Искушение для беты

Пять лет супружеской жизни — это всё-таки срок. Для кого-то большой, для кого-то маленький, а для кого-то переломный. Быт налажен, первоначальные отношения, построенные на желании заинтересовать и удержать партнёра, постепенно сходят на нет, вытаскивая из глубин характера всё больше эгоизма и собственных целей. И вот уже обоих возмущает невозможность развиваться дальше, а также желание второй половинки спихнуть на партнёра общие дела. При этом каждый считает, что делает для семьи больше, чем другой. Ллайе-Хат-Саари тоже не минул кризис семейных отношений. Правда, связан он был не с домашними делами и не с заработком. Причиной для всё более частых скандалов становились омеги. Риайн старательно пытался объяснить супругу, что появление третьего в семье не изменит его отношения к нему. Что Ллайе всегда будет для него единственным бетой, тем, с кем он сможет поделиться своей проблемой или успехом, кто разделит его интерес и которого всегда поддержит он сам. А омега — это совершенно другое. Это центр семьи, центр дома, тот тёплый огонёчек, который свяжет собой две целеустремлённые личности — альфу и бету. Как вообще можно ревновать к омеге? Омегу надо любить и беречь. Вот только Ллайе хотел, чтобы любили и берегли его. Землянин, воспитанный в двуполых отношениях, он считал, что третий — лишний. Что это будет измена и предательство, а не полноценная семья. Поэтому каждый раз он бесился и демонстративно уходил, когда Риайн начинал флиртовать с омегами, а дома всё начиналось по кругу: обида, ревность и попытки Риайна объяснить, что это нормально. Но свой предел имеет всё. Когда Риайн привёл в их дом какого-то омегу, пока не окончательно, лишь для знакомства, Ллайе вспылил. Не то чтобы юноша ему не понравился, скорее он оставил Ллайе равнодушным, зато самого омегу неприятно поразил бета-землянин, о чём он тут же поспешил заявить. И пусть сказано всё было тихо и вежливо, но сути претензии это не поменяло. Омега готов был принять альфу, но не бету. Именно в этот момент, глядя на расстроенное лицо Риайна, Ллайе и решил для себя всё окончательно. Ему тут не место. Риайн не перестанет искать для себя омегу, а Ллайе не сможет принять в семью третьего. И если даже смирится с существованием конкурента, то для омеги так и останется чужаком. В итоге, несчастными окажутся все: Риайн будет разрываться между бетой и омегой, Ллайе будет постоянно обижаться, а омега — высказывать недовольство. А значит, есть только один выход. Ещё четыре года назад, на предложение Ро-Саари выбрать себе желаемый подарок, Ллайе решил остановиться на космической яхте. Дорогое, конечно, удовольствие, зато это полная свобода передвижения. Можно не привязываться к основным транспортным рейсам, а сразу лететь туда, куда хочешь. Тем более, что небольшое судно полностью управлялось автоматикой, а присутствие пилота нужно было лишь для того, чтобы задать курс. А самое главное — можно было не беспокоиться о топливе и эксплуатации. Все расходы по содержанию яхты брал на себя Род Саар, потому что, как и любая другая собственность, она числилась за семьёй, а Ллайе был лишь приоритетным пользователем. Такая форма владения была привычна для рнейцев, как тот самый дом, где Ллайе жил с Риайном. Вроде бы и их личный, но при этом общественный. Но пока они его сами не освободят — никто другой не будет претендовать на это жилище. Для Ллайе это было особенно актуально. Ведь после того, как Земля признала мёртвым Лайнелла Керми — все его личные счета, завязанные на прошлое имя, оказались недоступны и ушли в наследство, как имущество любого другого мёртвого человека. Когда Ллайе это понял, то даже порадовался, что успел написать завещание, по которому его сбережения могут быть потрачены только на высшее образование его племянников. Для мальчишек денег ему оказалось не жалко. Через полгода обучения обращению с приборами, Ллайе впервые в жизни вывел в космос собственный корабль. Тогда он казался себе самым счастливым человеком, ведь Вселенная распахнула перед ним свои двери, а за спиной стоял любимый, пусть и не человек — альфа. А вот сегодня, бросая грустные взгляды на диск Рнейме, Ллайе с трудом сдерживал рвущуюся из груди боль, но руки уверенно порхали над приборами, задавая координаты прыжка. Из дома Ллайе ушел по-английски, лишь оставив для Риайна сообщение, в котором подробно расписал причины поступка и извинился, что не нашел в себе силы сказать всё лично. Потому что тогда Риайн наверняка бы его отговорил и общие страдания продолжились бы дальше. А так он развязывает Риайну руки в его поиске семейного счастья. Ллайе хоть и ушел от Риайна, но по-прежнему принадлежал Роду. Новое имя уже срослось с ним, как родное, и он больше не считал себя землянином, но и рнейцем до конца стать так и не смог. Зато точно остался бетой, хоть и не по половому признаку, а по характеру. Поэтому неугомонная жажда знаний, присущая бетам, сейчас гнала его вперёд, в глубины космоса, туда, где перед ним откроются тайны Вселенной. От своей идеи найти легендарную базу Оэйкан Ллайе так и не отказался. За прошедшие годы он перелопатил все архивы, до которых только смог дотянуться, стал почти специалистом по автономным космическим объектам и выслушал миллионы советов бросить это гиблое дело — он не первый и не тысячный, кто пытается разгадать эту загадку. Но Ллайе не бросал, хоть и делал перерыв в исследованиях. Иногда времени не хватало, а иногда расстояния подводили. Ллайе обнаружил, что военные архивы тех веков в полном объёме передали на Сайланор — космическую станцию, куда сейчас и решил направиться Ллайе, раз уж стало всё равно, куда лететь. Благодаря анабиозу две недели полёта прошли для Ллайе как одно мгновение. Лёг в капсулу на орбите Рнейме, а вышел — в звёздной системе Кьери. Сама звезда спектром свечения напоминала Солнце, только планеты находились от неё слишком далеко. Самая первая вращалась на орбите, соответствующей поясу астероидов в солнечной системе. То есть между Марсом и Юпитером. Несмотря на низкие температуры, планеты Кьери были богаты редкими металлами и минералами, поэтому, в своё время, Рнейме и застолбила себе этот сектор, построив огромную, размером со спутник, промышленную добывающую станцию, которая вращалась на орбите «0», то есть между звездой и её планетами. А уже позже на орбите «-1» появился научно-исследовательский комплекс «Сайланор». Попасть в научный штат станции мечтал любой бета, ведь именно на Сайланоре проектировались и модернизировались космические корабли, а также прочие сопутствующие исследования и опытные установки, эксплуатация которых была запрещена на обитаемых планетах. Но самое главное — там был самый полный архив Рнейме, где можно было найти абсолютно любую информацию по «-7 000» — «-2 000» лет от текущего века. Вот он-то и нужен был Ллайе. На Сайланор он сел без проблем. Сегодняшнее управление космическими кораблями подразумевало минимум участия пилота. А уж если на станции есть посадочный протокол, то вообще думать ни о чём не надо: ввел полученный код и жди, пока корабль сам войдёт в нужный док. Статус беты, как и везде на Рнейме, дал ему «зелёный свет». Да, пусть жилой комплекс на Сайланоре не такой комфортабельный, как родовой дом на Рнейме, но и Ллайе не привереда. Есть спальня, есть кухня — а больше и не надо. Ему, как и большинству обитателей Сайланора, была важна информация, а не удобства. О том, что Риайн может его легко отыскать по местонахождению семейной яхты, Ллайе не переживал, можно сказать: он надеялся на это. Что его альфа бросит все свои увлечения и ринется за ним. Что здесь, на территории бет, где альфы и омеги бывают лишь от случая к случаю, вернутся их прежние отношения, когда Ллайе был для Риайна единственным любимым человеком. Ну а пока этого не случилось, Ллайе собирался использовать полученный доступ по максимуму. — Доброго дня! Ллайе-Хат-Саари, — представился он архивариусу. — Мне нужны данные по базе Оэйкан, всё, что может предоставить ваш архив. — Доброго дня, Ллайе-Хат, — кивнул ему пожилой бета. — Можете называть меня Неймие-Тай. Неужели интерес к Оэйкан ещё не утерян Родами? Вы можете получить всё желаемое по запросу, но я бы рекомендовал сузить поиск. Если вы ознакомились с нашими правилами, то должны знать, что работать с документами можно только в архиве. Копирование на внешние носители — платное. А по вашему запросу найдётся около миллиона ячеек. Уверены, что хотите получить всё сразу? — Тогда, Неймие-Тай, можно, для начала, схему базы? — Разумеется. Пройдите за терминал восемь… Следующие несколько дней Ллайе сравнивал базу архива с тем, что было у него на руках. Большого отличия от общедоступной информации он не нашел, зато обнаружил недостающие фрагменты, точнее: схемы подсобных помещений базы, которых не было в свободном доступе. Задавив в себе жабу, Ллайе скинул их себе за две тысячи за схему, и это при том, что на Рнейме он за посольское общежитие платил в месяц меньше. Заодно и понял, на какие деньги Сайланор обеспечивает себе существование. В следующий раз в архиве Ллайе появился только через неделю, когда вынужден был расписаться в собственном бессилии. Новые схемы ничуть не прояснили ситуацию, а лишь усугубили её, полностью поломав уже созданный Ллайе проект. Но факт есть факт, и отмахнуться от него — значит утонуть в собственных фантазиях, которые могут быть так же далеки от реальности, как Земля от Рнейме. — Можно мне что-то ещё, кроме утверждённых планов Оэйкан? — обратился он к бете, что сегодня сидел за стойкой консультанта. — Может дневники или личные записи? — Чьи дневники и чьи записи? Уточните запрос? — Без разницы! — нахмурился Ллайе. — Просто неофициальные упоминания Оэйкан в личной переписке. — Мало данных. Уточните запрос, — с компьютерной невозмутимостью повторил бета. Ллайе повторил, и ещё раз, и ещё попытался сузить поиск, но незнакомый бета лишь монотонно повторял: — Уточните запрос. — Ллайе-Хат! — вдруг окликнул его знакомый голос. — Вы снова к нам? Что вас интересует? — Я уже десять раз просил вашего сотрудника… — с обречённостью вздохнул Ллайе. — Не обращайте внимания! — фыркнул Неймие-Тай. — Раэйлин — гормонально зависимый. Он у нас, обычно, на выдаче, но сегодня я попросил его заменить меня на час. Так что вы хотели? — Дневники или личные записи по Оэйкан. То, что обычно не подпадает под статус «официальные данные». — Шестьдесят ссылок вас устроят? Но предупреждаю: там только упоминания, никакой конкретики. — Устроят, — согласился Ллайе. — А что, у вас омеги есть, раз беты — гормонально зависимые? — Есть, — кивнул Неймие-Тай. — Мало, но есть. А родитель Раэйлина тут уже лет пятнадцать и, похоже, улетать не собирается. Знаете, в этом и свой плюс есть. У него восемнадцать бет и все при деле. Как ни странно это прозвучит, но на Сайланоре, где бет почти девяносто процентов, совсем некому выполнять черновую работу. Так что дети Элейни весьма востребованы. Вот, получите ссылки на ваш запрос!