Dekaruku;; Лепестками сакуры.

      Всё начало вставать на свои места. Чонгук просыпался рядом с альфой, засыпал рядом с ним.       Тот целовал его перед уходом и по возвращении. Да и секс был регулярным, что уж там.       Правда после первой их ночи омежка отходил очень долго. Они оба тогда вышли будто не из комнаты, а из клетки с диким зверем. Хотя если быть честными, то так оно и было. Всё тело было в укусах и синяках, царапинах и гематомах.       На шее у Чонгука была огромный укус — Тэхён поставил метку. А у Тэхёна видно лишь два маленьких зубика, омежке до сих пор стыдно. Но вот альфа считал её идеальной, маленькой как и сам избранный.       Ян Гуй-ин вернулась домой, оставив свои попытки завоевать принца.        Братья Тэхена тоже больше не смеялись над ними, увидев метки. Скорее были ошеломлены, но после и вовсе перестали их замечать.       Тэхен поддерживал связь только с Хонгом, старшим.       Но вот императору это совсем не нравилось. И однажды он вызвал их к себе, обоих. — Вы не можете быть вместе. Так велели Луна и Солнце. — Но отец, разве есть хоть где-нибудь закон, говорящий, что нам нельзя быть вместе? Ты в детстве говорил мне, что Луна оберегает меня, следит за мной. Я уверен, она увидела нас, она поняла всё. — Как ты посмел так переврать мои слова?! Я думал, что хорошо тебя воспитал. Ты должен отлично видеть разницу между вами, неужели ты настолько глуп и слеп? — Если кто из нас и слепец, так ты отец. — Если вы не разрушите свою связь, я отстраню тебя от должности Хвандже и выгоню из дворца. — Нет, пожалуйста, император, не делайте этого, — Чонгук низко поклонился, так и продолжая говорить, — Пусть я и слаб, но у меня сильные ноги. Я смогу выносить вашему сыну здорового ребенка, я не буду ему мешать вести дела, да и вам на глаза больше попадаться не буду. Но не делайте этого, прошу, Тэхен так старался. — Кто тебе разрешал перебивать императора? — Гван Су наконец подошёл ближе к своему правителю и начал что-то шептать ему на ухо.       Старшая наложница также присоединилась к ним, вставая с другой стороны от советника и достаточно громко для всех произнесла, что император волен сам принимать решения, особенно касаемые своих детей. — Тэхён, я люблю тебя. Ты мой второй сын, и я возлагал на тебя большие надежды. Но ты их не оправдал, наоборот, опозорил всю семью, весь клан Тан. Поэтому убирайся, я не хочу больше тебя видеть. — Всего тебе хорошего, отец, — волк кланялся правителю и увел за руку своего кролю.       По пути в комнату Чонгук миллионы раз извинялся, мол это он разозлил его отца, и он правда не должен был встревать. Но Тэхен лишь улыбнулся, потрепал его за ушко и наоборот поблагодарил.       Уехать отсюда — лучшее решение. Осталось кое-что решить. — Наложница Чан, не хотели бы вы поехать с нами? Мы можем взять всю вашу семью, вы не будете ни в чём нуждаться. — Я, — женщина сильно растерялась, но после поклонилась и продолжила, — Я была бы очень польщена, Господин Тэ.       Чонгук со слезами прощался со своими друзьями, овечками, просил их писать письма, если позволят хозяева, а после они уехали. Как и хотели далеко-далеко.       Их отношения становились всё теплей, они ели за одним столом, спали в одной кровати.       Бывало, когда Тэхён срывался, тогда Чонгук к нему снова на «вы» обращался, пугался до смерти и убегал. А бывало, когда Чонгук не сдерживался, то кричал, то плакал, тогда уже альфа садился рядышком, прижимал к себе и успокаивал.       Царила полная гармония до селе невиданная для хищника и травоядного.       Спросите же, что ещё пойти не так? Так вот, как-то раз, когда им привозили продукты, в дом зашла девушка, от запаха которой волку чуть крышу не снесло.       Омега в тот момент стоял совсем рядом, заметил как любимый смотрел, как нос его дёргался, пытаясь уловить побольше феромонов.       И опечалился сильно, клевещя на то, что сделать ничегошеньки не в силах. Он знал силу истинности, видел однажды в детстве.       Противостоять ей почти невозможно, рад сама природа приказала двум существам быть вместе.             Но если они уже нарушили один закон, смогут ли переступить через второй?       Девушка попросила остаться у них, работать прислугой, помогать по дому.       Как-то раз даже подошла к кролику, совсем взволнованной и скромной, и попросила лишь об одном — дать им быть вместе. А сама она такая хорошая, милая, аж сердце стало болеть за неё.       Как он может подвергать её таким же страданиям, через которые прошел сам?             Но и как он может, уже пройдя их и оставив посади, отступиться назад?       Альфа же, казалось, совсем об этом не думал. Он продолжал целовать своего кролю, заниматься с ним любовью, а после гулять как ни в чём не бывало.       Для него всё было очевидно — природа уже поиграла с их судьбами, самое время взять всё в свои руки.       А заговорить об этом не решались, смелости не хватало.       Один — выбирал между своим счастьем и счастьем возлюбленного.       Другой — выбрал их обоих, совершенно наплевав на свою предназначенную.

***

      Хонг приходил их навещать. Редко, но приходил.       Вот и сегодня ночью Тэхён удалился, отправляясь на встречу со старшим братом, будущим императором. Душу ему изливал, про всё рассказывал. И про истинную свою ничего не утаил, говорил, что девушка очень хорошая, смирная и скромная. Возможно, даже с толикой нежности про нее вспоминал, волк после улыбнулся и сказал: — Мне жалко эту девушку. Встреться мы намного раньше, моё сердце было бы её. — Неужели? — К сожалению или к счастью, да. Но вот незадача, я влюбился в кролика, маленького кролика. У него ключи от моего сердца. Если он будет бережно хранить их как сейчас, то нам не о чем беспокоиться.       Вот только в тот момент Чонгук отрёкся. Отдал ключи милой девушке, надеясь, что альфа всё же будет счастлив.       Тэхен пришел поздно, уже Луна господствовала на небе. В доме было тихо, прислуга давно спала, а омега должен был ждать его в покоях.       Пока альфа шёл по коридору, увидев, как в гостиной горела одна свеча. Пройдя вглубь комнаты, за креслами, он увидел своего кролю, который сидел подозрительно тихо рядом с источником света. — Кроль, ты почему не спишь? — Ты… Тебе Нонмин нравится? — в темноте блеснули черного цвета глаза, чей взгляд сразу уловил волк. В них собирались слёзы, но альфа сейчас не собирался его успокаивать. — Ты ждёшь честного ответа, и я не хочу лгать тебе. Да, она мне нравится, — Тэхен выдержал небольшую паузу, подбирая слова, — Но тебя я люблю. Её запах превосходен, но твой намного родней и нежней. И я не желаю его менять на тот, от которого я голову теряю. Мне этого совсем не хочется. — Но… Понимаете ли, вам рано или поздно захочется придти к ней. Инстинкты приведут. — Чонгук, я тебе говорил не общаться со мной формально. Почему ты. — Простите, простите, пожалуйста, — кролик содрогнулся в рыданиях, закрывая лицо окровавленными руками. — Что ты наделал… — альфа растерялся, медленно подходя ближе и смотря шокированным глазами на омегу, а после перевел взгляд на пока что небольшое пятно крови на полу и сверкающий меч, что выглядывал из-под подола юбки, — Ради святой Луны, что ты наделал?!       Дальше всё было как в тумане. Чонгук в бреду извинялся, понимая, что сил остаётся всё меньше и меньше, а Тэхен быстро подхватил паренька на руки и сорвался со всех ног, проклиная всё на пути и зовя лекаря.       В ту ночь никогда заснуть так и не смог. Слуги сидели у себя в комнатках и, благодаря полной тишине, затаив дыхание, слушали, что происходило в покоях господина.       Успокоить Тэхёна удалось только тогда, когда мужчина уверенно заявил, что крови младший потерял немного.       Пусть надрезов было и много, но они были не особо глубокие.       Волк лишь криво улыбнулся, всё смотря на бледного кролю, который находился в полудрёме. — Знал бы ты, как напугал меня. Глупенький.       Старший вспоминал про этот случай последний месяц, не отходил от омеги далеко и надолго, выкинул из дома все острые предметы, отдал свой меч на хранение Джун Ха.       Нонмин больше не показывалась, выполняя свою работу поздно ночью, а после и вовсе сообщила со слезами на глазах, что ей лучше уехать. Тогда Тэхен приказал собрать ей повозку с продуктами и прочим, а когда та уже уезжала вручил ей золотой браслет, ссылаясь на то, что с таким приданным она найдет себе хорошего и благородного мужа. — Спасибо вам большое, я и не знаю как мне вас отблагодарить. — Ничего не нужно, просто прости меня. Я не хотел делать тебе больно.       Наступило лето. Всё шло своим чередом. И вот, Тэхён наконец решился вывести их отношения на иной уровень. Вечером он подошёл к кролику и сказал, что ночью его ждёт кое-что особенное. Тот в предвкушении ожидал, когда ровно над ними встанет луна, чтобы в припрыжку побежать за альфой.       Старший привёл их на поляну, которая хорошо освещалась лунным светом. Он повернулся к другому, взял маленькие ручки в свои и произнёс: — Прости меня, я не знаю ваши обычаи и традиции, поэтому сделаю это как принято у нас. Хочешь ли ты стать моим мужем? — Хочу, — шёпотом ответил ему омега, чуть сильнее сжимая чужие руки от разбушевавшихся эмоций. — Тогда сейчас не пугайся. Это просто моя обязанность как потомка Луны. Просто говори, что подсказывает сердце, — сказал на ушко волк, поворачиваясь лицом к свету. — Я Чон Тэхён, из клана Тан, клянусь под светом великой Луны в верности, пока лунный свет не падет на моё мертвое тело, в любви, пока душа моя не покинет землю, клянусь оберегать и защищать тебя, пока мои клыки не сломались от брони врага. И теперь ты мой муж, Фан Чонгук. — Я… Я Фан Чонгук, из клана Бао, под светом великой Луны клянусь в любви, пока я могу тебя любить, в в преданности, пока смерть нас не разлучит, я буду рядом с тобой, пока наша звезда не покинет небо.

***

— Что мне делать, господин? — Чонгук сидел на крыльце, не поднимая головы на мужа. — Как что. Тебе следует больше быть на свежем воздухе, хорошо питаться и тепло одеваться. Ведь в тебе наш ребёнок. — Но… Примите ли вы ребенка от меня? А если он родился таким же белым кроликом? — Я буду только рад, если он будет похож на тебя.       Беременность шла хорошо, за Чонгуком постоянно следил врач и старшая по дому госпожа Чан. Как выяснилось позже, омега под сердцем носил не одного ребенка, двух. А мужья и рады, ведь вскоре на свет появятся двое прекрасных детей.       Вскоре, сидя за столом, Чонгук всё засматривался на ароматное мясо, которое ел альфа. Он осмелился попросить у мужа маленький кусочек, понимая, что это совершенно обсурдно. То, что травоядный начал питаться плотью, удивило всех в доме, да и самого кролика тоже. По ночам он сидел у окна и плакал, просил прощения перед своими братьями. Тэхён успокаивал его как только мог: — Солнце меня не простит за такое… Я до сих пор помню, как мои зубы разрывали его… — Солнце не простит, потому что оно не видит, что происходит с тобой. Но зато Луна, что наблюдает за тобой и днём и ночью, с удовольствием пригласит тебя к себе, к звёздам. Мы будем сиять одной звездой. Помнишь? — Правда? — Правда.       Чонгук более не стестнялся в своих предпочтениях, ведь муж наконец донес до него то, что в животе у него живёт маленький волчонок, которому тоже необходимо хорошо питаться, чтобы расти.       Но как бы хорошо всё не протекало, сами роды были тяжёлыми. Тэхен сидел рядом, всячески стараясь поддержать кролю.       Родились девочка-кролик и мальчик-волчонок.       Чан Джун Ха сразу взяла деток на руки и искупала их, после аккуратно кладя на грудь молодому папе. — Они родились здоровыми, но у вас не получится забеременеть снова, всё-таки вынашивать волка для кролика тяжело.       Чонгук полностью окунулся в заботы о детях. И он был счастлив, ведь у него не было времени горевать. Но иногда по ночам от плохих мыслей он не мог уснуть. — Я не справился, да? — С чего ты так решил? — Вы, наверное, хотели иметь много детей, а я не смогу уже дать вам это. — Кроль, ты слишком много думаешь. У нас есть двое любимых ребятишек, и мы должны всеми силами воспитать их хорошими людьми, которые не будут обращать внимание на то, хищник это или нет. Мы построим новое общество. — Как в сказке? — Намного лучше.

Все тихо - полная луна, Я просто верю в чудеса, Тебя люблю я, как тогда. И в эту ночь я не усну, В твоих глазах я утону, И песнь любви тебе спою.