Я куплю тебя, чтобы (не)спасти.

      Тот день стал переломным моментом для всех людей: для рабов, которые теперь могли не мечтать о свободе, а прочувствовать её каждой клеточкой своего тела, для тех, кто мог позволить себе такую роскошь, как покупку раба, и конечно для тех маленьких детей из поместья, которых в скором времени отвезут в детские дома. Пока что с ними сидят врачи, потому что многие из них покалечены, их психическое состояние можно описать одним словом: «ужас», но совсем скоро многие обретут настоящий дом и семью.       Прошел уже целый месяц. Целый месяц мы с Авророй и Терренсом Рэйнаром почти безвылазно сидели в здании правительства северных районов и разбирались с той ситуацией, которая сложилась в нашем мире. Казалось бы, что стоит отменить рабство? Это ничерта не просто. Люди привыкли к этому. Привыкли, что могут позволить себе грубость и насилие в отношении к другому, а многие и вовсе привыкли это насилие терпеть. Только вот так жить нельзя. Уже месяц мы все — правительство, народ упорно работаем над тем, чтобы эта система исчезла раз и навсегда. Пусть на это и уходит много сил, но мы все точно знаем, что это того стоит.       Скарлетт я больше не видел. Она написала мне единственное сообщение: «Прости за всё и прощай», и на этом наши с ней связи оборвались. Ни Тео, ни Уолтер не знают, куда она уехала. Но, наверное, это к лучшему. У нас появились совсем другие заботы, потому что теперь я и Аврора заняли важные места в правительстве. Северных и южных районов скоро не останется. Будет лишь одно целое, где перестанет существовать эта бессмысленная вражда, и Терренс Рэйнар наконец-то займет своё место. После того, как люди узнали всю правду, в городах несколько дней бушевали беспорядки, все хотели отомстить Джонатану Веннеру. Только вот в этом уже нет смысла — его отправили в тюрьму, и больше об этом человеке никто не услышит.       Тео всё-таки решил продолжить свою карьеру в творческой сфере, что мы все, конечно, поддержали. Это только начало его пути, но я обязательно знаю, что этот путь приведёт его к чему-то большему. Терренс предоставил ему студию с инструментами, из-за чего парень даже пустил слезу. А вот Уолтер продолжает жить в своём привычном ритме: новая ночь — новая девушка. Его бывший раб остался жить с ним. Я и раньше не замечал между ними недопониманий, но сейчас они сдружились ещё больше.       Сегодня мы с Авророй и Терренсом решили поехать в Ауленталь. Дети ещё не готовы отправиться в другую жизнь, но мы должны быть рядом с ними, чтобы они знали — они не одни. К тому же, Аврора уже давно хотела встретиться с Лори. Всё-таки она тот человек, который сыграл в её жизни большую роль. — Ты пойдешь со мной? — спросила она меня, когда мы стояли возле входа. — Только если ты этого хочешь. — Хочу. Очень сильно. Я хочу, чтобы ты был рядом. — Я всегда рядом, милая.       Девушка крепче сжала мою руку и открыла дверь. В маленьком домике стоял сладкий аромат вишни, кажется Лори опять пробовала новый вкус чая. Я улыбнулся ей и сел на кресло, рассматривая стены. Что-то было не так. Как будто чего-то не хватало. — Наконец-то вы приехали, — Лори суетливо забегала в поисках кружек, при этом не переставая улыбаться. — Лори, тут что-то изменилось, или мне кажется? — Не кажется, — она протянула мне кружку и улыбнулась ещё шире, — Я решила, что не хочу оставаться здесь. Это место хранит слишком много плохих воспоминаний, поэтому я подумала, что буду более полезной этим детям. Меня пригласили работать медсестрой в детском доме. — Лори, это так здорово! — подорвалась Аврора и заключила её в крепкие объятия. Я был рад за неё. Думаю, это действительно правильное решение. К тому же, Терренс хочет снести поместье, чтобы не существовало даже памяти об этих ужасных временах. — Мы сможем часто видеться, ходить в кино или просто гулять в парке! А ещё… — Аврора замялась, а меня пробила лёгкая нервная дрожь. До сих пор не могу поверить, что мы решились на этот важный шаг. Но я знал, что мы должны это сделать. Ещё тогда знал. — Что такое, милая? — Та девочка… Бэлла. Она напомнила мне меня, в тот день, когда мы приехали сюда с Итаном, помнишь? Она такая сильная, хоть я и вижу, что ей страшно. Тогда мы пообещали ей, что ещё встретимся. Где она? Мы с Итаном хотим увидеть её. — Кажется, я понимаю, к чему вы клоните, и могу сказать одно — это просто прекрасно! Она в домике с номером 42. Идите.       Домик был похож на все остальные: косая крыша, бетонные стены, в некоторых местах которых виднеются огромные трещины, скрипучие ступеньки и железная дверь, на которой кривым почерком выцарапанно: «42». — Итан! Аврора! — маленькая девочка подскочила с пола и подбежала к нам, не скрывая своей детской искренней улыбки. — Привет, принцесса. Ты помнишь, мы обещали, что ещё встретимся? — Конечно помню! — Поехали домой?       Улыбка тут же спала с её лица, а в уголках глаз скопились слезинки. Я обернулся к Авроре, испугавшись, что как-то расстроил её, но по её щеке тоже катилась одинокая слеза. — Что-то не так? — спросил я у девочки, опускаясь на колени. — Нет, всё хорошо, просто у меня никогда не было дома. — Теперь будет. Мы станем тебе настоящей семьёй, малышка, — сквозь слёзы сказала Аврора. — Только сначала мы заедем в ещё одно место, ладно? Мы с Авророй вышли из машины и подошли к двери знакомого мне дома. Того, с которого, можно сказать, и началось наше «путешествие». — И чего вы там стоите? — я обернулся к источнику звука и увидел в открытом окне Уолтера, который широко улыбался. — Здравствуй, мы приехали за… — За Шайн, я знаю, — Перебил Аврору темноволосый парень. — Мой кот страдает в душевных муках из-за этой хитрой разбивательницы сердец. — Она хорошо себя вела? — Да, могу сказать, что мне даже будет не хватать её. И вас тоже, — парень сделал вид, что сейчас заплачет, и воображаемым платком начал вытирать воображаемые слёзы. — Мы будем жить почти в соседних домах, придурок. — Я знаю, — он подмигнул и, отдав Авроре котёнка, почти шёпотом сказал мне. — Я рад, что всё закончилось именно так.

***

      На улице уже не осталось снега — зима прошла также быстро, как и началась. Солнечные лучи грели людей своим теплом. И не только людей: Шайн валялась на диване и нежилась в солнечных лучах, мурча от удовольствия. Она уже подросла и вовсю бегала к коту Уолтера на ночные свидания.       Мы с Авророй решили, что возвращаться в тот дом мы не станем. Перед переездом я поговорил с Нэтом, Ли и Эффи, сказав, что они могут делать всё, что им захочется, ведь они больше не рабы, но они захотели остаться с нами: нянчиться с Бэллой и помогать нам с садом. Терренс тоже частенько бывает у нас, играет с Бэллой и проводит время со своей племянницей, пытаясь наверстать упущенное время. Всё изменилось. Конечно, старая система ещё напоминала о себе, но перемены чувствовались в каждом прохожем и в каждом прожитом дне.       Я вдохнул свежий утренний воздух и зарылся носом в волосы Авроры. Мне даже не нужно касаться её кожи, чтобы убедиться в том, что она покрылась мурашками. Наконец-то мы с ней можем быть вместе, не беспокоясь ни о чём. Её прошлое иногда ещё даёт о себе знать, но сеансы психолога явно идут ей на пользу — она начала спокойно спать, не расцарапывая себе руки, начала чувствовать себя живой, настоящей. И самое главное, начала чувствовать, что у неё есть семья. — Я люблю тебя, Итан, — она подошла ко мне так близко, что я чувствовал, как сильно бьётся её сердце. — А я люблю тебя, — она улыбнулась и накрыла мои губы своими.