Единственный выход

      В комнатке господина Ци Женя было несколько душно: он терпеть не мог легкий сквозняк и вообще довольно просто замерзал. Он любил жечь палочки благовоний к месту и не к месту, отчего Лань Дэ Шэна и Лань Ци Женя смеха ради называли разлученными во младенчестве братьями. Именно из-за этих привычек многие предпочитали общаться с Ци Женем исключительно вне его личных покоев.              Однако Лань Кинг Линг была не так проста, и даже тошнотворный аромат благовоний не пугал ее. Кинг Линг вообще ничего не пугало, если подумать.              Сейчас они создавали иллюзию мирно разговаривающих людей, впрочем, если разобраться получше, можно было предположить, что пожилая женщина очень даже злилась, отчитывая отпрыска сестры.              — Когда ты уже сбреешь эту противную бородку? Смотреть на тебя тошно.              — Кинг Ли…              — Ладно, я не для этого пришла. Ци Жень, скажи, как такой уважаемый учитель может быть настолько глуп?              Альфа смутился. Он опустил взгляд вниз, не находя нужных слов. Ситуация патовая, в какой-то мере неразрешимая. Как только он увидел Вэй Ина, сразу понял: дело очень плохо. Нужен был особый человек. Лань Кинг Линг.              — Раньше все было нормально… Он довольно легко принял Ван Цзи…              — Ничего не было нормально! Ребенок не может быть в порядке после того, как над ним надругались. Особенно, если это сделал совместимый альфа. Даю голову на отсечение, что мальчик абстрагировался, убедил себя в чем-то. Ну как же никто не додумался с ним поговорить о случившемся! Как можно было оставить его одного наедине с этими проблемами! Не могу поверить…              Женщина устало выдохнула, прерывая свою тираду на время. Ци Жень, помолчав, решил все же оправдаться:              — Мы не думали…              — Вот именно! Вы не думали! А мальчику теперь нужно все это переживать заново, а все потому, что вы додумались позвать меня только сейчас. Ха-а…              Женщина встала из-за стола и направилась к двери. Она, конечно же, не удостоила Ци Женя поклоном. Вообще Кинг Линг — одна из самых злостных нарушительниц правил Облачных Глубин. Однако ни разу еще она не подверглась наказаниям: в какой-то мере, ее тоже наделили особыми правами, как и Вэй Ина, который мог есть в ордене мясо или рыбу.              — Куда ты уходишь? — теребя ханьфу, спросил пристыженный Ци Жень.              — Куда-куда… Я собираюсь сделать то, что еще шесть месяцев назад должна была сделать его семья. Я собираюсь ему помочь.       

***

      Холодно. По-настоящему холодно. Вэй Ин даже пару раз ладонью поймал редкие крупные снежинки, парящие в небе и медленно опускающиеся на землю. Домик одного из лекарей находился в отдалении, поэтому омега порядком замерз, пока шел.              На лице в последние дни не было озорной улыбки. Это не из-за отравления — все уже прошло, он чувствовал себя довольно хорошо. Ему не хотелось радоваться и улыбаться из-за того, что он увидел два дня назад. Конечно же, Вэй Ину объяснили, почему его муж вышел из себя. У Сянь узнал также о том, что Ван Цзи не рассказал ему о приставаниях Минь Шаня во время ночной охоты. Ведь недоговаривать — это то же самое что врать, разве нет?              Кажется, Вэй Ин совершенно не знал собственного мужа. Два дня назад он в прямом смысле не узнал супруга: перед ним будто бы стоял безжалостный зверь, шесть месяцев назад причинивший вред без какой-либо причины — внутреннему волку Лань Чжаня так захотелось. Он хотел свое — он взял и подчинил себе. И он же сломал У Сяня.              Вэй Ин ничего не знал о Лань Кинг Линг. Единственное, что он смог выведать у Си Ченя еще утром — это то, что госпожа Кинг Ли специализируются на личных проблемах. А еще она сестра матери Лань Ци Женя.              Подойдя к домику, У Сянь постучал.              — Войди! — крикнули ему, после чего омега зашел внутрь.              Тепло, пахло чайными травами и сдобой. Осмотревшись, Вэй Ин увидел высокую, но худую женщину лет пятидесяти, однако он знал, что она значительно старше: ей должно быть порядка шестидесяти пяти.              — Госпожа Кинг Линг, вы звали меня? — Вэй Ин почтительно поклонился после своих слов, а потом услышал добрый смех хозяйки домика.              — Где ты тут видишь госпожу? Ох, давненько меня так не называли, ах-ах-ха…              — Ох, простите, а как мне к вам обращаться?..              — Госпожа сидит в красивых одеждах и правит своим домом. Попробуй еще раз.              — Доктор Лань? — смущенно произнес омега, опустив взгляд в пол.              — Мда, ну что за неразумное дитя! Долой все эти вежливости и условности! Так, ладно. Оболтус рассказывал тебе обо мне? Что смотришь так?              — Оболтус?.. — повторил У Сянь, часто-часто моргая.              — А, я так Ци Женя называю. Он то еще бедствие на мою голову.              — А, старик сказал, что вы — доктор, помогающий с личными проблемами. А еще вы приходитесь родной сестрой его матери.              — Старик?! Хах, ты называешь его так?! Ох, Ин-эр, как же ты мне нравишься, хах-ах-ах… Ну, насмешил. Раздевайся скорее и проходи, я как раз чай заварила. И да, называй меня бабушкой.              Вэй Ин обомлел, а потом все же кивнул, неловко улыбнувшись теплу, которое исходило от этой женщины. Она не была похожа на других Ланей, но это ему в ней очень нравилось. Пожалуй, Кинг Линг была слишком яркой, громкой и открытой. Ее характер совсем не вписывался в строгий орден Гу Су Лань. Также, как и сам Вэй Ин.              У Сянь прошел вглубь комнаты и присел за столик. Сейчас он смог получше разглядеть помятый наряд Кинг Линг. Лобная лента выглядела ничуть не лучше: она была так неловко вплетена в волосы, что Вэй Ин понял — нечасто она ее вообще носит. У Сянь вот до сих пор супруга просил помочь с лобной лентой, потому что не мог с ней справиться. А так как последние два дня и две ночи они были порознь, Вэй Ин выглядел словно облезлая кошка — растрепанный, лобная лента перевернута и вообще повязана криво: она даже умудрилась запутаться в волосах; одежда местами мокрая от снега, подол ханьфу он и вовсе прожег, когда гладил этим утром… Обычно всем занимался Лань Чжань, встающий с утра пораньше.              — Бабушка, вы позвали меня из-за того, что я…              — Ну вы посмотрите какой шустрый! Зачем же сразу к делу-то? И нет необходимости обращаться ко мне на вы.              — Ох… Хорошо, простите.              Бабушка мягко улыбнулась, получше разглядев, как надета лобная лента омеги. Даже она не совершала таких ошибок — чтобы узор клана, да не был виден… Как он вообще умудрился ее перевернуть, повязать косо, да еще и запутать ленту в темных и длинных волосах, которые, к слову, торчали во все стороны? Такое ощущение, что это ее дитя, не иначе.              — Ну-ну, давай пробуй печенье, я только-только из печи достала. О, расскажи лучше, как беременность протекает!              Омега улыбнулся, чувствуя облегчение впервые за несколько дней.       

***

      Целый день за легкими разговорами понравился Вэй Ину. Пожалуй, давно он так не общался с кем-либо. Бабушка Кинг Линг оказалась понимающим человеком с идентичным характером — сложнее было искать отличия между ними, чем сходства.              Вэй Ин рассказывал о беременности, о семье, о своих любимых развлечениях и предпочтениях в еде. Кинг Линг поведала несколько историй о детстве Лань Ци Женя и о своих путешествиях — как оказалось, в ордене она проводила малую часть своей жизни. Она и прилетела сюда только потому, что Ци Жень позвал ее. А так она и дальше носила бы тряпье и разгуливала по деревням.              — Это еще оболтусу повезло, что я поблизости была. А то летела бы неделю…              Женщина перевела взгляд в окно и увидела, что темнеет. Нахмурившись, она поднялась, начиная прибираться.              — Засиделись мы с тобой. Как бы ты ужин не пропустил из-за меня! Ты в положении, тебе нужно хорошо питаться, а не перебиваться закусками. Так, приходи ко мне завтра, поговорим еще.              — Постойте, а разве мы не должны… Ну, там…              Кинг Линг повернулась к нему, чуть нахмурившись.              — Не стоит спешить. Ин-эр, спешка в этом деле — не помощник, а враг. Мы с тобой шаг за шагом перейдем к основному и все-все преодолеем. Главное, чтобы ты этого хотел.              Вэй Ин тут же поднялся. Его глаза загорелись.              — Я хочу этого. Я уже скучаю по нему… Мне даже спать без него не нравится…              Бабушка улыбнулась, подошла к Вэй Ину и нежно, но крепко обняла.              — Все хорошо, не спеши. Я поняла тебя, и я рада, что ты хочешь этого.              Она гладила У Сяня по голове, успокаивая его.              — Спасибо вам, бабушка…              — Ну-ну… Пока что не за что меня благодарить…       

***

      Вэй Ин отправился в пустой дом. Закутавшись получше, он быстрее перебирал ногами, думая.              Лань Чжань съехал из их гнездышка в тот же самый день, потому что У Сянь не мог находиться рядом с мужем после того случая. Вэй Ин боялся его, к тому же ужасные воспоминания слишком резко обрушивались на него, и он не выдерживал этого.              Лань Си Чень тем же вечером объяснил У Сяню поступок Ван Цзи, надеясь, что тот поймет. Омега узнал и про отца, не разобравшегося в ситуации, и про Су Ше, что нагло желал его мужа. Да, он в какой-то мере понял супруга, но страх никуда не делся. Его по-прежнему пробирал ужас при мысли, что он увидит Лань Чжаня.              Семейство Цзян пыталось ему помочь, пыталось подбодрить, но безрезультатно. У Вэй Ина стало две семьи — семейство Цзян и семейство Лань. И самый важный из Ланей не мог находиться с ним рядом: У Сянь от этого совершенно терял рассудок.              Вэй Ин прогнал чету Цзян в тот же день и теперь к нему в гости ходили по одному. Жаловал Вэй Ин только Мадам Юй и дядюшку Ци Женя: только старшие не смотрели на У Сяня с жалостью. Чего-чего, а этого ему было не нужно.              Вэй Ину нужен был муж, по которому он так скучал и которого до дрожи в коленях боялся. Из-за собственной слабости У Сянь не мог справиться со своими чувствами, взявшимися из ниоткуда. Поэтому, как только У Сянь понял, что сам не справится, он сразу же согласился с предложением Ци Женя сходить к опытному человеку в житейских вопросах. Кажется, У Сянь сделал правильный выбор, решив довериться Лань Кинг Линг.