Мальчик Мой

***

      Помните, Чонгук недавно пришёл домой пьяным после корпоратива? Причину этого он сказал Тэхёну на следующий день: как оказывается, недавно президент США давал интервью, в котором ему задали вопрос: «С какой компанией вы хотели бы иметь коллаборацию?» Думаю, вы уже догадываетесь, что он сказал. Его ответ звучал так: «Таких компаний много, но единственная, что наиболее привлекает моё внимание, — Samsung. Я удивлён тому, насколько быстро она сумела стать одной из лучших во всём мире. В большинстве случаев наиболее популярными и лучшими являются наши — американские, но корейская… Думаю, она войдёт в историю как истребитель стереотипов». На последних словах он засмеялся. Чонгук же, увидев это, чуть ли не расплакался от радости. Во-первых, это США. Во-вторых, это президент США — Барак Обама. В-третьих, это интервью посмотрело более двадцати миллионов человек на ютубе, и 95% из них — настоящие люди, остальные 5% — боты. А что это может значить? Правильно, больше денег, больше успеха, больше гордости.       А теперь же давайте познакомимся с его компанией. Samsung — это на самом деле группа компаний, что входят в её состав, и называется она — Samsung Group. Основана первого марта 1938 года Ли Бёнчолем, одним из прапрапрапра-парппрвплыдббвд-дедушек Чонгука. На мировом рынке известна как производитель высокотехнологичных компонентов, включая полноцикловое производство интегральных микросхем, телекоммуникационного оборудования, бытовой техники, аудио- и видеоустройств. Главный офис расположен, разумеется, в Сеуле. Она имеет двадцать две дочерние компании, что входят в её концерн и занимаются: электроникой и микроэлектроникой, химической промышленностью, строительством, автомобилестроением¹, тяжёлой промышленностью, финансами и кредитами, страхованием. Структура концерна — полный цикл производства электроники, начиная от добычи ресурсов, их переработки и заканчивая готовыми изделиями. Продукция Samsung — электроника, бытовая техника, кораблестроение, авиастроение, развлечения. Всё более серьёзно, чем мы все ожидали. И то, что здесь перечислено, — самое основное понятие о компании.       Кто Чонгук? П*здецнах*йбл*дь. (В отзывах напишите, плиз.) Ох*евший Молодой миллиардер-холостяк, на которого запало всего лишь парочку миллионов девушек. (Трудно же Тэхёну будет…) Ге(ни)й, качок, идеал для многих. Лучший папа в мире.

***

      Тэхён опять залипает в ютубе, просматривая разные интересные ролики. В основном всё, что его интересует, он вбивает в поисковике, так как в ленте просто какая-то популярная хайповая хрень (не всегда, конечно же). Но одному видосику он дал исключение. На превью был изображён парень с голым торсом, и типо он такой накачанный, сильный, огонь, из-за чего Тэхёну было очень важно кликнуть на видео. Ну, а само оно подписано так: «Как правильно качать пресс? Подробное обучение». Не то чтобы Тэ это нужно было, он за спортом сильно не гнался, но на парня посмотреть-то хотелось, да и интересно было узнать, что тот скажет. (Тэхён пока что не гей!!! Это просто интерес!!! Наверное.)       Парень приветствует всех, учитывая и самих подписчиков, конечно же, а потом говорит такое: — Сегодня тема будет насчёт пресса, а если точнее — этих кубиков на животе. На превью вы уже увидели их у меня, — приподнимает футболку, а затем опускает.       «Оу, красиво. Но у папы лучше», — мысли Тэхёна. — Итак, как же правильно качать пресс? Спешу сообщить, что нам всем нагло врали: банальные упражнения, которые мы делаем для того, чтобы накачать мышцы, не совсем работают. Понятнее говоря, они задевают только малую часть мышц, поэтому накачать пресс становится очень трудно, да ещё и очень медленно. Упражнения, которые я вам покажу в этом ролике, заметно ускорят весь процесс, и вы забудете о всех тех мучениях, что преследовали вас ранее.       Не то чтобы Тэхёну это понравилось, поэтому он начал залипательно смотреть видео, просто ну вот интересно стало, как это всё вообще делается.       Спустя несколько минут просмотра у него возрастает странное желание посмотреть на пресс папы. (Да, оно было и раньше, но сидело в тени его головы.) Поэтому он вырубает телефон к чертям собачьим (пардон, преувеличила), бросает тот куда-то в сторону, а потом живо вскакивает с кровати и несётся к выходу из этой комнаты, желая поскорее — сука, как же не терпится — приподнять эту чёртову рубашку, футболку — вообще посрать — и убедиться в том, что Чонгук не перестал качаться, а иначе Тэхён утопится в обиде и разочаровании (почти шутка).       За пределами своей комнаты он приказывает себе утихомирить свой бунт, поэтому надевает маску спокойного мальчика, тихо откашливается себе в кулак, а потом спрашивает у Ёнсока, охранника, в своём ли Чон кабинете. Тот отвечает отрицательно, говоря, что мужчина сейчас находится в своей комнате, возможно, отдыхает после кое-чего.       Тэхён идёт к нему в комнату, а потом без стука и всяких предупреждений врывается внутрь, ловя Чонгука на…       В груди мальчика разрастается чувство обиды и злости, но первого в первую очередь.       …поедании…       Чёрт (*хнычет*), как бы больно это ни звучало, нужно сказать.       …конфет. Вкусных таких. Должно быть, очень сладких, с тающим во рту шоколадом, приятно растекающейся во рту начинкой. Аж животик признаки жизни подавать начал — скрутился там, внутри, всеми силами пытаясь сдержать свой голодный рык. — Папааа, — обиженно тянет слоги Тэхён, — ты что, без меня втайне конфеты хомячишь?.. — медленно, подобно черепахе, подходит к нему.       Чонгук же не ожидал, что его застанут врасплох, поэтому рука с конфетой остановилась в паре миллиметров от открытого рта, а глаза прям заметно в размерах увеличились. Это был немой шок. — Так я по дороге домой купил, — начинает оправдываться, положив конфету обратно — в небольшую глубокую чашу, — но это не всё, остальное в холодильнике лежит. Я думал, ты уже давно заметил, — книгу, державшую во второй свободной руке, он закрыл (там закладка, не бойтесь) и положил рядом, а сам принял положение более скромное и удобное. — А почему не сказал? — наконец, подходит к нему ближе, а после, чтоб не тратить энергию на стоячее положение, просто садится рядом на кровати. — Ну я же говорю — думал, что ты сам заметишь, — облизывает сладкие после шоколада губы, берёт одну конфетку (они без фантиков, кст) и преподносит её к губам мальчика. Тот же, поняв, чего от него хотят, раскрыл рот, и сладость тут же оказалась на его языке. Настоящий шоколад сразу начал таять во рту. Кайф.— А ты чего пришёл? Хотел что? — А мне что, просто так прийти нельзя? — он хотел был возмущаться в полный голос, но сейчас этому мешает конфета, которая заняла почти всё место во рту. Пронеслась мысль о том, что Чонгук это специально сделал. Хитрая жопа. — Конечно же можно, — гладит по голове, — но я тебя хорошо знаю, Тэ. Ты не стал бы приходить лишний раз без причины, — его губы трогает лёгкая улыбка.       Тэхён на это лишь почти беззвучно фырчит, но мысленно хлопает Чонгуку в ладоши. Хотя чему удивляться? Живут вместе уже десять лет. Одиннадцатый пошёл. — Ну да, — уже чисто говорит он после того, как проглотил остатки конфеты. — Короче… — немного мешкается с ответом, но потом выпаливает всё на одном дыхании, а-ля, авось ветерком унесёт: — Ты же ещё занимаешься спортом, да? Покажешь мне результаты?       «Ну них*я себе, бл*ть», — звучат чонгуковы мысли в голове. Это, конечно, неожиданно было. Да ещё и так… по-официальному? Типо — «результаты», «занимаешься спортом». У Чонгука парусекундный ступор и небольшая неловкость, после которых он открывает рот, но его тут же закрывает Тэхён своим: — Если не хочешь — не надо, я понимаю, — скороговорку рассказывает, блин.       Чонгук смеётся из-за двух причин: первая — его мозг затупил после этого, а вторая — «Шустрый малый», — мысли. Ну, знаете, почти та же ситуация с телефоном, который лагает, — мы быстро настрочили что-то, а он уже после сообразил и пошёл в действие. В данном случает телефон — это Чонгук.       У Тэхёна на языке крутятся просьбы и мольбы «молчи, молчи, пожалуйста», пока кончики ушей незаметно своевольно краснеют. — Я хочу, — вдруг спокойно произносит Чонгук после смеха. Сейчас же на его лице красуется ликование. Нравится тэхёнова растерянность, чёрт его дери… (Представьте, что это предложение зачёркнуто, оставаясь ненаяву.) — Я так и продолжаю заниматься спортом, поэтому результаты всё ещё в процессе. Они будут окончательными, когда я перестану заниматься, но это вряд ли. — Почему? — интерес зашкаливает, и от этого Чонгук вдвойне ликует. Тэхён сейчас выглядит как милый зайчонок, заинтересованно вздернувший ушки в поисках разных звуков. — Потому что мне это нравится, — вскинул бровь, слегка ухмыльнувшись. — Это моё хобби, которое я не хочу бросать или прекращать², понимаешь? — от него веет уверенностью, но Тэхён опять всё прерывает своими мелкими издевками: — Ты за ЗОЖ³? — посмеивается. Типо те, кто за ЗОЖ, — что-то более низкое. Ну, он, конечно, не имеет ничего против них, просто прикалывается.       Чонгук сплёвывает улыбку в те самые конфеты (просто мой фразеологизм, не воспринимайте всерьёз), и его лицо сейчас чем-то очень похоже на одного из истуканов⁴, что стоят веками на острове Пасхи. — Нет. Хотя… есть немного. Короче, я просто хочу оставаться в форме, иначе быстро постарею, — он улыбочку подбирает вновь, и она красиво расцветает на этой довольной физиономии. — А это как-то влияет на старость людей? — каждый раз меняет тему, забывая прошлые. — Конечно. Здоровое питание, гигиена и спорт — слова, от которых зависит время и качество нашей жизни. Я всё это поддерживаю. — Получается, ты всё-таки за ЗОЖ? — вскинул бровь, улыбнушись. — Получается, — неловко усмехается. — Хотя… Я его не всегда соблюдаю, — небольшая пауза для подборки правильных слов, — организму иногда нужно расслабиться. — Сейчас ты это и делаешь? — смеётся он, смотря на чонгукову руку с конфетой, застывшую недалеко от рта. Снова прервал.       Чонгуку надоело оправдываться по-разному, поэтому он просто фыркает и отвечает положительно, с еле заметными нотками раздражительности: — Да! — Ну молодец, — на губах расползлась усмешка. — Большой молодец. Тебе надо награду за старания.       Эта похвала вообще ни к чему, будто впустую, будто сарказм, думает Чонгук, но и за неё спасибо. Очередная мини-издевка. Ну она не вредная, так что не страшно. Однако, Чон возражает, а-ля, а типо х*ли, я его такому не учил: — А ты чего это дерзишь мне? — хмурится.       В его взгляде Тэхён видит бегущие строки «сейчас п*зды получишь», но совершенно не боится, поэтому отвечает остроумно: — Ну я же у тебя учусь, папа, — хватает по-быстрому конфетку, кладёт в рот, а потом скрещивает руки на груди, смотря на папу уничтожающим взглядом. Была бы я монтажёром этого момента, поставила бы припев Gucci Flip Flops и приделала бы Тэхёну пиксельные чёрные очки.       Чонгук замирает и хмурится. Это сейчас что он сказал? У него учится? Что?       Ошибка у тебя в голове произошла, Чонгук, ошибка. Тебя нагло урыли, а ты поддался, как слабак.       Как бы мои слова горько ни звучали, он игнорирует их. Ну вот не может быть десятилетний мальчик быть таким умным. Или может? Чёрт, сколько лет он спал? Сейчас дети все такие или Тэхён особенный? — Тэхён~а, — серьёзность разрастается в голосе, а аппетит улетает на парочку минут. Тэ напрягается, но смотрит вопросительно. Чон продолжает: — а я разве дерзил тебе когда-то? — Пфф, — тэхёнова напряжённость куда-то исчезает, — да каждый день, ты иногда и не замечаешь этого. А я лишь копирую, что свойственно всем людям, — милая улыбка.       В чонгуковой голове что-то щёлкает, что проявлятся поменявшимися эмоциями на лице, — удивление, неверие, ну и капельку гордости. — Двести сорок три на двадцать четыре? — (243×24) резкий и неожиданный от Чонгука вопрос, что вылетел изо рта подобно спорткару перед финишем. — Пять тысяч восемьсот тридцать два, — (5832) также неожиданно отвечает Тэхён, а потом резко запинается, прикрыв рот ладонью. На комоде он замечает чонгуков телефон. Проверить надо.       Оба быстро тянутся к нему, но застывают, так как никто не ожидал подобного, и начинают глупо улыбаться. — Ты первый, — вдруг говорит Чонгук. — Нет, ты, — переводим стрелки.       Чон взял телефон всё-таки, зашёл в приложение калькулятора, но опять остановился, ведь цифры, которые он назвал рандомно, вылетели из головы. — А что я говорил? — Двести сорок три на двадцать четыре, — (243×24).       После того, как Гук ввёл их, перед ним было то самое число, которое назвал Тэхён: «5832». 5832… 5832… 5832…       В его жизни будет хотя бы один спокойный день? Без всяких удивлений и тому подобного. Я думаю, что нет. Вот и Чонгук так думает, переваривая этот момент в голове и отдавая на него всю свою логику и ум. — Как? — первый вопрос, что крутился в голове, озвучен. — Это невозможно.       Тэхён хмурится. Типо как может быть невозможно, если он это сделал, и оно стало возможным? — Как ты так быстро посчитал? — на лице спокойствие, внутри ураган. — Ты робот? Где мой сын, которого подменили на бота? — в его глазах мелькает безумие, сумасшествие. Они будто сейчас выплеснутся наружу в виде глупого смеха.       Тэхён не знает, как реагировать на эти слова: плакать или смеяться. — В смысле? Ты что такое говоришь? — обида мелкой дрожью слышится в голосе. — Не веришь? — Мне хотелось бы верить, — издаёт неуместный смешок, дотрагиваясь тыльной стороной ладони к нежной детской щеке. — Это же просто немыслимо… — полушёпот, после которого следует вздох. Взгляд сам по себе падает на милые губки. «Должно быть, после шоколада они очень сладкие». — Почему? Если ты не веришь, можешь проверить ещё раз, — щенячие глазки.       Чонгук, смотря на них, буквально тает, как лёд под воздействием тепла. Они — его галактика с тысячами звёзд. — Ладно, — сдаётся, — давай попробую ещё раз, — он пишет в калькуляторе довольно тяжёлый пример и показывает его Тэхёну, прикрывая пальцем уже высветившийся ответ. — Ты запомнишь, если я сейчас уберу телефон?       Тэ пару секунд смотрит на экран, впитывает в себя каждую цифру, скобку, символ. Папа хорошо постарался над ними, но это не отменяет тэхёнову память. — Убирай, — после этой фразы рука со смартфоном возвращается в прежнее положение, пока Чонгук молчит, выжидая тот самый ответ.       Перед глазами у Тэ будто до сих пор находится экран с цифрами, что позволяет ему быстро считать. Это вроде называются фотографической памятью… Что ж, у мальчика она более чем отличная.       Через секунд тридцать его состредоченные раздумья прерываются, и он говорит правильный ответ. — Тысяча девятьсот семьдесят семь, — (1977).       Хоть и у Чонгука перед носом буквально самым жирным шрифтом написано «1977», что хорошенько так прыгает по его здравому рассудку, он решает поиздеваться над тэхёновым мозгом, спросив: — Ты уверен? — мол, а вот и неправильно, считай снова.       Тэхён искренне удивляется. Даже папа улавливает в его чёрных омутах одни маты. Ну или ему так кажется… — Я уверен, как и ты, когда смотришь на экран телефона, — вот это по-по-поворот.       Чонгук фыркает, а затем показывает результат Тэхёну. У того даже глазки засияли от радости, ей-богу, аж папу ослепил. Вот встанет сейчас, пойдёт куда-нибудь да спотыкнётся, не заметив ступеньку.       Тэхён же, не веря ничему и никому, выхватывает телефон и едва ли не касается плоской поверхности носом. Ему эти «5832» и «1977» сниться будут в самых страшных кошмарах. Дойдёт до того, что они станут паролями от его социальных сетей. — Папа, это же я, получается, учёным могу стать такими темпами? — улыбочка на его лице во всю красуется, почти на уши лезет.       Чонгук вот не знает, что сказать умного, поэтому просто каверкает слово: — Срёным, — и впихивает в рот сладкую конфету, смотря куда-то в сторону гардероба, на ручку, кажется. Он и не замечал раньше, какая она красивая. (Сарказм.)       Тэхён дуется, включая свою детскую, как должно быть (!), натуру, и залезает на кровать с ногами, двигаясь ближе к папе, а потом кладя свои маленькие нежные ладони на его щёки.       Тот сразу же посмотрел в блестящие чёрные глазки, залип, а конфета в горле застряла, отчего ему пришлось отвернуться и откашляться. (Вот сука, всю атмосферу испортила.) — Папа, — говорит Тэ, когда отец повернулся к нему обратно и вопросительно промычал, — мы что-то не туда зашли. — В смысле? — «Не смотри на губы, не смотри на губы, на сладкие такие губы, миленькие губы, не смотри», — с позором провалено. — Я пришёл, — вообще-то ворвался, как дикая кобыла, но да ладно, — к тебе сюда не за этим.       Чонгуку становится неловко, когда лицо его п*здец-какого-милого сына в паре сантимеров от его, понимаете? Вот вообще плохорошо так, хоть убивайся иди. — А за чем?       Тэхёново лицо — оборотень, ребятки. Было цветочком с улыбочкой, стало камнем с насуплеными бровями. — За геометрией на твоём животе, блин, — ооочень остроумно, даже Чонгук воздухом поперхнулся, — учить буду, понимаешь?       Когда. Тэхён. перестанет. его. удивлять? Будет такой день? Или нет?! *Истерика.*       Говорят, лучше умно молчать, чем тупо говорить, но Чонгук в данном случае тупо молчит.       Тэхёна это… бесит? Да? Да. — Па, ты язык вместе с конфетой проглотил? — усмехается, легонько похлопывая ладошкой по его щеке, мол, очнись, операция закончена, матрица погостила, а теперь уходит (типо мы же в матрице находимся во время операции?).       Чонгук хочет, чтоб Тэхён сейчас нахрен вырубил его этой ладошкой. — Нет, — вылезает изо рта сухое, вялое. — Просто мне кажется, что я не то чтобы Америку открыл, а целый Марс с его плюсами и минусами. — У тебя состояние шока — абсолютно обыкновенная реакция, — Тэхён сейчас смахивает на миловидную медсестру в больнице со своим гостеприимством. Аж страшно становится. И никакая смерть от тэхёновой ладошки не поможет. — Да? А какая у вас тема по геометрии? — несмотря на своё критическое состояние, он вливается в тему, как вода в стакан. (Ору.)       Тэхён, наконец, убирает руки от чонгукова лица и довольно улыбается. — У нас ещё нет геометрии, но это ничего страшного, — смешок, — будем учить заранее. Итак, раздел «Геометрические фигуры», тема «Квадраты и прямоугольники».       Папа нервно смеётся, словно сейчас потеряет крышу над головой. — И? — спрашивает он. — Ну что «и»?.. Говорю, геометрию учить будем. Давай, это… — нелепо размахивает рукой, мол, задирай футболку, считать кубики будем, но я слишком стесняюсь, поэтому лишь краснею.       Ну почему они такие неловкие, Господи… Живут вместе уже почти одиннадцать лет, а такое чувство, будто только первый месяц.       Чонгук за компанию краснеет, тянется рукой к воображаемому галстуку на шее, расслабляет тот, облизывает пустыню Сахару на губах, а затем, вроде бы, хочет взяться за кромку своей футболки.       Тэхён говорит целое ничего, следя за его черепашьими действиями, и закатывает глаза, когда Чон просто-напросто положил руку на свой живот. — Ну, блин блинский, папа! — возмущается негромко и смеётся, чтоб убавить эту тупую неловкость. Ну вот с хрена ли она сейчас к ним в гости залетела, м? Можно было бы выбрать более подходящий момент? Например, первая брачная ночь? — Я не отстану от тебя, пока ты не покажешь. — Верю, — усмехается, а после — наконец-то, уже и год прошёл — задирает футболку.       Тэхёну хочется завыть волком на Луну (в данном случае Луна — это этот шикарный прессак) что-то типо: «Охтыжнихринасебепочемуэтотаккрасивооооооо?!», но говорит всего лишь тихое, но полное эмоций «вау».       А когда Чонгук напрягает живот, сразу можно скорую, полицию и пожарных вызывать. Да-да, всех сразу. Скорая от тэхёнова приступа паники, полиция от самого Чонгука (а х*ли это он людей убивает?), а пожарных от… горящих ушей мальчика. Просто кубики стали выделяться ещё резче, чётче, о них можно себе голову разбить, думает Тэ, или морковь натереть. (Ору.) — А потрогать можно? — мило улыбается, при этом ещё и подмигивая бровями.       Чонгук счёл бы эту моську за извращенскую, если бы не сам Тэхён, — его дорогой сыночек. Подумаешь, обычное любопытство. Однако, его далёкие мысли доказывают обратное. Не-не-не, вы ничё там не подумайте, всякое ведь бывает, да? — Можно, — улыбка.       Мальчик сначала на пробу всего лишь дотрагивается, а потом, убедившись, что с ним ничего плохого (в смысле потеря сознания) не произошло, жадно проводит рукой по ребристой поверхности, пытаясь всё детально ощутить и оставить в памяти на долгое время.       Чонгук прикусывает губу, следя внимательно за его ползущей по коже рукой. Помните, я говорила, что у него всё чувствительное, когда Тэ рядом? Так вот, я никогда не заберу свои слова обратно. По телу пробежались мурашки, поэтому Чон слегка прикрыл глаза, выдыхая задержанный на время воздух.       Тэхёнова улыбка похожа на ту, которая у чеширского кота из Алисы в стране чудес. Он даже пытается не моргать, рассматривая эту красоту. В мыслях крутится глупое «о, боги, оно живое», когда Гук просто дышит. Абсолютно просто. Но и этим умудряется заставлять тэхёнову кукуху ехать. — Папа? — прерывает Тэ его почти уже сон. — М? — У нас есть аммиак? Нигде там не затерялся? — лёгкая улыбка. — А тебе зачем? — негромко смеётся. — Мне просто кажется, что я теряю сознание, — взгляд сам по себе падает на едва заметную дорожку волос, идущих к кромке брюк, но Тэ уверен, что там тоже всё идеально. Вот прям сомнений нет. — В смысле? — усмешка. И, разумеется, он не заметил тэхёновы глаза не там, где надо. Хотя, может, как раз там и надо… (Зачеркните это!1!1!) — Ну, знаешь, прям как девчонка при виде красивого парня, — густо краснеет, неловко улыбается и смотрит в одну точку, лишь бы не на папу в эту секунду.       У Чонгука эррор головного мозга случился. Типо… Эммм… Эмммммм??? ЭМ?! — В смысле?       Плакать и смеяться одновременно? Конечно же! — ответит вам Тэхён. — Без смс и регистрации! — Та, бл*ть, ну нах*я ты просто качался, а, е*лан мой? Чтоб я тут нах*й в Асгард воображением улетал, да?       Тэхён щедро вздохнул, мол, успокойся, пацан, всё хорошо, с кем не бывает, подумаешь, тут твой батя слишком ох*енный, ничего страшного. После этого он с искренней мольбой в глазах посмотрел в чонгуковы.       Они такие чёрные, глубокие, блестящие, красивые, манящие, загадочные, космические, таинственные… (Ходят слухи, что этот список до сих пор продолжает пополняться.) — Это очень офигенно, па, — улыбка, — так круто видеть это искусство вживую…       Чонгук облизывает губы, смущённо улыбается — ну, кнш, ему же комплиментов скока наговорили — и сглатывает образовавшийся ком в горле. Ты благодари всех и вся за то, что удалось сдержать порывы встать своего Гуки-младшего в штанах. Да-да, мы тут ходить учимся. Вот на ножки встаём. Но хозяин пока что запрещает. — Искусство? — вскидывает бровь. — Почему ты называешь это искусством? — Потому что, — вот и ответ. Коротко и ясно. — Тэхён, — лишь бы докопаться.       «Ах какие у нас красивые тумбочки в комнате стоят. И розетки довольно неплохие. Интересно, туда влезут пальцы?» — Тэхён, — чуть громче, потому что Тэхёну вдруг понравился интерьер чонгуковой комнаты. — Что? — с милой улыбкой посмотрел на Чонгука мол, ты что-то хотел? — Я вижу, тебе это искусство разонравилось, — тычет пальцем на свои изящные кубики пресса.       Мальчик будто вспомнил что-то очень важное (свою машину на Луне забыл) — это было заметно по его выражению лица — и вдруг кинул свои лапки на это сокровище. — Не-не-не, никогда! Это же прекрасно, вообще отдельная тема, — с каждым словом заливается краской. — Ты даже можешь по дому без футболки ходить, я в восторге буду, — его гиперскорость произнесения речи куда-то улетучилась, а под конец он вовсе под нос себе медленно бубнить стал.       Голубизной попахивает… Вам не кажется?       Чонгук вздыхает, на время замолкает, обдумывая всё у себя в голове, и резко, Тэхён аж дёрнулся от неожиданности, натягивает футболку до конца, тем самым закрывая ею своё сокровище. — Нет, — твёрдое такое, как металл «вибраниум» из комиксов Марвел. На самом деле, это просто актёрская игра, хочется на реакцию Тэхёна посмотреть. — Обойдёшься. — Пфф, ну и ладно, не очень-то и хотелось, — фыркает и глаза закатывает, хотя в глубине души даже обиделся как-то, чтоб его… А этот тон прям такой… Подчиниться хочется, да?       Тэхён слезает с кровати, всем своим видом показывая, что обиделся. Даже моську кривит, чтоб слёзки выдавить.       Чонгук теперь считает себя самой последней тварью и жадиной, поэтому быстро, пока сын не ушёл, хватает его за руку. — Стой, не иди никуда, — «Мне слишком хорошо с тобой», — остаётся неозвученным. — Если ты хочешь, то я могу иногда делать это…       У ТэТэ глаза ярким огоньком загорелись. — Конечно же я хочу, и конечно же делай, — его обида вдруг исчезла, словно в воздухе испарилась. — Но только в выходные, когда дома никого не будет, кроме меня и тебя. — А почему так? — усмехается. Тут отпределённо что-то неладное… Но да ладно, смахнём этот запах голубизны на детское любопытство. — А ты что, хочешь, чтобы на тебя все смотрели? — не ждёт ответа, продолжая: — Я вот не хочу, так что делай, как сказано, — мол, это приказ.       Его приказы Чонгуку только в радость исполнять. Захочет чего-нибудь? Всё к его ногам. Об этом, конечно же, Тэхёну лучше не знать, а то хрен знает, что у него на уме сидит. Вдруг он захочет приказать Гуку планету Земля захватить. — Ладно, малыш, — аккуратно касается его щеки своей рукой, проводит вдоль нежно, а затем цепляется пальцами за подбородок и поднимает его выше. Хочется, чтоб эти невинные очаровательные глаза были устремлены только на него. — Сделаю, — и оставляет мягкий короткий поцелуй на его лбу. — Кстати, — перемещает взгляд на кровать, — что ты читал? — там до сих пор лежит закрытая книга. Жаль, зрение у мальчика не такое же шикарное, как и память, не может увидеть, что там напечатано.       Чонгук фейспалмит, ибо забыл положить книгу в какое-то скрытное место. Ему знатно так повезло с тем, что Тэхён не увидел. — Неважно, — подходит к кровати, а затем запихивает книжку под подушку — самый идеальный вариант. — Кстати, пресс выглядит лучше, когда люди стоят, — задирает футболку.       Тэхён игнорирует тот факт, что у него при виде этой картины ноги подкашиваются, и просто молча сглатывает слюну, отводя взгляд в сторону. — Знаешь, что? —недовольно такое. Осталось ещё руки на груди скрестить и ножкой потопать по полу. — Что? — Пойдём-ка лучше на улицу, — берёт его за руку, которой тот придерживал кромку футболки, и ведёт в сторону выхода из комнаты. Аж полегчало после того, как ткань вернулась на своё место. — Почему? — улыбается, послушно шагая следом за ним. Это так мило, госпаде. — Там погода хорошая. А ещё ветерок, как я люблю. — А знаешь, где ветер дует всегда? — Где? — заинтересовался. Он уже мечтает прожить там всю свою оставшуюся жизнь. — Возле моря, например, или реки. Короче, возле воды, — смеётся. — Правда? Прям всегда? — вскидывает бровь, мол, да чё ты п*здишь тут мне. — Когда мы с тобой последний раз были на море, ветра я там особо не замечал, знаешь ли, — фырчит, открывая входную дверь особняка. И на них сразу же подул приятный тёплый весенний ветер. ТэТэ даже глазки прикрыл.       Чонгук немного подзалип, смотря на это, и позже ответил: — Да не может быть такого, — хмурится, закрывая за ними дверь. Рядом стоящий охранник вздрогнул, так как задумался, а сейчас его вот прервали и заставили перекреститься. — А ты, случаем, не забыл просто? — Ну не знаю… — задумывается. — А там не может быть типо другая зона, где нет ветра? Ну типо такой тихий уголок. — Вполне может быть. — Ой, правда? — типо удивляется. — А кто мне говорил, что возле воды всегда ветер, м? Неужели у меня уже слуховые галлюцинации? Ой, мамочкиии, — сплошная ирония, девочки, ничего особенного, — шизофрения сказала «привет», — взглядом «не надеяться мне на лучшее будущее, всё, п*зда» утыкается в одну невидимую точку перед собой.       Чонгук и возразить не успевает. Всё уже сказали за него. Он может лишь смеяться из-за того, как хорошо Тэхён добивает его своими остроумными фразами. Очень сильный словесный противник. — Шизофрения скажет и пока, — неожиданно поднимает его на руки, отчего тот мило взвигнул, и довольно улыбается. — На качели? — Ты меня сильно раскатай, ладно? — видит, как Чон кивает, и продолжает: — Только смотри, чтоб я не упал, а то будешь винить себя всю оставшуюся жизнь за то, что у меня сломана нога или шея, — сначала так серьёзно это говорил, а в конце засмеялся.       Чонгук уже в который раз замер. В этот раз его чувства заостряются, больно калеча измученную душу. — Тэхён~а, а ведь ты абсолютно прав.       Тэхён перестаёт улыбаться, заметив как резко поменялось настроение папы. «Бл*ть, ну зачем я это ляпнул?» — Что? Я же просто пошутил, ты что? — делает грустные глазки, обнимая его руками за шею и утыкаясь туда носом. — Не воспринимай такие шутки всерьёз, хорошо? — заглядывает в нечужие глаза. — Я бы не шёл с тобой кататься на качелях, если бы не доверял.       Чонгуково сердце стучит в несколько раз быстрее, вместе с кровью разнося по венам счастье. — А ты мне доверяешь? — Конечно доверяю, жопа ты такая! — дуется и легонько бьёт его ладошкой по груди.       Чонгук резко подкидывает Тэ на своих руках, чтоб тот поменял свою позу, поэтому его ноги теперь по обе стороны от папиной талии, а руки до сих пор на шее. Сам же Чон со злостью смотрит тому в оленьи напуганные глазки, приблизив его к себе почти вплотную, и говорит максимально серьёзно: — Если ещё раз так назовёшь меня, будешь заперт в своей комнате на сутки, понял меня? — видит, как настороженно сын сглотнул, даже непроизвольно расслабив свои руки на чонгуковой шее.       Не успевает Тэхён и кивнуть от страха, как папа вновь улыбается. — Шучу, — и целует коротко в кончик носа, туда, где красуется эта очаровательная родинка.       У Тэхёна вообще-то чуть ли не теория Большого Взрыва случилась в груди. А он тут улыбается. Так не шутят!!! Вообще нет!!! (Хаптьфу нафиг.) — У меня вообще-то очень хрупкое сердце, папа, — делает свою моську как можно грустнее, чтобы тот подумал хорошенько, осознал свои ошибки, что так делать нельзя. — Одно неверное слово — вдребезги разобьёшь. И больше не починишь. Потому что ты не фиксик.       Опять та же ситуация со смехом и плачем одновременно. Вроде бы пошутил, а вроде бы и нет… — Я это запомню, малыш, — целует в щёку. — И не разобью тебе сердце, как бы ни хотел, потому что вместе с твоим разобьётся и моё. Ты тоже запомни это, ладно?       Тэ не хочет задавать вопросы по типу «почему?», поэтому просто молча кивает. Возможно, когда-то в будущем он об этом спросит. Но не сейчас. Не сегодня. — Ладно, пошли кататься? А то заговорились, — ярко улыбается и поворачивается резко, но… — Ой! — он чуть не упал, ведь тогда расслабил свою хватку на шее Чонгука, но вовремя, слава всем богам, успел схватиться. — Ты в порядке? — испугался за него. Это видно по глазам. Глаза никогда не врут. — Ну, как сказать, — ускорение сердцебиения и всплеск адреналина, — почти что инфаркт, а так всё в порядке, да, — смеётся. — Прости, — и в качестве извинений целует его заботливо в лобик. — Да ничего страшного, всякое ведь бывает, — неловкая улыбка. — Да? — Да-да. Пошли, — несёт его в сторону качель.       Тот охранник (верующий походу, раз перекрестился) аж челюсть на пол уронил от такой сцены. Очень сильно веет от них голубизной, а лично от Чонгука педофилией.

За пару часов до этого (типо flashback)

      Чонгук приехал домой где-то в четыре часа дня. Свой внедорожник оставил на улице и приказал охране, чтоб успели его привести в порядок и завезти в гараж до того, как они с Тэхёном в следующий раз будут куда-нибудь ехать. За сегодня он устал как никогда. А ещё успел себе нервишки потрепать.       Прикрыв за собой входную дверь особняка, он принимается разуваться и снимать верхнюю одежду. Как раз в этот момент к нему подошёл Хэджун (охранник). — Мы всё убрали, господин Чон, и следы за собой почистили. В этот раз не должно быть никаких проблем.       Мужчина берёт пиджак в руки, выдыхает горячий воздух, тыльной стороной ладони вытирает испарину на лбу и запускает руку в карман штанов, доставая оттуда небольшой пистолет. — А вот и не всё, — отдаёт его Хэджуну, который даже рот приоткрыл. Весь в крови, мамочки… — Его можешь выкинуть. Я не знаю, куда ты дел прошлый пистолет… — перебивают. — Я его в мусорный бак выкинул, — пожимает плечами. — И он вместе с мусором уже давно поехал на свалку.       Это что, шутка? — Ты… — на языке вертятся нехорошие слова и оскорбления, но Чон смиряется, проглотив их всех. Он вздыхает. — Окей, допустим, он поехал на свалку, и его никто не найдёт. Но ты не думал о том, что его мог кто-то найти до этого? — ну типо всякое бывает, и любой может полезть в мусорный бак, чтобы… Чтобы. — Думал. Но я Вас уверяю, что никому не понадобится рыться в мусоре. Особенно таким, как мы.       Кхм. А теперь перемотаем немножко:       Вы не поверите, но это так: Тэхён нашёл ещё один пистолет своего папы, но в этот раз он лежал в… мусорном баке на кухне. Хотел парень выкинуть пустую коробочку от йогурта, но, залипая на новом интересном научном видео его любимого ютуб канала, он выкинул чайную ложку. Полез он доставать, короче, конечно, было брезгливо, но вещь достать надо было всё-таки, поэтому пришлось усмирить свои привычки чистюли (ту кучу одежды в своей комнате он убрал, как и обещал). Но вместо чайной ложки он нащупал кое-что другое — такое тяжёлое, массивное, с резкими изгибами. Сначала Тэхён пытался понять, что это такое делает в обычном мусорном баке, и достал… пистолет.       Ты уверен?!       Так. А вот, что думает об этом поступке Тэхён:       Бл*ть, это каким нужно быть легкомысленным, чтоб такое сделать? Или пьяным? Или это всё подстава?       Хэджун, ты легкомысленный, запомни. — Ладно, пускай. Но если тот пистолет кто-нибудь нашёл, и я об этом узнаю, тебе п*зда, так и знай, — он ушёл, оставляя охранника наедине с самим собой.       Хотя, нет. Один неподалёку стоит. И ржёт. Его мысли: «Ахахпх-*дикий ор*, бляяя, в мусорный бак, — задыхается от смеха, — туалет выкинул!!! АХАХАХ… Ой… Пистолет*. Пистолет выкинул, да», — вытирает выступившие слёзы и уходит работать дальше.

***

      Чонгук пришёл только что после душа в свою комнату, переоделся, посушил волосы, а затем лёг на кровать отдыхать, не забыв прихватить с собой книгу, которую одолжил у Донука (на самом деле он её незаметно стырил, пока тот где-то ходил, вроде на кухне). Да, он сегодня был у него в гостях. Но, ребятки, эта книга именно то, что Гук так долго искал, грех было не взять. Да и она стояла там на полках такая бедненькая, потерянная в толпе других. Он потом вернёт!       А название книги такое: «Сказочная мафия». Автор: Карл Панцрам. Соавторы: Эндрю Кьюнéнен и Ричард Рамирес. Жанр книги: детектив, криминал, комедия.*

Конец типо flashback-а