франция смутился, и вновь отвёл взгляд. Он потупил его в пол но потом поднял, и посмотрел куда-то.       - Нельзя...       Британия ухмыльнулся. Не уж то он смог смутить такого развратника? Хах, ну это было довольно просто. Британия усмехнулся вновь, оглядел реку. Она была так красива, будто бы ни с чем не сравниться её красота. Волосы Британии трепал сладкий ветер, и он ощущал как каждую его волосинку он массирует. А Франция сидел, рядом, и пытался переварить то что было сделано пару мигов назад. Что пошло не по плану. Что свершилось такого, что он смутился от простых микрооргазмов? Пытаясь выкинуть из головы мысли на эту тему, Француз начал смотреть в даль, за горизонт, который тянулся за реку. А Британия всё переводил свой взгляд, со стороны в сторону. Да, они оба завели свой абзац в тупик. Ну что же, так видно должно было произойти. Британия вроде бы и хотел как-то перевести разговор, сменить тему, но всё никак не мог подобрать подходящую тему, да и вообще что либо подходящее чтобы разрядить сею обстановку. Наконец Франция облегчённо вздохнул, и обернулся к Британии, на что тот удивлённо посмотрел на него.       - Да..? - Знаешь, Брит. Мне кажется, ты слишком ограниченный.       С этими словами, Франция накрыл своими припухшими губами его губы, сливая их в сладостном поцелуе. Он целовал британца, ложа руки на его плечи. Они же сжимали его пиджак, и не давали покоя. Британия хорошенько опешил, но от этого легче не стало, и на ситуацию, увы, это никак не повлияло. Поэтому пользуясь моментом, наглый Британец притянул к себе Францию, и всё крепче надавливая на талию, он углублял поцелуй. Француз же отдавался Британии по полной, делился с ним своими чувствами, эмоциями, слюной, да и вообще всем чем только можно. Он ещё крепче сжимал его пиджак, что заводило британца. Это капкан, это ловушка. Никто не знает что будет дальше, никто не знает. Франц уже сильно далеко зашёл, со своим крушением стереотипов, и обыденных вещей. Левая рука Британии приспустилась ниже, и смогла сжать попу француза, от чего тот ахнул ему прямо в рот, и тот успешно пользуясь этим, проник в него своим язычком, уже без каких либо препятствий. Он ласкал его рот, не останавливаясь, каждый раз заходя всё дальше и дальше. Франция понял что так продолжаться просто не может, потому он разорвал столь желанный, и сладостный, страстный поцелуй. Что-то пошло не так. Боже, ну что опять? Британия осмотрел француза, который желал этого не меньше. Но почему он делает это?        - Дорогой, давай не... Давай не надо.       Этот ответ ввёл Британию в заблуждение. Обычно Франция не стеснялся физической близости, но сейчас... Он ведёт себя странно. Очень странно. Это не тот Франция, нет. Британия провёл рукой по его щеке. Эти касания были такими нежными, ласковыми и трепетными. Подушечки его пальцев расслабляли француза поглаживаниями по щекам. Это было до ужаса приятно, и тот даже немного подался. Но это продолжалось очень недолго. Франц взял его руку за запястье. Он заглянул ему в глаза, в которых увидел влюбленное отражение. Или ему просто кажется? Нет, нет, это невозможно. Хотя... Франция потянул руку Британца к низу. Тот же вопросительно посмотрел на него.       - Тебе же нравится..       Француз замялся, и тяжело вздохнул.       - Так не должно быть.       Он отвёл взгляд, смотря в пол.             Британия встал с того самого поваленного дерева, и протянул руку Франции. Тот же посмотрел на него с недоумением но всё же принял данный жест, и положив руку на его ладонь, он почувствовал как длинные британские пальцы охватили его ладонь, пробирая его до дрожи. Он тоже ответно чуть сжал руку и с помощью этого жеста, смог с лёгкостью подняться с бревна. Они были на таком маленьком расстоянии. Все эти чувства, они пылали, и могли пылать ещё дольше, ещё больше но увы, не судьба. Британия нелепо улыбнулся смущаясь, и отвёл взгляд от Франции.             Он аккуратно потянул его на себя, и с помощью данного движения они спустились с этого горбика, типа холма к реке. Все эти движения, да и касания были очень нежны, и Франции очень даже нравилось такое обращение. Он всегда хотел любви, ласки, заботы, да и вообще он был очень любвеобилен, и вот, попался под руку Британия, с которым смешно, хорошо, весело, а ещё он такой заботливый, такой ласковый...              Франция уже было вместе Бритом были у реки. Так как сейчас осень, и темнеет быстрее чем надобно, буквально через полчаса, а то и раньше, парни смогли бы встретить закат, что и было у них в планах. Британия сел на песок, и взглянул на Францию. Тот же смотрел в реку, на воду, на буйки вдали, и на другой берег который будто бы так близко, но так чёрт возьми далеко. Он возлюбил это место ещё с детства, но Британия тут ни разу не бывал, и привести его сюда, было отличной идеей, задумкой. Наконец повернув головы, француз встретился со взглядом Британца, и чуть смутился, проведя рукой по своей талии вниз. Он заглянул в его глаза вновь, хоть из-за приличного расторжения, не смог особо это сделать. Франция резко поднял свою ногу. Он стянул с неё ботинок, и резко повернувшись, кинул его в реку. Затем он быстро нырнул в неё, и подплыл к ботинку, снимая сразу же второй, пытаясь утопить оба. Он широко улыбался, и громко смеялся, а Британия тут же вскочив на ноги, смотрел на него, на этого счастливого французского мальчика. Франция плескался в воде, ему нравилось всё что он делает, его жесты хоть и были резкими, они сохраняли плавность смысла. Парень разрывал эту ненавистную обувь. Уж сильно она ему осточертела. Его смех охватил метры набережной, а потом он оставив ботинки, нырнул ко дну, рассматривая всё что только было возможно, он плавал, нырял, и ему было так хорошо. Вода будто бы гладила волосы, разглаживала, делала их мягче. Ему так нравилось что происходит, этот день был шикарен. Он провел время с лучшим человеком, почувствовал прилив крови и сил от жуткой страсти, он понырял в воде, посмеялся, у него было и есть хорошее настроение, а главное, всеми этими действиями, он прописал своё будущее на многие годы вперёд, если не на всю жизнь. Британия оглядывал периодически выныривающего Француза. Тот же смотрел на него, как ребёнок шести лет, которому купили конструктор, который ему и в снах не снился. Он был искренне счастлив. Великобритания кивнул на песок, и поманил француза взглядом, тот встал на ноги, и чуть приблизился к берегу, делая спокойные, размеренные шаги. Он был уже в двух метрах от него, и спросил:        - И что теперь?       Великобритания отвёл взгляд.       - Иди ко мне.       Француз же, как послушный мальчик, улыбнулся, и даже чуть хихикнув, подбежал, и прыгнул Британии на руки, а тот его умело словил, и обнимая чувствовал холод, и то, как быстро промокает его одежда. Но это лишь мелочи жизни. И вновь их взгляды встретились. Ноги Франции обвивали торс Британии, и лицо того было выше. Они слили свои губы в страстном, но трепетном, таком невесомом поцелуе. Они не хотели разрывать его никогда. Как говорится, от любви до ненависти один шаг. Отстранившись из-за нехватки воздуха, они поняли что просто не могут так, не могут друг без друга. Хотя бы эту ночь, они обязаны провести вместе.        - Я заберу тебя сегодня к себе в номер, это не обсуждается, и не осуждается, я всё сказал. - его голос звучал уверенно, с нотками возбуждения.       Франции уже казалось, что лучше некуда. Он обвил его шею руками, и нагло произнёс:       - Неси меня,       После такого нескромного, и небольшого изречение, над которым Британия даже не думая, понёс своего Француза домой, сам Франц с гордо поднятой головой наслаждался силой британских рук, которые не отказывают себе ни в чём, и наверное потому и хитро могут спускаться ниже талии, и держаться за сочную попу.              По дороге, которая была дальше, чем от пекарни до реки, они не раз соединяли свои уста в поцелуе, вспоминая свой поцелуй на закате. Франция смотрел на Брита, а тот старался смотреть на дорогу, чтоб не дай боже не споткнуться, но перед таким французским соблазном, устоять было до ужаса трудно. Он просто не мог, не мог не останавливаться, и не прижимать Францию к себе, оставляя на нижней губе партнёра, темно красный цвет. Тот же просто смущённо глядел на него, то отводя взгляд, то вновь соблазняя всем своим еством. А иногда, чтобы почувствовать всю свою привлекательность, и всю свою власть над эмоциями британца, он мог его руку, специально положить на свои ягодицы. Хитро, подло, но ощущать это, в кайф было обеим.              Когда временное место проживание оставалось уже не за горами, а звёздное небо тускло освещало лица наших любовников, они целовали лица друг друга, и с этой любовью, с этой лаской и нежностью, ни разу не уставали мириться. Оба партнёра были такими неженками, но кто-то просто мечтал получать эту самую нежность, каждую секунду своей жизни, а кто-то горел желанием дарить эту нежность каждую мать вашу, секунду.       - Дорогой, прости меня, - тревожно, шёпотом сказал француз. - Что случилось? - Британия уже немного опешил, и спешил с получением ответа. - Мне кажется что это затянется... - Что «это»? - на этот вопрос Франц просто отвёл взгляд, и посмотрев на луну, а потом и на Великобританию, чуть сжался. - Мне кажется, что мои чувства к тебе... Это надолго...       Он чувствовал себя максимально неловко, и сейчас парень просто будто бы прижался к своему возлюбленному, показывая насколько сильно он дорожит этими чувствами, этими эмоциями.       - Я с самого начала знал что всё так и будет, - в его голосе звучало отчаяние.       Британия погладил Француза по голове.       - Ты так быстро понял что... Влюбился?       Ответа не последовало. Стоит ли говорить что это было всегда. Это было всегда, всегда он то ли хотел его убить, а то ли переспать, но второй вариант никогда не был возможен. Это не любовь и ненависть в одной тарелке, это ненависть, которая существует, по причине нехватки любви.        - Я всегда любил тебя... - Чушь, и слышать не хочу.       По дороге у них был диалог, в котором Британия перечислял всех французских любовников, но тот очень искренне оправдывался, хотя Британии было по барабану. Он и слышать ничего подобного не хотел, хотя француз выливал перед ним всю душу. Незаметно, и очень тихо Франц всплакнул. Вот так да. Просто взял, и всплакнул. По его щеках покатилась слеза, и парень просто беззвучно скривился в непонятной гримасе лица, и вжавшись в возлюбленного, он продолжил чуть пускать слезу.        - Хей... Ты плачешь? - Британия слегка отцепил Францию от себя и посмотрел в его заплаканные глаза. - Я так люблю тебя, и всегда любил. - вцепившись в возлюбленного вновь, Франц уже позволил себе хныкнуть, но Британия который быстро понял, что его недоверие стало причиной слез Француза, принялся быстро его утешать, чтобы ни одна слеза не упала с его прекрасных глаз.        Да уж, сколько сюрпризов преподносит сегодняшний день. Франция оказался таким нежным, и открытым, и даже всплакнул. А хотя этим утром, он готов был его зарезать ножом, а сейчас утверждает что любит. Вот такой он, Франция. Спектр эмоций на максимум, ужасно пошлый, такой нежный и любвеобильный, неординарный, умный, сексуальный, хитрый, соблазнительный, и такой чувствительный. Британия с самого начала не понимал, как можно быть таким... Таким. Но как можно было заметить, можно, да ещё и как. Великобритания нёс на руках француза, которой периодически хныкал ему в плечо, а тот говорил какие-то фразы чтобы его успокоить. Франция дёрнул его за воротник, что обычно означало остановиться, или как-то поддаться ему. Франц посмотрел на его лицо. Зрачки забегали в разные стороны, оглядывая все его черты лица, пока сам Брит смотрел в его глаза. В его небесно голубые глаза, которые искрились любовью, пылали, горели, и могли бы поджечь любого. На цели сейчас наш Британия. Страна которая «всегда сдается», нежно дёрнула второй раз за воротник, но этот жест, второй партнёр уже не понял. И будто бы это была какая-то загадка, отгадку на которую, тот никогда не получит. Британия вопросительно откинул голову назад, и на этот жест получил ответный - пожатие плечами, и приближение уст любимого, к своему уху.        - Что..? - спросил он.       Тот же в свою очередь просто тихо, и соблазнительно прошептал:        - А ничего, неси дальше,       Британия послушно поддался коварству и плану Франции, и незамедлительно шёл по улицам. Он хорошо ориентировался, ибо знал французский. Ну а Франция определенно знал английский, потому что это как никак язык международный. Да и больше, кроме родного французского, и английского, собственно и не нужно. Он рассматривал небо. Франция не представлял как живётся слепым, и тому подобные вещи, когда у людей отсутствует та или иная способность, по типу слуха, слепота, или немота. Он радовался что не входит в их число, и мог сейчас так нежно коснуться губ возлюбленного. Так нежно, так трепетно... И ему отвечают. Отвечают той же нежностью, той же любовью. И также нежно, так же ласково пронизывают своим взглядом, пробирая до дрожи, и откровенно пугая, вводя в заблуждение, заставляя думать о дальнейшем, о будущем. О счастливом будущем.              И вот уже они были на подходящей улице, в такое позднее время. Шли он долго, ибо тогда к реке было во первых ближе, а во вторых они бежали. Британия оглянул двухместный дом, который был довольно длинный, и в нём жило правда много людей. Обычный дом, как у многих из нас. Люди живут в квартирах. Только тут приходится ограничиваться двумя этажами. Максимум три. И вот, уже зайдя в типа подъезд, он слегка подкинул Францию, чтобы лучше его подперев, понести по ступенькам, так как его временное жильё расположились именно на втором этаже. Франция обвивал его шею руками. Они поднимались, с каждым разом на одну ступень выше. И вот, когда прямо тут, прямо здесь, перед ними стоит дверь, Британец призадумался, буквально на доли секунды, вспоминая в каком из карманов ключ. Дверь была деревянная, дубовая, хорошо и крепко укрепленная. Окрашена была в слегка оранжевый оттенок, и придавала более эстетичный вид, к персиковым, кирпичным стенам. Дверь была правда красивая, с этим не поспоришь, да и ручка дверная была в самый раз. Она хорошо вписывалась в цвет и предавала насыщенности картине. Хотя о какой насыщенности, и яркой палитре цветов идёт речь, когда за окном уже темень темнющая? Правильно, да никакая. Британец вытянул из правого заднего кармана ключ, и вставив его в замок, он прокрутил тот пару раз, и с двумя щелчками дверь была успешно открыта. Как только дверь действительно открылась, на пол ступили маленькие ножки. И да, они действительно были до ужаса маленькими, ибо размер стопы был тридцать третьим. Для мужчины, это поражающие цифры. Но постоянно утешая себя тем, что такой размер ноги имеют только королевские персоны, он смирился с подобным. Британии сразу понравилось то, как его крошечный француз ступил на порог, на холодную кафельную плитку. И хоть Франция был далеко не крошечным, а вовсе наоборот, это Британец был дофига высоким. А так особо проблем не возникало. Британия сразу начал снимать с себя обувь, в то время как француз это делать не стал, ибо обуви то нет. Британия просто без всяких затруднений повесил свой пиджак на вешалку, и сразу же закинул его в шкаф, на специальный типа держатель. Франция не спешил стягивать с себя что либо, ибо он был только в его любимой полосатой кремовой кофте, и лёгких штанишках. Британия дал Франции тапочки, и тот очень легко просунул свои ножки в них. Но так как те были на него большими, каждый раз когда тот делал шаг, он сопровождался громким хлопком по плитке. Сам же владелец дома прошёл на кухню, где зажёг свечу. Она была обычной, белой. Да и сгорала она прежде пущего. Пройдя на кухню, Франция спросил что-то насчёт умывания, мытья рук, на что получил слабый кивок, и после Британия куда-то ушёл. Через время он услышал звуки воды, и пошёл на них. Придя в ванную комнату он увидел что Великобритания уже обтёр свои руки полотенцем, и уведомил о том что отправляется обратно на кухню. Франция взяв мыло, принялся растирать его по рукам. Делая это быстро и разумно, закончил с этим делом он также быстрее чем будто должно быть. Также вытирая руки об полотенце, Франция посмотрел на тёмный коридор, и пройдя по нему, дошёл до источника света. Оперевшись об стол стоял Британия, и уже явно что-то готовилось, что-то то, что будет нравится им двоим. Франц быстро всё понял, и очень элегантно начал идти к британцу. Тот же в свою очередь даже ослабил хватку своих рук, которые были прижаты к столу. Франция подошёл к нему прямо в притык, и встав на носочки, тот смог с лёгкостью обвить руками шею партнёра, на что тот тихо и протяжно рыкнул. Руки англичанина опускались всё ниже и ниже, от рёбер к талии. Они обвивали каждый сантиметр его тельца, так забавно. Но все мы знаем, чем заканчиваются подобные забавы. Парень поднял свой соблазнительный взгляд на партнёра, и заглянул тому прямо в глаза. Он начал водить по груди британца руками, всячески соблазнял его, делал абсолютно всё что было только возможно, чтобы возбудить такого хитрого британца. Ведь Франц хитрее. Парень очень быстро растирал своими руками по его телу рубашку, и чтобы та действительно не мешала, Британия страстно снял её, но Франция этот жест не одобрил. Он сказал что он хочет принять ванну. Британия который уже конкретно так желал нашего Француза, поплёлся вместе с ним в ванную комнату. Там стояла красивая, шикарная, пусть и не самая большая ванная. Британия вышел, сказав что время у француза ограниченное – полчаса.       - А иначе что? - с искоркой, и той самой хитринкой в глазах спросил Франц. - А иначе, зайду к тебе когда ты будешь голым мыться, и всё. - Что всё? - так и не отставал с вопросами Франц.       Он правда хотел как-то поиграться со своим возлюбленным словами, или ласками которые не углубятся чем исследования обнаженных тел, но видно Британия сам этого желал. Франц понял что ответа ожидать не стоит, потому сразу же подошёл к двери, из которой вышел Брит, и начал снимать с себя бельё. Единственное что оставалось загадкой – во что он будет одет ночью, и что он будет одевать. Но судя по всему, одежда на нём в этом доме, с этим британским господином не приветствуется.              Франция откинул уже всю свою одежду, аккуратно сложив её, и начал мыть своё тело. А зная что может произойти, он мыл тщательно также и интимные зоны. Хотя скорее всего, заводилой процесса будет именно он, потому что он сексуальный, он привлекательный, а бриатнцу скорее всего будет просто не по себе, ведь он же такой правильный, и интимная близость на первом псевдо свидании, для него покажется абсурдом, но не для француза, который уже понял что он хочет, чего он хочет, от кого, и почему. Он мечтал о занятии любовью именно с ним. Он это сама сексуальность. Он это искушение.      

Французское искушение.

      И вот наконец, парень вылез из ванной, и обтеревшись, обмотавши свой торс полотенцем, он вышел из ванной комнаты, с щелчком, на который ранее закрывал ванную комнату. Прошло примерно минут пятнадцать, и он отлично уложился в заданное возлюбленным время.              Франция шёл по коридору, и вдруг столкнулся с Великобританией. Тот же сказал, что он может идти и заходить куда только захочет, но не в спальню. Такая излишняя зацикленность заставляла задуматься, и попытаться понять, пофантазировать, что бы там такого могло быть, в той самой, временно запретной комнате. И пока Британия мылся, Франция баловал себя игрой со свечей, закрывал её ладонями, подносил к губам, к лицу, делал всё что только бы могло его хоть как-то поразвлечь. Наконец, после долгих-мучительных двенадцати минут, Франция смог услышать звук открывающейся двери из ванной комнаты, и оттуда показался Британия, но так как коридор не был освещен и вовсе, а свет вдали плохо помогал освещать кого или что либо, потому Британия будто бы незаметно пробирался спальню, предварительно открыв её, что-то там такого сделал.              Франция уже сгорал от любопытства, и просто уже не мог себе представить что там сейчас происходит. Он медленно, но уверенно пошёл к двери, открыв которую, парень увидел как на него падает тусклый свет от лавандовых свеч. Эта обстановка была такой спокойной, а эта атмосфера также возбуждающей, что француз не мог ничего первые пару секунд понять. Франция осматривал Великобританию который сексуально и соблазнительно лежал на постели, абсолютно голый, и только полотенце частично укрывало его достоинство. Франц нервно сглотнул, и понял что дико желает этого мужчину.        - И... Что ты задумал? - спросил он.       Британия же в ответ просто подкинул свои брови, и так активно похлопал по кровати, на которую поманил Француза. Тот же без всяких затруднений лег, и прикусив св нижнюю губу взглянул.       - Я хочу чтобы мы с тобой смогли осмотреть наши тела, и уснуть в объятиях.       Но у француза были явно другие планы, ибо тот пафосно размотав полотенце на своём торсе, и откинув его, демонстративно отодвинул свою попу назад, полностью оголяясь. От такого у британца приятно закололо внизу, и он решил положить руку на ягодицу возлюбленного, что сделать тот не позволил, а вместо этого стянул ткань и с Великого британца, обхватывая пальчиками у основания его член в ротик. И опять на самом то деле, французский мальчик имел немалый, потому сразу же взяв достоинство любимого в рот, он стал мастерски проталкивать его внутрь себя. На головке он конечно же не остановился, и с каждым разом заглатывал всё больше и больше. Его рот ласково обволакивал стеночки паха, и быстро насасывал его, что приносило удивительное наслаждение для Британии. Да, не раз попадало огромное количество слюней, которое смазывали его, и при таких условиях, насасывать было куда легче, и эффективнее. Франция также продолжал перебирать пальцами по основанию ствола, и нежно стимулируя его движениями подушечек пальцев, парень продолжал заглатывать пах своего возлюбленного. Его зубки были надёжно припрятаны, ибо предназначены были явно не для данной ситуации. Парень хотел принести удовольствие своими губками, а не клычками, и даже когда делал минет в первый раз, он боялся задеть пах зубами, но нифига подобного, и у него сразу получилось неплохо отсосать. Сейчас же он мастерски может это делать, и просто будто бы ангел развратных наслаждений, забирает своего попеченного в рай, где будет продолжать обволакивать губками этот шикарный ствол, и также мастерски проводя по каждой венке язычком, стимулируя её прямо как сейчас. Он заставил пах полностью функционировать, и почти уже довёл до пика своими движениями вверх и вниз, но что потом он понял как следовало бы действовать дальше. Далее француз поднялся чуть выше, и начал щекотать, ласкать язычком уретру, причмокивая головку. Он буквально пытался добить возлюбленного такими ласками, и тот просто стонал. Он стонал также достаточно звонко как и в самом начале, но с каждым разом, стоны как и темп нарастал. Теперь же, когда весь пах просто задействован и ужасно возбужден, а Франция играется с головкой, Британия ни разу не застонал тише, разве что более протяжнее, если лизал тот медленно, давая прочувствовать свой шикарный язычок всей головкой, всей уретрой. Британия нежно поглаживал Францию по волосам, а когда уже вошёл во вкус, начал буквально частично трахать его рот. Он мог надавливать на голову партнеру, мог и сильно, но тот ни разу не жаловался, и ему даже, на удивление правда нравилось. Он мог получить удовольствие, от понимания что дарит его своему возлюбленному, а не кому попало чего никогда не было, потому эти ощущения наслаждения у него не спроста. Британия же вновь простонал достаточно протяжно, на что Француз лишь улыбнулся и причмокнул головку вновь. Щекоча уретру шершавым язычком, и водя по венкам которые выступили на самом стволе во время стимуляции и возбуждения, он приносил удовольствие обоим партнёрам, в том числе и себе. Парень даже целовал его пах. Целовал прямо от основания, и проходился по всей длине, тогда когда Британия просит прощения за то что оттягивал его за волосы, да за то что так слегка грубо вёл себя с ним. Но Франция ни разу не огорчился, и ему даже понравилось. Парень придвинулся очень близко и подтянулся к лицу Британца.       - Дорогой, ты был прекрасен, - погладив по голове француза изрёк Британия.       Тот же блаженно простонал, слизывая с губ всю сперму, и вновь взглянул на своего возлюбленного.       - Я так хочу тебя...       Это желание парень никогда не озвучивал напрямую. Он мог соблазнить, изнасиловать, заставить, да он вообще король разврата, но сейчас эта открытость... Если он правда влюбился, будет действительно интересно за этим понаблюдать, хотя как можно было бы уже заметить, влюбился он по уши.        - Я правда так сильно люблю тебя, - Франция уткнулся носом тому в грудь что-то бубня, пытаясь прочувствовать каждое ответное касание, коих было очень много, которые были такими искренними и тёплыми.       Такими трепетными и нежными. Такими ласковыми и невесомыми. Такая вот у них любовь. И даже во время секса, этот момент смог приобрести неистовую чувствительность, и пропитался эмоциями.              Они обнимали друг друга, целовали, и Британия пытался донести до Франции что всё действительно хорошо, и даже пришлось поклясться, что он будет любить только его, и всегда, на вечно. От этого, казалось бы такой грубый, пафосный французский мачо, превращается в милого, любвеобильного кроху как сейчас.             Но потом, когда Франция чуть опомнится, и понял что не желал распускать нюни, а хотел чтобы его отымел Британия, он начал выгибаться из его рук, скользя носиком по его рёбрам, изредка покусывая их. Великобритания от этого лишь томно вздыхал, чувствуя прилив жгучей энергии, с осознанием того, чего от него хотят. После того как прошло достаточное количество времени, он хорошенько возбудился, и Франция от ощущения этого, чуть вздрогнул. Бриту же это очень сильно понравилось, и он нависнувши над возлюбленным начал обсасывать его сосок. Пуская слюнки и обволакивая губами, будто бы зажимая твердый сосок, он вылизывал его своим языком. Щекоча самые чувствительные зоны, и перебирая пальчиками по боку грудной клетки, он вызывал постанывания у партнёра, который поглаживал его руками по макушке, перебирая волосы, касаясь подушечками пальцев головы партнёра. Вскоре, к оральным ласкам подключились и пальчики, которые ласкали второй сосок, пока ротик отлично справлялся с первым, вызывая мурашки по коже от надавливания. Он мог аккуратно прижать сосок, мог окружать его своим языком пуская слюну и так ласково играться с грудью возлюбленного. Наигравшись с сосками, Британия понял что хочет большего, да и француз желал этого не меньше. И хоть для короля разврата это было дело обыденное, то у любителя церемоний чаепития просто снесло башню, и будь бы он в здравом уме, ни за что бы не согласился. Парень повернулся к Британии своей шикарной задницей, и в позе на четвереньках, опускал таз в противоположную от своих ладоней талию. Он опускал свою попу плавно, без резких движений, открывая взор на анальное отверстие, яичники и отчасти пах, который даже при том что стоял, был не самым стойким. Британия уже не мог держать себя в руках, он пытался не отрывать ладони от постели, от ещё чистой, незамаранной простыни, но так хотелось обхватить его задницу руками, и так резко, не сдерживая себя войти.       - Дорогой, держи себя в руках,       С этими словами, Франция опустивши свою попу, начал тереться об его пах, играя с ним своей промежностью между булочек, зажимая ими его, двигаясь сверху вниз и наоборот. Британия был очень возбужден и смущен. Не представляя насколько сильно Франция желает его, он с каждым движением партнёра всё крепче сжимал простыню. Его очень заводили действия возлюбленного, а тот не сбавлял темп, и всё больше ускоряясь стимулировал его пах попой. Игриво выгибаясь в спине, он мог шлёпнуть гигантскими булочками. От таких звуков, по телу британца пробегались мурашки, и он уже не был в силах сдержать себя. Казалось бы он прямо тут и сейчас возьмёт француза, воплощая всю свою похоть, и наконец срываясь, пользуясь возможностью, что может говорить.              Говорить то что он захочет, делать со своим любимым, доставляя и себе и ему удовольствие, глядя как его мальчик растекается по постели.              Плавные, уже такие размеренные, и желанные движения лишали Британию здравого рассудка. Он наконец смог положить свои ладони на такую горячую попку возлюбленного, и сделал плавный, медленный рывок, притянув того на себя. Француз же томно ахнул, и вздыхая начал вновь тереться об пах своего любимого, когда тот двигал его телом. Британия положил свои руки на соски Франции, и тот ласково окунулся будто бы в него. Да, они в этот момент правда будто бы тонули друг в друге. Этот контакт, и чувства полыхали, как гром среди ясного неба. Они наслаждались этой близостью, и желали друг друга очень сильно. Были пьяны друг другом. Франция чуть приподнялся, проводя промежностью между булочек по его паху, обволакивая его собой, и вздрагивая от таких резких, обильных касаний со стороны британца. Тот же в свою очередь пытался принести возлюбленному удовольствие даже от этого, и судя по дрожи тельца второго, неплохо получалось. Британия поцеловывая его ключицу, чуть приставил его пониже. Теперь пах будто бы касался колечка мышц, и если насадить Француза чуть ниже, тот в него определенно войдёт. Но это не должно было быть туго, или принося французскому тельцу дискомфорт, потому Британия поднес свою руку к лицу Франции. Француз сразу понял что от него требуется, и в ту же секунду взял чуть ли не всю руку в свой рот. Выбрызгивая на неё слюни, и полностью смачивая руки, пальцы, он оставил свой ротик сушиться. Его ловкий язычок растирал по руке возлюбленного свою же слюну пока тот мог с лёгкостью прочувствовать всю эту влагу и вся чувствительность, которую Франц дарил своим ротиком, поглаживая кожу руки язычком, он лишь смазал руку. Британия уже без какой либо выдержки и терпения, как только губки Франции вместе с язычком прекратили обволакивать его ладонь, убрал руку ото рта и приблизил её к паху, растирая слюни по нём, смазывая. Жидкость стекала по головке, и до самого основания, но к сожалению такому Британия позволить не мог, потому сам взял процесс в свои руки, и начал равномерно растирать слюну по члену. Делал он это быстро, дабы жидкость не потеряла свои свойства. После этого он обхватил француза за бёдра, и начал плавно насаживать на свой пах, пока тот пытался нащупать ручкой, и правильно направить именно в дырочку. Но этого делать не пришлось, потому что с самого начала Британия направил головку прямо в колечко мышц, и без затруднений, влажно вошёл. Он плавно проникал в партнёра, когда стеночки его паха обволакивала попа француза. Сам же тот очень нежно, и блаженно простонал, показывая своё удовольствие, и прикрывая тело руками, он пытался ухватиться хоть за что-то. Получалось или нет, решал уже не он, ибо ухватившись за руки партнёра, выглядел он не совсем природно, и хоть стоны которые сопровождались вздохами показывали всю природность картины. Британия двигал его тазом на своём члене правильно рассчитывая его длину, и на какую длину насаживать Францию, и после каких толчков. Потом же, когда его пах был втолкнут во Француза наполовину, тот томно вздыхая сжал руку на его руке покрепче. Британия остановился, и дал Франции отдышаться. Тот же, воспользовался сей поблажкой, после чего он слез с члена возлюбленного, повернувшись к нему лицом. Этот жест был очевиден, и предвиденным, но почему-то о такой важной вещи, как о зрительном контакте, Брит забыл и вовсе. Франции же это не понравилось, и он нежно поцеловав британию, насладился на его член вновь. На этот раз уже были помехи, так как он решил направиться сам, без помощи Брита. Он взялся за его предплечья своими руками, положив на них ладони, и сразу же вошёл даже чуть глубже чем на половину, будто бы просьба прощения за такое самовольное действие, которое могло не понравиться партнёру, хотя того все устроило, и даже очень. Время от времени он манструбировал, а там отличного взора не нужно. Хотя тут куда приятнее наблюдать как твоя половинка выгибается, пока ты толкаешься в ней, пока она насаживается на тебя. И вот, Франция начал непрерывно двигаться на члене своего Британца, и тот плавно оглядывая его грудную клетку, поглаживал её руками. С паха британца, который был будто стальной, и ни разу даже не колыхнулся во время вхождения стекала природная смазка уже давно, и она поспособствовала дальнейшим действиям, и именно в ней сейчас ствол Британца, который сам отчасти насаживает на свой пах Францию, который стонет в голос, и запрокинув голову назад, он стонал, охал и ахал, когда Британия вновь опускал его ниже прежнего, ускорялся, или даже просто делал обыденяе движения, повторяя те, которые были сделаны ранее Бриту тоже очень нравилась вся эта картина, и он блаженно делал толчки, трогая своими руками сочную французскую попку, давая прочувствовать тому всю свою наглость, всё свои похотливые и развратные намерения. Франция резко спохватился за руки возлюбленного, чуть приподняв попу с члена Брита, на что тот обратно и резко усадил его, тот громко вскрикнул, и брызнул спермой прямо британцу на грудь. Стекая вниз по грудной клетки к шее, сперма Франции смазывала эту всю картину, и заставляла задуматься, а имеется ли подобная, только Британская жидкость в нём?             После подобных раздумий, и не самой длительной отдышки, Франция вновь толкнулся на пахе британца, будто бы давая понять что готов продолжить, и тот ни разу не уставши, и без каких либо намерений прекратить, кивнул головой, и начал двигать Францию на своём члене, который сейчас уже истекал спермой, которая, была именно в нутре Француза. Тот чувствовал, насколько в партнёре мокро, и понимал что виновник этому только он, парень сделал несколько толчков, пару движений, и Франция наконец растрепав свои волосы, чуть наклонился к Британии лицом. Он пролежал так несколько секунд, а партнёр который в данные секунды играл роль лежака, мог лёгкостью услышать вздохи и быструю отдышку, что было странным. Он обвил руками его ребра, и лёгким движением коснулся подмышек, которые уже слегка пропитались потом, но не пахли. Он потянул возлюбленного за них, и затянул в очень влажный французский поцелуй. Он знал что сводит с ума Францию, потому начал переплетать их язычки. Британия поглаживал его спину, вызывая мурашки по ней, и также нежно сливал их языки в поцелуе будто в танце, где ритм не имел значения, а лишь чувства, лишь ощущения. Франция лишь вздохнул, когда возлюбленный отстранился от его губ. Хотелось продолжить. Очень хотелось. Франция снова чуть привстал, а точнее просто приподнялся, для того чтобы обеспечить глубокое проникновение в себя, чтобы предоставить большое удовольствие как себе, так и партнёру. Он начал двигать тазом, насаживаясь на член будто заглатывая его своей попой. Брит же просто наслаждался. Партнёров у него было поменьше чем у француза, но ни один из них так сильно его не удовлетворял. Ему так сильно нравились эти ощущения, ибо Франц мог предоставить настолько желанное удовольствие, кое ни одна девушка принести ему не смогла. И хоть он никогда не задумывался над своей ориентацией, он не ограничивал себя в любви ни к дамам, ни к парням, никаких рамок и конкретики у него не было. Парень гуманно и толерантно относился ко всему и всем, за что многие любили, но Франц в нём это не переносил, хотя более это смахивало на жгучую ревность. Двигаясь очень быстро, в действительно ускоренном темпе, Франция приносил оргазм партнёру, который от этого даже открыл ротик. Через пару минут, такое же произошло и с Францией – его анальное отверстие значительно сузились, тем самым принося партнёру несказанное удовольствие, когда его пах обволакивают стеночки анала, сам Франция покраснел от прилившецся крови, и скорчился в какую-то непонятную гримасу. Он спохватился за первое что попало под руки, и очевидно что этим «чем-то», стал сам Великобритания. Франция сжал его грудь, придавливая соски, от чего тот неприлично ахнул Но Франции было не до этого, он стонал во всё горло, и просто пытался отдышаться, даже во время самого процесса оргазма. Сердце буквально выпрыгивало у него из груди и парень ничего не мог с этим поделать. Ему было плохо, хорошо, мерзко, отвратительно, так классно, так...             А Великобритания пользуясь моментом, да и для того чтобы чуть продлить моменты наслаждения возлюбленного, начал сам двигаться внутри Франции, заставляя его выгибаться в спине, вздыхая, и захлёбываться, задыхаться от нехватки воздуха. Оставалось буквально несколько толчков, а Франция уже просто не мог. Его мозг будто бы полностью отключился, единственное чего он хотел, это задохнуться тут и сейчас, ведь было до ужаса приятно. На воздух уже было наплевать.              Британия ещё пару раз вошёл во Францию, который уже настолько сильно ослаб, что аккуратно прилёг на Великобританию, а тот, в эти же секунды заполонил его нутро своей свежей спермой.             Франция не делал ничего, но ему было очень приятно, от того что в нём растекается эта белая, прекрасная жидкость, которая свидетельствует о том что его возлюбленный был в нём. Также, эти ощущения, когда у него сильная одышка, и мозг уже отключается, как от слабости, так и от дикого оргазма. Британию это приятно удивило, ведь отважиться на такое было серьезным шагом, ибо а если что-то пойдет не так. Но всё прошло хорошо, и оба парня так желаемо удовлетворили себя как следует, как они и хотели. Хриплым голосом Франция кашлянул неоднократно, и взглянув возлюбленному в глаза, он спросил:        - Ты же тоже чувствовал это..?       Его голос звучал не природно, это был не Франция. Это был голос опытной проститутки, и одновременно маленького мальчика, который во сне разговаривает с ангелом. Это был самый лучший момент за день, когда он, он, Франция, смотрит на него своими милыми, прекрасными глазками, и так спрашивает, так нежно говорит. Но в то же время его голос такой хриплый, и сразу ясно почему. Его Франц сорвал себе голос, какая жалость.        - Да, именно, дорогой мой, - Британия погладил его по голове. Царила между ними нежность.        Эта нежность и любовь. Каждое действие было таким медленным и плавным, будто они отдельно от других, в своей вселенной, могут позволить себе всё, абсолютно. Франция ласково глядел на его лицо, без всяких намерений. Он просто любит, это просто любовь, это просто нежная, такая ласковая, и такая красивая, пусть и такая же скрытная любовь. Британия любил Француза, по настоящему, а не как всех этих сук. Франц нежно положил руку на его плечо, и так как оба парня уже лежали на боку, они могли поглаживать именно боковые части партнёра, типа плеч, бёдер. Они улыбались, разглядывали друг друга, как и планировалось британцем, и они начали трогать один одного. Британия попросил француза лечь,э как тому будет удобнее, и тот выполнив его просьбу, лёг на бок, в позу эмбриона. Сразу раскрыв все карты о своём сне партнёру, он даже чуть потянулся вперёд, а Брит на это вновь усмехнулся. Он начал целовать всего Француза. Тот иногда вздыхал, иногда постанывал, и даже так аккуратно дёргал пальчиками на руке, сжимал её в кулачок, или же наоборот разжимал. Великобритания начал делать плавные движения вперёд и назад своим язычком по его бедру, а потом что-то удумав, парень лёг к его спине личиком. Целуя спинку, он попросил перевернуться того на животик. Франция послушно сделал это, и Британия пользуясь моментом оказался сверху него. Но это было не для того чтобы войти в Француза. Франция для начала также подумал, но это оказалось не так пошло, и извращенно. Великобритания начал целовать его спинку. Он нежно прикасался губами к спине партнёра, а тот зарывался носиком в подушку, и блаженно мычал. Брит водил губками, оставляя поцелуйчики по всей спинке, он делал всё что только можно, чтобы принести партнёру удовольствие от этого, ведь самому ему это неистово нравилось. Он был фетешистом, и такой странный фетиш у него был, что теперь спинка Франции – такой уж супер приз, на колесе фотруны «К чему прикоснуться, и поласкать именно сейчас». Он водил язычком по позвонку, нежно целуя, и даже изредка пуская слюнки.             Именно такая ситуация произошла, когда он начал ласкать лопатки: пуская слюнки, он растирал их своим язычком, вызывая у возлюбленного незамедлительную реакцию, и мурашки по телу. Вылизывая лопатки, да и в принципе всю спинку, он водил пальцами по боковым сторонам его грудной клетки, и щекотал эту часть тела, что тоже приносило удовольствие. Франция развёл ручки в стороны, чтобы возлюбленному было легче. Британия ставил засосы, нежно кусал, а потом зализывал, просто зализывал, водил язычком, водил язычком по позвоночнику, прямо до копчика, целовал, пускал слюну, щекотал, просто всасывал, тёрся об него, нежно мурлыкал, что иногда вызывало у Франции смешок. Он приподнимал его корпус, чтобы оглядывать изменения, прогибал спинку его, или специально выкривлял, и также водил язычком повсюду, укрывая своей слюной, укрывая своей любовью. Он продолжал ласкать его сзади, опускаясь к копчику, и целуя его, хотя делать что либо со спинкой ему нравилось больше. Оттягивая нитку слюнки от лопаток, он продолжал игриво надавливать на позвонок пальчиками, а потом проводить там язычком, зализывая тот самый лёгкий дискомфорт, который сам принёс секундами ранее. Франция наслаждался тем что его любимый действительно очень заботлив, и может просто потратить кучу времени, чтобы целовать одну только его спинку, а потом делать ему массаж. Он очень хорошо делал массаж, и очень приятно, потому Франция вновь кайфонул за эту ночь.             Британия поглаживал его спинку, делал завершительные действия, и после этого, после таких трепетных касаний, он разрешил Французу повернуться на спинку, и тот послушно это сделав, скрутил губки трубочкой, требуя поцелуя. Его втянули в очень нежный и сладкий поцелуй, на который тот с радостью ответил, и с таким блаженством наслаждался своим любовником. Он не знал сколько это будто длиться. Не знал будут ли они в отношениях, или разойдутся как в море корабли, и буду встречаться лишь на берегу, рядом с другими суднами, и то маловероятно. Но парень точно знал что он любит его, и будет любить. С этими словами и мыслями Франция и Британия откинулись в царство Морфея, обнимая тела друг друга, и нежно целуя плечи француза, Британия за секунды до этого, прошептал:        - Спокойной ночи,       И так в обнимку, они вместе уснули. Парни сильно устали, когда ласкали друг друга, и когда просто занимались любовью, и понимали что им действительно нужен отдых.             За окном пели птицы, и шум одной из густонаселённой улицы Парижа всё не утихал. Ещё бы, утихнуть такому, ведь как сейчас, так и на главной площади открыли ярмарок, на который должно было прийти куча людей, да и вещи как говорилось там, будут совершенно новые, эксклюзивные. Жизнь кипела полным ходом, и ни разу не утихала, и никто из людей и предположить не мог, что сейчас, на этой же улице, в этом двухэтажным доме, на втором этаже, в постели, сейчас спят наши новые любовники, так тем более великие страны и одна из них в своем названии об этом так и гласит. Проснувшись, Британец посмотрел на Францию, на голого Францию, и сразу же залился пунцовой краской. Тяжело вздохнув он посмотрел прямо на лицо Француза. Тот уже как раз таки проснулся, и уже было горел желанием сказать возлюбленному «доброе утро», как вдруг тот изрёк:       - Господи, что я наделал..?       От этого улыбка с лица Франции ушла, и Британия заметив это, резко закрыл свой рот ладонью. Он понял что тот не спит, и это возможно сильно оскорбило его, но всё же, было не так обидно, ибо он сказал то что думает. Франция перевернулся на бок, и полностью укрыл своё тело одеялом, когда Британия вновь захотел что-то было сказать в знак своего оправдания.       - Убирайся. - Что? - удивлённо и недоумевая спросил Британия. - Но это же мой номер, - Из Парижа. Да и из Франции вовсе.       Великобритания понял что Франция также очень раним, и чувствителен к словам, но тот и вовсе не мог подумать, что на такую фразу будет такая агрессивная реакция.       - Ты выгоняешь меня, из-за простых слов, даже не зная почему я их сказал, в порыве чего, и просто для чего? - Нет, это обдуманное решение. Я больше не хочу тебя видеть. Ты наглый, бесчувственный и мерзкий, просто использовал меня - бурчал француз. - Но ты же сам меня соблазнил! - Но тебе же так не понравилось! - феерическим жестом Франция быстро оказался сидящим на диване, и яростно глядя на своего соперника, и до этого он так красиво скинул одеяло, которое сейчас приземлилась на холодный пол.       Британия уже хотел оправдаться, но открыв рот его вновь заткнули.       - Выметайся!       Франция был в ярости, но и Брит после такого наглого изречения, стал не менее грубым.       - Слушай сюда, французская дрянь. Я говорю то что думаю, и ты мне не указ, и я не должен перед тобой отчитываться!       Франция схватил подушку.        - Да я тебя ненавижу! - со слезами на глазах он кинул подушку в британца, причём кидок был не слабым, и попал он прямо тому в лицо.       Британия от этого опешил, но резко откинув подушку куда подальше, он подскочил с кровати. Встав на ноги, он посмотрел на Францию, и очень грубо откинул того, чтобы он упал обратно.        - Да как ты смеешь, шавка!? - подскочив вновь, Франция уже начал жестоко бить кулаками Британца.       Долго ждать не пришлось, и Брит просто взял его за ноги, и буквально отдернул от постели. Франция грохнулся, и сильный удар пришёлся на голову. Он начал плакать. Это была сильнейшая истерика. Парень подвёлся, и начал во что бы то не стало бить соперника, когда тот рассказывал ему, насколько он жалок. Франция бил его, невзирая на слезы, и ему было уже всё равно на то что ему до ужаса сейчас больно, он просто хотел чтобы тот получил по заслугам. Британия взял его за голову, и просто швырнул куда подальше, и тот ударившись об стену, просто уже прекратил что либо делать, и начал медленно скатываться с неё. Британия смотрел на это жалкое зрелище, и его это ни разу не радовало, ну разве что очередная победа, и понимание что он вновь превзошел Францию. Наблюдая как из носика второго скатываться алая жидкость, под названием кровь, он просто медленно, и так бездушно удалился из комнаты, оставив француза разрываться от боли. От боли в голове, в спине, в ногах, в носу. Ему было больно по всему телу, что уж там. И пока Британии тут нет, он просто решил уснуть, чтобы этот вновь не пришел, чтобы его боль хоть как-то прошла. Британия же за это время успел поставить чайник, и смочить какую-то тряпочку, которой он хотел убрать кровь с носика Франции. Он вновь зашёл в комнату, и увидел Францию, который опираясь на тумбочку спал, а по тумбочке, стекала с носа кровь, и маленькая лужа уже образовалась на полу.       - О боже! - от страха вскрикнул Британия, и быстро подбежав к Франции, он взял его на руки и быстро уложил на кровать, на спину, и приложил аккуратно к носику тряпку.        Франция от этого немного проснулся, и только приоткрыв свои глаза, он увидел Британию, который очень взволнован, и пытается остановить кровотечение.        - Тише, спи, дорогой.       Франция на это лишь фыркнул, и повернулся на бочек, в свою любимую спальную позу. От чего саму тряпочку, пришлось засовывать Франции прямо в носик. Когда Британия уже хотел идти за тряпками я чтобы убирать кровь с пола, и вытереть её с тумбы, послышался голос Франции.       - Ты меня довел, думал что я буду лежать в той позе, в которой хочешь ты, и сейчас пытаешься замести следы, а когда пришел сюда, был так взволнован, потому что подумал что я мертв, и думал куда спрятать труп?       На это Британия лишь хихикнул, и ухмыльнувшись, ответил «Нет». После данного короткого изречения, он удалился на кухню, откуда взял все самые нужные принадлежности, чтобы убрать жидкость из носика Француза. Когда с этим было уже покончено, он пошёл, и заварил себе чай, глядя в окно на людей, на то как они суетятся, и на всё то, что происходит на улице в общем. Он понимал что то что он сделал с Францией - неправильно. Он сильно жалел о том, что так неразумно сорвался на нём, и очень сильно хотел загладить свою вину. За окном всё также куда-то спешили, бежали люди, торговцы кричали на всю улицу, аля «Девущка красавитса, не желаите заморскай дичины атаедать!?))» но так лишь это себе представлял Британия.             Наконец когда Франция очнулся, и смог окончательно прийти в себя после достаточно длительного сна, он пошёл на кухню. Походя по ней, мальчик никого не обнаружил, и в голову закралась мысль, что его реально послушали, и просто так ушли, но осмотрев номер, он увидел вещи которые на месте, и в своей былой теории усомнился. Через пару десятков минут, пришёл и сам Британец, и Франция который выглянул из дверного проема, хорошо его обрадовал.        - Иди ко мне, любовь моя, - Я тебе не любовь, я же просто Французская шавка, - возразил Франц, но Британия поставив пакеты на полку, кивнул на него.       Из пакета торчали несколько палок багета, и они так вкусно пахли, будто бы манили француза собой. Тот подошёл к нему, и осмотрел продукты, которые тот купил.       - Я так понимаю, ты решил меня ослушаться, и ещё на какое-то время остаёшься? - Всё верно, - неся пакеты на кухню, и раскладывая продукты говорил он.       Франция же просто посмотрел в стену, и удалился в комнату. Он не мог определиться, любит он, или ненавидит. Британия явно что-то там готовил, и сейчас Франция просто лежит на кровати, и не знает, что с ним, что с ними будет дальше.              Через некоторое время, Британия пришёл к Франции, и лёг рядом с ним на кровать. Парень смотрел на него так жалостливо, будто бы просил прощения, но тот был непоколебим. Британия запустил свои ручки под кофту Франции, и начал вновь ласкать его спинку, только теперь уже пальчиками. Тот достаточно быстро вспотел, ибо был потным и до этого. Франция фыркнул, но всё же поддался Британцу, показывая всё своё отвращение к этой ситуации, но оба сейчас понимали, на сколько сильно они любят друг друга. Эту любовь не сломить ненавистью или скромностью, во первых потому что их любовь сильна, а во вторых хотя бы потому что ни того, ни того нет.       - Но почему же, ты так жесток ко мне? - Да потому что ты сволочь последняя, и я тебя ненавижу, - гневно выпалил француз, зарывшись в волосы британца, который ласково, трепетно касался его потной спины руками, пальцами, так нежно, а тот так грубо осуждал, и проклинал Брита за сие развращение.       Хотя кто его начал то?