Брат, отец, папочка. И все это - Мин Юнги.

Чат Намджуна и Сокджина.

Джин, привет. Как дела?

Привет, хён. Всё хорошо.

Точно? Что-то слабо верится.

Намджун, я сказал все хорошо. Это значит, что все хорошо.

Ладно… Ты не занят сегодня вечером?

Нет.

Тогда может часов в шесть встретимся? Юнги с Чимином давно просят тебя с ними познакомить.

Я не против. Где?

Давай у меня. * адрес*

До встречи, хён.

End чат Намджуна и Сокджина

. Намджун засунул телефон в карман джинс, вышел из лифта и направился к квартире. Первым его выбежал встречать Чимин, а за ним приполз и Юнги. Ребёнок как всегда запрыгнул на старшего, а последний недолго его покружил в воздухе и поставил обратно на пол. — Юнги, у нас сегодня будут гости. Я позвал Сокджина. — Оо, да ты что? Того самого? Старший посмотрел на Мина мол " Не беси меня " и пошёл мыть руки.

***

Небольшой стеклянный столик скромно накрыт, зато стоимость вина, стоящего на нём, очень даже не скромная. В доме идеальная чистота, даже Намджун помогал. Обычно уборкой занимается Юнги. Ну что сказать — Мин хозяюшка, был бы идеальным мужем-омегой. Хотя и альфа из него очень даже не плохой. Чимин радостный носится по дому, ждёт не дождётся, когда познакомится с новым хёном. Старшие суетятся, особенно Джун. Как будто не друзей знакомит, а родителей со своим омегой. В дверной звонок позвонили, и Ким пошёл открывать, а Чим чуть не сбил его с ног, обгоняя. — Привет. — Привет, — заторможено здоровается альфа. Конечно заторможено. А как тут иначе? Спрашивается, какого хрена этот и без того обворожительный, безумно красивый омега надел шорты. Нет, они не были короткими. Чуть выше колена. Но сука, почему Джун не может оторвать от них свой взгляд? Колени, как колени. Ну, подкачанные немного ноги, ну подумаешь, стройные и ровные. (Намджун, ты что, фетишист? Вхввх) Блондин всё это время смотрит в карие глаза старшего, и слегка улыбается уголком губ. — Может, пропустишь? — Аа, да… Проходи, — Ким отошёл в сторону, пропуская гостя. — Вааа… Какой красивый, — тише чем обычно проговорил младший.  — Ой, что это тут у нас за чудо? — улыбнулся блондин, присаживаясь на корточки перед младшим, — я Сокджин, а тебя как зовут? — Меня… Меня зовут Чимин. — Приятно познакомиться, Чимин~и, — старший поднялся, взял ребенка за руку и пошёл за Намджуном.

***

Все сидели, общались. Теперь Юнги уверен в том, что он действительно не плохо готовит, ибо то, с каким удовольствием Джин ел его угощения, надо было видеть. Весь вечер Чимин так и вертелся возле Сокджина. Видимо у него какая-то притягивающая детей аура. Как он сам сказал, дети его любят. И Чим тому прямое доказательство. Намджун привстал и разлил вино по бокалам. — Хён, хён, — шепнул на ухо брату брюнет, — дай мне тоже глоточек. — Мелкий, детям пить нельзя, — также на ухо шепнул Юн — Ну хёоон, пожалуйста, — чуть громче протянул омега. — Чимин, нет. У тебя есть сок, — строго сказал Мин. — Но я хочу как ты. — Я старше. Мне можно. — Тц, — ребёнок скрестил руки, цокнув языком. Он отвернулся от брата, надув губы. — Ну ладно, ладно. Хочешь я тоже буду сок пить? — Хочу. Юнги пошёл на кухню за стаканом, а Чимин победно улыбнулся. — Чим, садись ко мне на колени, — сказал Сокджин, чуть повернувшись в сторону младшего, продолжая слушать альфу, иногда кивая головой. Ребёнок не слезая с дивана, сел на колени блондина. Юнги вернулся с кружкой в руках, на которой были изображены сердечки разных размеров и надпись «Чимин». Он наполнил её соком и сделал глоток. — Юн, ты чего, как Хосок, не пьющий теперь? Юнги не ответил, лишь махнул головой сторону брата. — Ээй, хён. Это моя кружка! — Не жлобься, Чим.        Просидев ещё какое-то время, Юн отправил мелкого спать, а тот закапризничал и идти без брата отказался. Мины ушли укладываться, а Джун и Джин остались наедине. Они сидели и разговаривали, и как-то так пошло, что разговор зашёл о Сокджине и его альфе. Омега чуть ли не плакал о том, как он сильно любит своего парня и хочет, что бы они поскорее помирились — Джин~и, не переживай. Я уверен, всё будет хорошо. Альфа перекинул руку через плечо блондина и пытался успокоить его. Трудно смотреть на то, как бывает плохо тому, кого ты любишь. Не известно было ли это действие алкоголя, или из-за того, что уже больше недели рядом нет крепкого, надежного человека, рядом с которым можно побыть слабым, но так или иначе Джин никак не отреагировал ни на такое обращение к себе, ни на руку чужого альфы на своём плече. — Понимаешь, Джун, мы ведь даже не истинные, — омега уткнулся лбом в предплечье друга, — я боюсь, что он найдет своего омегу и бросит меня. Я ведь люблю его, люблю, понимаешь? *понимаю, еще как понимаю*       Боже, что хорошее вино делает с людьми. Подумать только, Джин сейчас кажется таким… Таким сильным? Ну, однозначно не как остальные омеги. А тут он сразу такой мягкий, совсем не грубый. Ещё и душу изливает. А недавно что? А недавно: «Тебя ебать не должно». — Я уверен, всё будет хорошо.        Минут через двадцать Намджун вызвал омеге такси и проводил до машины. Засыпал альфа с каким-то непонятно откуда взявшись приятным чувством в груди.

***

Тринадцатое октября.

      Ребёнок вертится в полусне, пытаясь принять удобную позу. Сегодня ему спалось крайне неудобно, так как недавно купленного плюшевого слонёнка, он забыл несколько дней назад у Тэхёна. Юнги вообще сначала не хотел идти в детский магазин, ведь заранее знал, что брат начнёт что-то выпрашивать, а в последнее время и так уходит больше денег, ведь Чимина отдали на танцы. Хорошо, что Намджун-хён добрый, купил ребёнку игрушку. Через несколько минут омега окончательно просыпается, трёт глазки, лежит ещё какое-то время, а потом резко садится на бёдра Альфы. — Хён, хён, — брюнет легонько бил ладошкой по груди брата, — вставай, хён. — Чимин, отстань, — промямлил старший и снова захрапел. — Ну Юнги-хён! — Тц. Ты мёртвого из-под земли достанешь. И достанешь, и задолбаешь. Юнги принял положение полу-лёжа и продолжил ещё что-то ворчать. Мелкий смотрел на своего хёна улыбаясь, а Мин до последнего не понимал, почему он так лыбится. — Хён, ты как старый дед. — Тогда ты мой надоедливый внучок. — Хёоон? — Что? Младший посмотрел на него мол: " Что, что? " — Ааах, точно. С днём рождения, мелкий, — альфа, притянув брата к себе, обнял его со всей силы, а потом чмокнул в лоб.

***

      Осень в этом году значительно теплее, чем обычно. Уже середина октября, а люди всё ещё ходят в толстовках. Парк в котором Мины решили отмечать день рождения Чимина, на удивление, не такой уж и дорогой. Юнги думал, что после праздника им придётся месяц есть один рамен. Но всё не так плохо. И вот, уже только на каких аттракционах Мины не катались, кстати, вместе с братьями Ким, Намджуном и Сокджином, а денег потратили не так уж и много. Юнги, выдохнул. Сокджин недавно помирился со своим альфой, потому светится от счастья. Намджун с одной стороны был рад, ведь когда Джину хорошо, ему ещё лучше. А с другой стороны, он немного расстроен, ведь не он на месте того альфы. Юн купил детям сладкую вату, а старшим по мороженому. Мало ли, вдруг заболеют. Сейчас тем более не лето. Такая не маленькая компания, конечно же, не помещается на одной лавочке, и поэтому сидят только омеги. Чим, конечно, очень старался кушать не пачкаясь, но всё равно его щёки почти сразу стали липкими. В прочем, как и у Тэхёна. — Мелкий, скажи спасибо, что осенью осы не летают. А то весь уже был бы покусанный. Парень достал влажные салфетки и стал вытирать личико Чимина. — Будешь? — омега оторвал кусочек сахарной ваты и протянул брату. Старший съел его из рук Чимина, не переставая оттирать нос ребёнка от сахара. Потом он вытер его ладошки и принялся приводить в порядок Тэ.

***

— В кабинку не более четырёх человек. — Кто с кем? — спросил Хо. — Я с Тэхёном, с Тэхеном, — завопил именинник. — Я Чимина не оставлю, — ответил Юн. — Ну тогда и я с вами. Не дай бог что с Тэ случится. Я его Юнги не доверяю, — сказал Хосок, на что Мин закатил глаза. Хосок, врать не хорошо. Да все мы знаем, что тебе за радость отдохнуть от брата. Он не особо переживал за брата, просто хотел оставить старших наедине. Ну Хосок, ну ты и шипер. — Получается, Намджун-хён и Сокджин-хён вместе, — сказал Тэ, схватив Чима за руку. Все разошлись по своим местам и через несколько секунд колесо тронулось. Крутилось оно медленно, благодаря чему можно было любоваться Сеулом, что уже начинал засыпать. Звезд на небе ещё не видно, но сумерки тоже красивы по своему.       Джун и Джин сидят, разговаривают, любуясь видом. Они стали больше общаться, Сокджин немного изменился, стал более открытым по отношению к Киму. Всё было хорошо, пока омеге не позвонили. Он молча слушал, иногда говорит «ну?». Постепенно его глаза наполнились влагой, которая лилась будто через край и напала на розовую футболку. Сокджин сбросил вызов и поспешно принялся вытирать слёзы, немного отвернувшись от Намджуна. — Что? Что случилось? — Он… Его… У него… — пытался выговорить блондин. — Тише, успокойся. Альфа приобнял Джина, поглаживая его плечо. Через пару минут он успокоился и смог сказать. — У него… Ребёнок. Будет. Подводка уже вся растеклась, потому Ким достал салфетку и стал её вытирать, что бы выглядеть более менее адекватно. — В смысле? Ты… — Нет! — не дал договорить Сокджин, — Ты что? Видимо, не один я такой дурак. — Нуу, перестань. Ты не дурак, — старший переложил руку на талию омеги, — ты себя в зеркало видел? Уверен, он ещё пожалеет. — Эх… — вздохнул блондин. Тут он опомниться и скинул руку старшего. — Ты чего? — Руки свои. От меня. Убери.        Когда было пора расходиться Намджун поехал провожать Джина, хотя последний долго упирался, а остальные пошли вместе, так как живут рядом. — С днём рождения, Чим~и. — Спасибо Тэ. — До встречи. Ким махнул головой и побежал догонять брата.

Двадцать Второе декабря.

       Небольшая комната. Обшарпанные стены, старый, сорванный в некоторых местах линолеум, небольшое окно скрыто за светлыми шторами, исписанный не хорошими словами шкаф и две кровати. Забившись в угол одной из них сидит юный альфа. Он, прижав к своей груди омегу, гладит его по спине и шепчет слова о том, что скоро всё будет хорошо. Всё будет, как раньше.

Но как раньше, увы, не будет.

— Маленький, не плачь, прошу тебя. Мне совсем не больно. — Но, если бы мы не оказались здесь, ты бы не подрался с этим противным Чанбином. Боль в рёбрах не утихает ни на секунду, но Юнги должен быть сильным. Ради Чимина. — Мини, мы обязаны пожить немного здесь, — прошептал Мин, заводя отросшую челку младшего за ухо, и, смотря тому в глаза. — Но я не хочу, хён! — свёл бровки домиком. — Чими, у нас нет выбора. Тем более, здесь не так уж и плохо.

***

      За окном воет холодный ветер, быстро-быстро кружа в воздухе снежинки, и, аккуратно укладывая их на белую землю. Юнги завешивает старые, потрёпанные временем шторы, выключает свет в небольшой, даже можно сказать крохотной комнате, и, укрыв брата одеялом, ложится спать.

***

Утро. 7:00

— По~оодъём! Подъём, — орала воспитательница, идя по длинном коридору, и, заходя в каждую комнату. — Подъём, кому говорят! — зашла в комнату Минов, — Юнги, Чимин, быстро встали! Завтрак через пол часа. Женщина захлопнула дверь, и продолжила своё дело. — Охх. Юнги откровенно говоря заебали эти ранние подъёмы и жёсткий график. Зимние каникулы на дворе, а эти придурки детям никак отдохнуть не дадут. И всё же, нехотя, но Мин оторвал своё тело от кровати, что утром имела особую силу притяжения, и стал будить мелкого. Всё таки, в большой семье не щёлкают. Ну, как сказать в семье. Относительно. — Чими, вставай. А то на завтрак опоздаем — альфа потрепал спящего за плечо. Чимин как лежал, так и лежит. — Вставай давай, — стащил одеяло и откинул куда-то в сторону. Чимин «во сне» облизнул сухие губки и отвернулся к стене. — Аах, точно… Юнги склонился над младшим и поцеловал того в мягкую щёку. Чимин тут же распахнул глаза и сел, развернувшись к брату. Альфе оставалось только умиляться видом сонного омеги, что чем-то напоминал маленького цыпленочка. — Доброе утро, спящая красавица. — Доброе, хён. — Давай, давай, поторопись, — ворчал теперь уже блондин, застилая свою кровать, — если опоздаем, то боюсь останемся голодными. Собравшись, братья вышли в коридор и направились в столовую. — Хён, дай мне руку, — попросил омега, которого было еле слышно из-за криков детей, находящихся в коридоре. Криков? Да нет, не то что бы это можно назвать криками. Просто воспитанников достаточно много, создаётся гул. Здесь так всегда, и днём, и в два часа ночи. Юнги, что любит уединение, проведя в детдоме почти неделю, до сих пор не привык. Альфа конечно же, выполнил просьбу ребенка. Младший тут же схватил протянутую ему ладонь и крепко её сжал, левой рукой схватив брата за локоть, всё так же продолжая идти. — Мелкий, ты чего? — Я…П…просто… — замялся брюнет, переводя взгляд куда-то вниз. — Не бойся, Мини. Он к тебе более не подойдёт. — Юнги… — Да? — Я правда… толстый?.. — Господи, ну что за глупости, — Юнги остановился и присел перед Чимкой на корточки, заглядывая в его глаза, — Ты — очень красивый и милый малыш. И ни сколечки не толстый, — ткнул острым пальцем в носик напротив. — Но… Чанбин сказал, что у меня слишком жирные щёки. — Да что за бред?! Твои щёки пухлые и это очень и очень мило смотрится, особенно на омеге, но они ни капельки не жирные. — Правда? — Конечно, — чмокнул под глазом. Снова взявшись за руки, они пошли дальше. В столовой, как всегда было очень много народу, и как всегда было очень шумно. Дети, от мала до велика толпились в очереди. Те, что помладше, пониже ростом и менее стеснительны проскальзывали вперед, путаясь в ногах старших. Большая часть столиков была уже занята. Боже, как только все дети будут здесь размещаться? — Чим, ты посиди за столиком, а я схожу за едой, — сказал Юн, подходя к столику. — Ну хён, — свёл бровки малыш, — Я боюсь. Можно я с тобой схожу? — Так, давай не начинай. Тебе уже целых шесть лет, а ты всё боишься от меня отойти, — усадил брата блондин, — Посиди один. Я уверен ничего не случится. — Эх, — обреченно вздохнул омега, — ладно. Юнги ушел уже минут как семь назад, а его всё нет. Мелкий уже устал ждать, когда же брат вернётся, ибо очень боялся находится здесь без него. Он сидел и смотрел на свои пальцы, опустив лицо вниз, почти прижимая подбородок к шее, лишь бы его не заметил Чанбин.

Но он заметил.

— Эй, — позвал его альфа, что был ровесником Юнги. Чимин, услышав знакомый голос, где-то внутри себя запаниковал, но надеялся, что это адресовано не ему. — Слышь, жирнощёкий, — брюнет подошёл сзади к омеге и щёлкнул по его уху. Мин игнорировал его, боясь поднимать голову. — Чё в столовую-то приперся? Тебе только булки жрать. Чанбин взял ребенка за щёку, сильно сжав пальцы на ней, и начал сильно дёргать. — Н…не трогай меня, — произнес Чим, всё ещё смотря вниз. — А то чё? Съешь меня что ли? — усмехнулся альфа. — А то я тебя съем, — пронеслось где-то над ухом, — руки от него убрал. И только попробуй к нему ещё раз подойти. Юнги поставил тарелки с кашей на стол. — Пхах, да нужен мне этот жирдяй, — Чанбин убрал руку от лица омеги. — Ещё раз ты, блядь такая, назовёшь моего брата подобным образом — твоё смазливое личико превратится к кровавое месиво, если вчерашнего тебе было мало. Чанбин лишь хмыкнул, смотря в глаза Юнги, и ушёл. — Ты в порядке? Он ничего тебе не сделал? Не угрожал? Если что, не бойся, говори, — завалил Чимина вопросами Юнги, садясь напротив. — Все хорошо, хён. — Точно? — Да, да, точно. Что ты так волнуешься? — Да как не волноваться-то? Ладно, раз всё хорошо, давай ешь. — Не хочу. Я толстый, — тихо проговорил брюнет. — Тц, — цокнул языком, — ну ты опять? Я же говорил тебе, что ты совсем не толстый. Все дети в твоём возрасте примерно столько и весят. Тем более, кому ты веришь больше, какому-то там непонятному Чанбину, или родному, любимому братику? — Тебе конечно. — Вот и правильно. Кушай давай.

***

— Хёоон? — протянул омега, устраиваясь сбоку от лежащего на кровати брата. — Аа? — не отрывая взгляд от телефона, точно так же тягуче спрашивает Юнги. — А давай поиграем? — с надеждой смотрит в глаза, слегка улыбаясь. — Во чтоо? — до сих пор тянет, — Да блять! — вдруг вскрикнул Юн, — Ой, прости, Чим. Тут одна сука и… В общем хана моему рекорду. Мин заблокировал телефон и положил возле подушки, после чего подхватил омегу под руки и посадил себе на живот. — Хён, я же тебя раздавлю, — улыбнулся младший. — Ничего подобного. Так во что ты хотел поиграть? — В силиста, — ребёнок положил руки на плечи брата и чуть наклонился к его лицу, — я буду выбирать тебе разные наряды и делать прически. Старший смотрел на омегу, улыбаясь, и, внимательно слушая. Как будто всё хорошо. Как будто нет ни каких проблем. Как будто они сейчас дома, а родители скоро вернутся с работы и принесут чего-нибудь вкусненького, после чего они все вместе будут сидеть за кухонным столом и пить чай, рассказывая как прошёл день, о своих успехах и тревогах друг другу. Как раньше. — Не в силиста, а в стилиста, малыш, — поправил ребёнка альфа, и ткнул в маленький носик. Мелкий улыбаясь ещё шире, повторил жест брата. Когда Юнги ущипнул его за плечо, то он снова повторил, ущипнув брата в ответ. Ребёнок убрал руки с плеч старшего и сел ровно. — Бууп, — блондин слабо взял брата за щёку, и немного её оттянул. Младший хихикнул, — бууп, — и повторил за братом. Всё это время, братья смотрели в глаза друг другу, улыбаясь и иногда посмеиваясь. — Тыык, — старший ткнул брата в бедро. Чимин снова захихикал и снова повторил за братом. Старший принял сидячее положение, тем самым сажая брюнета чуть ниже, сделал корпусом полукруговое движение, приближаясь к щеке ребёнка, как будто хочет поцеловать, и неожиданно прикусил за ушко. — Аай! Чим прищурил глазки, хитро улыбаясь, а потом сделал тоже самое с ухом брата ещё и слегка лизнув его язычком. — Ах ты негодник, ну держись! Юнги перевернул младшего на спину, нависая сверху, и начал щекотать его рёбра, задирая майку, и, двигаясь пальцами вверх-вниз. Рваный звонкий смех младшего отскакивал от стен комнаты, приятно грея слух альфы. И без того узенькие глазки малыша превратились в щёлочки, а на лице засверкала широкая улыбка. Блондин не смог не отзеркалить его улыбку. Альфа начал покусывать младшего за плечи, возле локтей и колен, периодически чмокая всё те же места, не переставая щекотать. — Хё~ён, хватит, перестань. — У ти малявка моя, — старший отстранился, — какая у тебя кожа нежная, — поцеловал животик, — мя~ягкая, — левое ребро, — не то что у меня — всё лицо в прыщах. — Хён, не преувеличивай. У тебя всего три прыщечка на носу. — Правильно, а должно быть ноль, — парень сел, поджав колени, — Кто же меня тогда полюбит, если я буду не красивым? — Кто полюбит? — принял ту же позу младший, — я полюблю. — Хех, Чими, — приобнял старший за плечо, — ты же братик, а я говорю про омегу, — слабая улыбка. — Но я ведь тоже омега, — непонимающе поднял глаза брюнет, слегка приоткрыв ротик. — Нуу, да, ты омега. Но ещё ты мой брат, — альфа взглянул куда-то вверх, — мой брат не может быть моим омегой. — Почему? — искренне удивился ребёнок. — Ну… Понимаешь, Чими… У каждого человека есть истинный. Истинные предназначены друг для друг, как вторая половинка. Судьба так распорядилась, что они должны быть вместе. — Вторая половинка? — младший наклонил голову в бок. — Ну, это как… Ну, например муж и жена. Или муж и муж. — Аа… Нет, я всё равно не понял. — Ну, смотри. Вот ты сейчас такой маленький, ни о чём не задумываешься. Живёшь себе спокойно, — альфа боком усадил брата на колени. — Я не маленький! — повернул голову в сторону брата, нахмурившись. — Ладно, ладно. Не маленький. Так вот, — блондин пригладил слегка отросшие чёрные локоны омеги назад, — живёшь спокойно, не задумываешься, а где-то на земле есть человек, который так же не задумывается о будущем и о своём истинном омеге. Но потом, через много лет вы с этим человеком встретитесь и поймете что вы истинные. Он станет твоим альфой, а ты его омегой. Потом вы сыграете свадьбу и будете жить долго и счастливо. — Правда? — брюнет заглянул в глаза брата. — Конечно, — альфа мягко улыбнулся и чмокнул в лоб. — А ты? — А со мной всё тоже самое. — Ясно, — омега слез с колен брата и ушёл на свою кровать, продолжая делать начатое — рисовать (то, чем он занимался до этого). Юнги посидел у себя какое то время, так как думал что Чим сейчас вернётся. Но младший лишь переложил раскраску и отвернулся к стене. — Эй, мелкий. Ну чего ты? — альфа подошёл и сел на край кровати брата. — Ничего, хён. — хей, не ври мне. Я всё вижу, — блондин подвинулся ближе, и хотел поцеловать омегу в щёку, но младший увернулся от губ хёна. — Знаешь что, мелкий? Пойдём играть? Ты по-моему хотел сегодня побыть стилистом. — Давай завтра, хён. Я хочу спать. Альфа сильно удивился, ведь ещё даже семи часов нет, но решил не трогать младшего. Просидев в телефоне до одиннадцати часов, он лёг спать.