Близость

      Разбудил его Дэмерон, настойчиво сжимавший его плечо. Потребовалось несколько секунд, чтобы собраться, окончательно вынырнуть из приснившихся образов, от которых он отвык. Ему нечасто снились сны, разве что в детстве. Спал он в основном под таблетками, когда удавалось урвать минутку между бумажной работой и совещаниями и провалиться в зыбкую дремоту. Без таблеток его сразу же настигали тревожные размытые образы – дом на Арканисе, безжизненные пески Джакку, Рэй Слоун, провал на Старкиллере. Уютно гудел двигатель, непривычная мягкость простыней сбивала с толку. Некстати вспомнилась радость в глазах Дэмерона, в его громком голосе, от которого у Хакса звенело в ушах, пока он сидел в пещере и пытался понять, за что ему все это. Сейчас Дэмерон радостным не выглядел. Он приткнулся на краю кровати, сохраняя приличное расстояние между ними, слегка склонил голову. Он выглядел уставшим, опустошенным. Его влажные волосы завились сильнее обычного, от кожи слабо пахло чем-то цветочным. Поверх свежей белой футболки висело кольцо, которое он так часто вертел в руках. Он никогда не говорил, чье оно, но у Хакса были подозрения – поначалу он пытался убедить себя, что кольцо принадлежало миленькой жене или красавцу-мужу, который ждал Дэмерона на базе, любящему супругу, чей образ он старательно гнал из головы, когда исступленно целовал Хакса. Но Дэмерон был слишком верным для такого, слишком правильным. Нет, тот, кто носил однажды это кольцо, был мертв, Хакс был в этом уверен, и ненавидел себя за возникающее при мыслях об этом чувство облегчения. Хакс чересчур резко вдохнул и тут же об этом пожалел, когда грудь сдавило и он зашелся кашлем. Дэмерон, не колеблясь, придержал его за плечи, хлопнул по спине, участливо выгнув бровь. Он прикусил нижнюю губу, очевидно сдерживаясь, чтобы не обнять Хакса. Там, в пещере на той планете, он бы так и поступил. Когда Хакс откашлялся, По уложил его обратно на кровать. - Ты сказал Рей, что тебе ничего не нужно, - с упреком сказал он. – Надо было предупредить ее, чтобы не слушала. Его рука все еще лежала у Хакса на груди пока тот восстанавливал дыхание. Он слишком устал чтобы огрызаться, спорить, пускать в ход другие свои защитные механизмы. - Мы почти прилетели, - сказал Дэмерон, нехотя убирая руку. Он сглотнул, избегая смотреть на Хакса. – Я должен снова надеть на тебя наручники. Хакс осознал, что его расковали, хотя возможно он просто забыл, что наручники вообще были. Он осмотрел комнату и заметил их на тумбочке вместе с подносом с какой-то едой. Наверное, девчонка принесла, пока он спал. Он вздохнул, покорно сводя запястья. В теплых глазах Дэмерона мелькнуло что-то похожее на облегчение. Хакс смотрел в потолок, пока Дэмерон потянулся за наручниками. Он не мог находиться на этом корабле и не думать о Рене, в конце концов, это место когда-то было важной частью его жизни. Ему вспомнился день, когда он впервые узнал о родословной Рена, холодная ярость и отвращение, захлестнувшие его тогда, то, как смеялся Сноук, когда Хакс выразил свое недовольство и то, как он легким движение руки заставил его упасть на колени. «Вам следует мыслить шире, лейтенант,» сказал Сноук и его покореженное лицо исказила ухмылка. «Неужели вы не думаете, что мы только выигрываем, имея на нашей стороне сына Леи Органы и Хана Соло? Возможно, ваш отец был прав на ваш счет.» - Ты так хорошо себя ведешь. Мне стоит беспокоиться? – с напускной беззаботностью спросил Дэмерон, осторожно защелкивая на Хаксе наручники. Хакс понял, что его что-то гложет, хоть и не был уверен, что. Он сожалел то ли о том, что сделал на той планете, то ли о том, что делал сейчас. Он замешкался, все не убирая руки с запястий Хакса. Хаксу захотелось засмеяться, сказать что-то язвительное. Чего Дэмерон от него ждал? Даже будь у него две здоровые ноги, бежать ему некуда. Да и смысл? У него больше не было силы, все его самые верные офицеры превратились в месиво из крови и костей на безвестной планете в медвежьем углу. Было время, когда после подобного он бы только разозлился, получил стимул стать еще лучше, но после потери дредноута его захватила непонятная апатия, которая высосала все силы. - А куда я денусь? – пожал плечами Хакс. Дэмерон посмотрел на него со странным болезненным выражением лица. Хакс почти забыл, какого это – ненавидеть его, хотеть стереть яркую улыбку с красивого лица или вогнать в тело кинжал. Дэмерон наклонился к нему и Хакс понял, что должен это остановить, потому что у него самого не хватит воли. - Твои друзья не начнут беспокоиться, Дэмерон? – огрызнулся он и Дэмерон, вмиг посерьезнев, отстранился. Когда он ушел, Хакс прикрыл глаза, глубоко вдохнул и снова закашлялся. Этот приступ закончился быстрее, но он чувствовал себя вымотанным и невероятно слабым. В ушах набатом загрохотал голос его отца. Ты жалок, мальчишка, невероятно жалок. Я должен был оставить тебя подыхать вместе с ней. После приземления Дэмерон вернулся, держа в руках гипоспрей. Он прижал его к шее Хакса раньше, чем тот успел возразить и Хакс облегченно выдохнул, ощутив, как разливается по телу обезболивающее. От препарата закружилась голова и Хакс понял, что не может вспомнить, когда он в последний раз ел. Мусорщица и предатель стояли в дверном проеме, сверля его колючими враждебными взглядами. - Можешь идти? – спросил Дэмерон, тихо, чтобы они не услышали. Хакс скованно кивнул и Дэмерон заставил его встать, потянув за скованные запястья. Планета, на которую они прилетели, была теплой и солнечной, в воздухе слышалось пение птиц и жужжание насекомых. Грунт на посадочной полосе потрескался, но не столько от жары, сколько от пробивавшихся сквозь него тут и там корней и зеленых побегов. Здания вокруг были в таком же состоянии – с потрескавшимися стенами и выбитыми окнами. Очередная старая база, возможно, даже времен Империи. Хакс заметил следы выстрелов на стенах, явно сорванную взрывом крышу одного из дальних строений – в этом месте было сражение, наверняка оно есть в базах, если бы он только мог послать сообщение… «Но этого не будет»,жестко напомнил он себе. Не будет триумфального возвращения в статусе человека, который истребил остатки Сопротивления. Рен не поблагодарит его за помощь, скорее просто прикажет взорвать планету вместе с Хаксом и возможно будет прав. Возможно, это будет путь наименьшего сопротивления. Он ощущал теплые прикосновения рук Дэмерона на шее и спине, он одновременно поддерживал и сковывал его, будто мало было наручников. Он осознанно вел Хакса на смерть. Глупо было думать, что… Их встретила небольшая группа людей во главе с Леей Органой. Хакс со странной отчужденностью наблюдал за тем, как Дэмерон с улыбкой отдал ей честь. Так же он улыбался, когда им впервые удалось поймать рыбу, когда он сумел достать передатчик, когда тот заработал. Ярко, искренне. Наивно. Как ребенок, как глупый беззаботный ребенок, который все еще верит в героев и счастливый конец. - Простите, генерал, я опоздал. Были проблемы с двигателем. Но я вам кое-что привез, - учтиво сказал Дэмерон. Органа улыбнулась. Ее седые волосы были собраны в элегантную прическу, руки благонравно сложены на груди. В ней, несмотря на военное звание, чувствовалось величие королевской крови. - Я вижу, - мягко сказала она. Она перевела взгляд своих темных глаз на Хакса и он понял, что ошибался в своем предположении, что у Рена глаза матери. Они того же цвета и даже разрез тот же, но если глаза Рена всегда выдавали с головой неконтролируемый хаос внутри него, то взгляд Органы был абсолютно нечитаемым. - Генерал Хакс, не так ли? – холодно спросила она. Хаксу захотелось фыркнуть, напомнить, что он больше не генерал и ей как лидеру Сопротивления следовало бы об этом знать, но он захлебнулся воздухом, стоило открыть рот. Он зажмурился, судорожно пытаясь вдохнуть. Пальцы Дэмерона сжали ткань рубашки на его спине. - Ему нужен врач. Хакс злобно посмотрел на Органу, которая кивнула людям, что были вместе с ней. - Пришлите кого-нибудь в его камеру, - и она снова повернулась к нему со строгой улыбкой на губах. – Мы уже подготовили для вас место, генерал. Она намеренно и с удовольствием подчеркнула последнее слово. Один из группы с очевидным намерением выступил вперед. Дэмерон отступил, позволив мужчине взять Хакса под стражу. - Рей, иди с ними, - сказала Органа, когда он толкнул Хакса в спину. – Проследи, чтобы наш гость не наделал глупостей. Он был почти уверен, что его отведут в пустую комнату, подвальное помещение, на неиспользуемый склад, но камера, в которой он оказался, действительно была тюремной камерой. Их было три, хотя скорее две, плексигласовая стена в одной была разбита. Дверь другой была открыта. Она была маленькой, со скудной обстановкой – складная кровать у одной стены, небольшой стол и стул у другой. На стуле висели светло-серые штаны и рубашка. В дальней стене камеры он увидел еще одну дверь – за ней поблескивала плитка и скорее всего располагалась ванная комната. Он едва удержал готовый сорваться с губ короткий смешок. Если так они обращаются с пленными, если так они обращаются с ним, с человеком, построившим Старкиллер и поставившим их на колени, то они слабее, чем он думал. Его провели в камеру, к кровати. Мужчина толчком заставил его сесть. Женщина-медик не поднимала на него глаз, пока накладывала на сломанную ногу повязку с бактой. Она прослушала его грудь, вколола дозу антибиотиков и оставила на столе несколько пузырьков с таблетками и инструкции к ним. - Их надо принимать после еды, - холодно сказала она, уходя. – Иначе будут побочные эффекты. Мужчина и мусорщица ушли вместе с ней, оставив Хакса одного. Ему бы следовало осмотреть вторую комнату, изучить предоставленные лекарства, но он все еще был слишком уставшим. Мысли снова начинали путаться. Он растянулся на старой изношенной простыни, от которой исходил слабый запах плесени. В камере стало тихо, слышалось только его свистящее дыхание. Он ожидал, что почувствует что-то. Холодный страх, кипящую злость, встающее комом в горле отчаяние. Но вместо них было только всепоглощающее изнеможение, которое преследовало его еще с Крэйта, и которое теперь, когда рядом не было Рена с его вспышками гнева и подчиненных со своими проблемами, захватило его целиком. В этот раз он услышал голос Рена,в котором легко читалась охватывающая его ненависть. Помни, с кем говоришь, генерал. Хакс стоит на мостике Финалайзера, Рен вне поля зрения, но его невидимая хватка сжимается у Хакса на шее. Он пытается не хватать ртом воздух, не показывать свою слабость перед всеми. Он потянулся рукой к шее, хоть и знал, что сейчас никто его не держит.