Один плюс один - три

Эмма стояла в комнате общежития. Суббота наступила слишком быстро, чтобы быть реальностью. Через полчаса она должна быть у Анны и Эльзы, где её ждут на ужин. Весь день блондинка была на взводе, выбирая себе одежду. Спасибо подруге, которая бросила все и приехала сюда днем, чтобы привезти девушке красивое чёрное платье. Едва доставая до колен, оно обнажало стройные ноги, которые были обуты в туфли-лодочки. Эмма, не привыкшая к каблукам, вспомнила Реджину, которая не снимает шпилек никогда. Вздохнув, Свон ещё раз посмотрелась в зеркало. Белый водопад слегка подкрученных локонов свободно струился по открытым худеньким плечам. Глаза подведены карандашом, от чего Эмма не узнавала себя сама. Она никогда не пользовалась косметикой, лишь в экстренных случаях. Такой, как этот. На телефон девушки пришло оповещение, что её ожидает такси. Конечно, Анна позаботились о том, как её подруга будет добираться. Мысленно поблагодарив её за это, Эмма взяла сумочку, куртку и вышла на улицу. Всю дорогу блондинка нервно перебирала пальцами края платья. Она переживала. Вчера на паре литературы она смотрела в стол, словно ничего интереснее в кабинете больше не было. Она вспомнила, как Реджина молчала по пути до кампуса, а затем быстро помогла блондинке перенести коробки, попрощалась и уехала. Эмма понимала, что Миллс испугалась такой близости точно так же, как и она сама. Но точно так же Эмма помнила, как ныло её тело, желая прикоснуться к брюнетка, чьи глаза смотрели в душу. И вчерашний вечер с Нилом... Она даже не помнила, о чем он говорил. В её голове звучало дыхание брюнетки, тяжёлое и быстрое. Она вспоминала снова и снова случайное касание. Что с ней происходит? Блондинка боялась новой встречи с мисс, тем более, в неформальной обстановке. - Мы приехали. Эмма вышла из такси, замерев перед большим особняком. Черт, не в квартире? Она подошла к двери, но не успела нажать на кнопку звонка, как вдруг показалось сияющее лицо подруги. - Эмма, наконец-то! Ты выглядишь просто невероятно! Она взяла подругу за руку, и они вошли в большую гостиную. - Эльза! - обратилась она к девушке в небесного цвета платье. - Знакомься, это моя подруга, Эмма Свон. - Очень приятно, Эмма, - девушка слегка пожала руку блондинке. - Анна говорила о Вас все эти дни столько, сколько только может говорить. - Мне тоже очень приятно, - улыбнулась блондинка. Тут же повернулась к крестной матери девушек. - Это Ингрид. Обменявшись рукопожатиями и приветствием с родственниками Анны, блондинка обернулась. Кислород закончился. Перед ней стояла Реджина Миллс. Ярко, вишнёвого цвета, платье, облегающее бедра и тонкую талию, туфли на шпильке, все та же помада и чёрные глаза. Эмма забыла, что такое "дышать" и как это делать. Её глаза расширились и смотрели на брюнетку, словно увидели привидение. - Добрый вечер, Эмма Свон, - томный голос смаковал имя, длинные пальцы коснулись её руки. - Вы невероятно красивы в этом платье. - Вы... Просто сногсшибательно выглядите, мисс Миллс. - Зовите меня просто Реджина, мы ведь не на уроке литературы, - улыбнулась брюнетка. Эмма осталась стоять на месте, словно ноги налились свинцом. Реджина прошла к столу, взяла с него стакан с водой. Жар, который разнесся по телу, едва она увидела блондинку, мешал дышать и, кажется, сжигал её всю. Девушка была настолько красива в своём чёрном платьице, что от неё невозможно было оторвать взгляда. Весь вечер Эмма сидела, как на иголках. Каждый раз, поднимая глаза от тарелки, она сталкивалась взглядом с чёрным омутом, затягивающим её все глубже. Она замечала, КАК смотрит на неё женщина, ровно так же, как и замечала, что она сама слишком часто смотрит на сидящую напротив Миллс. - Эмма, расскажите, как Вам колледж? - голос Эльзы разбил этот комок энергии, нависший над той частью стола, где блондинка и брюнетка столкнулись долгим взглядом. - Мне очень нравится, правда, - Эмма хлебнула воды, промочив пересохшее горло. - У нас интересные занятия, хорошая программа. И в студенческом городке тоже все на высшем уровне. - Приятно слышать, - улыбнулась Эльза. - Мы с мисс Миллс все лето планировали занятия по литературе, составляя новые программы. - Литература - один из моих любимых предметов, - специально громко сказала Свон, почему-то глядя на Анну, а не на Реджину. Рыжая подмигнула подруге и показала глазами в сторону брюнетки. Миллс мягко улыбнулась блондинке, однако было видно, что её слегка шокировало откровение девушки. - Моя сестра тоже полюбила этот предмет, хотя обычно все боятся методов Реджины, - засмеялась Эльза. - Я строга, но справедлива, - подмигнула директору Миллс. Вечер прошёл в непринужденной, спокойной обстановке. После десерта Эмма почувствовала, что сейчас бы не отказалась от своей кровати в комнате общежития. Ингрид прощалась с девушками. В это время к блондинке подошла Реджина. - Эмма, я могу подвезти тебя до кампуса, - тихо сказала она. - Мне ехать в ту сторону домой. - Если Вас не затруднит, я была бы рада не ехать в таком виде в такси, - девушка показала на платье и ноги. - Я была бы рада не отпускать тебя в таком виде одну, боясь, что такая красота может достаться кому-то другому. Эмма замерла. Однако, увидев ошарашенную сказанным Реджину, сделала вид, что не поняла смысла. - Я пойду за курткой. * Эмма открыла дверь комнаты. Она все же уговорила Реджину зайти и посмотреть, как они с Анной обустроились на новом месте. Было темно, поскольку вечер был уже поздним. - Сейчас, сначала сниму эти проклятые туфли, потом включу свет, - сказала Эмма. За её спиной послышался тихий смех. - Это не смешно, мисс Миллс. Ненавижу туфли. Эмма шарила рукой по стене за дверью, ругаясь. Она высунула голову из-за двери, чтобы извиниться перед брюнеткой за долгое ожидание. И вдруг почувствовала горячее дыхание совсем рядом, у своей щеки. - Реджина, я не могу найти этот чёртов выключатель, - прошептала она. - Ну и не надо... В ту же секунду девушка ощутила на своих губах сладкий привкус. Губы Реджины мягко, но уверенно коснулись Эммы, словно ожидая ответа: можно или нельзя. И Свон поняла, что сдалась. Она не знала, куда деть руки, отчаянно перебирая пальцами, а затем почувствовала, как пальцы брюнетки сжали мягко её собственные. Не разрывая поцелуя, Реджина все сильнее и сильнее увлекала Эмму в этот омут, слыша, как бьются оба сердца. Блондинка вцепилась в Миллс, боясь, что эта воронка приведёт её к неминуемой гибели. Внутри неё зародились ощущения, которые она никогда не испытывала до этого мгновения: под кожей горел огонь, внизу живота образовался комок, сладостью заполнявший все пространство вокруг себя. - Эмма... - Молчи... И она сама обняла Реджину, положив руку ей на спину, прижимая к себе, погружаюсь в новый, более страстный поцелуй. Воздух в комнате звенел от напряжения, растущего в двух телах. Реджина вдруг притянула Эмму к себе сильнее, пальцы нашли застежку платья. Она легонько, не разрывая поцелуя, подтолкнула девушку в комнату, закрывая босой ногой дверь. Раздался звук расстегивающегося замка на одежде. Широкая бретелька платья спала, обнажив левое плечо, на котором лежали белые кудри. Аккуратно убрав волосы рукой, брюнетка поцеловала длинную шею, плечо. Эмма почувствовала, как мурашки покрыли ее кожу. Закрыв глаза, она запрокинула голову назад. Ей казалось, что она больше не может дышать, не может стоять. Ноги подкосились, когда она почувствовала руки женщины на своей коже под платьем. Внезапно все прекратилось. Эмма открыла глаза: Реджина стояла перед ней, глядя чёрными глазами в глаза девушки. - Эмма, - очень тихо произнесла она. - Я не могу. - Потому что... Я... Я тебе не нравлюсь? - умоляющий взгляд заставил холодное сердце вздрогнуть. - Потому что ты мне больше чем нравишься, Эмма, - женщина провела пальцем по щеке блондинки. - Всё должно быть не так. Она сделала шаг назад. - Не думай обо мне плохо, пожалуйста. Сказав это, Реджина обернулась, взяла в руки свои туфли и вышла из комнаты.