Брак

25.05.ХХ. Сегодня прекрасный день, когда выпускники наконец-то получат дипломы и уйдут в свободное плавание. Тэхён и Чимин пришли для того, чтобы поздравить Хосока и Юнги с выпуском. Собственно, сейчас они и получали свои дипломы под аплодисменты. Хо уже приняли на работу в танцевальную студию «Just dance». Она пользовалась большим спросом и популярностью. Они сами пригласили его, после его участия в некоторых танцевальных соревнованиях. Юнги же отказался идти по своему юридическому направлению и устроился в какой-то маленькой компании, не просуществовавшей ещё и двух лет. Чимин переживал, но и поддерживал. А про Чонгука ничего неизвестно. Нет, не пропал. Просто как-то он все меньше и меньше стал отвечать на звонки или связываться самостоятельно, доведя до того, чтобы звонить только на праздники. 19.07.ХХ. Чудный день, если можно его так назвать. Хотя нет, счастливый? Незабываемый? Волшебный? Это нам ещё предстоит узнать. Безусловно, он важный, сегодня собрались все родственники и друзья из разных концов света. И вот стоит парень, двадцати двух лет отроду, и смотрит на свой белый смокинг. На волосах цвета миндаля красуется серебряный венок. Смокинг усыпан вышивкой магнолии, что так прекрасно горит фиолетовым пламенем. А в руках букет герани. Восточная легенда рассказывает, что давным-давно герань была сорняком и ничем не радовала людей. Однажды пророк Магомет спустился с горы и повесил свою пропотевшую накидку на куст герани. Растение подставило ткань навстречу солнечным лучам и быстро высушило одежду. Благодарный пророк покрыл герань красивыми цветками, которые источали нежный аромат. И белые туфли заканчивали образ. — Ким Тэхён, ты всё сможешь. Обязан. Ещё полгода назад он рвался стать замужним, но теперь, когда этот миг настал, руки трясутся, ноги словно потеряли всю силу и достаточно дуновения, чтобы омега упал. Воздуха в лёгких катастрофически не хватает, ощущение, что в комнате все душнее и душнее. — Тэ, они сказали, — начал Пак, зайдя в комнату, и застал, как Ким, распахнув окно, пытается дышать. — Что он ещё не приехал. — Не приехал?! — вскрикнул омега. Что за чертовщина. Все здесь, а жених неизвестно где! — Тэтэ, все будет хорошо, — пытался успокоить друг. — А знаешь что, Чимин? — сказал Ким, прищурившись, — пойду-ка я отсюда! — возмутился он и, оставив букет на столе, захватил телефон и вышел из комнаты. — Как это?! Тэ, подожди! — кричал Пак, выбежав и удержав за одну руку. Как почувствовав неладное, Лили уже поднималась к ним. — Если ему это не нужно, то мне тем более! — кричал он, вырываясь. — Тэхён! — вскрикнула женщина и, подбежав, обняла. Ещё некоторое время он сопротивляться и выворачивался из чужих рук, но потом резко замер. — Ма…ма. Женщина стояла не в лучшем расположении духа. — Иди за мной, — процедила она. Опустив голову Ким зашёл за ней в комнату и закрыл дверь. — Мама, я не хочу, мне страшно. Развернувшись, она что есть силы дала пощёчину. — Возьми себя в руки, Ким Тэхён! Не забывай, зачем все это, и что от этого зависит. Не подведи. Закончив, она покинула комнату.

💍 💍 💍

— Ну же! Ну же! Давайте быстрее! — просил Чонгук, стоя в очереди на паспортном контроле. — Мужчина, угомонитесь! — не выдержала одна женщина. — Да у меня свадьба через тридцать минут, а я омегу своего полгода не видел! На удивление, вместо разрастающегося скандала, его многие пропустили вперёд. Ну, а что? У паренька такой день, да и омежка, скорее всего, на нервах. Также, пропуская, многие поздравляли, а Гук только и успевал благодарить за всё и сразу. Как только контроль был пройден, он рванул к пункту выдачи багажа и, схватив сумку с ленты, побежал к выходу. Там его уже ждал Хосок и, подхватив чемоданы, они вместе побежали к машине. — Сколько у нас времени?! — спрашивал в панике Чонгук. — Минут пятнадцать, — ответил Хо. — Давай быстрее! Стоило дверям захлопнуться, а зажиганию включиться, как Хосок что есть силы надавил на педаль. Очень вовремя начал названивать Юнги. — Где вас черти носят?! — Едем! Дай пятнадцать минут! — Быстрее! [Вызов завершен]. Недолго они ехали. — Это что, издевательство? — измученно выл Чонгук, протирая лицо руками. — Нет. Пробка, — ответил Хосок, уже раздумывая, как добраться, — идея! Гук, переодевайся в смокинг сейчас. — Что?! Ты спятил?! У тебя окна даже не тонированные! — Господи, будто там есть на что смотреть. — Я бы попросил! — Сколько тебе угодно. Я сейчас, — выйдя из машины, он заметил омегу, который красился. Подойдя, он объяснил ситуацию и попросил помощи. Отчего-то сегодня почти все на стороне Гука.

💍💍💍

— Они через пятнадцать минут будут! — сообщил подбежавший Мин. Кивнув, Пак зашёл почти сразу после ухода миссис Ким. — Тэ, через пятнадцать… Что с твоим лицом?! — подлетел Чимин, разглядывая след от ладони. — Ничего. Теперь все в порядке. Мини, нанеси побольше тоналки. Пятнадцать минут, говоришь? — Да. — Пресса там? — Да, уже приехали, стервятники. — Где секретарь Ли? — Кто? В этот момент и влетел упоминаемый. — Я здесь! Разрешение получено, нужна лишь подпись. — Где и какой датой? — насупил брови Ким. — Здесь. Позавчерашней, — ответил секретарь, указывая на места подписи и датировки. — Прекрасно, давай быстрее покончим со всем этим и порадуем приятной новостью. — Да, господин. Как только он расписался, настроение резко поднялось вверх. — Что сейчас произошло? — ошарашено спросил Пак. — Я бы сказал, афера века. Осталось два контракта. И всё. Свобода. — Ты о чем? — Мини, давай позже. Сейчас мне нужно привести себя в порядок. Все гости уже замучились ждать, сидят тут без дела уже как полчаса, минимум. Намджун даже уснуть успел, но звонок его секретаря вырвал из сновидений. — Господин Ким! У нас проблема! Сегодня один крупный поставщик разорвал договор с нами. Брови свелись к переносице и, вскочив, он вышел в коридор. — Почему? Что произошло? Меня не было день! — Помните, мы говорили о том, что продажи спали, даже не учитывая наш новый план. — Дальше. — Так вот, сегодня директор завода отказался вывозить на поставку товар. На фоне этого мы и потеряли контракт. — И вы звоните мне лишь тогда, когда мы потеряли целый контракт? — Вы были в самолёте… Мы не успели. — Директор завода уволен? — Нет. Он утверждает, что весь товар выкрали из складов ранним утром. — Ким Намджун! — крикнул мистер Ким, направляясь к альфе. Тот быстро скинул звонок. — Целая партия пропала?! Это что ещё такое?! Ты потерял контракт! И мало того, эти два месяца твой филиал принёс только убытки! Но здесь раздался звонок у Кима. — Да. — … — В смысле передали?! Кто решил?! — … — Без моей подписи?! — … — Единогласно?! Что за чертовщина. Когда он вступит в силу? — … — Ещё позавчера?! Да я уволю вас всех, к чертям собачьим! 17.07.ХХ. Позавчера. — Итак, приветствую всех присутствующих и благодарю за приезд, — начал Ким Тэхён, сделав поклон. Именно он созвал сегодня совет директоров. Явились почти все. — Я бы хотел поговорить о компании и её будущем. — Извините, но компетентны ли вы для этого? — спросил один из совета. — Больше, чем кто-либо ещё в моей семье, исключая отца. Не будем тратить время, перейдём к сути, я бы хотел стать следующим президентом компании. — Молодой человек, вы даже обучение не завершили! — Я вас уверяю, что являюсь одним из лучших и ради компании готов на все. — Рано об этом говорить, вы так не считаете? — Но времени, ни у меня, ни у вас нет. Или вы хотите сказать, что мой старший брат будет более компетентный, имея диплом повара и воспитателя? У нас тут не ясли, — он успокоился. И его голос стал холоднее и решительнее. — Я же обучаюсь непосредственно управлению и ведению бизнеса. — А как же Ким Намджун?! — А кто он? Его муж? Может, мой родственник, а я не в курсе? На это было нечего ответить. Что правда, то правда. Ким Намджун не связан с Сокджином узами брака или кровным родством. — Вы понимаете, что греете змею под боком? Я же вам гарантирую сохранность мест по мере моего управления. Знаете, компании бывают разные и именно в этой ты становился частью чего-то большего, чем слово «проект». — Давайте взглянем на успехи его канадского филиала. — Продолжил он, и следом включился проектор, показывая диаграмму спада. — А вот во сколько обошлась нам эта ошибка, — картинка сменилась, демонстрируя потери. — Всё это — самая новая информация, и прошу заметить — спад продолжается уже четвертый месяц. Это ошибка или намеренно? Враг он или товарищ? Ну, а пока мы будем выяснять все это, деньги будут убывать в кармане каждого присутствующего. Не знаю, как вы, а я хотел бы избежать этого. — Председатель все ещё жив и здоров! Вы не можете занять его место. — Тут бы я поспорил, — на экране появилась медицинская справка отца Тэхёна. Обмороки из-за переутомления стали чаще, а другие врождённые болезни дали о себе знать. — Почему вы делаете это без ведома президента? — Потому что он слепо доверяет этому Ким Намджуну, а мы теряем деньги. И ждать больше времени нет. В брачном договоре написано: «Всё приобретенное имущество является собственностью обеих сторон договора». — Вы не хотите, чтобы Чон Чонгуку достались акции? — спросил один из присутствующих. — И не только. Мы заключим договор с их центральной больницей. Поднимем филиал в Канаде и заключим там не менее выгодные контракты. — Без подписи председателя ни один документ не вступает в силу. — Только если решение не было принято советом единогласно.

💍 💍 💍

И вот сегодня последний директор поставил подпись, как и Ким. — Так, сегодня свадьба, завтра все остальное, — выдохнув, сказал отец. — Заключим договор и разберёмся с этим нахалом. — Да, Мистер Ким, — ответил Намджун. — Можно просто папа. Вернувшегося на место Намджуна начал допрашивать омега. Он, кинув: «Расскажу позже», открестился от дальнейшего допроса. Когда, кажется, нервы каждого были доведены до предела, двери церкви открылись, и в помещение вбежал жених и его шофер. — Простите за опоздание, ещё никто не ушёл? — спросил Чонгук, а у алтаря послышалось: «О, Господи, что за идиот», ведь все другие молчали, уставившись на Чона. Быстро пробежав к алтарю, он встал на свое место, а Хосок пристроился возле Юнги. — Тридцать минут? — шипел Мин. — Там были пробки! — шепнул в ответ Хосок. — Я удивлюсь, если Тэхён скажет ему: «Да». На его месте я бы букетом по лицу зарядил, а потом меж ног что есть силы. Мать уже всеми возможными жестами показывала, что ему конец. Отец выдохнул, а миссис Ким была просто рада, что всё в силе. Тэхен до последнего просил Пака отвести его к алтарю, но тот сказал: «Так нельзя!» и смылся. — Пошли? — спросил отец, подставив локоть. Взяв его под руку, они подошли к двери. Стоило им распахнуться, как множество глаз и камер устремились на них. Выдохнув, Тэхён выпрямил спину и поднял голову. Миндальные волосы вместе с серебряным ободком блестели на солнечных лучах, а белый смокинг с цветами магнолии заставлял задуматься о земном существовании этого прекрасного создания. — Перепишешь компанию на Намджуна, и все проблемы исчезнут, — все ещё улыбаясь, сказал отец. И как только они подошли к алтарю, Ким шепнул на ухо, обнимая: — Не в этой жизни, — лучезарно улыбаясь. И принял руку своего будущего мужа. Волосы Чонгука были зализаны назад, мускулатура альфы выделялась в этом черном смокинге. Не хватало лишь цветка в кармане. Ким это исправил, оторвав от своего букета один. — Ты прекрасен, — улыбался Чонгук, не переставая восхищено разглядывать его. Что ответить? «Я с тобой не разговариваю»? «Аналогично»? «Я знаю»? В итоге выбор пал на: — Ты тоже, — максимально сухо, даже не взглянув в глаза. Во время всего процесса бракосочетания Чонгук непрерывно смотрел на омегу. Неужели это чудо останется с ним навсегда? И теперь только его. От этой мысли становилось все приятнее. — Берёшь ли ты, Ким Тэхён, в законные мужья Чон Чонгука и клянёшься ли ты быть с ним в горе и радости, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? Напряжённая пауза повисла во всей церкви, и ни один не осмеливался издать и звука, будто боясь спугнуть. Прикусив нижнюю губу, он выдохнул: — Да. Многие выдохнули. — Берёшь ли ты, Чон Чонгук, в законные мужья Ким Тэхёна и клянёшься ли ты быть с ним в горе и радости, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? Рассмотрев прекрасное лицо омеги ещё раз, он с уверенностью сказал: — Да. — Властью, данной мне, объявляю вас замужней парой. Обменяйтесь кольцами. Поднявшись на две ступеньки, Юнги принёс их. Золотые, с гравировкой, по форме в виде корон. Роль королевы была отведена омеге, а короля — альфе, соответственно. Надевали кольца под аплодисменты и чьи-то всхлипы. Скорее всего, Лили и Чимина, ну и немного мистера Чона. — Можете поцеловаться. Положив ладонь на скулу, он нежно поцеловал уже Чон Тэхёна, а тот впился своими руками в края пиджака, оттягивая их вниз. — Я люблю тебя, — сказал Чонгук, отстранившись и заглядывая с такой нежностью и любовью. — И я тебя, — ответил Ким Чон, утопая в чёрных омутах напротив. Родители уже вовсю пускали слезы, даже мама Тэ прониклась этой атмосферой. Сокджин вовсю хлопал, сам не ожидая такой радости за брата. Взяв за руку Тэхёна, альфа пошёл на выход из церкви. От неё вместе с гостями они поедут в ресторан, ведь никто не отменял празднования. Правда, в этот раз без СМИ, те собрали всё, что им нужно было. Договор о передаче прав на владение акциями уже давно был подписан Чонгуком, но не оглашен публично. Так же, как родственникам и близким. Таким образом, обе компании избежали закона о разделе имущества. Открыв дверь и пропустив омегу, Чон сам сел в машину. Только теперь они могли обменяться парой тройкой слов. Стоило остаться почти наедине, как Тэхён отодвинулся к соседнем окну и уставился на вид из него. — Тэ, — пытался начать Гук, но в ответ лишь тишина. — Прости меня, — он притронулся к его плечу. — Ну же, поговори со мной, ругайся, проклинай, но только не молчи. — Даже в свадьбу? — Что? — удивился Гук. — Даже во время свадьбы мы должны поссориться? — начал омега, повернувшись к нему. — Почему ты постоянно столь безответственный? Для тебя сегодняшний день не имеет значения? — Нет, я… — Тогда почему ты заставляешь меня нервничать?! Почему даже в свою свадьбу я не могу счастливо провести время? Ты не мог прилететь раньше? — Нет, — опустив голову, ответил альфа. — Не верю. А хотя. Точно. Это же могло быть важнее, чем собственное бракосочетание. Ну и как она? Хороша была? — О ком ты? — вскипал Гук, немного понимая, куда забрело сознание омеги. — Не знаю. Это ты расскажи, о ком речь. — Тэхён, рейс отменили, и я полетел следующим. — Интернет тоже отменили? Гук понял, о чем речь. — Я просто очень скучал. — Мммм, вижу. Настолько, что даже пропал на три месяца, лишь бы один раз случайно не поговорить со мной. Кто я для тебя? — Ты любовь моя, нет, целая жизнь, — начал он, взяв ладони Тэ, — я просто боялся, что не выдержу, увидев хотя бы раз, услышав твой голос, я бы тут же бросил всё и приехал. Слёзы навернулись на глаза омеги, у него правда слишком сильно смешались чувства. Ложь переплелась с правдой, гнев с радостью, любовь с ненавистью и уже не понять, где именно он потерялся. — Я так ненавижу тебя… — упираясь носом в грудь альфы и обняв его. — Я знаю, мой маленький, мой хороший, — шептал альфа, поглаживая макушку. Машина остановилась, а за ней и многие другие, выпуская людей. Друзья первые подбежали к молодожёнам, и Пак сразу же накинулся с объятиями на них. — Поздравляю! — крикнул он. А потом, услышав шмыганье носом, отстранившись, спросил: — Тэтэ? Что случилось? Тэхён-а? — Это этот придурок виноват, — ответил друг, указывая на Чона, который виновато улыбался. — Ну, ты в своём репертуаре! — ударив кулачком альфу, ответил Пак. — Ну что, теперь ты Чон Тэхён? — спросил Хосок. Покраснев, омега опустил голову. — Давно не виделись, — ответил Гук, протягивая руку Юнги. Тот лишь ударил по ней. — Хей! За что? — Вечно ты, идиотина, одни проблемы приносишь. Меньше двадцати четырех часов находишься в стране, а уже всем нервы потрепал и довёл своего омегу до такого состояния. Гук расплылся в улыбке и, обняв со спины Тэхёна, зарылся в его макушку носом, вдыхая аромат духов и сказал: — Моего. — Ты кроме этого ничего не услышал? — уже закипал Юнги, но стоило Чимину захватить его руку и поцеловать в щёчку, как альфа начал остывать. Банкетный зал встретил их холодным оттенком фиолетового, переплетаясь с белым. Чёрный потолок был освещен множеством маленьких белых лампочек, создавая ощущение неба, усыпанного звездами, это очень завораживало взор. У одной из стены стоял столик молодожёнов, причем там было не четыре стула, как обычно дела делают, а лишь два. Вдоль боковых стен расположились многочисленные столики, но, учитывая размеры зала, в центре все так же было огромное место, которое вскоре станет танцполом. На каждом столике в метре друг от друга стояли букеты аконита. Они были обрамлены тонкими прозрачными вазами, напоминающие фитиль. Ниже, в цилиндрических сосудах, горели жёлтые лампочки, немного разбавляя холод. Они по четыре штуки были приставлены к вазонам. Гости уже расселись в соответствии со списком. Семья Ким расположилась по правую сторону от столика молодожёнов и была первой от них. Слева — семья Чонов, и к ним же подсела троица друзей. Как только они прошли к центру зала, Тэхён чего-то испугался и прижался сильнее к альфе. Тот, приняв микрофон, начал: — Здравствуйте, я бы хотел поблагодарить каждого, кто сегодня приехал из разных городов и стран, чтобы разделить этот момент с нами, — сделали поклон они вместе, и после альфа продолжил, — приношу извинения за опоздание. Давайте проведём этот вечер с радостью, чтобы после только хорошее осталось в воспоминаниях. Уже под шум, созданный разными голосами, они сели за свой столик, и ведущий сразу начал вести программу. — Не любишь цветы? Тут все ими усыпано, — начал Гук. — Я попросил, чтобы их не обрабатывали раствором в цветочном, или что они там подмешивают. У меня аллергия на этот состав, — ответил омега, оставляя того в немом шоке. — То есть, поэтому… — Ага, — ухмыльнулся Тэ. А тот вскипел. — Ким Тэхён, однажды я прибью тебя. — Чон. — Что? — Чон Тэхён. Вся злость отступила, и осталось лишь умиление от этого факта. Захотелось обнять омегу, крепко-крепко. — Итак, давайте же попросим наших молодожёнов рассказать историю их встречи! — сказал ведущий, увлекая их поучаствовать в празднике. Тэхён начал отрицательно мотать головой. — Ну же! Всем так интересно! — продолжил настаивать он, а зал поддержал аплодисментами. Если подумать, даже родители не знали этого, поэтому охотно поддержали идею. Поняв, что им не отвертеться, Чонгук встал и, предложив руку омеге, сказал: «Пошли?». Тэхён старался не выдавать волнения, но выходило не очень. Под руку они подошли к ведущему под аплодисменты. Тот отдал микрофон омеге, приняв его, он посмотрел на Гука. Альфа лишь кивнул и улыбнулся. — Эм, — начал он, — в тот день я сбил Чимина дверью, и после Чонгук со своими друзьями решили поговорить со мной об этом, — нервно усмехнулся он, тишина повисла в зале. Подняв серьёзный взгляд, он продолжил. — Я первым его ударил. Тут-то Пак не выдержал и разошёлся в смехе, а вскоре и все. Вот такая неординарная история знакомства. — Хорошо, спасибо. — Немного сконфужено. — А можем мы увидеть танец молодожёнов? — спросил ведущий, пытаясь «вырубить» ситуацию. Тэхёну он не нравился всё больше и больше, потому как действовал во вред. Тут и Гук застыл. Точно. Самое важное они забыли. Но присутствующие требовали, значит, деваться некуда. Альфа вытянул левую руку вместе с рукой омеги, вторую он расположил на талии, притянув. Приблизившись к уху, Гук прошептал: — Вальсировать умеешь? — А ты сможешь вести? Ухмыльнувшись, альфа сразу же взял всё в свои руки, как только мелодия начала звучать. Их венский вальс был прекрасен, а партнёр всё не отрывал взгляд от своего омеги. С окончанием мелодии, они сделали поклон. Ведущий продолжил свою работу, развлекая гостей и вовлекая их в новые конкурсы. Парочка села за свой столик, и Ким кинул: «Ещё одна просьба, и я ему голову оторву». Официанты принесли горячие блюда, и все увлеклись разговорами и пищей. Звон бокала разнесся по всему помещению, привлекая внимания к мистеру Киму. — Если позволите я бы хотел сказать пару слов молодожёнам. Все притихли. — От всей семьи поздравляем тебя с бракосочетанием, Тэхён. Сегодня мы все собрались, даже твой брат смог приехать, — продолжил отец, тепло улыбаясь старшему, — что не может не радовать, ведь наконец-то семья собралась за столь радостным поводом. Поздравляю вас ещё раз и желаю счастливой жизни. Чонгук, береги его. —Закончил отец, подняв бокал. Гук улыбнулся и приобнял омегу, что был мрачнее тучи. И, выговорив одними губами «буду», поцеловал макушку. — Тэ, почему такой грустный? — спросил он в растерянности. Тот лишь отрицательно помотал головой и обнял, принюхиваясь к запаху горького шоколада, который всегда успокаивал. Чем больше люди пили, тем больше тостов и поздравлений было озвучено. После определённого момента, пары начали танцевать, вовлекая и одиноких присоединиться. Ведущий работал, развлекая гостей, а после попросил всех выйти на улицу, дабы проводить парочку. Вся толпа вышла, Чимин кинулся к Тэ, крича: «Тэтэ, ты так быстро вырос! Будь счастлив!», и всё это приправлено слезами и соплями. Родители Тэ кинули: «Молодец», а после Джин на публику обнял брата, и Намджун не переставал кидать угрожающие взгляды. Чонгук же пожал руку всем альфам, кого знал, выслушав наставления: «Хранить и любить». Лили, конечно же, плакала и долго держала парочку в объятиях. Лишь после они сели в машину, но Тэ выскочил, вспомнив про букет. Став спиной, он быстро кинул его назад. Счастливчиком стал Сокджин. Ещё раз обнявшись с Паком, омега сел в машину. Они долго махали на прощание. — Фух, Господи, — выдохнул Тэ, когда толпа осталась позади, откинув голову на спинку сидения, — устал, как собака. А Чонгук все сидел и улыбался, разглядывая профиль своего мужа, только тот что-то не спешил повернуться. — Богом, куда едем? — спросил омега. — Отель «Victory», у вас забронирован номер. — Хорошо. — Ответил он, разглядывая ночной город. Как только они подъехали, Гук вышел, чтобы помочь омеге вылезти. — Удачи. — Бросил Богом. — Не поможет, — ответил омега, — не с этим альфой. Дверь открылась, а перед глазами предстала рука Чона. Стоило Тэ выйти, как он был подхвачен на руки, словно принцесса. После визга последовало возмущение: — Поставь меня! Что ты творишь?! — Не-а. — Кроличья улыбка окрасила лицо альфы. Он направлялся ко входу в отель. — Гук! — но не успел Тэ продолжить, потому что, как только они зашли в холл, все уставились на них. Чон быстро спрятал лицо в изгибе шеи мужа. — Прибью, — прошипел он. А Чонгук, не обращая ни на кого внимания, поднялся на лифте и внёс омегу в комнату. — Всё, отпусти! — сказал Тэ, практически спрыгивая с рук. Как только он повернулся, тёплая ладонь Чонгука накрыла его скулу. Омега застыл, голова опустела, а чужие губы все ближе и ближе, уже чувствуется чужое горячее дыхание на своих губах, но он успевает. Накрыв ладонью, Тэ поднимает взгляд и словно утопает в чёрных глазах напротив. Ухмыльнувшись, он спросил: — Ты правда поверил, что я люблю тебя?