Новый мир

Я подхожу к станции, на которой во всю бьют тревогу колокола, поставили их относительно недавно. Моё сердце содрогается, ноги сами ускоряют темп и я перехожу на бег, глаза, всё ещё мутные от недавних слёз, наполняются новыми слезами. Я боюсь потерять последнего мне дорого человека, родную и любимую маму, что читала мне сказки на ночь, что рассказывает о старом мире, когда я ещё был совсем мал и о нём почти ничего не помню. Я вбегаю в главные ворота, которые уже давно открыты, вокруг валяются мои друзья и знакомые, растерзанные на кусочки. Вдалеке слышатся выстрелы и рёв мутантов, без раздумий бегу в ту сторону, перепрыгивая балки и трупы, спотыкаясь о железную проволоку, которую выдрали из бетона монстры после подрыва динамита. Когда я прибежал, один из упырей уже хотел убить моего старого друга, сил которого уже явно не хватало, чтобы сопротивляться, выстрел и упырь валяется рядом с ним, немного забрызгав друга своей грязной кровью. - Санёк! Я так рад тебя видеть, дружище! - Миша, кто ещё остался? - Я помогаю другу встать на ноги, на его теле множество ран от зубов и когтей, но ничего сильно глубокого и серьёзного он не получил. - Я последний, остальные погибли.. - Он печально смотрит на меня, перематывая старыми и потрёпанными бинтами себе левую руку, где рана поглубже, и недовольно шипит - Они напали, когда наши дежурные заснули, а другие играли в карты. Они успели ударить в колокол, чтобы пошла цепная реакция, но потом сразу же погибли. Их была целая тьма, я пришёл на звон и сразу же начал отбиваться от десятка упырей. Если бы не ты, я бы уже давно лежал среди горы трупов. Мне очень жаль, но теперь это мёртвая станция, как и многие другие. Я отстранёно взглянул, в груди всё сжалось и мне не хватало воздуха, я надеялся на лучшее и побежал к старой части станции, где находились жилые комнаты, собранные из подручных средств, там всё было разбито в щепки, было много убитых мирных жителей и кое-где бегали кикиморы, утаскивая трупы в свои норы. Я подбежал к своей хибарке и увидел ужасную картину, моя мама лежала на койке, у неё было перегрызено горло, а в её руках была моя любимая детская книжка, смерть настигла её внезапно, мгновенно. Я подошёл к ней ближе, слёзы предательски текли и можно было услышать мои тихие всхлипы. Я чувствовал огромную боль на своём сердце, как будто мою душу рвали стражи на мелкие части, а упыри утаскивали мои конечности на все четыре стороны. Я почувствовал, как на моё плечо упала сильная рука. Я взял книжку в руки, в ней лежала кровавая записка, видимо на неё капнула кровь при нападении

"Я люблю тебя, сынок, и хочу чтобы ты вырос сильным и храбрым мальчиком, который изменит жизнь в нашем метро в лучшую сторону, твоя любимая мама"

- Нужно идти дальше, оставаться тут более нет смысла Я резко открыл глаза, всё было жутко мутным и практически нельзя было ничего рассмотреть. Мои руки были крепко связаны, по болевым ощущениям мне нанесли несколько ударов по торсу тупым предметом, а руки поначалу хотели связать чем-то жутко острым, я ощущал пропитавшиеся кровью рукава и запах едкой плоти это подтверждал. Осталось лишь понять - Где я, как отсюда выбраться и кто ударил меня по голове. Спустя время моё зрение всё-таки сфокусировалось и я смог разглядеть комнату, в которой находился. Это была маленькая комната с плохим освещением, рядом со мной стоял деревянный стол, он был с какой-то резьбой и казалось, что на нём написали какие-то слова, ещё на столе лежала небольшая папка, перо и чернила. Из-за плохого освещения я не смог рассмотреть что было написано на папке, поэтому обратил внимание на другие детали. Сама по себе комната была мрачная, но практически в идеальном состоянии, дверь была металлическая с небольшими царапинами и вмятинами, стул, на котором я сидел, был деревянным и пропитался моей кровью. Я попытался пошевелить руками, но я почувствовал адскую боль от ран на запястьях и достаточно громко зашипел и даже немного завыл от этой боли. Вскоре за дверью послышался шорох и звон ключей, через несколько секунд дверь открылась и в комнату полился свет из коридора, освещая незаметные ранее детали. Однако мне была интересна фигура, которая стояла в проёме и смотрела на меня, а не то, что меня окружало. Фигура зашла в комнату и включила настольную лампу, показав свою личность в более яркой обстановке. Это был мужчина лет сорока с тёмной ухоженной бородой, где иногда были видны седые полосы, шрамами на правом глазу, шее и носу. Судя по всему у него не было правого глаза, из-за чего он смотрел на меня косо, подставляя левую сторону лица. Левый глаз его был мутно-зелёным, возможно второй когда-то был таким же. Одет он был в тёмную рубашку, фуражку с золотым рантом и кокардой с эмблемой орла. Судя по характеру шрамов он не раз бился с мутантами, скорее всего упырями и кикиморами. Он долго рассматривал меня и наконец нарушил тишину. - Кто ты, откуда и почему пошёл мне на выручку. - Его голос был хриплым, низким, серьёзным и сосредоточенным, он не говорил лишнего, что могло говорить о его военной службе. Сам он немного нахмурился, когда я не давал ответа несколько секунд и пялился на него, я помотал головой и неуверенно принялся отвечать на его вопросы - Я Александр Горный с Крылатской станции, когда я услышал выстрелы я незамедлительно побежал на помощь, на нашей станции было принято так, что все мы должны помогать друг другу. - Было принято? - На неё напали упыри и она пала под их натиском, мы с другом взяли необходимые вещи и ушли в поисках новой станции, где мы могли остановиться и приносить пользу. Мы долго ходили и искали такую станцию, прошли Молодёжную с дружелюбными мутировавшими людьми, Кунцевскую, которая находится на поверхности, пришлось несладко, мы с другом не могли насмотреться на новую Москву и это сыграло с нами злую шутку в виде демона, летающего лысого пса с жутким рёвом, идти через Славянский бульвар пришлось тяжко из-за мутировавших людей, которые потеряли свой разум, они кидались на нас со всех сторон и мы могли лишь отбиваться с этих волн, потом мы вышли на станцию Парка победы, которая много где была завалена и населена безумными людьми. Хитростью мы прошли к Деловому центру, где купили боеприпасы, аптечки, немного еды, а уже потом перешли на Выставочную и прошли на Киевскую, где было тяжело пройти мимо Ганзы, и, наконец, вышли на Смоленскую, где и остановились. - Длинный ты прошёл путь и пришёл к базе Спарты? - Ну, получается так - А чего тогда ты забыл тут, вблизи своей родной станции? - Забыл я тут жетон этот, который на груди у меня висит - мужчина легонько достаёт за цепочку жетон Спарты и улыбается. Его руки были исполосованы и на правой руке не было безымянного и среднего пальцев. - Откуда у тебя он? Ты же не из ордена - Отец мой там служил раньше, а на слово мне мало кто там верит. - Мой собеседник так же аккуратно возвращает жетон на место и смотрит куда-то в сторону. В комнате воцаряется полная тишина, которую он вновь нарушает спустя несколько минут - Я Павел Тернов, бывший Спартанец, был одним из лучших солдат ордена. А твой отец Фёдор, да? - Да, а как вы узнали? - Крылатская была и моей родной станцией, пока моя семья не умерла в тоннелях. Я отправился искать её и нашёл, растерзанной на кусочки. После этого я решил пойти в Спарту, чтобы защищать чужие семьи, дабы это ситуация не повторилась среди моих друзей. А твой отец был мне хорошим другом, как он умер? - У своего тайника в тоннелях, у него были тяжёлые раны и радиация от поверхности не дала ему шансов. - Мне жаль, Саша, но так устроен этот мир. Даже после войны не прекращаются разбои и несогласия людей. Они готовы устроить вторую гражданскую войну, лишь бы заполучить то, что им нужно. Люди не меняются. Павел опомнился и встал со стула, он подошёл к моей спине и наклонился, он аккуратно перерезал верёвки на моих руках и ногах, освобождая из этого плена. Я сразу же зашипел от боли, когда наконец пошевелил руками и ногами. Я взглянул на свои запястья и увидел глубокие раны, перебинтованные и смазанные йодом, это было видно по рыжим пятнам вокруг перевязки и на ней - Что-же, Саша, я помогу тебе добраться до Смоленкой. Один ты туда уж точно не дойдёшь. - Почему же? - сквозь стиснутые зубы процедил я - Ганза и Красные начали новое наступление, даже нейтральные станции подвержены их напору. А ещё твои раны. Ты уж извини, когда я ударил тебя по голове, пришлось чем попало тебе руки связать и тащить. А под руку мне попалась лишь проволока. - Я заметил, но я не в обиде на вас - Я тихо усмехнулся и улыбнулся Павлу. - Пойдём, я наложу тебе супу и ты расскажешь более подробно, что происходит на станциях вблизи Полиса. - Тернов улыбнулся мне и медленно пошёл к двери Я встал со стула и направился вслед за ним к выходу из комнаты, ощущая тяжесть в моих ногах и заметные шрамы. Но всё же я был рад тому, что Павел был мне союзником, а не врагом и я мог на него положиться.