Парадоксы забытого

— Выглядите прекрасно, бессонная ночь на вас никак не сказалась, — Ясон уже привычно устроился на диване. Он снял и кинул на спинку кресла бежевый мягкий пиджак — вещь выглядела просто, но элегантно — расстегнул две пуговицы на рубашке и закатал рукава, а неброские запонки с искусно выполненной монограммой «ЯМ» положил на низенький столик возле дивана. — Спасибо, но всё-таки вы заметили, что я не выспалась. — Догадался. Восемьдесят шесть процентов, я сделал правильный выбор. — И снова спасибо. Перед тем, как мы начнём, у меня вопрос. Когда вы узнали, что информация по группе «Абис» на Амои уничтожена? — Саманта чувствовала себя не психоаналитиком, а детективом, но ситуация была нестандартной, а клиент ждал результата. В какой-то момент она поняла, что перестала называть Ясона пациентом. Клиент — так выглядело правильней. Ещё одно «почему». — Восемь лет назад, за восемнадцать дней до того, как я первый раз встретил Рики, — он ответил очень быстро. Ждал вопроса, или для блонди не представляет труда вспомнить? Скорее, всё сразу. — Вы продолжили поиск? — Нет, — Ясон медленно покачал головой. — Вам стало не до этого? — Тогда я посчитал вопрос закрытым, и… мне действительно стало не до этого, вы правы. — А ваш друг? — Он не отказался от идеи. Если Рауль что-то вобьёт себе в голову — всё! — лицо Ясона смягчилось, как всегда, когда он говорил о биотехнологе. — Я предупреждал его… — Что это небезопасно? — Вы всё понимаете правильно. Уверен, он меня не послушал. — По официальной информации Юпитер уничтожил всю группу «Абис» и захватил власть над молодой колонией. Потом создал элиту для управления ею. — Если это вопрос, — Ясон незначительно напрягся, — то ответ «да». Если вы хотите услышать мою оценку действий, это была самозащита. Учёные пытались отключить ИскИн, он сопротивлялся. С точки зрения элиты, поступки Юпитера не оцениваются. Он наш Создатель. — А с точки зрения человека? — Я не человек, Саманта, извините. — Это я прошу прощения. Вопрос некорректен. — Дело не в корректности. Я не хочу каким-то образом повлиять на ваши выводы. Моё мнение субъективно. — Не уверена, что вам нужен именно психоаналитик, Ясон. — Неважно. Главное, в этом уверен я. — Тогда продолжим. *** Продолжение истории больше походило на детектив со злодеем и любовным треугольником. Если бы не предупреждение Катце, не ночь в инфосети, Саманта была бы уверена, что стала жертвой мистификаторов. Минирование Гаем — бывшим любовником Рики — заброшенной шахты и чудесное спасение: несущая плита рухнула плашмя вниз, увлекая Ясона и его пэта за собой, основной взрыв прогремел на верхнем ярусе, достав их по касательной обломками. Блонди пришёл в себя почти сразу. Безрезультатная попытка найти выход из каменного мешка, едва дышащий Рики, придавленный кусками конструкции, снова беспамятство, и помощь, которая пришла вовремя. Ещё два раза Ясон приходил в себя в аэрокаре, видел сосредоточенное лицо Гидеона Лагата, пытался спросить про Рики, но не помнил ни ответа, ни даже того, получилось ли у него внятно задать вопрос. Снова темнота и потом медкапсула в Эос. И Рауль. Повреждения дзинкотай — так назывались искусственно созданные тела элиты — были очень серьёзными, но причиной потери сознания оказались не они, а довольно сильное сотрясение мозга. Единственная и самая уязвимая человеческая составляющая тела блонди восстанавливалась дольше всего. Но и тут Ясону повезло, череп был прочный, удар выдержал, и мозг почти самостоятельно постепенно вернул прежнюю функциональность. Про Рики Рауль не знал ничего, кроме того, что он тоже доставлен в Эос. Им занимался меддепартамент. На вопрос Саманты, почему не Рауль Ам, Ясон удивлённо пожал плечами: — Я говорил вам, Рауль — биотехнолог, лечение людей — не его профиль. Через две недели Ясона вызвал Юпитер. Блонди ждал наказания, понимал, что перешёл все допустимые границы, но получил лёгкий укор в переоценке возможностей, приказ в подобных случаях прибегать к помощи Службы безопасности и пожелание скорейшего выздоровления. Несколько неготовый к такому повороту, он задал вопрос о Рики и услышал, что его пэт тоже выздоравливает, надо немного подождать. Юпитер поинтересовался, что Ясон собирается с ним делать и, получив ответ: «Вернуть себе в качестве пэта», послал удовлетворённо-согласный импульс. Из зала Юпитера блонди вывалился в полуобморочном состоянии. Сильно кружилась голова, его подташнивало — неприятная и необычная реакция на стресс, видимо, связанная с неполным выздоровлением. Неудивительно: Ясон ожидал как минимум смещения с должности, ареста и скрупулёзного расследования своих действий, но получил даже не наказание, а так, лёгкий нагоняй за самоуверенность. Рауль, ждавший его возвращения из башни Юпитера, не смог скрыть еле сдерживаемого напряжения и, обняв Ясона, долго не отпускал. Ясон не сопротивлялся, он не представлял, что было бы в этот момент более кстати, чем эти объятия. А через две недели ему вернули Рики. Полностью здорового и укомплектованного. О тяжёлых повреждениях напоминала только сеточка шрамов, убрать которую можно было через пару месяцев. — Почему вы ждали наказания, Ясон? Если Юпитер не считал чем-то значимым ваши отношения с Рики раньше, закономерно, что он воспринял ситуацию как форс-мажор. Вы не нанесли ущерба интересам Танагуры. — Элита не безупречна, — Ясон на мгновение задумался. — Мы допускаем ошибки, иногда — серьёзные просчёты. Обычно назначается расследование, кара, которой подвергает элиту Юпитер после этого — кадровая перестановка и лишение части полномочий. Это влечёт за собой понижение статуса. В нашем маленьком мире — очень серьёзное и неприятное наказание, болезненно бьющее по достоинству и чести. Как ещё может наказать за непреднамеренную оплошность ИскИн? Но ни разу не было случая, чтобы кто-то из элиты допустил ошибку, преследуя личные цели. У элиты не может быть личного, это более чем серьёзный проступок. — Преступление против системы? — Да. — Скажите, были ли случаи уничтожения кого-то из элиты Юпитером или по его приказу? — Нет. — Случайная гибель? — Если необратимые повреждения получал дзинкотай, Юпитер просто менял тело. Если погибал мозг — смерть окончательна. Так мы потеряли троих. Разгерметизация шаттла и неуправляемая ядерная реакция на одном из предприятий. — Юпитер не воссоздал погибших? — Нет. И не было ни одного случая появления принципиально нового представителя элиты, число постоянное, на данный момент минус трое. — Юпитер может корректировать сознание элиты? — Нет. Только контролировать. Рауль Ам получил задание решить проблему. Юпитер понимает, что такая технология необходима, нет ничего, что не может дать сбой, особенно если вопрос касается человеческого мозга. — И? — Результаты есть, но идеально безопасных методик пока не создано. Нужно время. — Вас удивляют мои вопросы? — Нет, — Ясон не мигая смотрел в упор, — я надеялся, что вы их зададите. — Я так и думала. Давайте продолжим. *** Неудивительно, что человек, побывавший в объятиях смерти, переживший предательство друга, выбравший не жить, чтобы не испытывать боли и унижения, и вдруг случайно получивший второй шанс, после всего этого не останется прежним. Рики и не остался. Он не замкнулся в себе, не мучился депрессиями, не таращился в одну точку — он изменился. Узнав, что Гай остался в живых, ничего не спросил и больше к этой теме вообще не возвращался. Про Керес как будто не вспоминал и никакого беспокойства, осознанно или нет, обитателям Эос теперь не доставлял. Большую часть свободного времени проводил наедине с планшетом: читал, рисовал, что-то смотрел. С Ясоном вёл себя доброжелательно и покладисто. Охотно болтал на предлагаемые темы, никогда не отказывался от секса, проявлял инициативу и неплохую выносливость, подружился с фурнитуром, практически не общался с пэтами. Словом, для Ясона, пока ещё не до конца поверившего, что буря миновала, и старавшегося максимально сгладить совершённую оплошность, настали золотые дни. Никаких эмоциональных встрясок ему больше не хотелось, их в последнее время и так было хоть отбавляй, хотелось покоя и постоянства, а Рики как будто прочитал его мысли или скорее сам был не против передышки. Ясон днём работал, вечером они встречались с Раулем — тот теперь обращался с ним, как с хрупкой конструкцией. Это раздражало, друг наотрез отказывался говорить на провокационные темы, но и без этого интересных предметов для обсуждения находилось предостаточно. А ночью Ясона ждал отличный секс. Жизнь текла размеренно, месяц проходил за месяцем, ничего не менялось. Рики оставался прежним, на подвиги больше не тянуло. Казалось бы, всё хорошо, но невнятное чувство тревоги, появившееся в последнее время, отравляло радость беспроблемного существования настолько, что Ясон обратился к Катце с просьбой подобрать ему нужного специалиста для выявления корня проблемы. Вот собственно и всё, что в достаточно сжатом виде можно рассказать, но если у Саманты возникнут вопросы… Вопросы у неё, конечно, возникли, особенно после ночного бдения в инфосети, но задавать их напрямую не стоило. Ясон прав: отвечая на них, он может бессознательно ввести в заблуждение. С его умением расставлять акценты и управлять собеседником, с довлеющими запретами и ограничениями Юпитера, он неосознанно может оборвать те связки, которые протянулись у неё в голове между информационными пулами. — Про метод свободных ассоциаций вы знаете, — обозначила Саманта начало активной фазы. — Пока у нас получилось не совсем то, что я бы так назвала, мне нужно ещё немного вашего времени. Предлагаю упрощённый вариант. Я говорю слово, а вы — всё, что придёт в голову, не задумываясь. Это может быть словосочетание, несколько слов, не объединённых смысловыми связками, или целое предложение. — Ладно, если думаете, что это поможет, — легко согласился Ясон. Уверенности Саманта не испытывала, но традиционно считалось, что первая случайно пришедшая в голову мысль содержит в себе если не всё, то многое из того, что необходимо для раскрытия бессознательной деятельности. Связь между прошлым и настоящим — вот что она надеялась увидеть, вот чего не хватало, чтобы сделать окончательные выводы. — Давайте попробуем, — Саманта сосредоточилась. — Не сдерживайте себя. Если ответы будут окрашены эмоционально, это даст лучший результат. Тепло. — Комфорт, постель, секс. Не люблю мёрзнуть. Рауль говорит, блонди ощущают тепло и холод точно так же, как люди, и то же самое с проприорецепторами, а вот слух и зрение у нас несколько другие. — Секс. — Отвлекает. Элита асексуальна, но всё индивидуально. Я думаю, что я не один такой. Гидеон и Хайнес точно попробовали, я знаю. Про Орфея подтверждающей информации нет, но я практически уверен. Цветная элита тоже. В последнее время таких, как я, всё больше, а однажды попробовав, отказаться практически невозможно. Думаю, для меня секс стал сублимацией многих недоступных вещей, но с ним этот бред вполне можно терпеть. — Бред. — Юпитер, система Зейн, Норам, длинные волосы. Уверен, вы разделяете моё мнение. Мы не говорим об этом между собой, ИскИн нас может слышать, но не может запретить думать. Мы научились скрывать кое-что. Не идеально, но стало намного легче. — Другой. — Рики. Сильно изменился. Долгое время я думал, что мне нужно сопротивление, что меня заводит его нежелание подчиниться. Ощущение власти. Вырвать стоны удовольствия из губ, шепчущих «ненавижу» доставляло бесконечное удовлетворение. Но сейчас он другой, и мне это нравится. Я просто убедил себя, что жажду борьбы, оправдывая тем самым своё поведение. Чуть не сломал его, не понимая, насколько хрупким может быть сознание человека. Но сейчас он не выглядит сломленным. Просто стал вести себя иначе. Спокойней. Много смеётся, пытается поддержать беседу. Мне не о чем с ним разговаривать, только на бытовые темы, это неинтересно. Он не показывает, но мне кажется, что ему тоже безразлично. Рики вообще мало что беспокоит теперь, и это настораживает. — Сознание. — Чёрный ящик с сюрпризом. Страх. Бояться собственных реакций. «В экстремальной ситуации ты повел себя, как обыкновенный человек. Не очень умный или слишком импульсивный», — это сказал Рауль, и он прав. Ощущать, что внутри тебя есть что-то, с чем ты не всегда можешь справиться, неприятно. Это тревожит. — Тревога. — Подобная ощущению взгляда в спину, только изнутри. Я не понимаю, но знаю, что время заканчивается. Мне не стоило улетать, Саманта, но чтобы принять решение, я должен знать наверняка, — теперь Ясон как будто говорил сам с собой. — Я волнуюсь за Рауля. Но объективной причины нет. Как повисшая над городом грозовая туча, готовая пролиться дождём с громом и молниями. Изменяется давление, влажность… Очень похоже. — Хорошо, Ясон, вы вернётесь домой уже скоро. Я поспешу. Взгляд. — Случайный. Неприятно чувствовать себя обманутым, — видно было, что блонди силой заставил себя снова расслабиться и даже чуть прикрыл глаза, — но зеркала врать не умеют. Юпитер тоже не умеет врать, он умеет молчать. — Юпитер. — Запреты, система Зейн, опасность, я предупреждал Рауля, мне нужно возвращаться, я теряю время. — Стоп! Ясон открыл глаза, во взгляде читался невысказанный вопрос. — Расскажите мне про случай с зеркалом. Блонди удивлённо поднял светлую бровь: — Не думаю, что он имеет какое-то значение. — Он вас беспокоит, — Саманта скрестила руки на груди, демонстрируя желание слушать. — Это случилось на следующий день после того, как я вернулся от Юпитера, получив прощение, — не стал больше возражать Ясон. — Рауль заставил меня лечь в постель и напоил какой-то дрянью. Уснул я быстро, но сон принёс тревогу, и я встал рано, совсем не выспавшийся. Пошёл в ванную… В большом, во всю стену, зеркале я увидел своё отражение в полный рост. Препараты Рауля, переживания прошедшего дня и плохой сон — всё сложилось в одно, я не полностью проснулся, но включил ночной свет. Не сразу сообразил, что передо мной зеркало. Впечатление было таким, как будто идёшь по тёмному коридору, и вдруг навстречу тебе выходит человек. Чужой, неизвестный тебе мужчина, высокий, с непривычно длинными волосами. Я инстинктивно отшатнулся, но в следующее мгновение сообразил, что вижу, и сделал то, чего от себя не ожидал. Мой кулак встретил крепкого противника, — Ясон виновато улыбнулся. — Вот и вся история. Но вы правы, почему-то я не могу её забыть. — Когда вы ударили, уже понимали, кто перед вами? — Да. Не спрашивайте, почему я сделал это, я не знаю, мною двигал не разум — эмоции. Не страх, скорее отчаяние. — Отчаяние. — Я думал, мы закончили. — Отчаяние, Ясон. — Нет выхода, мечты обращаются в прах — у людей такое случается часто. Последнее время я стал об этом задумываться. Почему? Элита не умеет мечтать, Саманта. Мы никогда, ни при каких обстоятельствах не путаем вымысел с действительностью. Видим, что возможно в этой реальности и как надо изменить условие, чтобы получить нужный результат. — Вымысел. — Обман. Иногда так он искусен, что вызывает восхищение. Элиту тяжело обмануть, хоть мы созданы по образу и подобию человеческому. Сознательно это сделать практически невозможно. Я волнуюсь за Рики, он стал мне слишком близок. — Спасибо, Ясон, вы мне очень помогли, но на сегодня достаточно. — Саманта… — Дайте мне ещё одну ночь. Ясон медленно зашевелился, сел на диване и посмотрел на неё больным, просящим взглядом. Как будто короткая беседа разбередила рану, оголив нервы. — Только одну ночь. Это меньше недели, которую вы мне обещали, — резонно заметила Саманта. — Всё не так просто, как вы полагаете. Думаю, я нашла ваше «не знаю что». И вас действительно беспокоит состояние Рики. А вот, собственно, отношения с ним интересны, как прошлогодний снег. Всё понято и давно в прошлом, но достаточно того, что в это верят все остальные, а главное — Юпитер. Прекрасное прикрытие, чтобы покинуть Амои. Позавчера я была уверена, что вы обратились по адресу. Вчера — что вам больше подошли бы программисты «Deegers» или «Kaggle», специалисты по машинному обучению, но сейчас я снова уверена, что вы сделали единственно правильный и максимально безопасный выбор. Ясон, накинув пиджак, зябко поёжился, хотя в комнате и было тепло: — Все мои контакты под строгим контролем. Я не смог бы скрыть от Юпитера обращение к специалистам по искусственным интеллектам. «ПсихоЛогос» не использует современных методов, и мой визит сюда не вызовет подозрений. Просто очередная причуда: Ясона Минка волнует состояние психики его игрушки. Девяносто шесть процентов, Саманта. Ночь ваша, но утро — моё. Надо улетать и, не скрою, этот момент мне помогли осознать вы. Рискнуть собой я готов, но дело не только во мне. До завтра, я всю ночь на связи. Блонди быстро поднялся и, кивнув на прощание, вышел, оставив её наедине с мыслями и огромным клубком информации, который предстояло распутать.