Путь наверх

Трудно довести что-то до конца, когда не знаешь, в каком направлении двигаться. Шаг можно сделать в любую сторону – на это точно хватит решимости. Чтобы дойти – нужна настойчивость. Или чтобы кто-то помог, просил шагать дальше. Шаг за шагом – к цели. Даже когда иссякнут силы. Голоса. Они всегда вели Фриск. Решения – вот что меняет мир. Даже если их искажает чужая воля и преломляют чужие действия. Для чего нужно больше силы? Для убийства или для милосердия? У Фриск никогда не было ответа, да и что, по сути, может дать ответ – индульгенцию, приз за героизм? Смысла специально искать трудный путь – нет. Но почему бы не сделать лучше, если на это хватит сил и решимости продолжить, когда этих сил уже не останется? Как смогла простить Андайн и улыбаться ей, прикрывая шрам от копья на щеке. Как вставала после каждого удара, после каждой смерти – чтобы наконец можно было подружиться со всеми. Спасти людей и монстров. Сломать проклятый барьер. Освободить всех – от плена, от войны… Фриск в постели. Ториэль с улыбкой зашла в тёмную комнату и поставила на тарелке кусочек торта. Кусочек лжи. Сил может хватить только на то, чтобы держать глаза приоткрытыми и видеть это. Ни встать, ни поесть. Свободные монстры оставили Фриск в плену. Видимо – чтобы нельзя было ничего испортить. Но ловушка счастливого финала – та же клетка. Как бы ни была украшена. Ложь остаётся ложью. Какими бы сладкими словами ни была приправлена. «Это ведь неправильно? Несправедливо?» Голос прозвенел в голове. «И что я могу сделать?» Ответ можно только подумать: губ не раскрыть. «Решимость может помочь не только сохранять, но и стирать». «Я не понимаю». «Сначала это трудно». «Я не понимаю». «Так называемая «концовка получше» оказалась обманом, и ты это теперь понимаешь. Мы понимаем. Но весь этот мир – ложь и ловушка». «Я понимаю». «Время освободиться…» «…пришло…» «…от морали и их желаний». Чернота накрыла Фриск и расползлась по комнате, а затем поглотила мир. Девочка открыла глаза, посмотрела на цветы и, поднеся руки к лицу, с улыбкой сжала кулаки. Она ощущала будто удвоенные силу и решимость. Фриск знала, как и куда сделать первый шаг.