Ломаный вектор

      Молодой мужчина, опираясь о раковину руками, гипнотизировал свое отражение в зеркале с подсветкой с крайне серьезным лицом. Редкие некрупные капли воды скатывались с угольно-черных прядей волос на лоб и махровый халат цвета графита. Он перевел взгляд на небольшой шкафчик на стене. — Выбора нет, — еле послышался шепот, и открылась белая дверца с глянцевым покрытием.       Среди разнообразных флаконов и тюбиков чуть поодаль стояла баночка из темного стекла. Пальцы с выразительными костяшками потянулись к спасительному лекарству. Не мешкая, Неон открыл его, высыпал на ладонь пару таблеток и быстрым движением опрокинул в рот.       Он давно уже понял: феромон Аиши сносит ему крышу, а запах ее тела, который можно уловить, лишь приблизившись вплотную — тем более. С последним пунктом в его собственном списке запрещенных веществ можно бороться относительно легко — держать дистанцию, но эффект ее феромона можно нивелировать только блокаторами. Эти препараты подавляют восприятие чужого феромона вомероназальным органом, а также частично ингибируют выработку собственного. Частично, потому что полностью предупреждать синтез и высвобождение феромона нельзя. Это очень перегружает организм, не говоря уже о том, что в больших дозах блокатор токсичен и вызывает ряд побочных эффектов. С помощью личного фармацевта императорской семьи было подобрано подходящее лекарственное средство, которое император по таблетке в день принимал исправно уже со следующего дня после знакомства его жены с гаремом. У альфы просто не оставалось выбора, потому что его сильные эмоции больше не поддавались хваленому контролю, выходили за рамки телесной оболочки и душили всех без разбора. Особенно доставалось подчиненным. Более того, его феромон был слишком сильным. Страх того, что это может навредить формированию циклов его жены, не отпускал ни на секунду. Наравне с этим паника подступала к горлу, когда он представлял момент своего срыва. Минутная слабость разрушила бы все, даже то хрупкое взаимодействие с Аишей, которое было с трудом выстроено. Она бы не простила ни его, ни себя, и чем четче было понимание этого факта, тем сильнее был страх поддаться искушению. Представляя в голове ее лицо полное безысходности и ненависти, дни полные мучений из-за лишения даже этих редких прикосновений к ней, альфа пил таблетки, временами превышая терапевтическую дозу в несколько раз. Как и сегодня. Неон уже принял подавитель утром, но так как предстояла встреча с его немезидой, проглотил еще два на всякий случай. Почувствовав себя увереннее, он быстро и тщательно вытер волосы, игнорируя фен, потому что спешил, и оделся в один из своих «домашних» комплектов. Монохромные шелковые костюмы-кимоно были его классическим выбором для неофициальных встреч. Обычно отдавая предпочтение темным оттенкам, сегодня мужчина напротив сделал выбор в пользу белоснежного, о существовании которого в гардеробе и сам не подозревал. Над причиной импульсивного выбора хорошенько подумать не удалось, времени на это не оставалось. Пока он принюхивался к запахам в своей спальне, которую отделяли от кабинета лишь раздвижные двери из темного дуба, где незадолго до этого было прокурено все пространство, раздался негромкий стук и в помещение вошли. — Извини, я не хотела спешить, но пришла чуть раньше, — замялась на входе гостья. — Ничего страшного, я уже не занят, — равнодушно ответил хозяин личных покоев.       Аиша больше ни слова не проронила и с удивлением, которое легко читалось на лице, разглядывала молодого мужчину перед собой. Неон завис, наблюдая ее поведение и задаваясь вопросом, чем уже успел шокировать свою долгожданную посетительницу. «Что это такое? Черт возьми, он выглядит, словно божество!», — в ступоре поймала себя на мысли девушка, но осознав, что откровенно пялилась и пауза затянулась, неловко прокашлялась. — Зашла поговорить, но прежде всего поблагодарить, — начала она, пытаясь сделать вид, что не замечает, как покраснели щеки от смущения. — Проходи и присаживайся, — спокойно ответил собеседник и сам пристроился на кресле рядом.       Изначально эти кресла стояли напротив друг друга, и их разделял круглый стеклянный кофейный столик. Однако пусть никто и не заметил, но хозяин комнаты сам сдвинул кресла ближе друг к другу в ожидании, что когда-нибудь жена навестит его снова. — Ах, да, спасибо, — юркнула от двери и аккуратно присела рядом неловкая фигура, — и спасибо, что поддержал меня на ужине с семьей. Это много значит для меня. — Не благодари, ты сделала как лучше для всех… Включая меня, — завибрировал низкий голос, пока он не спускал глаз с белых неспокойных ладоней, теребивших края длинного махрового кардигана шоколадного цвета. — И все равно… Я знаю, что ты прямолинейный и честный человек, поэтому… — Мне было не тяжело, — мужчина перебил ее и наконец твердо встретился взглядом с женой, — Мне даже понравилось, — бесстыдных губ едва коснулась улыбка.       Брови Аиши поползли вверх от очередного шока. Бездонные мазутовые зрачки втянули в себя, неотрывно следили за настроением, впитывали его. — А как твои кошмары? — прочистив горло, сменила тему уже дважды смущенная девушка.       Его ресницы дрогнули. Неон ненавидел поднимать эту тему. Особенно неловко было перед ней. Теперь настала очередь второго собеседника смущаться. Император, неотрывно глядевший в розовощекое лицо, словно удав, наблюдающий за жертвой, нервно отвел глаза в попытке скрыть эмоции. — Никак, — послышался неуклюжий односложный ответ, за которым не последовало объяснений. — Знаешь, задолго до знакомства с тобой, почти сразу после того, как меня шокировали новостью о моем будущем социальном положении, мы с Алисией пошли на торговую улицу, — она начала плавно направлять их диалог к выдуманной причине своего прихода, — хотели развеяться и отвлечься от мыслей. Лиса любит всякие талисманы, особенно безделушки с минералами. Считает, что камни обладают магическими свойствами. Я чувствовала себя такой разбитой: было невероятно страшно и тяжело сначала все осознать и принять. Уже тогда понимала, что на пути к этому принятию придется преодолеть долгий путь. Во время прогулки по торговым рядам мое внимание привлекла подвеска с черным ониксом. Считается, что этот минерал покровительствует лидерам, помогает добиваться целей, идти вперед, приносит удачу и очищает ауру. Может быть, это очень глупо, но все эти годы держала камень при себе. Даже на помолвку засунула во внутренний карман платья, — на губах расцвела улыбка полная ностальгии — и взгляни, где я сейчас: многое пережила, но выстояла, хорошо себя чувствую, занимаюсь саморазвитием и двигаюсь вперед. Не берусь утверждать, что должна быть благодарна исключительно маленькому ониксу, но он стал для меня дорогим талисманом, который хранит множество воспоминаний.       Хозяин спальни тихо слушал ее мягкий магнетический голос, расслабляясь, и почти осязал эту щемящую нежность и легкую тоску между слов. Он не воспользовался ни одной паузой, чтобы что-то сказать или спросить, а просто слушал. Наслаждался. Его жена впервые так много и так спокойно говорила с ним, делилась чем-то сокровенным, отчего под ребрами ощущалось щекочущее чувство. Пусть эффект от таблеток накрывал волнами, размывая его фокус, альфа вложил все силы в свою концентрацию на одной лишь Аише. — Поэтому я хочу подарить его тебе, — она заглянула в глаза супруга, стараясь угадать реакцию, — ты примешь мой подарок?       Мужчина приоткрыл рот в забытье, не зная, что ответить от неожиданности. Сердце билось в грудной клетке, словно запертый дикий зверь в мольбе о свободе. — Да? — еле слышно, как будто спрашивая самого себя, ответил мужчина. — Тогда позволь, я надену его на тебя? — вкрадчиво поинтересовалось это чудо.       Неон с усилием кивнул, ощущая пульсацию в висках. Ему казалось, что тело, мысли и чувства просто превратились в желе. Маленькая омега откинула свои рыжие вьющиеся локоны назад, расстегнула металлический замочек подвески и сняла с собственной шеи. Послышался отчетливый звук сглатывания, после того как хищный взгляд проследил за всеми ее действиями как в замедленной съемке. Девушка плавно поднялась с кресла, подошла ближе и наклонилась к застывшему мужу. Горячая кровь с такой скоростью гналась по венам, что на шее отчетливо виднелись крупные пульсирующие сосуды. Он судорожно вдохнул и тут же пожалел об этом, потому что совсем забыл, что должен был держать дистанцию. Тонкий ненавязчивый аромат, который мог принадлежать лишь ей одной, коснулся носа, заполнил легкие и будто бы завладел всем его естеством. Миниатюрные, нежные и прохладные пальчики мазнули по коже, словно перышко, разгоняя стаю мурашек к лопаткам и по всей спине. Аиша быстро справилась с замком и разорвала тесный контакт, а ему показалось, будто прошла вечность. — Я отдаю тебе свой оберег с мыслью, что твой сон будет под охраной, а тело наполнится силой, — мягко и смущенно сказала его императрица, — спокойной ночи, — бросила она напоследок и ретировалась.       Неон так и застыл, сидя в этом кресле, все еще ощущая ее запах рядом с собой и легкие прикосновения к коже. — Спокойной она уже вряд ли будет, — вздохнул он, хватаясь за лоб и прикрывая веки.

***

— Эй, ты! — громкий голос вырвался из динамиков и, если бы в этой небольшой комнате дешевого отеля присутствовал кто-то из отряда, они бы подпрыгнули в испуге, — сколько можно? Тебя нет уже две недели! Я устал!       Неон равнодушно взглянул на экран-голограмму. В планы не входила такая задержка. По большому счету, нужды в этой поездке вообще не было, точнее, в личном присутствии главы государства на этой миссии. Однако этот побег ему был необходим. Император без зазрения совести скинул на Оскара свои обязанности, клятвенно заверив, что операция не займет больше пяти дней. — Ау! Я с кем разговариваю?! — Оскар кипел от злости. — Дела затянулись, — шершавая ладонь накрыла пачку сигарет. — И это все? Все, что ты можешь сказать человеку, который утопает в бумагах и мастерит куклы вуду по ночам, вплетая в них выпавшие волосы министров и чинуш? — А как ты проклинал маркиза Хадргофф? — поджигая сигарету и затягиваясь, спросил беглец с искренним интересом. — Что? — опешил принц. — Ну, он же лысый… — Ты… Ты! Ты блять! Издеваешься?! — заикался от гнева бедолага. — Признавайся! Ты сбежал от своей женушки и теперь ссышь вернуться! — Держи себя в руках, не провоцируй меня, — нахмурился Неон, почувствовав, что задели за живое. — Да на что? Что ты мне сделаешь? Ты хрен знает где! — Изначально я действительно не задавался особой целью, когда сорвался с места, но мы и правда наткнулись на любопытные вещи… Понадобится больше времени, чтобы все прояснить. — Что, прости? Ты и так уже две недели шляешься по просторам нашей великой империи! Что, попутешествовать захотелось? Возвращайся, пусть члены твоего отряда расследуют. Для тебя не будет проблемой вернуться в одиночку. Хватит отмазок, нас выдрессировали еще с детства, по верхушкам деревьев до дворца допрыгаешь! — Нет, это я и правда не могу оставить на третьи лица. Дело дотягивает до проблемы нацбезопасности, — вальяжно развалившись в кресле, выдыхая дым, объяснил император. — Я устал спорить. Нет, я просто устал. Назови мне уже сроки своего возвращения и вали на все четыре. — Нужна еще неделя. — Блять, да пошел ты! Экран мигнул и растворился. — Тц, повесил трубку. Что за истерики? Как ребенок, ей-богу, — проворчал капитан секретного отряда и вернулся к разведданным.       Оскар рухнул на стол в бессилии, беззвучно проклиная всю эту волокиту. Нельзя сказать, что до момента отъезда старшего брата он праздно проводил время, а теперь разнылся, как завалило работой. На ушлом принце, про которого можно было смело сказать как о главном информаторе монарха, были свои обязанности. Мало того, что шпион императорской семьи собственнолично регулярно посещал званые вечера, закрытые тусовки молодых буржуа, помпезные банкеты старых аристократов, где собирал информацию и виртуозно плел интриги, так еще и управлял секретным разведывательным ведомством. В общем, добровольно повесил на себя грязную работу. Это то, в чем младший Консалле был хорош. Поддерживая свой образ развратного бездельника, он играючи подыгрывал своему венценосному родственнику не привлекая внимание. Теперь же серому кардиналу пришлось выйти из тени, чтобы взять на себя обязанности императора. Мало того, что это рушило долгие и упорные труды по выстраиванию удобной репутации бездаря, так еще и подвергало другого рода страданию. Оскар не был усидчивым и методичным, как ни старался. Помимо этого, придворные не распоясывались только в ежовых рукавицах Неона, принц же обладал гибкой и хитрой натурой. Все эти официальные встречи и заседания выматывали, высасывали все жизненные соки, и раз уж подражать стилю брата получалось — приходилось выкручиваться по-своему. *Тиньк* «Ты занят? Можешь уделить немного времени?»       Оскар с минуту таращился на сообщение от Аиши, прежде чем ответил утвердительно. Вскоре в дверь постучалась и вошла она сама. — Ну как ты? Есть новости? — немного нервно поинтересовалась девушка. — Я только что звонил ему. Говорит — через неделю, — устало мямлил молодой человек. — Ну а сам как? Нормально выглядит? — Да здоровее всех нас! Когда вернется — придушу.       Императрица снисходительно улыбнулась из-за его наигранных угроз: понимала, что Оскар волнуется о брате, лишь делает вид, что дело исключительно в недовольстве объемом работы. — У тебя назначены еще аудиенции на сегодня? — Через пару часов последняя, — выдохнул принц обреченно. — Иди поспи. — Не могу, нужно проверить армейские отчеты и составить новый бюджет для этих солдафонов. — Я сделаю, — спокойно предложила свою помощь подруга. Юноша со сверкающими глазами уставился на свою спасительницу. — А ты справишься? Знаешь, как делать? — Да, я уже многое могу. Вставай и шуруй отсыпаться, мне нужно за стол. — Спасибо! Ты самая прекрасная на свете! Этот подлец не заслуживает тебя, — театрально заплакал принц, который еще секунду назад прикидывался дохлой рыбой. — Давай-давай, а то передумаю. — Есть, мэм! — отчеканил артист и сбежал.       Покинув свой кабинет, который был обособленным личным пространством, и даже не находился на одном этаже со спальней, Оскар прогулочным шагом направлялся к широкой лестнице. Ждать лифт ради одного этажа — пустая трата драгоценного времени на сон. Однако уже у заветных ступенек резко остановился и нахмурился, а затем направился в свой гарем, набирая сообщение с предупреждением о приходе.       Когда альфа добрался до большого зала со знакомой барной стойкой, расписанными драгоценными металлами стенами и кожаными диванами, зацепился взглядом за единственного человека, который равнодушно и слегка обособленно стоял в самой последней шеренге у самого края для приветствия хозяина. — Приветствуем, Ваше Высочество! Добро пожаловать! — сказала от имени всех самая старшая, подавая сигнал для общего поклона.       Иасу закатил свои зеленые глаза, демонстрируя всем своим видом недовольство, не зная, что это за его маленькими фокусами наблюдают. Уголки губ Оскара дернулись. — Благодарю за теплый прием, я пришел навестить лишь одного из вас. Остальные могут заниматься своими делами и не предавать моему присутствию значения.       Хозяин гарема решительно сократил расстояние до своей нынешней цели, встал напротив и вперился взглядом в макушку паренька. Иасу поднял голову и удивленно уставился на высокого человека перед собой, способного решить судьбу каждого здешнего обитателя взмахом руки. — Идем, — приказал он, а затем направился к комнате иностранного омеги не оборачиваясь.       Молодые люди молча проследовали к спальне в полной тишине. Младший Тай-Кан от нервов надрывисто дышал, не выпуская из виду высокую фигуру. Юноша готовил себя морально к тому, что придется возлечь с одним из братьев монаршей крови из вражеской страны еще до того, как попал сюда. Младший Тай-Кан не испытывал ненависти к вражеской империи, его страна сама нарвалась на конфликт из жадности и нарушила и без того хрупкое равновесие на континенте. Наблюдая за происходящим в те времена, он очень жалел, что не родился в какой-нибудь маленькой островной стране. Семья единственного восточного герцога очевидно занимала наивысшее положение после правителя, и в процессе войны до отца Иасу быстро дошло, что альбаксийцы не сдюжат, поэтому вскоре плавно отстранился от участия в военной кампании, а после поражения своей страны первым пришел на поклон к победителям. Слишком уж недооценил восток молодого императора. Оказалось, что Консалле был готов ко всему, а, выходя на поле боя, собственнолично наводил ужас на вражеских солдат. Он был свиреп. Первое время что союзникам, что врагам вообще казалось, будто бешеный альфа стремится к смерти. Аиша мало, что знала об этом, потому что ее муж распорядился ограничить распространение слухов о его подвигах и репутации по дворцу. Аристократам было запрещено поднимать эту тему в разговоре с матерью империи. Пусть в столице граждане восторженно делились историями с фронта за кружкой пива в барах, Неон не хотел посвящать в это все свою партнершу. Героическими он свои поступки не считал. Перспектива того, что девушка начнет его сторониться очень ему не нравилась, поэтому альфа устранял любые вероятности подобного исхода.       Иасу отдали в этот гарем как дань. Изначально его отец вообще рассчитывал пристроить сынишку как наложника императора, но его ожидания разбились о твердый отказ непробиваемого монарха. Однако символ мира и сотрудничества все же нужен был, поэтому мальчишку забрали. Лорд Тай-Кан снова просиял, когда дошли вести, что отпрыск все же пригодился пусть и под крылом принца. После казни всей императорской семьи Альбакси, Неон поручил управление восточными землями герцогу. Таким образом, честолюбивый аристократ стал наместником завоеванных территорий и был вполне доволен развитием событий, а молодому омеге пришлось отдуваться. Иасу даже не пытался спорить. В его семье нежность и забота были не в почете, поэтому он не рассчитывал никого переубедить. Однако и мириться с тем, что его возьмет силой жестокий альфа, который наверняка испытывал ненависть к альбаксийцам, не собирался. Все время в дороге пленник вел себя спокойно, страдал от слабости собственного тела, но не жаловался. Вел себя тише воды и ниже травы для того, чтобы впоследствии умыкнуть прямо у всех из-под носа, предварительно ослабив бдительность. План потерпел крах, потому как его поймал при попытке побега как раз-таки его предполагаемый линчеватель. Охрану усилили, поэтому все попытки отныне были бы тщетны. Омега приготовился морально к своей судьбе. Каково же было его удивление, когда альфа, которому он теперь принадлежал, вообще не обращал на него свой взор. Оскар не раз посещал гарем в дальнейшем, но Иасу для него будто бы не существовало. Одновременно нежный и сильный а-феромон желания витал по всему гарему, но никогда не был направлен на заложника. Оскар в самом начале отдал приказ прислуге позаботиться о нуждах и досуге новоприбывшего и больше не вспоминал о нем. Слуги поначалу участливо заботились об Иасу, но со временем, заметив отсутствие заинтересованности их господина, смекнули, что можно и не выслуживаться, а потому стали работать спустя рукава. Позднее и вовсе открыто игнорировали нового обитателя гарема. Омега даже не собирался жаловаться. По его мнению, лучше уж так, чем если бы он привлек к себе внимание протестами. Таким образом, мальчишка спокойно жил обособленно и больше не волновался, что альфа склонит его к близости. Сейчас же его пульс подскочил, а ноги дрожали от страха. Иасу был уверен, что монарший отпрыск наконец решился опробовать новенького и сейчас его ведут на заклание.       Дверь открылась и двое мужчин вошли в личные покои омеги. Мертвенно бледный мальчишка уставился в пол, боясь пошевелиться. — Ты чего застыл? — обратился к нему Оскар. — Не переживай, я заскочил вздремнуть, поэтому можешь заниматься, чем хочешь. Главное, сопровождай меня и не шуми. — А? — впал в шок Иасу, — Вы просто пришли отдохнуть? — Как я и сказал. Спать хочу. — Но… Почему здесь? Вы же можете спать у себя с комфортом, — недоумевал парнишка. — Я не обязан объяснять тебе, — спокойно ответил ему принц. — Л-ладно, располагайтесь, я тогда почитаю книгу у окна.       Оскар больше ничего не сказал и непринужденно скинул с себя всю верхнюю одежду, оставшись только в свободных штанах. Владелец комнаты смутился, когда случайно пробежался глазами по крепкому голому торсу, и быстро отвернулся. Альфа лишь оскалился, заметив поведение маленького хозяина спальни, но быстро переключился, рухнул на кровать, заложил руки по голову и прикрыл глаза. Вскоре ушей младшего Тай-Кана достигли звуки размеренного дыхания.

***

— Господин, прошу прощения, знаю, что Вы просили не связываться с Вами таким образом, но дело срочное! — дрожал голос мужчины средних лет в динамике. — Да говори уже, — сурово ответил второй собеседник. — Нам присели на хвост, — в страхе и унынии ответил подчиненный. — Кто? — Псы Консалле. — Узнал кого-нибудь из них? — Н-нет, они не светятся. Особенно тот, что руководит, как я понял. Ни разу не засек его. Умело обходит все камеры, не оставляет следов. Пускает отряд по следу, а сам действует независимо от них. — Я понял, хах. Сворачивайте все, что можете. Уничтожьте все книги учета, до которых еще не добрались. Минимизируйте ущерб. Вы с ним не справитесь, отступайте. — Вы… Вы знаете, кто за этим стоит? — Конечно. А сейчас делай, как я говорю. После этого собираемся в убежище «Дельта». Присутствовать должны все. Похоже, что скрытно действовать больше не выйдет.