Я за тобой

Эта зима далась Ламберту проще предыдущих, потому что он просто не заметил, как она закончилась. Находясь постоянно в состоянии алкогольного опьянения, Ламберт не особо обращал внимания на то, что происходит за пределами крепости, да и внутри неё. Первое, что бросилось ему в глаза после того, как он продрал их после нескольких месяцев пьянки, — в крепости убирались. Обычно валяющееся по углам оружие и ржавые доспехи были приведены в приличный вид и выставлены в одном помещении взамен разваленному арсеналу. На кухне пахло едой, а не помоями или зельями, а в библиотеку можно было спокойно заходить, не боявшись зачихаться от пыли насмерть. И Ламберта это не устраивало. Каэр Морхен был его домом, и эта разваленная крепость отлично отражала бессмысленность жизни ведьмака. Теперь же у Ламберта возникало ощущение, что он женился, и это вызывало у него отвращение. — Я уже думал, что не увижу твой трезвый взгляд, — Ламберт как раз закончил собирать сумки, когда услышал за спиной голос Эскеля. — Ты как-то рано уезжаешь. Может подождёшь ещё пару дней с нами? — Я планирую ехать в Ковир, это далеко, так что чем раньше выйду, тем дольше не увижу ваши ёбла, — Ламберт повернулся и встретился взглядом с Эскелем, который выглядел так словно собирался кого-то хоронить. — Ты вернёшься? — наконец спросил он, опираясь на дверной косяк. — Хочешь подготовить бал к моему приезду? — Ламберт фыркнул и, захватив обе сумки и мечи, вышел из комнаты, попутно отпихнув от себя Эскеля. — Посмотрим. Я не знаю, как пройдёт этот год. — Будешь искать её? Ламберт замер, ощутив укол в сердце. Боль расползалась по внутренностям словно отрава, и Ламберту безумно хотелось снова напиться, чтобы больше ничего и никогда не чувствовать. — Не твоё собачье дело, чем я буду занят. Или ты собираешься писать моё жизнеописание? — Ламберт продолжил свой путь к выходу. — Перестань огрызаться. Я могу помочь тебе… — Никто мне нахрен не может помочь! — Ламберт резко развернулся и чуть не врезался в поражённого Эскеля. — Будьте любезны, милсдарь, отъебитесь от меня и занимайтесь своими проблемами. Предпочитая не дожидаться ответа, Ламберт выскочил за тяжёлые двери на улицу и чуть не взревел от досады — Весемир помогал девочкам седлать коней. «Вот и надейся так уйти незамеченным в крепости, где слишком много ведьмаков». — Ламберт! — радостно кинулась к нему Флорка, отпуская поводья своего коня, который флегматично проводил её взглядом. — Ты поедешь с нами? Я сделала кое-какие расчёты и выявила примерные места, где мог бы открыться портал Аннлёуг… — Он мог бы открыться где угодно, не существует таких расчётов, — Ламберт тяжело вздохнул, обходя вмиг погрустневшую ведьмачку. — Но давай посмотрим правде в глаза — и Аннлёуг, и Ляська были в очень плохом состоянии, когда попали в портал. Каковы их шансы на выживание? — он остановился неподалёку от Весемира, но предпочитал смотреть в стену. — Займись работой. И не забывай возвращаться в крепость как только почувствуешь первые холода. Мы, конечно, мутанты, но жопу себе отморозить всё ещё можем. — Почему ты сдаёшься? — Флорка схватила его за руку, заставляя повернуться к ней. В её глазах плескалась печаль. — Мы можем найти её! Она жива и ждёт, пока мы придём за ней! — Если она жива, то обязательно даст нам об этом знать, — Ламберт вывернул руку из захвата. — Сосредоточься на своей жизни, это будет гораздо полезнее. — Но я не понимаю… Ламберт не стал слушать Флорку и дальше, он молча прошёл мимо Бинки и Весемира и направился к главным воротам. Он слишком долго жил на этом свете, чтобы надеяться на то, что полуживая Ляська могла пройти через портал целой и невредимой. И, если уж совсем честно, с Ламбертом в жизни не случалось ничего хорошего. А значит, надеяться на лучшее было бы идиотизмом. Чтобы спокойно следовать по Пути и не свихнуться, Ламберт должен был похоронить Ляську. А вместе с ней всё лучшее, что было в нём. — Мог бы попрощаться и не заставлять старика бежать за собой, — конечно же, Весемир не мог дать Ламберту спокойно уйти. Пришлось в сотый раз за это утро остановиться и развернуться. Весемир стоял в паре шагов от него и смотрел с таким же выражением лица, как и Эскель. Словно бы он всё понимал. Только что он там может понять? — Ты просто так отпускаешь их? Особенно эту, которая библиотечный червь, — Ламберт решил проигнорировать реплику Весемира. — Они же там подохнут. — Они тренировались всю зиму, — на лице Весемира появилась гордая улыбка. — Очень старательно. Они хотят найти Ляславу, а если не получится, то жить такой жизнью, как и мы. Ламберту много чего хотелось сказать по поводу этой прекрасной ведьмачьей жизни, но он решил промолчать. Весемир тоже не торопился заводить разговор, и молчание затягивалось. — Так ты хотел попрощаться? — Ламберт не выдержал первым и решил как можно быстрее покончить со всем этим. — Ты планируешь возвращаться? Или собираешься кидаться в самое пекло и умереть как достойный ведьмак? — Весемир прищурил глаза, словно пытался проникнуть в самую суть Ламберта и разгадать все его замыслы. — Я не знаю, Весемир. В этот раз еду в Ковир, могу не успеть вернуться, — Ламберт пожал плечами. — Тем более, без коня будет дольше. — Взял бы моего… — Оставь себе, мало ли что, — Ламберт дёрнул плечом и поскрёб подбородок свободной рукой, ощущая непривычно длинную бороду. — Даже не будешь читать нотации? — А есть смысл? — парировал Весемир, усмехнувшись. — Мне жаль, Ламберт. — Я знаю. Ламберт натянул привычную кривую ухмылку и зашагал прочь от крепости, очень надеясь больше в неё никогда не вернуться.

***

Складывалось ощущение, что с каждым годом зима становится всё холоднее и холоднее. Ламберт даже со своими мутациями боялся откинуться от холода, чего уж говорить о простых людях. До Каэр Морхена оставалось три дня пути, и это одновременно радовало, и раздражало. Ламберт планировал помереть в этом году, он даже не особо старался на охоте, но его инстинкты и рефлексы были развиты слишком хорошо. Он неплохо заработал на границе с Ковиром и ближе к осени решил выдвинуться обратно. Он остановился в Нижнем Поводье, чтобы дать коню немного передохнуть, да и сам хотел выспаться на кровати, хватило ему отбитого зада на дороге, пусть хоть спина отдохнёт. Коня он украл по пути и ни о чём не жалел. В конце концов, каждый выживает как может. В корчме люди вдруг замолчали и с удивлением уставились на него, и Ламберт замер, не особо понимая, как на это реагировать. Ведьмаков здесь видели и неоднократно, в чём же проблема? — Ламберт! — вдруг в дальнем углу раздался звонкий девичий голос, и у Ламберта даже сердце сначала ёкнуло — почему-то голос показался похожим на тот, что уже забывался в памяти. Но вместо Ляськи к нему вышли Флорка с Бинкой. — Здорово, что ты пришёл! — Я уже начинаю жалеть об этом, — сварливо отозвался Ламберт и, обойдя ведьмачек, заказал у корчмаря пива. Девчушки впрочем не смутились и последовали за ним. — Чего надо? — Мы вообще-то теперь одна семья, мог бы и порадоваться встрече! — недовольно покачала головой Флорка, снова следуя за ним к дальнему столику, когда корчмарь передал ведьмаку пиво. Бинка не отставала за сестрой, но молчала как пришибленная. — Эта у тебя болезная какая? — хмыкнул Ламберт, глядя на расположившихся за его столом ведьмачек. — Чего молчит постоянно? — Ты её пугаешь, — Флорка пожала плечами, а Бинка тут же спрятала лицо, как будто смутилась. Ламберт подавил желание закатить глаза. Детей ему тут ещё не хватало, конечно, для полного счастья. — Ты вообще вовремя, на самом деле, поможешь! — В чём? Хотя подожди, не говори, мне абсолютно насрать, потому что помогать я не собираюсь, — Ламберт осушил одну из кружек и прикрыл глаза от удовольствия. Последний день приходилось быть трезвым, чтобы не упасть с коня. — Ну как же! Тут банда какая-то мучает людей, говорят не только в этой деревне орудуют! — глаза Флорки светились сумасшедшим огнём. Совсем ещё девчонка, которую кто-то зачем-то выпустил в большой и страшный мир. — Давай убьём их! — Нихера себе, — Ламберт аж пивом поперхнулся, уставившись на ведьмачку. — Прямо сразу будем убивать? Не предложишь даже поговорить? — А чего с ними беседы вести? — фыркнула Флорка, откидывая назад свои рыжие локоны. — Они — бандиты. Атаман у них вообще говорят лютый! Давай, Ламберт, нам не помешает твоя мужская сила. — Мы — ведьмаки, и чисто технически сила у нас одинаковая, — Ламберту эта идея Флорки не нравилась. — Да и не велено ведьмакам вмешиваться в людские дела. На Пути мы… — Уничтожаем зло! — перебила его Флорка, явно не собирающаяся отступать. — А это зло! Люди здесь еле выживают, а ещё эта банда. Помоги, пожалуйста. Ляська бы им помогла. Это был удар ниже пояса, Ламберт не ожидал такого манипулятивного хода от этой мелкой паршивки. Имя Ляславы подействовало на него как самый отвратительный эликсир, отравляющий внутренности. Хотелось возмутиться, наорать на ведьмачку и оставить их одних разбираться со всем этим дерьмом, но Ламберт просто не мог. Флорка была права — Ляська бы помогла местным жителям. Даже если бы это было последнее, что она могла сделать. Она рисковала бы своей жизнью ради людей, которые потом и имени бы её не вспомнили. И Ламберт чувствовал, что проиграл. — И где эта ваша банда? — Мы не смогли найти их, но они обычно приходят в это время, — было видно, как тяжело Флорке сдерживать вырывающийся наружу победный клич. — Давай подождём на улице? Тебе надо проветриться после двух кружек пива. — Я — ведьмак, мне эти две кружки как мёртвому припарки, — усмехнулся Ламберт, но на ноги поднялся. Бандиты так бандиты. Он может убить беса, справится и с кучкой тупоголовых любителей лёгкой наживы. Искомые бандиты показались нескоро, солнце уже близилось к закату. Ламберт сразу вылил в себя Гром, и атаковал их бомбой. Лошади, на которых передвигались бандиты, жалобно заржали, когда к их ногам упала Картечь, и повалились на землю, скидывая наездников. Но часть бандитов остались в седле. Всего их было около пятнадцати, слишком большая банда для такой местности. Ламберт приказал ведьмачкам не лезть, зная, что они будут только мешаться, а сам высматривал атамана. Флорка сказала, что он не такой крупный, как остальные, и постоянно носит накидку с капюшоном. Искомый человек отыскался быстро, но подобраться к нему можно было только через нескольких бандитов. Вытащив из ножен меч, предназначенный для людей, Ламберт ловко кинулся вперёд, пользуясь замешательством бандитов, которые не сразу поняли, что происходит. Он зарубил нескольких бандитов прежде, чем добрался до атамана, который, к удивлению Ламберта, успел спешиться, и уже обнажил короткий меч. Ламберт дёрнулся вперёд, замахиваясь так быстро, что человеческий глаз не мог бы этого углядеть, но неожиданно вместо плоти наткнулся на меч, которым атаман отразил атаку. Ведьмак на секунду замешкался, а атаман вдруг выставил перед собой руку, рисуя знак. Ламберт не успел начертать Квен и оказался отброшенным от атамана. Приземлившись Ламберт сразу вскочил на ноги, отражая атаку одного из бандитов. Он быстро оглядел поле боя, увидев вступивших в бой ведьмачек, и почему-то даже не был особенно удивлён их «послушанию». Он снова двинулся к атаману, не тратя больше силы и время на других бандитов, просто обходя их стороной, но замер на половине пути, потому что атаман вдруг снял капюшон. На него смотрели ведьмачьи глаза, обрамлённые каштановыми волосами. — Ляська…?