Лютик, блять

Soulmate AU, в которой вокруг запястья появляются звёздочки, когда ты целуешь не своего соулмейта. Когда появляется десятая — ты умираешь. У Лютика их уже девять.

***

— Трисс... — Поцелуй меня, — мужчина поморщился, переводя взгляд на женщину. 9 звезд на ее тонком запястье. Он не хотел быть 10. — Трисс, нет, пожалуйста, — ведьмак впервые в жизни просит лишь об одном, но девушка сама берет его за руку, обхватывает второй мощную шею и целует. Геральт вздрагивает, на его запястье появляется третья звезда, а женщина падает замертво. Именно такие воспоминания пришли в голову Ведьмака, когда увидел у своего верного друга девятую звезду. — Лютик, ты сдурел? Их же было восемь! — Бард лишь усмехается и нежно проводит по черным звездам пальцем. — Ну с кем не бывает, ошибся, — поэт пожал плечами, — к чему такое переживание? В ответ Геральт лишь хмыкнул. Бард откинулся на стуле, держа в руках полный стакан эля и глупо заулыбался, вспоминая всех, кого поцеловал. Троих из них он даже не запомнил. Они виделись еще до того момента, как поэту исполнилось двадцать, а вот пятерых прекрасных дам из Новиграда он помнил отлично: Веспула. Капризная, но невероятно харизматичная. Молли. Милейшее создание, но чрезвычайно доверчивое. Мирабелла. Строгая, но со своими странностями. Роза вар Аттре. Воинственная девушка, но строптивая до ужаса. Присцилла. Ох, а вот она идеальная, почти. Красиво поет, переживает за него, но выглядит так, словно она – собственное отражение барда, а ведь Лютик не настолько самолюбив. Последним же — да, именно последним — оказался приятный кузнец из небольшой деревни. Лютик не сильно расстроился, когда девятая звезда появилась на его запястье, та ночь того стоила. Кто же был его идеалом? Сейчас он все же задумался: как же ему быть? Стоит ли искать своего избранного до последнего или же вообще не рисковать? Юлиан лишь усмехается навязчивым мыслям и переводит взгляд на Ведьмака, который уплетает что-то мясное в таверне. Когда это он успел еду заказать? Он смотрит на его запястье. Всего три звезды. А ведь когда они только встретились была только одна. Лютик знал что одна из «неудачных попыток» принадлежит Йеннифер. Чародейка уже с самого начала своего обучения нашла соулмейта, но каждый раз, когда тема заходила о нем, морщилась, отводила грустный взгляд вниз и бормотала про то, что не стоит вмешиваться не в свое дело. Но кто был третьим? Она появилась максимум два года назад – именно столько друзья не общались. Лютик знал, что Геральт не ответит, поэтому молчал. И так из года в год. Он не решается спросить то, что ему необходимо, а Геральту это и не нужно – он просто обрывает общение. Юлиан встает с места и быстрым шагом направляется в сторону выхода под вопросительным взглядом Геральта. — Лютик? Геральт, казалось, был озадачен поведением друга. Конечно, он направился за ним спустя час и застал смотрящим в окно, обхватившим руками плечи. Лютик молчал. Будь они в другой ситуации, Геральт бы обрадовался, что Бард замолчал, но сейчас он выглядел ужасно. Ведьмак сел на кровать, поправил длинные и грязные от пота и крови волосы и перевел взгляд на Лютика — Это из-за… — Геральт, помолчи. Мужчина уже хотел возмутиться, но промолчал. Ведьмак и сам не понимал, почему пришел к другу. Обычно, когда у него случались проблемы, он просто оставлял его наедине, а сейчас… Молчание — золото. — Геральт, я нашел тебе задание! — весёлый Лютик спустился по лестнице с этажа, где находились комнаты. Ведьмак говорил с стрельцом местного помещика. Тот упорно пытался отговорить его от любого дела, бормотал, что все в деревне хорошо, и им стоит поскорее уехать, чтобы не пугать народ. Ведьмак слегка толкнул стрельца в плечо и отвернулся, приковывая взгляд жёлтых глаз на Лютика. Улыбка сама начала проявляться на грозных чертах лица, когда он увидел его: слегка растрепанные волосы, веселый взгляд, по которому он скучал уже сутки, и письмо в руке. Геральт кивнул, грозно посмотрел на стрельца. Он испуганно задрожал, и уже через мгновение побежал к выходу. — Милая девушка, дочь кузнеца из деревни, сообщила мне, что по здешним лесам бродит огромный волк, и часто люди в деревне пропадают… — Если подумать, можно предположить, что это оборотень, — кивнул ведьмак и посмотрел на поэта, который протянул ему письмо. — Устроим засаду? — Лютик, я скучал.

***

Геральт зашипел на Лютика, который сегодня говорил без перерыва, и слез с лошади. — Ты что-то слышал, Геральт? — Да тише ты! Он достал серебряный меч. Послышался тихий треск. — Помогите… Кто-нибудь… — Геральт, там кто-то есть! Девушка! — поэт испуганно огляделся, пытаясь понять, откуда был слышен голос и ускорился. — Лютик, блять, подожди! — прикрикнул Геральт, но мужчина не послушался: сменил шаг на бег, а когда увидел силуэт возле дерева остановился. Раненная девушка сидела на земле, прижимая руку к ране, которая кровоточила. — Ей надо помочь! Геральт, у тебя есть какие-то лечебные зелья? — Ласточка, но боюсь, она не подойдет для нее. На тебя напали? Женщина кивнула, а Геральт, пронзительно смотря на нее, неожиданно замахнулся острым мечом, разрубая голову чудовища пополам. — Геральт! Что ты творишь?! — Это засада! И Ведьмак оказался прав: стая оборотней окружила их. Геральт вновь замахнулся и в одно мгновение убил двоих, он спешил, ведь понимал, что бард не сможет защитить сам себя. — Геральт, если я умру…— испуганно начал Лютик, когда к нему стали приближаться трое волков, — знай… Он не успел договорить, один из них вцепился в ногу поэта, остальных же Геральт убил магией. — Сучара, — он разрубил напавшего оборотня на две половины и помог Лютику встать. — Кажется, я лишился ноги… — Он не сильно тебя укусил, но боюсь, в ране мог быть яд, — ответил Ведьмак, разрывая белую рубашку поэта, чтобы перетянуть ногу. — Жди здесь, убью главного и вернусь… — Геральт, будь аккуратнее!

***

— Мда, сделали вы делов конечно, — проворчал травник размельчая травы. — Кто же знал, что оборотнем окажется дочь вашего хозяина? — грубо ответил Геральт и положил раненого Лютика около стола. — Знали все, но молчали, хотели сказать вам, Ведьмак, но под угрозой казни велели молчать. — Как вылечишь моего Лютика, убью хозяина и уйду. — Вашего Лютика? — удивленно спросил травник, но тут же замолчал, — стоит лишь дать ему эти травы и ночь отдыха. Пусть побудет у меня. Геральт промолчал.

***

— Геральт, — тихий голос барда раздался в комнате, где находились двое напарников. Ведьмак был в легком полудреме и почти сразу же привстал, чтобы посмотреть как Лютик себя чувствует. Бард позвал еще раз, мужчина встал с неудобного стула и навис над ним. — Геральт, я, — томно задышал Юлиан и посмотрел своими очаровательными глазами на него. Мужчина лишь хмыкнул, положил ему руку на лоб и понял, что у того горячка. Его предупредил об этом травник, и он был готов к этому. — Лютик, не говори ничего, тебе нужно восстановить силы. — Ого, Геральт, ты сказал столько слов за одну реплику. Выходишь на новый этап, — бард откинулся на кровать, которая являлась деревянной доской с постеленной на нее медвежьей шкурой. — Лю… — Геральт, почему ты говоришь о том, что вас сделали без чувств, а сам можешь иметь соулмейта? Геральт молчал, а Лютик продолжил говорить: — Знаешь, кто был последним? Мужчина! Мужчина, к которому я не испытывал чувств, а лишь захотел его. Я рассказал тебе о моей девятой звезде, теперь поведай о своей! — Все, что тебе стоит знать — я убил ее из-за поцелуя, и я не позволю кому-то сделать это с тобой. — Так сделай сам. — Что? Лицо Ведьмака выражало растерянность. Лютик обхватил его шею руками, целуя губы Геральта. Охотник тут же оттолкнул его от себя, но было поздно. Нет, не поздно в плане десятой звезды, а поздно для нового поцелуя, который последовал за ним, ведь звезды на их руках постепенно начали исчезать, поцелуи становиться горячее, а ночь не такой длинной.