"Желтый"

      Валентино мирно дремал в той куче подушек, по какой-то причине оставленных после съемок в качестве неиспользованных декораций, покуда его не разбудила знакомая, хоть и не особо приятная слуху трель мобильного устройства. Иногда волей-неволей действительно задумываешься о надобности этих современных технологий, когда пищащие, назойливые, заливистые сигналы вырывают тебя из блаженных объятий царства Морфея, возвращая в суровые реалии. В отличии от большинства гиперактивных личностей, по типу нашей «любимейшей» принцессы, сутенер скромно восседал в своих покоях в свободное время, предпочитая покой, чем просто бессмысленное существование в какофонии неразборчивого шума улиц, погруженный в повседневный хаос. «Работа-работа, очередная работа» — лишь это звучит на протяжении многих недель в голове суетливого владельца студии, покуда ранее две пары рук беспрестанно заняты бесчисленным множеством бумаг, требующих срочного внимания. Удивительно, но даже на том свете нетрудно довести «до могилы» любого служащего, оказавшегося на месте высшего, иногда слишком ответственно подходящего к работе. Хотя навряд ли это можно назвать минусом, скорее приятным недостатком.       И вот, какого-то дьявола, мелкие сошки решают влезть в его бизнес с ненужными советами, а то и вовсе наглеют и пытаются использовать воистину подходящее время, провернув себе в пользу, строя действительно ничтожные козни. Ах, жаль, что мозгов маловато. Сколько, право, сколько же душ полегло за эти десятки лет, проведенных в этой низине, а глупцы так и не осознали своего места, каждый раз оказываясь втоптанными в грязь? Что ж, «Sit tibi terra levis, molliquetegaris harena, Ne tua non possint eruere ossa canes»*, как говорится. С подобными случаями чаще всего разбирались работники ниже рангом, а точнее один — мадам Вельвет. Странный случай, ведь эта девушка оказывала услуги иного типа, если точнее, то совсем не интимного характера, а также выполняла различные поручения от самого Валентино, а не привычной клиентуры. На дорогих посетителей «не-борделя» всегда найдется товар, негоже жертвовать способностями столь миловидного личика. Сложно вспомнить момент, когда продюсер позволил свалить всю грязную работу на девчонку, не в меру острую на язычок, что чрезмерно контрастировало с ее приятной внешностью, но действительно с ярым трепетом выполняющей услуги быстрого, хах, наемника. Хотя иногда и самому хочется поразвлекаться, чего греха таить! ~ Ах да, звонок. Рядом лежащее тело уже начало спешно собираться, явно намереваясь вскоре покинуть помещение. — Уже уходишь, дорогуша? ~ — Слащаво пролепетали уста мужчины, сверкая еще малиновыми зенками, да внимательным взором изучая тело, нелепо маячащее перед ним в попытке спешно напялить на себя мятые одежды, небрежно кинутых ранее в порыве страсти.       В ответ на вопрос сутенера послышалось лишь сонное бурчание, смешанное с телевизионными помехами, которое можно услышать при потере сигнала на так называемых «ящиках», кои недолюбливал другой высший. Вероятно, он и стал причиной столь неожиданного побега на студию. Двух демонов, еще утром возлежащих подле друг друга, упиваясь теплом тел, полученных за свои недобрые поступки, разбудил неприятный и бессменный рингтон на смартфоне телеведущего, не оставляя и шанса на мирный сон. Да, грешники, уже покинувшие мир живых, кои не должны нуждаться в такой вещи как сон, тоже не прочь вздремнуть после интимного акта, а также довольно нагруженной недели, ведь отдых — не то, чем стоит пренебрегать в любом состоянии, но в меру, конечно же. Несмотря на это, большинство привычек остались на поверхности. Навряд ли в этих телах осталось еще хоть что-то человеческое. Как минимум, продюсер был в этом уверен, наблюдая и оценивая свой нынешний образ жизни со стороны.        Если верить обрывкам фраз во время столь раннего звонка, то рогатый хотел поставить новую, улучшенную, «Изумительнейшую» версию показанной ранее рекламы «Отеля Счастья», организованной никудышной девицей, заимевшей свой титул «принцессы» лишь за счет родства с Люцифером. Ничтожно. Паскудно. Покуда все пробиваются «наверх» по карьерной лестнице, смещая врагов ниже рангом явно не самым миролюбивым способом, эта девица — посмешище, посмевшее наплевать на правила и усесться на плечи дорогого отца, по факту, используя лишь его имя. Право, почему ей досталось звание, а теперь и возможность организовать собственный проект, который еще и провалился с треском лишь на стадии задумки? Только из-за королевской крови, бегущей по венам белокурой девы?       Однако, сейчас это не было проблемой. Пребывание в бесконечном потоке мыслей, рвущихся наружу, несколько отвлекло мужчину, все еще возлежащего на постели, да наблюдающего своими юркими зенками за действиями другого, уже собранного, если, конечно, заметные складки и зацелованный экран можно назвать собранным видом. В какой-то мере Валентино мог бы назвать это умилительным, кабы не знал о беспокойном нраве и характере квадратноголового, невольно воспроизводя в голове не самые благородные поступки, совершенные им в одиночку или же в дуэте, при виде этой сцены, но все равно легкая ухмылка наглым образом вырисовывалась на его устах. — Однажды таракашка мне дырку проест, не думаешь? — С ехидством раздался голос из монитора, взглянувшего на свое отражение. — Дьявол, у тебя есть чистящее средство?! — М, я могу тебя вылизать, если сам не справишься! ~ — В ответ на колкость почти пропел порно-режиссер, щуря взор.       Ленивые потягивания да парочка скверных слов, не особо напоминающих осмысленную речь, и вот, главный герой сей истории уже стоит рядом, гордо разглядывая свою «работу», расписанную на холсте, точнее на мониторе телеведущего, находясь рядом с туалетным столиком, заваленного далеко не косметическими принадлежностями. Ну, по большей части. Львиную долю площади занимали аксессуары и различные средства, мази, используемые либо для быстрого перепихона, либо в повседневной жизни. В эту ночь двум высшим наконец выпал шанс расслабиться после нагруженной недели, на которую выпало немало заказов на обе стороны из-за наплыва клиентов после того злосчастного репортажа с той, м-м-м, как ее, Кэтти Киллджой? Маленькая девица, а потрепала нервы всем, даже довольно привлекательной и харизматичной ведущей, ну что за срам?! Благо, тепло чужого тела улетучивало весь скопившийся стресс в мгновение ока, отдавая внимание только одному — обворожительному партнеру, нежно, но властно погружающего в один из излюбленных им грехов, коим он и зарабатывал себе на хлеб, снимая непотребства с актерами. Этой ночью «жертвой» стал всеми известный высший, а именно месье Вокс, довольно быстро заимевший себе ранг и звание за счет своего преимущества в виде знаний, полученных еще при жизни. Давнее знакомство играло на руку обоим, потому подобные встречи чаще всего выпадали именно на эту гордую, скрытную, столь манящую персону, ведь «дружба», точнее бизнес-партнерство, буквально прошедшее через века, давало о себе знать; Чувственные касания, слабые места, мысли — все это не было секретом для них уже несколько десятков лет, пусть мужчины и не сразу решились зайти дальше привычных рамок сотрудничества. Однако, девизом обоих все еще оставалось одно: «Никаких отношений». Никогда. — Посмотри в том ящичке, любезный, а после лучше удели время своему прикиду вновь, а то парочка складок выдает твою «бурную деятельность» этой ночью. — С усмешкой выдал сутенер, приобнимая демона за плечи, разглаживая пиджак, а свободной лапкой указывая на нетронутый ящик, который был незаслуженно обделен вниманием. — И кто же в этом виноват, Валентино? ~ — Косо бросил демон, быстрым движением доставая средство, а после смачно размазывая его по экрану, дабы стереть полупрозрачные отпечатки розоватого блеска. — Понятия не имею.~       С этими словами владелец студии, дарующий бессчетному количеству извращенных умов качественные фильмы для взрослых, созданных абсолютно на любой вкус без исключения, дабы удовлетворить животные потребности грешников, удалился в ванную комнату, оставляя телеведущего отмываться после его хорошо сделанной «работы».       Заметив отсутствие высшего по возвращению, тараканоподобный лишь горько усмехнулся, мельком оглядывая свои покои малиновым взором, напряженно щурясь, которые явно жаждали чего-то скромнее, чем вычурные элементы интерьера, бросающиеся в глаза любому пришедшему, состоящих из: ряда банальных подушек-сердец, роскошных ваз с диковинным узором, прозрачной шторкой, на которой красовался ожидаемый узор — те же сердца, да качественной уборки. Ее, конечно же, выполнит кто-то другой, негоже самому марать руки этим непотребством… Снова. В сей миг. Например, та новенькая, девушка сенная, нанятая чисто по случайности после удачной, хах, «сделки» с ее родственником-мафиози, будь он неладен, глупо посягнувшего на его владения, не имея при этом в рукаве лишних тузов. Какая дикость!       Правда, в данный момент шутить не хотелось. Легкая горечь после ухода старого знакомого имела скверный вкус, напоминающий не о самых приятных деньках на поверхности… Черт бы побрал эти воспоминания. Они подобны дорожному знаку «Стоп», находящегося на перекрестке, где обычно происходит оживленное движение, но не для него — человека, скрытого за стеной собственного недоверия. Ком в горле застревает снова, в который раз, неумолимо сжирая настроение, еще недавно царившее в этой скромной комнате, покуда ее не покинул единственный грешник, знающий о Валентино больше, чем о простом «Клубничном сутенере», заменяя досадной горечью о минувших днях. Почему именно он вынужден стоять и терпеливо молчать, сдерживать себя каждый раз, когда рядом находится столь знакомый лик? Лик, способный стереть все тревоги лишь своим присутствием, но вновь и вновь неумолимо покидающий его, оставляя наедине со своими переживаниями. Каждый раз хочется вспомнить те времена, когда он, будучи еще неопытным школьником, мальчишкой, осмелился постигнуть значение слова, которое теперь всячески отрицает и заменяет лишь похабным, извращенным аналогом. Если бы он тогда не оступился. Если бы понял. Если бы… Но неважно. В руках образовалась сигарета, предварительно вынутая из слегка помятой пачки, что находилась в том же ящике, откуда гость добыл себе немного чистящего средства. Кстати о нем, не оно ли лежит брошенным на полу? Деньги на ветер. Стоит спросить с этого дурака.       Подобные мысли посещают голову не первый раз, о нет. Скорее, это можно назвать больной привычкой, ведь излишняя привязанность ни к чему хорошему не ведет. Ему ли, высшему демону, грешнику, недостойного прощения, протянутой ангельской руки, не готовой пронзить его копьем, не знать о подлости и коварстве? Вскоре он снова забудет об этом, с головой погрузившись в работу. Снова.       С этими мыслями сутенер в спешке набрал номер, подписанный как «Третий», приказывая пришедшей девице поскорей убрать комнату до прихода следующего гостя…