Парадоксы забытого

До глубокой ночи она обдумывала и анализировала услышанное. Картина мира, в котором жил Ясон, ожила, даже не нужно было лезть в инфосеть, рассказчик справился с задачей отлично. Только вот предварительный диагноз «невроз», который она поставила пациенту, хоть и был самым вероятным, просто нарочито явным, теперь выглядел сомнительно. Что-то мешало ей окончательно остановиться и заставляло пролистывать нарисованные воображением картинки вновь и вновь. Казалось бы, всё предельно ясно. Идеальный руководитель и стратег, хладнокровный и расчётливый Ясон Минк, как все блонди, как и цветная элита, в какой-то мере был эмоциональным кастратом. Если решения в курируемых областях он принимал играючи, то в сфере человеческих эмоций, скорее всего, допускал ошибки, не понимая простейших вещей. Вполне вероятно, дело окажется в чём-то до смешного банальным, в том, что обычному человеку неудобств не доставляет — в аспектах отношений. Скорее всего, с партнёром. Его звали Рики, и, чему Саманта была несказанно удивлена после пролога о системе Зейн и взаимоотношениях внутри мира элиты, он был человеком. В том, что из себя представляет этот Рики, разобраться будет несложно, для этого существует опыт и образование, а вот если ощущение нестабильности и лёгкой тревоги, на которое жаловался Ясон, вызваны взаимоотношениями с кем-то из элиты или с этим самым ИскИном — тут Саманта сразу теряла уверенность в своих возможностях. Блуждать в лабиринте предположений без знаний по вопросу — слишком зыбко, делать какие-то выводы — неправомерно. Завтрашний день должен принести ответы на многие вопросы. *** Ясон выбрал не кресло, а удобный диван и вольготно на нём устроился: снял мягкие туфли и, без стеснения положив под спину пару подушек, принял полулежачее положение, в котором видел лицо Саманты. Обычно она садилась чуть сбоку и сзади, чтобы не смущать пациента, но Ясон выбрал комфортный для себя вариант, и возражать она не стала. Сеты не будут походить на стандартные, это и так понятно. Саманта сосредоточилась, но когда Ясон заговорил, не сразу получилось настроиться на его волну. Об Амои, жизни на ней и подробно о Синдикате она узнала вчера, сегодня блонди начал рассказ о первой встрече с Рики. История интересная, но ничего из ряда вон выходящего. Вот только оценка ситуации самим Ясоном была настолько странной и нетипичной, что Саманта не рискнула прерывать его, чтобы высказать умозаключения или уточнить детали. Она молча слушала и пока безуспешно пыталась вникнуть в бессознательные переживания нестандартного клиента. Монолог Ясона не был привычным потоком свободных ассоциаций, пока она к этому и не стремилась. Рассказ тёк плавно, последовательно, и через некоторое время Саманте удалось «включиться»: она стала задавать интересующие вопросы и даже высказала несколько предположений. Было заметно, что Ясон не готовился к встрече специально, как делают это многие, просто знал, о чём будет говорить, и говорил. Делал это максимально искренне, и напоминать, что независимо от того, что он расскажет, понят будет правильно, не пришлось. Через два с половиной часа блонди, остановившись на том, как перевез Рики в Апатию, предложил прерваться. Саманта согласилась, информации для обдумывания она получила более чем достаточно. Пока всё выглядело тривиально и даже стандартно. Не все миры-федерации подчинялись строгим демократическим законам, в некоторых даже рабство считалось нормой. Историй, как один человек по тем или иным причинам попадал в зависимость от другого, в различных вариациях, ей довелось выслушать немало. Это если не делать поправку на то, что один в паре — не-человек. Не-человек, забывать об этом было никак нельзя. Ощущение, что всё не так просто, усиливалось. Простейший вариант доминанта и его партнёра, которому навязывалась неприемлемая роль сабмиссива, втискивался в привычные рамки подобных отношений, но как-то слишком нарочито, оставляя тревожную недопонятость. Нужно было отвлечься, отдохнуть и потом вернуться, возможно, тогда станет понятно, что же здесь настораживает. *** В эту ночь Саманта долго не могла уснуть, прокручивая в голове рассказ Ясона. Если бы Рики прекратил сопротивление, угас бы интерес блонди к нему? Скорее всего, нет. Отношения перешли бы в другую плоскость. Стали более ровными, менее захватывающими, оттягивающими на себя внимание её пациента. Юпитер — назвать ИскИна родителем блонди у неё почему-то не получалось, скорее строгий наставник, руководитель — в ситуацию не вмешивался. Почему? Ясон открыто нарушал принятую для элиты модель поведения. Сам Ясон ответа на этот вопрос не знал. Предполагал, что Юпитера не волновало его эмоциональное состояние, важна была только функциональность. Но Саманту такой ответ не устраивал. Если диктатор, а для элиты Юпитер являлся именно диктатором, устанавливает нормы поведения, пусть и не декларируя их по пунктам, то следит за их выполнением неукоснительно. Это вопрос подчинения. Значит, его всё устраивало? Если бы это был не ИскИн, объяснений можно было бы подобрать множество, начиная с привычного общечеловеческого «терпел» до «не знал, что предпринять». Но каким бы сложным ИскИном ни был Юпитер, как бы хорошо ни моделировал высокоуровневые психологические процессы и ни имитировал человеческую систему логического вывода, это всё равно оставалось имитацией, независимо от сложности. Термин «разумное поведение», применяемый к ИскИнам, и термин «человеческое поведение», используемый для биологических объектов, совместимы даже не на треть. Любые попытки совершенствующих программ искусственного интеллекта «усилить похожесть» — просто ненужное, не приносящее плодов подражание, имеющее целью добиться исключительно внешнего сходства. Бутафория, маскирующая истину: символьные вычисления — не аналог нейронным процессам. ИскИны — не люди. Так было много лет назад, когда появился Юпитер, так остаётся и сейчас. Направление компьютерной нейрофизиологии, лоббирующее полную замену процессорных и запоминающих блоков искусственной нейронной сетью, уверенно топчется на месте не одно десятилетие. Создать цельный и полный искусственный аналог человеческого интеллекта без применения биологических элементов пока не удалось никому. Саманта видела андроидов на основе смешанных — биологических и искусственных — нейронных сетей, очень сложных, самых современных андроидов, создатели которых гордились своими успехами... В них не было и тысячной доли обаяния Ясона Минка! В случае её пациента среднестатистический человек при поверхностном общении далеко не сразу поймёт или вообще не поймёт, что имеет дело с искусственно созданным существом. Особенно если Ясон захочет, чтобы его считали человеком. В своём профессионализме Саманта не сомневалась, но почему-то казалось, что при желании блонди водил бы её за нос сколь угодно долго. Даже нереально привлекательная внешность не вызвала бы подозрений. Пластическая хирургия — успешная и развивающаяся отрасль. Но кем нужно быть, чтобы создать вот такую куклу? Не просто человеком. Люди бывают разными: умными и не очень, интересными и скучными — критериев личности слишком много, но чтобы сделать Ясона Минка, нужно как минимум понимать, что ты создаёшь. В современном мире красота пущена в тираж и общедоступна, но как создать харизму? Вот это практически гипнотическое воздействие на окружающих, притягательность, устоять перед которой невозможно, чувственную силу и обаяние? Пока такое удавалось только одному таланту. Имя ему Господь. И это деяние повторил только что осознавший себя ИскИн? Верилось с трудом. А ещё стоило задуматься, что Ясон Минк — не единственное подобное создание неизвестного гения. Юпитер с его примитивными представлениями хотя бы о том, какие развлечения могут долгое время подогревать чувственную сферу элиты, позволяя ей переключиться и расслабиться, на гениального творца ну никак не тянул. Чего стоили хотя бы идиотские пэт-шоу, которые приходилось посещать элите и которые, судя по всему, должны были служить сублимацией сексуального поведения… *** Мысли лихорадочно скакали от одной логической цепочки к другой, пытаясь связать обрывки многочисленных нитей. Интересовал ли элиту секс? Ясон не смог однозначно ответить на этот вопрос. Его интересовал. Асексуальное поведение других не говорило об отсутствии интереса как такового. Скрывать мысли друг от друга они все умели неплохо. Блонди, которого Ясон считал своим другом — Рауль Ам, — обычно в разговорах на эту тему занимал отстранённую позицию наблюдателя. Чрезмерные проявления чувств в среде элиты не одобрялись, соответственно, секс априори входил в список запретов. Какими были остальные представители элиты? «Достаточно разные, чтобы их не путать, — своеобразно ответил на вопрос Ясон, подробно рассказав о каждом из блонди. — Но откровенность между нами не принята. Мы умеем молчать и сдерживать себя. Юпитер не поощряет человеческой эмоциональности и умеет требовать». Лаконично и понятно. Но ещё одного представителя элиты она теперь знала чуть больше, чем остальных. Рауль Ам — близкий друг Ясона. Учёный-биотехнолог, имя которого широко известно в узких кругах за пределами родной планеты. Достаточно сложная натура, совершенно не стремящаяся кому-то понравиться. Господин Ам — начальник Научного департамента, вполне успешно и продуктивно коммуницирует со множеством собственных сотрудников, но даже не пытается показать, что его интересует кто-либо и что-либо вне его научных изысканий. Исключение составляет разве что Ясон. А господин Минк мог говорить о друге с лёгкостью и удовольствием, практически не уходя от темы, переключаясь на него со своего пэта. Довольно скоро стало понятно, что секс у Ясона Минка был с Рики, но максимально комфортно чувствует он себя исключительно с Раулем. Они могли молчать или разговаривать, пить вино или играть в шахматы, просто сидеть в одной комнате и заниматься каждый своим делом за компьютерными терминалами. — Какой он для вас? — решилась спросить Саманта. — Не знаю. Мне сложно давать оценку личности и поступкам Рауля, точнее, моё мнение слишком предвзято. Я готов терпеть его в самые тяжёлые дни и в любом количестве. Иногда он умеет достать до печёнок. А превратить за несколько минут, просто под настроение, Ясона Минка в плюющегося огнём демона — поверьте, это достаточно сложно, нужен особый талант, — блонди тихо и довольно рассмеялся. — Я это ценю. А ещё он единственный, кто в состоянии по достоинству оценить мои шутки. Хоть и не всегда над ними смеётся. Но это не так важно. Саманта понимающе кивнула: — А как шутит господин Ам? — Своеобразно, — немного подумав, сообщил Ясон. — Мало кому это нравится, но я люблю, когда он в ударе, — бледные, резко очерченные губы тронула лёгкая улыбка. — Говорят, у Рауля сложный характер, но я никогда не тяготел к примитивизму, меня всё устраивает, — лежавший на диване блонди закинул руку за голову и довольно потянулся. Рассказывать про друга ему нравилось, скрыть это он даже не пытался. — Гидеон считает его занудой. Леон Клер, наоборот, впадает в экстаз, стоит Раулю заговорить. Орфей утверждает, что по-настоящему в Эос работает только Рауль, все остальные делают вид. Катце его боится до дрожи и говорит, что в нём горит адово пламя. Общее мнение — его называют Идеальным блонди, а мне всё равно, для меня он просто Рауль. Выбирайте, Саманта, что вам больше нравится. — Думаю, в какой-то мере справедливо каждое из суждений. *** Справедливо. Каждое из суждений. Блонди — не матричные копии одного прототипа. Каждый — индивидуальность, и то же самое с цветной элитой. Дурацкая привычка тереть лоб, когда что-то ломало очевидную картину, на этот раз играла в обратную сторону. Она опять повторяет и повторяет привычный жест, кожу уже печёт. Чего же ты действительно хочешь от меня, Ясон? Услышать, что твои взаимоотношения с Рики исчерпали себя? Мне даже не нужно слушать историю дальше, чтобы понять это. Нет, не верю, не может быть. Даже если предположить, что неодобрение Юпитером излишней эмоциональности настолько затруднило осознание, всё же homo est animal sociale — человек есть животное социальное, а с IQ 300 не понять таких простых вещей самостоятельно просто невозможно. Или блонди настолько не-люди? Где-то в полночь Саманта поняла, что ей срочно нужна информация по группе Абис. Так срочно, что последние полчаса она провела, меряя комнату шагами из угла в угол и не выпуская из пальцев теперь уже обычных сигарет, подкуривая поочередно одну от другой, когда огонёк доползал до самого фильтра. Звонить пациенту в такое время считалось верхом неприличия, но получить информацию свыше той, которую клиент готов сообщить, без его согласия — нарушение этических норм, установленных «ПсихоЛогос». Она позвонит Катце и будет надеяться, что он ещё не спит, ну а если не повезло — значит, он проснётся. Семь дней — слишком маленький срок для решения вопроса, а их общение с Ясоном на психоанализ пока не тянет никак, скорее просто беседа. Беседа, от которой он ждёт определённого результата. Какого? Катце не спал и на просьбу поговорить с Ясоном ответил утвердительно, но позвать его отказался: «Нет, Саманта, у нас разные номера в отеле». «И разные постели», — закончила она про себя недосказанную фразу. Досадная промашка. Но говорить, что ничего такого не имела в виду, просто почему-то подумала, что Ясон где-то рядом, не стала, внезапно сообразив: Катце пошутил. «Просто наберите его номер», — мягко посоветовал поверенный, почувствовав её смущение. Ясон ответил тут же, и от его тихого «Да, Саманта?» по телу прокатилась привычная тёплая волна. Нет, он не против, если Саманта просмотрит информацию по группе «Абис», но сам её предоставить не может. Не потому, что элита не имеет доступа к этим файлам: информация уничтожена, это точно, а в архивах федераций только общие сведения. Нет, интересовался не он, а Рауль, ничего специального по теме она не найдёт. Саманта заверила, что её вполне устроит и общая информация, поблагодарила за разрешение и надолго задумалась. Ясон дал утвердительный ответ слишком быстро, и даже если предположить, что скорость обдумывания у блонди намного выше, всё равно непонятно. А резонно же было спросить, какое отношение группа «Абис» имеет к его личным жизненным затруднениям. Но вопрос не прозвучал. И ещё кое-что. Информация, хранившаяся на Амои, уничтожена. Ясон сказал, что знает это наверняка, но причину не назвал. Точнее, предположил, что учёные сами уничтожили всё, что касалось их разработок. Интересовался, пытался выяснить. Зачем? Обычное любопытство? Это прояснится завтра при личной встрече. А сейчас её ждала тяжёлая ночь и инфосеть.