Auslaenderin (Иностранка)

***

      Последние дни Рами была сама не своя. Она не видела Рихарда с того утра в Праге, и после нескольких дней разлуки в груди засела тупая ноющая боль. Рамиля плохо спала, потеряла аппетит и, хотя, умом понимала, как это все глупо, но ничего не могла с собой поделать. Они прибыли в Хожув сегодня утром и планировали пробыть тут три дня. После,  недельный отдых перед концертами в Скандинавии. И вот эта неделя, на которой каждый предоставлен сам себе, беспокоила Рамилю особенно. Ей вовсе не нужен был этот незапланированный отпуск. Со слов шефа, музыканты послезавтра возвращались в Берлин. Сам Роберт тоже ехал домой, а Рамиле податься было некуда. Она сказала об этом, но Роберт только пожал плечами и предложил ей найти себе занятие по душе.       Она как раз размышляла над этим, когда ей позвонили с незнакомого номера. Рами насторожилась, но ответила.       —Слушаю.       —Привет, — голос Тилля она узнала сразу. — Не отвлекаю?       —Привет. Нет, я уже освободилась       —Очень хорошо, помнишь, я предлагал пообедать вместе, как насчет сегодня?       Рами точно помнила, что в прошлый раз он предлагал поужинать, но не стала напоминать и ответила на его предложение согласием. Она очень надеялась, что эта встреча сможет хоть ненадолго отвлечь ее от тягостных мыслей и унять тоску в сердце.       Они договорились встретиться в три прямо на месте. Кафе, которое предложил Тилль, находилось на главной улице города, но не отличалось ни роскошным убранством, ни изысканным дизайном. Безликий скандинавский интерьер: светлые стены, стеклянные столики, стулья из серого пластика. В глубине зала барная стойка из хрома, зеркало за ней. Из круглых потолочных светильников льется холодный искусственный свет, слишком яркий, раздражающий. Словно в операционной.       Она увидела Тилля сразу же. Он сидел за дальним столиком в углу и пил пиво. На нем была бейсболка, скрывающая верхнюю половину лица, и серая футболка. Если не знать кто он, то сложно догадаться что этот человек мировая знаменитость. Правда слева от него, за другим столиком, Рамиля заметила лысого крупного мужчину, который оглядывал зал холодным внимательным взглядом профессионала. Похоже, Линдеманн явился с охраной. Рамиля усмехнулась про себя и пошла в сторону вокалиста. Лысый мужчина внимательно посмотрел на нее и равнодушно отвернулся. То ли узнал, то ли не посчитал опасной.       —Привет, — Рами остановилась перед столиком Тилля. — Извини, что опоздала, я немного заблудилась.       Она не любила опаздывать, а сейчас пришла на десять минут позже. Свернула не в том месте, и пришлось спрашивать дорогу у прохожих. Он поднял взгляд, прохладно улыбнулся и указал широкой ладонью на стул напротив. Рами молча села и уставилась на него вопросительным взглядом. Она понятия не имела, зачем Тилль позвал ее, но судя по безразличному взгляду зеленых глаз, это не было свиданием.       —Жуткая дыра, — произнес он и окинул взглядом пространство перед собой.       —Ты про кафе? — вежливо уточнила она.       —Да, — он кивнул. — Не думал, что тут настолько убого. Предлагаю переместиться в отель.       —Отель? — эхом переспросила Рамиля и посмотрела на Тилля с изумлением.       —Да, там приличный ресторан, — он кивнул и одним большим глотком допил свое пиво. — Если ты, конечно, согласна.       —Хорошо, — Рамиля смутилась, что приняла его предложение за что-то большее и потупила взгляд. Тилль поднялся и направился к выходу, впереди шел тот самый лысый мужчина, значит Рами не ошиблась в выводах насчет его рода деятельности.       Неподалеку от входа был припаркован большой черный мерседес. Охранник молча занял место водителя, Рамиля и Тилль разместились на заднем сидении. Машина мягко тронулась с места. В салоне приятно пахло кожей и освежителем. Рами ощущала неловкость и жалела, что вообще согласилась на эту встречу. Им даже говорить было не о чем. Так и сидели молча, каждый уставившись в свое окно, словно незнакомцы.       Водитель вырулил на скоростное шоссе, и Рами поняла, что они выезжают за пределы города. Она уже однажды попала в неловкое положение из-за того, что не уточнила куда едет и теперь решила прояснить ситуацию.       —Куда мы едем? — спросила она, повернувшись к Тиллю в пол оборота.       —Я же сказал в отель, — он нахмурился, и на лбу появились глубокие складки. — Это десять минут. В Катовице. Восемь километров отсюда.       —Ясно, — Рами кивнула и задумалась.       С одной стороны, недалеко, но с другой, она не давала согласия ехать в соседний город, и Тиллю следовало хотя бы предупредить ее об этом. Словно прочитав ее мысли, он добавил.       —Дэни отвезет тебя обратно, не переживай, — и рукой указал на водителя.       Рами молча кивнула в ответ и уставилась в окно, снова думая о том, в какое глупое положение она попала, согласившись на эту встречу. Казалось, все происходящее какая-то нелепица и ей было очень неловко. Хотелось чтобы все это закончилось как можно скорее. Но сейчас уже поздно было думать об этом. Рами вспомнилось, что с Рихардом у нее ни разу не возникало такого чувства несуразности происходящего, и тут же ей снова стало невероятно тоскливо.       Они добрались до отеля за пятнадцать минут. Серое старинное здание с красивыми башенками и мраморной лестницей у входа. Тилль вылез из машины первым и галантно придержал дверь, но она ясно видела, что все это он делает машинально. Как женщина она ничуть его не интересовала. К ее удивлению, эта мысль больше не вызывала никаких чувств.       В ресторане было шумно и многолюдно. Судя по всему, в отеле, кроме музыкантов, проживала группа итальянских туристов. Сейчас они заняли почти все столики и галдели без умолку.       —Пойдем на улицу, там будет спокойнее, — предложил Тилль и она, не споря, пошла за ним к выходу на летнюю веранду.       Ресторан располагался на последнем этаже и летняя веранда, хотя и имела тканевый навес, частично защищающий посетителей от солнца, все же нагрелась за день до невозможности. Кажется, все было против них, сама Вселенная делала их встречу невозможной. Но, несмотря на пекло Тилль все же уверенным шагом пошел сквозь ряды столиков и выбрал дальний, максимально затененный навесом. Они уселись друг напротив друга на мягкие диванчики из искусственной кожи, от которых буквально веяло жаром. Тилль сразу же заказал пива и принялся разглядывать меню. Рамиля попросила воды со льдом. В такую жару есть не хотелось, потому она лишь рассеяно пролистала первые страницы, с красочными фото изысканных блюд, и отодвинула меню на край стола. Она ощущала, как по спине тонкой струйкой сбегает пот. Рами оделась не по погоде: слишком плотная рубашка из мягкой байки, джинсы, кожаные кроссовки. Сейчас она бы не отказалась от легкого сарафана и широкополой шляпы. Подул легкий ветерок, растрепал волосы и приятно охладил разгоряченное лицо.       Тилль выбрал, закрыл меню и взглянул на нее таким видом, словно и сам не понимал, зачем позвал сюда и как теперь выкрутиться из щекотливой ситуации. Рами решила — посидит с ним для приличия полчаса, а потом сделает вид, что ей срочно нужно уезжать по делам и вежливо попрощается. Так будет лучше для всех.       Официант принес напитки, принял заказ и удалился. Тилль отпил пива, утер рукой пену с губ. Рами сделала маленький глоток ледяной воды. Лед в стакане почти весь растаял, а стакан запотел, и она прислонила его к горячей щеке, ощутив приятную прохладу.       —Жарко сегодня, — произнес Тилль и уставился на Рамилю.       —Да, очень жарко, — ответила она в тон. — Надеюсь, вечером будет свежее.       Тилль с шумом выпустил воздух из легких, посмотрел в сторону, сделал еще глоток из бокала. Неловкость момента нарастала. Рамиля судорожно искала тему для беседы, но ничего не приходило на ум. Что там советуют в таких случаях глянцевые журналы? Спросить о работе, увлечениях, любимых фильмах, литературе. Все не то, глупо и неестественно. Черт, он ведь ее кумир, почему же ей так неуютно рядом с ним? Рами решилась и задала единственный вопрос, который волновал ее последние минуты:       —А Рихард тоже здесь, в отеле?       Тилль взглянул на нее с легким любопытством и кивнул.       —Да, он тут. У вас с ним какие-то дела? — спросил он.       —Надеюсь, — ответила Рамиля, и когда Линдеманн удивленно поднял брови, объяснила. — Мы говорили с ним о работе, у него друг ресторан открывает.       —А-а-а, — протянул Тилль и снова кивнул. — Я понял, что за друг. Ну, что же, это здорово, особенно если тебе нравится такая работа.       —Меня это не напрягает, — ответила Рамиля. — И у меня, вроде, неплохо получается. Но не могу сказать, что готовка так уж вдохновляет.       —А что вдохновляет? — спросил Тилль и положил руки на стол. — Какие у тебя планы на будущее?       —Сложно сказать, я редко о таком задумываюсь — ответила Рамиля. — Подобные вопросы нервируют.       —Почему? — он смотрел на неё с вялым интересом, не похоже, чтобы ему было действительно интересно, но Рамиля все же ответила.       —Ты знаешь, всех успешных людей объединяет воля к победе и умение поставить четкую цель. Они не зацикливаются на прошлом, и верят в светлое будущее. А я не такая. Мне страшно думать о будущем. Кажется, только начнешь что-то загадывать, о чем-то мечтать, как жизнь сделает очередной кульбит и оставит с носом, — Рамиля покрутила стакан в пальцах, поставила на стол, подумала немного и закончила мысль. — Потому, я стараюсь не думать о будущем, не строить планов и жить сегодняшним днем.       —Плывешь по течению? — уточнил Тилль.       —Можно и так сказать, хотя звучит такое не очень, да? — она усмехнулась.       —Ну, почему, в этом есть что-то буддийское, — он неожиданно открыто улыбнулся ей. — Все страдания от желаний, и чем больше желание, тем сильнее ты будешь страдать. Так что ты, можно сказать, близка к нирване.       —Это вряд ли, — Рамиля улыбнулась ему в ответ, удивляясь тому, куда завел этот разговор.       —А в буддизме не сказано, как именно можно избавиться от желаний? — задумчиво спросила Рамиля.       —Сказано, но там все сложно. Восьмеричный путь спасения и много-много условий, думаю, нам с тобой это не грозит, — он рассмеялся, а потом спросил. — А какое именно желание не дает тебе покоя?       —Я хотела бы окончить институт, найти работу по специальности и вернуться домой, но вряд ли это можно осуществить, — сказала она полуправду и тяжело вздохнула.       —Ты вроде лингвист, или я неправильно запомнил? — Тилль откинулся на спинку диванчика, снял бейсболку, положил на стол.       —Училась на переводчика, но вынуждена была бросить, — она умолкла и отвела взгляд.       Одинокая пожилая дама за соседним столиком с аппетитом поедала суп и поглядывала на них с выражением легкого презрения. Похоже, ее смущали розовые волосы Рамили и вызывающая прическа Линдеманна.       —Почему?       Рами не нашлась, что ответить и неопределенно пожала плечами. Снова повисло молчание. Через пару минут появился официант с заказом. Тилль поблагодарил, склонился над тарелкой и принялся за еду. Теперь можно было расслабиться и не пытаться поддерживать этот натянутый бессмысленный разговор. Еще десять минут этой пытки жарой и можно уходить.       —Хочешь кусочек утки? — Тилль поднял взгляд и указал на свою тарелку.       —Нет, спасибо, — Рамиля улыбнулась. — Лучше ты сам. Слишком жарко и мне ничего не хочется.       —Как скажешь, — он снова приступил к еде, а Рами безразлично огляделась по сторонам.       Кроме одинокой женщины с недовольным лицом за столиками на летней веранде расположились: семейная пара с девочкой лет пяти, два молодых мужчины, по виду клерки, девушка с ноутбуком и еще троица, которая сразу привлекла внимание Рамили. Увидев их Рами застыла, не в силах отвести взгляд. Она знала всех троих. Темные волосы, густые черные бороды, золотые цепи на шее, хриплые голоса. Несмотря на невыносимую жару, Рамиля ощутила, как по спине пробежал холодок, затем сразу перехватило дыхание. Она поспешно отвернулась, вцепилась, что было сил в край столешницы, опустила голову. Сердце гулко стучало в груди. Во рту пересохло. Дрожащими руками Рамиля обхватила стакан, сделала несколько глотков, поставила его на место и снова украдкой взглянула туда, где заметила троих мужчин. Сомнений не было — это братья Мансура: Рамид, Аслам и Фархад. Первая мысль, вспыхнувшая в голове — бежать. Прямо сейчас, не раздумывая. Сорваться с места и опрометью броситься прочь. Запрыгнуть в автобус, трамвай, такси. Что угодно, лишь бы подальше отсюда.       Но Рами усилием подавила накатившую панику, сделала несколько коротких отрывистых вдохов и выдохов через рот, заставив себя спокойно подумать. Ей никто не угрожает. Судя по всему, они не заметили ее, да и даже если заметили, то точно не узнали. Никто из братьев Мансура не видел ее без платка и вряд ли им придет в голову, что она может оказаться тут, да еще и в компании с таким колоритным человеком как Тилль Линдеманн. Для них она обычная девушка, не представляющая никакого интереса. Если она начнет паниковать, то привлечет к себе ненужное внимание и сделает всем только хуже.       Тилль все же заметил ее смятение и спросил встревожено:       —Что-то случилось? Ты словно привидение увидела.       —Жарко, — ответила Рамиля, стараясь, чтобы это прозвучало максимально буднично. — Всегда плохо переносила такое пекло.       —Ты очень бледная, — он нахмурил брови. — Хочешь еще воды со льдом?       —Нет, спасибо, я, пожалуй, пойду уже, если ты ничего не имеешь против.       Она была уверена, что Тилль скажет — иди и уже собиралась подняться, но, к ее удивлению, он покачал головой и сказал:       —Нет, погоди. Тут и правда жарко, давай перейдем в бар, там кондиционеры и тебе сразу станет лучше. Я все же хотел закончить наш разговор.       Рамиля с сомнением посмотрела на него. Ей сейчас совсем не хотелось выяснять что-то с Тиллем, к тому же она не могла взять в толк, о каком именно разговоре идет речь. Они ведь почти не разговаривали, если не считать последние десять минут. Но Рами не стала спорить, чтобы не дай бог не привлечь к себе внимание и согласилась.       Тилль расплатился за обед, поднялся и направился к выходу. Рами спешно пошла следом, стараясь не отставать и держаться в его тени. Проходя мимо столика, где сидели братья Мансура, она затаила дыхание и опустила голову максимально низко, чтобы густая челка полностью скрыла лицо. При этом краешком глаза поглядывала в их сторону. Троица даже не взглянула на них с Линдеманном, продолжая громко разговаривать. Рами расслышала только одну фразу, произнесенную Рамидом, по-русски, с сильным кавказским акцентом:       —Главное, чтобы этот гандон нас не кинул с деньгами, а в товаре я уверен.       Больше она ничего не слышала, Тилль открыл дверь и пропустил ее вперед. Рами обернулась и еще раз взглянула через стеклянную дверь на своих врагов. Они сидели развалившись, широко расставив ноги, расслаблено, с видом хозяев жизни. Старший брат — Аслам, перебирал в толстых пальцах деревянные четки. У Рамида, среднего, на светлой рубашке подмышками виднелись пятна пота. А Фархад, тот, что однажды нажаловался на нее Мансуру лишь за то, что она как-то не так на него взглянула, крутил в пальцах пачку сигарет. Даже не прячутся, обсуждают свои грязные делишки у всех на виду.       Товар. Интересно, о чем он говорит? Наркотики? Оружие? Наверняка какая-то контрабанда. Суки. Как она их ненавидела. Из-за этих ублюдков Рамиля не может связаться с родной мамой и сообщить, что жива и здорова. Был бы у нее пистолет, не задумываясь, застрелила бы всех троих. Но пистолета у нее не было, да и стрелять она никогда не умела, потому Рами отвернулась и пошла следом за Линдеманном в бар.       Тилль не солгал. В баре воздух был прохладен и свеж, играла легкая музыка и сидеть тут было намного приятней, чем на нагретой солнцем веранде.       —Что ты будешь? — спросил Тилль, когда они уселись за столик.       —Что-нибудь крепкое, — ответила Рамиля.       —Водка?       —Лучше виски со льдом, — ответила она. Тилль кивнул и пошел к бару.       Ей нужно было немного остыть и успокоиться. Внезапная встреча с братьями Мансура вывела ее из равновесия, и Рами буквально трясло от ярости. Она думала, что если повстречает их, то не сможет даже пошевелиться от страха, но оказалось, что не страха ей надо бояться, а собственной лютой злобы. Она жаждала отомстить. В ней снова проснулся злобный демон, и он требовал крови.       «Убьешь их, и ты сможешь вернуться домой», словно нашёптывал он гнусным голоском.       Но что она может? Рамиля не киллер, и своими силами никогда не справится с тремя взрослыми мужиками. Можно, конечно, попробовать подловить их по одному. Но, во-первых, это практически невозможно, во-вторых, хватит ли ей смелости хладнокровно лишить жизни троих людей? Да, она убила Мансура без сожаления, но тогда была другая ситуация. Рами была в опасности, затравлена, забита, хотела спасти свою жизнь, а сейчас ей никто не угрожает. Снова вонзить нож в горло… Она вспомнила, как сжалось все внутри, когда она рассекла сонную артерию Мансура, и ее затрясло. Рами обхватила себя руками и попробовала успокоиться.       —Замерзла? — Тилль поставил перед ней стакан и сел напротив. Сам он снова пил пиво.       —Немного зябко. Но ничего, это пройдет,  — ответила Рами, взяла стакан двумя руками и выпила залпом.       По горлу разлилось приятное тепло. От резкого вкуса она поморщилась, поставила стакан на стол и посмотрела на Тилля.       —Ты хотел поговорить, — произнесла она. — О чем?       Ей нужно было отделаться от Линдеманна как можно скорее и подумать, как быть дальше. Трусливо сбежать и забыть, что видела этих уродов или сделать что-то смелое, но несомненно очень опасное. Тилль же, похоже, никуда не торопился.       —Хотел просто поболтать, — сказал он и отпил пива. — Я ошибся в выводах относительно тебя, и это меня удивило. Хочу лучше понять, что ты за человек.       Рами подняла пустой стакан, заглянула в него, понюхала, а потом поставила на стол. Лед на дне уже превратился в мутную воду, чуть пахнущую виски.       —Принести тебе еще? — Тилль понял ее жест по-своему.       —Нет, — Рами оставила стакан. — Спасибо. Тилль, я очень ценю, что ты пригласил меня, но у меня возникли внезапные дела и мне…       Она не договорила, потому что увидела, как в бар входит Круспе. Он был одет в небесно-голубую футболку по фигуре, светлые джинсы и белые кеды. От одного взгляда на него Рами бросило в жар. Она вспомнила, как он притянул ее к себе, запах его духов, крепкие пальцы, сжимающие ее ладони и этот взгляд. Господи, как он смотрел на нее той ночью. Рамиля готова была отдать полжизни лишь за то, чтобы увидеть в его глазах это неуемное желание. Он заметил ее, на мгновение опешил, перевел взгляд на Тилля и уверенно направился в их сторону.       —Кого только не встретишь в этот час в баре, — произнес он с улыбкой.       —Привет, — сказала Рами, стараясь, чтобы голос не дрожал от волнения.       —Риха, садись, — Тилль отодвинул свободный стул. Круспе сел и стал внимательно разглядывать лицо Рамили.       —У тебя все хорошо? — спросил он через пару секунд. — Как ты вообще тут очутилась?       —Это я пригласил ее на обед, — ответил Тилль и горделиво расправил плечи.       —Как неожиданно, — Рихард чуть склонил голову. — Я и не знал, что вы… — он оборвал себя на полуслове, ухмыльнулся и, повернувшись к Тиллю спросил. — Так я помешал вашему свиданию?       —Это не свидание, — резко возразила Рамиля и поймала на себе два удивленных взгляда.       Она наконец-то совладала с чувствами и смогла мыслить ясно. Ей некогда было рассиживаться в баре, ведь братья Мансура в любой момент могли уйти, а она твердо решила узнать об их грязных делах как можно больше. Но Рами пока не понимала, как именно. Для начала проследить за ними. Если они живут тут же, в отеле, это упростит дело. Если нет, ей стоит выяснить, где они живут и что задумали. А дальше… Она пока не знала, что дальше, решила действовать по обстоятельствам.       —Я должна уйти, — сказала она твердо и поднялась. — Простите меня, но у меня дела.       Тилль молча кивнул. Видимо, он смирился с тем, что их разговор так и не состоится. И, судя по выражению лица, это его не сильно огорчило. А вот Рихард напротив нахмурился, и стоило только Рамиле подняться — тоже встал.       —Рамиля, у меня к тебе дело по поводу нашего прошлого разговора. Это буквально на десять минут. Я провожу тебя до выхода и обсудим. — Он посмотрел на Тилля и объяснил. — Густав кафе открывает и…       —Да, я знаю, — Тилль махнул рукой. — Рамиля сказала, что вы говорили о работе. Иди, конечно.       Круспе несколько раз покивал, выбрался из-за столика и жестом поманил Рами за собой. Она не собиралась уходить из отеля, думала выскользнуть из бара и вернуться на летнюю веранду, но теперь, похоже, придется спускаться вниз. Рамиля вежливо попрощалась с Линдеманном и направилась следом за Рихардом к лифтам.