Double Trouble

Ходить в кино Кёнсу очень любил. В студенчестве они с Чунмёном пересмотрели все новинки, а некоторые и не по одному разу. Едва в расписании появлялось окно, как они неслись в ближайший кинотеатр и покупали билеты на любой доступный утренний сеанс. Сейчас, конечно, времени стало меньше, да и Чунмён порядком охладел к кинотеатру с его толпами вечно жевавшей молодёжи и бесконечным потоком фильмов про героев из комиксов. Иногда они всё ещё старались куда-то выбираться, но всё чаще в кино Кёнсу шёл один. Чунмён, будь его воля, ходил бы исключительно в театр. Прихватив большой стакан колы, начос и острый соус, Кёнсу прошёл в зал и уселся в кресло ровно в середине центрального ряда. Он считал это место самым удобным и с точки зрения картинки, и с точки зрения звука. Рядом пока не было никого, но Кёнсу знал, что при необходимости большой кинозал мог заполниться за несколько минут. Пристроив свою снедь на соседнее кресло, пока там никого не было, Кёнсу достал телефон, чтобы отключить звук, и увидел входящее сообщение через мессенджер, которым массово пользовались у них в университете. Кёнсу торопливо открыл нужный диалог и хмыкнул: «Профессор Ким, мы сравнились со всеми базами, что смогли, это всё-таки мутация», - написал Минсок буквально пару минут назад. «Миссенс». «А что теперь?» «Связываться с госпиталем?» «Просить материалы родителей?» Кёнсу улыбнулся. Бэкхён совершенно не умел излагать все свои мысли в одном длинном сообщении, поэтому от него всегда приходило множество коротких. «Да, теперь мы запросим материалы родителей и сиблингов, если таковые имеются, - написал Кёнсу. – Но это мы сделаем уже завтра, потому что в это время вы в госпитале со своими запросами никому не нужны, там одни дежурные остались. Сейчас можете идти домой и отдыхать». «А тезисы?» - снова Бэкхён. «Можно завтра?» «Или сегодня?» «Мы сегодня не успели всё закончить. Бэкхён помогал мне с проверкой, поэтому он тоже не смог дописать свои тезисы. Можно их завтра принести?» «Чёрт, парни… - Кёнсу хлопнул себя по лбу. – Я же вам не сказал, дедлайн на следующей неделе. Так что спокойно допишите, я посмотрю, если что, поправим – и в понедельник отошлём, гнать лошадей не надо, всё успеем». «Здорово!» «Ура!» «Ой». «Спасибо, профессор». Кёнсу едва не засмеялся в голос. Хорошо, что тезисы Бэкхён писал более развёрнуто, нежели свои сообщения. Выключив звук и подсветку, Кёнсу спрятал телефон и только потом заметил, что по левую руку от него появились люди. Эти люди никак не могли рассесться, шумели и хохотали, и Кёнсу уже догадался, что этот поход в кино в тройку лучших в его жизни точно не попадёт. Невозможно было сидеть рядом с кучей подростков, галдевших, как на базаре, и получать удовольствие от процесса. Решив для себя, что непременно пересядет, если место рядом не займут, Кёнсу попытался отвлечься и только чудом не пролил на себя колу, когда его толкнули под руку. - Извините, - быстро пробормотал кто-то, и Кёнсу повернул голову. Именно в тот же момент свет в зале потух, но Кёнсу всё равно успел заметить и узнать человека, который волей судьбы оказался с ним рядом: - Сехун? - Сехён, - торопливо поправил парень, и Кёнсу вспомнил: точно, они же близнецы. Что за ерунда? Едва он расставался с одним, сразу же натыкался на второго. Преследовали они его или что? - Да, конечно, - Кёнсу кивнул. К такому жизнь его не готовила. Он нервно глотнул колы и едва не поперхнулся, когда к его бедру прижалось чужое. И ведь не отстранилось же. То есть, это прикосновение не было случайным. Кёнсу попытался сам уйти от этого тесного контакта, но скоро понял, что сидеть весь фильм как благородная девица просто физически не сможет. Напомнив себе, что из них двоих именно он был взрослым человеком, чего только не повидавшим в жизни и в постели, Кёнсу расслабился и даже не вздрогнул, когда его бедро снова коснулось бедра Сехёна. Тот, видимо, только этого и ждал, потому что как-то так передвинулся, чтобы навалиться на Кёнсу ещё и плечом. Кёнсу покосился на него, приподнял бровь, но юный наглец словно и не заметил ничего. Он так демонстративно смотрел на экран, что на секунду Кёнсу решил, что сам себе всё придумал. Вдоволь надышавшись тяжёлым и каким-то приторным парфюмом Сехёна, Кёнсу всё же решил, что что-то тут было нечисто. Разве Сехён не сказал ему вчера о брате и его симпатии? Или всё-таки Кёнсу не так понял? Или для близнецов нормально интересоваться одним мужчиной? Мысленно Кёнсу представил в своей постели двух Сехунов – в смысле, Сехуна и его брата-близнеца – и едва не застонал. Какой ужас! Тяжёлое порно, честно слово. Кёнсу глубоко вздохнул и даже глаза ненадолго прикрыл. - Господин До… - тихий шёпот, суховатый и похожий на шелест листьев в осеннем парке, буквально ввинтился Кёнсу в голову. – Мой брат… Говорил, что вы очень хороший человек. Но, мне кажется, он ошибся. Кёнсу отстранился и посмотрел на Сехёна с удивлением, но тот снова пялился в экран и вообще вёл себя так, словно этот шёпот Кёнсу померещился. Ну уж нет, Кёнсу себя идиотом не считал и сейчас, из-за каких-то обнаглевших близнецов, не собирался начинать. На секунду у него даже мелькнула мысль предпринять что-нибудь в том же духе, но Кёнсу её отбросил. Что-то подсказывало ему, что Сехён только этого и ждал. Он же провоцировал, пытался вызвать реакцию Кёнсу, заставить его действовать, чтобы потом предъявить ему новые претензии от имени брата. Да пошли они оба! Кёнсу поменял позу, устроился удобнее – и Сехён оказался бессилен его достать. Он не дотянулся бы, даже если бы наклонился: хвала просторным креслам современных кинотеатров. Довольный собой, Кёнсу пристроил ногу на ногу, поставил стакан в специальную подставку в подлокотнике и принялся за начос. В конце концов, он потратил своё время и свои деньги – он имел право получить удовольствие. Постепенно сюжет увлёк его настолько, что Кёнсу даже позабыл о Сехёне и о том, что его компания сидела рядом. Вспомнить пришлось ближе к титрам, когда вдруг в ряду ниже того, где было место Кёнсу, произошло какое-то движение. Крупный парень поднялся, повернулся – и спустя секунду одновременно раздался хруст и пронзительный визг. «Кажется, нос сломал», - лениво подумал Кёнсу, не отрываясь от происходящего на экране. Чужие драки интересовали его постольку поскольку, к тому же, в торговом центре и кинотеатре наверняка были камеры наблюдения и охранники. - Джин, заткнись и не скули! – Кёнсу услышал хрипловатый голос Сехёна и наконец повернул голову, присмотрелся. Брат-близнец его студента проталкивался через своих приятелей к эпицентру событий. – Что здесь происходит? - Этот придурок… Ударил… Напал… Кёнсу поморщился. В магазине вчера Джин держался гораздо более нагло, по крайней мере, до того, как налетел на стойку и слегка помял своё мужское достоинство. Сегодня же, видимо, ему досталось сильнее, интересно, за что? Одновременно с этими мыслями в зале включился свет, а по проходам потянулись охранники в форме, видимо, заметили наконец, что что-то не так. В этот же момент произошло какое-то движение – и толпа приятелей Сехёна бросилась в рассыпную через ряды на глазах пустевших кресел. Люди покидали зал, и было понятно, что поймать их в толпе не выйдет. Кёнсу думал ровно секунду, после чего поднялся, подошёл к Сехёну и за плечо развернул его к себе: - Пойдём! - Куда? – Сехён уставился на него в недоумении. – Здесь же… - Не лезь, - посоветовал Кёнсу. – Не ты же врезал. И не тебе. Пусть охрана разбирается сама. - Но Джин… - Он придурок и, наверняка, сам виноват. Если с ним что-то серьёзное, ему вызовут врача, - Кёнсу настойчиво тянул Сехёна, и тот вынужден был двигаться следом. Один из охранников всё же преградил им путь, но Кёнсу не дрогнул: - Добрый вечер. - Добрый… Это ваш приятель? – охранник кивнул Кёнсу за спину, и Кёнсу обернулся, чтобы посмотреть, кого он имел в виду. - Этот мой, - Кёнсу перехватил руку Сехёна на уровне запястья и крепко сжал. – А тех я не знаю, - и ведь даже не соврал. - А вы не заметили, что там случилось? - Нет! – Кёнсу покачал головой, а потом посмотрел на Сехёна: - А ты? - Я… - тот помолчал немного, но потом пожал плечами. В конце концов, в зале было темно, а он сидел дальше всех, что он там мог видеть и слышать. – Нет… - Тогда извините за неудобства, - охранник посторонился, дав им пройти. Кёнсу буквально вытащил Сехёна из прохода между рядами и постепенно вытолкал из зала. - Я так не могу! – взвился Сехён, оказавшись за дверями. – Это же подлость! - А нападать на Чонина в магазине вчера – это не подлость была? На моего друга? Они вас чем-то оскорбили? – Кёнсу завёлся и встряхнул Сехёна за грудки. – Брат тоже наглец, но тот хоть учиться хочет, делает что-то… А ты? - А что я? – Сехён под таким напором растерялся, опешил и смотрел на Кёнсу глазами телёнка, которого на верёвочке привели на бойню. - Ты такой же придурок, как и твои друзья. И если бы не твой брат… - Кёнсу вздохнул и заставил себя понизить голос. – Слушай сюда, Сехён, я предлагаю один раз: или ты сейчас начинаешь соображать и идёшь за мной, или ты проваливаешь на все четыре стороны и сам разгребаешь свои проблемы. А я пишу заявление в полицию на всю вашу банду. - Пишите, что хотите, профессор! – Сехён наконец начал соображать, выкрутился из рук Кёнсу и двинулся обратно в зал. - Какой же идиот! – простонал Кёнсу. Где-то в этот момент ему нужно было махнуть рукой и уйти, оставив Сехёна самого разбираться со своими проблемами. Его это не касалось, он ни к кому не лез, никого не бил. Он сам столько раз упрекал Чунмёна за бессмысленный героизм, граничивший со слабоумием. Так почему сейчас он топтался на месте и думал, что ему делать? Почему вообще в его голове возникла эта дилемма? Из-за Сехёна? Или из-за Сехуна? Близнецы явно были в этом замешаны. Тяжело вздохнув и мысленно обругав себя последними словами, Кёнсу тоже поплёлся обратно в зал. Там уже трудилась служба уборки, только в среднем ряду всё ещё топтались люди: тот самый парень, который ударил Джина, его подружка, собственно Джин, до сих пор прижимавший руки к лицу и человек пять охранников. Сехён поднимался к ним с видом решительным и отчаянным. Вот только этого сейчас и не хватало. Кёнсу догнал его очень быстро, остановил и буквально затолкал себе за спину: - Заткнись и не вмешивайся, - прошипел он, и Сехён машинально кивнул. – Всё, молчи, мать твою, - Кёнсу глубоко вздохнул, нацепил на лицо вежливую улыбку и обратился к одному из охранников: - Я прошу прощения… Я вижу, у вас затруднения. - Да, - охранник кивнул. – Нашего врача нет на месте… А отпустить… Здесь же драка произошла. - Послушайте, давайте поступим следующим образом, - Кёнсу снова улыбнулся. – Вы запишете себе личные данные этого человека, а потом мы с моим другом отвезём его в госпиталь. Кровотечение нужно остановить, перелом, опять же… К тому же, в госпитале сразу же зафиксируют травму… - А вам это зачем? – неожиданно поинтересовался один из охранников. – Или вы всё-таки их знаете. - Не знаю, - Кёнсу надеялся, что выглядит убедительно. – Но мой друг решительно настроен помочь, он считает, что нельзя бросать людей в таком состоянии. А врача у вас всё равно нет… И он может подать в суд на вас и вашего работодателя за неоказание помощи. А если он истечёт кровью и умрёт? - Только этого нам не хватало, - лица сотрудников охраны стали унылыми. Жалобы и судебные иски всегда приносили только проблемы. - Тогда позвольте, мы его доставим в госпиталь. Только его данные запишите, чтобы потом знать, кого искать, - напомнил Кёнсу. Один из охранников, сопя от натуги, переписал все данные с идентификационной карточки Джина себе, а потом кивнул: - Можете забирать. - Спасибо, - Кёнсу кивнул, подцепил Джина за локоть и повёл к выходу. Сехён болтался рядом и, хвала всем богам молчал, только сопел сердито. Вывев Джина в коридор, Кёнсу перестал улыбаться и посмотрел на него очень жёстко: - Слушай, придурок, я не знаю, что тобой движет, и я бы оставил тебя там. И мне, если честно, плевать, что с тобой будет. Но вот он… Он почему-то беспокоится, хотя от тебя одни проблемы. И именно поэтому ты сейчас тихо и молча сядешь в машину и поедешь в госпиталь, понятно? - Да я… - Я сказал, молча. Если понятно, кивни, - Кёнсу вздохнул, а потом так же сердито посмотрел на Сехёна. – Если он запачкает мне сидения, ты лично будешь их чистить, понятно. - Нет, не понятно, - неожиданно возразил Сехён. – Зачем вы вообще влезли? Я вас не просил ничего делать. - Конечно, не просил, ты же такой же придурок, как и твой приятель. Что ты собирался делать? Признаться, что вы друзья? Что остальная ваша компания разбежалась, как шакалы, которых спугнули? - А вы? - А что я? Я должен был броситься грудью на амбразуру и защищать придурка, по которому тюрьма плачет? – Кёнсу разозлился. – Всё, лучше не зли меня, иначе я брошу вас здесь – и дальше разбирайтесь сами, как хотите. - Не бросите, - Сехён усмехнулся. - Хочешь проверить? - Мне нужен врач! – жалобно прогундосил Джин, и Сехён как будто спохватился, опомнился и закрыл рот, так ничего и не ответив. - Вот и ладушки, - Кёнсу нашарил в кармане ключи от своей машины. – Я сейчас открою багажник, достань там клеёнку, накроешь заднее сидение. И шевелитесь уже, в человеке всего четыре-пять литров крови. И сейчас осталось уже меньше. - Я могу умереть? – искренне удивился Джин. - Не можешь! – одёрнул его Сехён, но Кёнсу решил немного наказать их обоих. - Можешь ещё как. Сейчас занесёшь в кровоток какую-нибудь бактерию или вирус, мало ли, кто до тебя в кино в твоём кресле сидел. А там всё очень быстро – сепсис, полиорганная недостаточность и смерть. Сехён и его приятель-идиот побледнели, Кёнсу улыбнулся и уселся за руль. Он, конечно, очень сильно приукрасил свой рассказ, но достигнутый эффект ему понравился. Сехён притих, а Джин и вовсе перестал шевелиться, скрутился на заднем сидении и начал молиться. Кёнсу молчал, только курил одну за одной, пока ехал в госпиталь. Для этого всю территорию университета и кампуса пришлось объезжать, чтобы добраться до подъезда к приёмному покою. Там Кёнсу кое-как припарковался и достал телефон, покопался в телефонной книге и нажал на вызов. Ответили ему сразу же: - Кёнсу-я? - Привет, Цаньле, - Кёнсу уже не помнил, откуда у них взялась манера называть своего друга детства Чанёля на китайский лад, но всех всё устраивало, и Кёнсу продолжал пользоваться этим звучным именем. – Обрадуй меня, скажи, что ты сегодня дежуришь. - Не дежурю, - пробасил Чанёль-Цаньле. – Но я ещё на работе. Случило что? - Типа того, - Кёнсу обернулся. – Сейчас привезу тебе одного неудачника. Похоже, у него сломан нос, уж больно громко там хрустнуло. Глянешь? - Куда я денусь. Вези, помнишь же, где мой кабинет? Я сейчас рентген-кабинет предупрежу, что мы придём. - И жгут возьми, он кровит всю дорогу, - Кёнсу обернулся, чтобы убедиться, что Джин слышал каждое его слово. – На шею наложишь. - Для тебя всё, что пожелаешь, - хохотнул Цаньле и отключился. - Тебе крупно повезло, парень. Может, ещё и следов не останется, - заметил Кёнсу, а когда на лице Джина отразилась радость, мстительно добавил: - Если выживешь, конечно. - Почему вы… - А ты молчи. И сиди здесь, - Кёнсу покосился на Сехёна. – И только рыпнись! - И что вы мне сделаете? - Увидишь, - Кёнсу прищурился. – Давай, Джин, выметайся, И смотри под ноги, ещё не хватало, чтобы ты шею сломал по пути.