СУДЬБА

После разговора с Чонгуком, Лин перестала выходить с ним на пробежки. Она нашла другой маршрут, углубившись внутрь парка. Вокруг искусственно созданного озера, была проложена дорожка, по краям которой высадили невысокие кусты. Дышалось здесь легко, людей по утрам не было, лишь одинокие прохожие, спешащие на работу. Чтобы заглушить кишащие мысли в голове, девушка включала аудиокнигу в телефоне, и бежала. Иногда это не помогало, мыслей было очень много, отчего Лин злилась на саму себя. Так случилось и сегодня, с самого пробуждения девушка не находила себе места. В голове топтались мысли о предстоящей поездке на гастроли её брата. Но ведь дело в том, что думала она не только о расставании с ней младшего братишки, ей не давала покоя ссора с Чонгуком. Хотя, что ей переживать всё, что хотела она ему сказала, выбор был за ним. Но даже такое умозаключение её не успокаивало. После пробежки легче ничуть не стало. Зайдя в душ, Лин с ужасом обнаружила, что по всему её телу рассыпалась мелким песком аллергия. — Чёрт, угораздило же меня. Девушка выругалась, злясь на себя, ведь если быстро не принять меры, то в квартире можно застрять на неделю. Все лекарственные препараты ей были выписаны ещё в Японии, она только пополняла их запас, когда те заканчивались. Быстро выпив таблетку и приняв душ, она обнаружила, что крем, которым нужно было обработать тело, закончился. Как же она про него забыла. Взяв телефон в руки, Лин вспомнила, что «девушка» уехала на неделю в Японию, по своим делам, сестра не сможет сейчас к ней приехать. Оставался только Шуга. Но как просить парня обработать ей тело это, по меньшей мере, неловко. Хотя он видел её в нижнем белье, а ситуация безвыходная. Подумав ещё минуту, девушка набрала номер. — Слушаю, Лин, что-то случилось? — Привет Юн. Если ты не очень занят, сможешь ко мне подойти, минут на 15. Только нужно прямо сейчас, и никого с собой не бери. — Что за срочность такая? Мы собираемся, поздно ночью вылетаем. — Увидишь меня и сам поймёшь. Зайди в аптеку, купи крем, я скину название. — Хорошо. Шуга пришёл через 20 минут. Лин за это время успела найти своё самое лёгкое платье, которое комфортно ложится по телу и не даёт ткани тереться о тело. С себя пришлось всё снять, а платье было полупрозрачным. Но стесняться и смущаться, не было времени. — Не смотри на меня. Девушка спряталась за дверь, пока брат разувался. — Что случилось, ты мне объяснишь? — Да, проходи в мою комнату, я за тобой. Юнги прошёл в спальню сестры, остановился у кровати, хотел повернуться. — Не поворачивайся, пока. Я сейчас быстро объясню, и мне нужна будет твоя помощь. Только не злись, пожалуйста, мне больше некого позвать. Если ты мне не поможешь, то я застряну в квартире на неделю, а может и больше. — Я не злюсь, Лин, говори, что случилось. — У меня аллергия, высыпания по всему телу, если не намазать кремом, который ты принёс, будет чесаться, от этого образовываются плотные корочки и, с ними бороться уже сложнее. Я смогла бы сама, но на спине, до позвоночника не достаю, поэтому мне твоя помощь нужна. — Тогда садись на кровать или на стул. Юнги попытался повернуться, но Лин придержала его за плечи. — Юн, только не пялься на меня, мне и так неловко, что приходится обнажаться перед тобой. — Всё, что мне было интересно, я уже видел. Об остальном можешь не переживать. Лин обошла брата и села на кровать в позу лотоса, опустив с плеч платье, до самой талии. — Почему? У Юнги кроме этого вопроса ничего в голове больше не было, настолько он был удивлён зоной поражения. — Что почему? Не поняла вопроса девушка, повернув к брату голову. — Почему она у тебя вдруг, проявилась, сегодня? Размазывая по спине и легонько втирая крем, Юнги боялся сделать больно. Проводя подушечками пальцев по каждому мелкому шрамику, у него останавливалось на миг сердце. Увидев протянутую руку, он передал тюбик сестре, выдавив себе на ладонь ещё небольшую порцию. — Потому что я нервничала с самого утра, потом смогла успокоиться, но было уже поздно. — Зачем нервничала? И разве от нервов может проявиться аллергия? — У меня может. А нервничала, потому что ты уезжаешь, и я на две недели остаюсь одна. Лин размазала крем по рукам, переходя на грудь и живот. Ей нужно было встать, чтобы покрыть кремом шею, ноги и ягодицы. — Юн, ты всё со спиной? — Да. — Тогда отвернись, мне нужно встать. — Я пойду, руки вымою, а ты потом в кухню приходи. Юнги вышел из комнаты, а Лин быстренько скинув платье, обработала остальные части тела кремом. Нужно было немного времени, чтобы он впитался, но у девушки не было этого самого времени, поэтому она, накинув платье обратно, помчалась в кухню. Юнги уже вскипятив чайник, наливал кипяток в две чашки. Услышав шорох, повернулся, но услышал возмущённый голос нуны. — Не смотри на меня. — Да не смотрю я. Чего ты так боишься, оделась ведь. — Это единственное платье, которое я одеваю при аллергии, но оно прозрачное. — Я повернусь, но смотреть буду на лицо, согласна? — Да. Поворачивайся. Лин частично спряталась за островной стол, и большая часть её тела была закрыта им. Шуга протянул сестре чашку с кофе. — Я не знал, как ты любишь, добавил молока и сахара. — Именно так я и люблю. Отпивая из своей чашки, Лин, глядя на брата сказала. — Спасибо, что помог. — Спасибо, что нашлась. Теперь у меня есть о ком заботиться. И, я не отстану от тебя, пока ты не расскажешь мне всё, что случилось с тобой за эти годы. — Я надеюсь, ты это не сейчас хочешь услышать? Девушка вопросительно посмотрела на парня. — Нет, конечно. Мне пора, а то искать будут. Я только Гуку успел сказать, куда ушёл, но не уверен, что он услышал. И не нужно нервничать из-за нашего отъезда, мы ведь не навсегда уезжаем. — Хорошо, я не буду. Отозвалась Лин, проходя следом за братом в прихожую. Юнги обулся и, не предупреждая, нежно обнял сестру. — Я люблю тебя, нуна. Отвечая на объятия, девушка прижалась щекой к щеке брата. — Я тоже тебя люблю, очень. Шуга ушёл, Лин поплелась в кухню, но не дошла, в дверь позвонили. Она, не глядя в глазок, открыла, думая, что это братец забыл у неё что-то. А увидев на пороге Чонгука, попыталась быстро захлопнуть дверь, но не успела, он прошмыгнул в прихожую и уставился на девушку. Она же, схватив его за плечи, развернула лицом к стене, прошипела. — Не смотри на меня. Как ты здесь оказался? Хватка девушки была крепкой, и Гук, попытавшийся повернуться, не смог этого сделать. Лин намертво держала его за плечи. — Чон, отвечай, что ты здесь делаешь? Поняв, что не вырвется из цепких рук девушки, Гук со вздохом ответил. — Я видел, как хён пошёл в аптеку, а потом к тебе. Подумал, что с тобой, что-то случилось. Мне нужно было тебя увидеть. — Увидел? Теперь топай обратно. — Нет, Лин, не прогоняй. Я не хотел уезжать, не помирившись с тобой. — А я с тобой не ссорилась. — Так не ссорилась, что стала избегать меня, на пробежки перестала приходить. — Я хожу, только бегаю в другом месте. — Прости, если я тебя обидел. Обещаю, что больше не буду ничего спрашивать о твоём прошлом, только давай, как раньше. На пробежки вместе, и кофе, наши с тобой беседы. Я не буду претендовать на большее, если ты этого не хочешь, только оставь всё по-старому. Голос Гука дрогнул, а у Лин перехватило дыхание, глаза наполнились слезами, руки задрожали и ослабили хватку на плечах Чона. — Если ты дашь слово, не поворачиваться, я отпущу, у меня руки устали тебя держать. — Я согласен. — На что? Не поняла Лин, поднимая голову и глядя в затылок Чонгуку. — Согласен не поворачиваться. — Хорошо. Девушка отпустила плечи парня. — Мы можем пройти внутрь квартиры? Гук с надеждой спросил, закрывая глаза. — Нет, не можем. — Почему? — Потому что более плотную одежду я сейчас не могу носить, а то, что на мне надето слишком прозрачно. Поэтому ты и стоишь спиной ко мне. — Что с тобой случилось? В голосе Чона послышались нотки беспокойства. — У меня аллергия, сыпь по всему телу. Юнги принёс мне крем, теперь будет всё в порядке. У Гука зазвонил телефон, он вытащил его из кармана брюк, отвечая на звонок. — Да, я уже иду. Да. Джин-хён, я же сказал, иду. Отключив телефон, Чонгук попросил. — Лин, если я не могу повернуться, ты можешь дать мне свою руку? — Зачем? Спросила девушка взволнованно. — У меня для тебя кое-что есть. Она сделала шаг к Гуку, почувствовав, как от его спины идёт тепло, захотелось прижаться, обнять, и никуда не отпускать. Отогнав от себя непрошеные мысли, Лин протянула руку, между торсом и локтем Чонгука. Он, еле касаясь руки, раскрыл ладошку девушки, вложил в неё продолговатый предмет. Зажал все пальчики в кулак, отпустил. Посмотрев, что в ладошке, Лин спросила. — Что здесь? — Ты говорила, что под мои каверы, тебе хорошо спится. Я записал ещё несколько. Пусть спится ещё лучше. У девушки перехватило дыхание. Он позаботился о ней, услышав, что она хорошо засыпает под его голос, записал ещё. Тут уж слёзы не вынесли своего заточения, побежали по щекам. Лин, сама от себя не ожидавшая, обняла Гука со спины, уткнулась ему между лопаток лбом. — Гук, спасибо тебе. Казалось, он дышать перестал от такой выходки девушки. Накрыв своими ладонями, маленькие ладошки Лин, наслаждался выпавшим ему моментом, откладывая это в своей памяти. — Не за что. Можно мне иногда тебе звонить? Девушка убрала свои руки от парня, и он с сожалением выдохнул. — Звони, хоть каждый день, как только будет свободное время. — Спасибо. Гук улыбался он, наконец, вздохнул с облегчением, осознавая, что Лин его простила. — Тебя заждались, наверное. Иди Гук. Удачного вам выступления. И до встречи, через две недели. Чонгук кивнул в знак согласия, открыл дверь и вышел. Лин, закрыв за ним, опустилась на пол, обхватив руками голову начала беззвучно плакать, то ли от переполнявших её сердце эмоций, то ли от счастья, она сама не понимала. Две недели, для девушки тянулись очень долго, ей звонил Юнги и Чонгук, когда было свободное время. Чон писал смс с вопросами об аллергии, присылал фотографии с тренировок и интервью. Брат же сухо осведомлялся о здоровье, говорил, что скучает и нужно опять работать. Он попросил, чтобы к его приезду Лин постаралась организовать встречу со средней сестрой. С того времени как Юнги встретился со старшей, среднюю, не видел ни разу. В день приезда парней Лин себе места не находила, она ждала Шугу, но ни он, и ни кто из парней, не то что не пришли, даже не позвонили. Девушка шла с тренировки через парк в расстроенных чувствах, ей очень хотелось увидеться с кем-нибудь из группы, чтобы быть уверенной, что с парнями всё хорошо. Уже дойдя до своего подъезда, она увидела знакомый силуэт. — Чонгук, что ты здесь делаешь, в такой поздний час? Парень, проигнорировав вопрос, задал в ответ. — Это я у тебя должен спросить, где ты в такое позднее время была? Лин, подойдя ближе, не сдержала своего порыва, обвила руками поясницу Чонгука, прижавшись к нему, положив голову на грудь. — Я рада тебя видеть. Чон приобнял девушку за плечи, не веря своему счастью. — Я тоже скучал. Лин почувствовала учащённое сердцебиение Гука, отстранившись, чтобы не искушать парня, она взяла его за руку и повела в подъезд. — Пойдём, я тебя хотя бы чаем напою. *** А через два дня Шуга собрал всю компанию на прогулку в парк. Лин предупредила сестру, чтобы та пришла вместе с племянником. Нашли самое тихое место, расселись по скамейкам, и наперебой обсуждали гастроли, интервью на телевидении и радио. Кому что понравилось, и как всё прошло. Шуга, повернувшись в сторону, увидел идущую в их сторону девушку за руку с мальчишкой. Он узнал сестрёнку, отошёл от компании на несколько шагов, расставил руки в стороны, приглашая в объятия. Парк пронзил истошный вопль. — Юнгииии… Отпустив руку сына, Юна, побежала со всех ног к брату, запрыгнув на него, как обезьяна на пальму, она, не переставая целовала глаза, брови, щёки, лоб, повторяя одно и то же. — Мой младшенький, мой любименький. Шуга прижимал сестру к себе, говоря ей. — Нуна-Юна, я скучал, я очень скучал. Лин пустила слезу, но только после того, как взяла любимого племянника в объятия. Гук тут же оказался рядом, подал платок и улыбнулся. Через минуту, Тэмин не выдержал, подошёл к матери, подёргал её за край платья. — Мам, ну хватит себя вести так, будто ты малолетняя фанатка. Парни заржали все разом, получилось громко. Шуга поставил сестру на ноги, и наклонился к племяннику. — Я так понимаю, ты у нас Тэмин, мой племянник. — Всё верно, дядя Юнги, здравствуйте. Мальчик протянул ладошку для приветствия, компания на скамье, замычала в знак уважения. Шуга пожал руку малышу, как взрослому мужчине. — Сколько же тебе лет, Тэмин? — Девять, но очень скоро будет десять. Юна, стоявшая рядом, улыбнулась. — Ага, скоро, через семь месяцев, в декабре. Все заулыбались, а Тэхён вскочив со скамейки, и подбежав к мальчику, затараторил. — Надо же, мне тоже день рождения в декабре, и имена у нас с тобой похожи, если сократить. Тэмин невозмутимо выслушал Ви. — Я знаю Тэхён-хён, день рождения у нас с тобой в один день, и я тебя всегда вспоминаю. — Какая прелесть, я теперь тоже тебя буду вспоминать. Пошли со всеми знакомиться. Тэхён подвёл мальчишку к бантанам, и познакомил со всеми, пока его мама обнималась с братом, и тихо о чём то беседовала. Чимин, как всегда, не выдержал, спросил у мальчика. — Тэмин, а у тебя есть любимая музыкальная группа? — Конечно, есть Чимин-хён, это ваша. Но я чаще танцую под ваши песни вместе с тётей Ю Лин. — Так ты тоже наш фанат, как и твоя тётя? — Да, это она меня научила танцевать, и песни мне ваши давала слушать. — А кто нравится больше всех? Не унимался Чим, чем веселил большую компанию. — Ты не обижайся Чимин-хён, но больше всего мне нравится Хосок-хён. Ты тоже, но немножечко меньше. — Ну, спасибо, Тэмин, я польщён. Придётся взять тебя на одну из репетиций. Хосок подошёл к мальчику, пожал ему руку. — Обещаешь? Мальчишка с надеждой заглянул в глаза парню. — Честное бантанское. Улыбнулся Хосок, приставляя к козырьку бейсболки несколько пальцев. Юна, наконец, отлипла от брата, Шуга, шепнув ей, что-то на ухо, подвёл ближе к компании. — Ребят, познакомьтесь, это ещё одна моя любимая сестрёнка Мин Юна. Самая шумная была в семье, да и во дворе тоже. Её боялись не только мальчишки, но и кошки с собаками по струнке ходили. — Ну, ты нашёл, что вспомнить. Юна, в шутку ткнула брата под рёбра. — Тебя любила только малышня, которую ты охраняла и оберегала, как тигрица. Юнги хохотнул. — А нечего, мелких обижать. Тэмин подождал, пока стихнут восторженные и удивлённые возгласы, негромко сказал. — Её и сейчас боятся все мальчишки в нашем дворе. А в приюте, дети домой не хотят отпускать. — Серьёзно, что ли? Шуга посмотрел на сестру, улыбаясь. — Да, есть такое. Разговор прервался телефонной трелью. Лин, отойдя немного в сторону, ответила на звонок. — Ты приехала? Я в парке. Где, я тебя не вижу. Чонгук стоявший недалеко от Ю Лин, тронул её за плечо, и показал рукой на идущую, быстрым шагом девушку и машущую обеими руками, чтобы её заметили. Лин побежала ей навстречу, обнимая подругу. Подойдя к компании, она обратилась ко всем сразу. — Парни, похоже, что сегодня день знакомств. Вот, познакомьтесь, моя девушка, то есть, простите, моя подруга. Самая близкая и самая любимая Ли Сун. Перезнакомив со всеми парнями «девушку», Лин подвела её к брату. Она говорила тихо, чтобы слышал только Шуга. — Юнги, эта девушка, вместе с командой хирургов, вытащили меня с того света. Парень поприветствовал девушку, спросив разрешения ненадолго увести её от компании. Она согласилась, Юнги неспешно повёл её вглубь парка. Лин повернулась к парням лицом, сразу же заметив, как рядом оказался Гук. Они переглянулись и улыбнулись друг другу. Юна оторвалась от разговора с Тэмином и Хосоком, подошла к сестре, взяла её под руку и они отошли на несколько шагов. — Ю, у тебя намечаются отношения с Чонгуком? Юна всегда спрашивала в лоб, никогда не ходила вокруг да около. — С чего ты вдруг это взяла? Лин недовольно сверлила сестру. — С того, что он глаз с тебя не сводит, и старается быть ближе всех к тебе. — Я знаю, что нравлюсь ему. Но это ничего не значит. — Как так, не значит? — Юна, что ты от меня хочешь? — Хочу, чтобы ты призналась самой себе, для начала, что неравнодушна к нему. — Сестрёнка, я давно себе в этом уже призналась. Но отношения, просто невозможны. — Да почему же? Не унималась Юна. — Потому, что мне тридцать, а ему всего двадцать два. Потому, что я уже была замужем, а у него, возможно, это первые отношения. Потому, что у меня огромный букет заболеваний, с которыми я борюсь, по сей день. И скажи мне, зачем весь этот мешок проблем, взваливать ему на плечи? Лин тихо, но с раздражением, выдала сестре свой невесёлый монолог. — Ладно, успокойся, я не хотела тебя задевать. Прости. Сёстры обнялись, прося друг у друга прощения. Вернулись Юнги с Ли Сун, присоединились ко всей компании. У Лин пропало настроение, и она собралась пойти купить кофе и немного проветриться, обдумывая свои чувства. Спросив, кто ещё хочет и, получив заказ почти на всю группу, девушка развернулась в направлении кофейни. — Лин, я с тобой. Ты всё равно не донесёшь всё сама. Гук подбежал к девушке, беря её за руку. Она остановилась, поворачиваясь к парню и показывая на руки. — Чон, сейчас не самый подходящий момент проявлять свою симпатию. — Согласен, но ты почему-то нервничаешь, и руку я не отпущу. Тебе не понравились, слова Юны? Девушка снова остановилась, заглядывая в глаза парню. — Ты всё слышал? — Нет, не всё. Но достаточно, чтобы понять, почему ты разнервничалась. — Чёрт. Выругалась достаточно громко Лин, вырвала руку из ладони Чонгука, и быстрым шагом ушла далеко вперёд. Догнав девушку, Гук снова взял её руку, в свою. — Мы ушли вместе и вернёмся вместе. Ты можешь не разговаривать со мной, если тебе от этого легче. И тут её прорвало, остановившись и обняв Гука за поясницу, Лин уткнулась лбом в его солнечное сплетение. Зарыдала навзрыд, Чон не успел ничего сообразить, только обнял одной рукой за плечи и прижал к себе, а второй гладил по волосам, успокаивая. Его сердце бешено колотилось от близости с Лин, руки тряслись. Он мысленно умолял небеса, чтобы девушка ничего у него не спросила, он знал, что голос его задрожит в самый неподходящий момент. Через какое-то время Лин стала успокаиваться, Чонгук тоже взял себя в руки. Наклонившись к девушке, Гук спросил. — Где платок, который я тебе сегодня дал? Лин полезла в сумочку, не поднимая головы. Достала платок и стала вытирать глаза. Чон поднял за подбородок лицо девушки, отобрал платок, развернул его, и начал легко вытирать вокруг глаз, промакивая, в особо покрасневших местах. Он боялся дышать, глядя на красные, заплаканные глаза и припухшие губы. А у Лин в голове было совершенно пусто, она в этот момент не понимала, что делает. Только её глаза сверлили лицо Гука. Он наклонился ниже к лицу девушки, глядя в глаза. Когда Лин осознала, что хочет сделать Чон, она отпрянула. — Нет, Гук, не смей. Он выпрямился, расстроившись, что поцелуй не удался. — Если ты не хочешь, я не буду. Но запомни, я терпеливый. Девушка поняла, что разговор с сестрой он всё же слышал. Схватив парня за руку, она потащила его к кофейне. — Пошли, нас уже заждались, наверное. И, я запомню, что ты сказал. Только ты тоже запомни, я очень упрямая и настырная. Не переставая шагать вперёд, Лин повернула голову к Чонгуку. — Спасибо, что ни на чём не настаиваешь, и ничего не спрашиваешь. Я обещаю, когда-нибудь, я тебе расскажу. Гук сжал ладошку девушки, говоря этим, что он её услышал. Они купили кофе, вернулись ко всей компании, и вели себя как будто, ничего не случилось. Остаток дня и вечер прошёл как нельзя лучше. Юна засобиралась домой, и стала прощаться со всеми, в это время Хосок подошёл к Шуге, что-то шепнул на ухо. Юнги кивнул, в знак согласия, тепло попрощался с сестрой и племянником. Хосок повернувшись к Тэмину, спросил. — Ты не против, если я провожу вас с мамой, домой? У мальчишки загорелись глаза от счастья. — Я нет, мам можно? Юна улыбнулась сыну, подняла взгляд на Хосока. — Конечно можно, почему нет. Тэмин взял за руки обоих, и они пошли на выход из парка, помахав всем на прощанье. Юнги переговорив с лидером, подошёл к Лин. — Сестрёнка, я надеюсь, тебя есть, кому проводить. Потому что я иду беседовать с твоей «девушкой». Лин улыбалась брату, косясь на подругу. — Она, что ещё не все мои секреты выдала? Подруга улыбнулась в ответ своей «девушке», а Юнги подмигнул. — Если она мне не расскажет всё до последнего словечка, я буду её пытать. Ли Сун и Лин захихикали в ответ. Шуга и Сун попрощались со всеми и тоже покинули компанию. Джин с сожалением вздохнул. — Наши ряды редеют. Намджун, обведя всех внимательным взглядом, предложил разойтись по домам, на что все дали согласие. Лин попрощалась с парнями, пожелала всем спокойной ночи, повернула в сторону дома. Чон лишь кивнул Чимину, давая понять, что он идёт провожать Лин. Чим кивнул в ответ, направляясь с остальными парнями в общежитие. Гук снова взял девушку за руку, Лин не сопротивлялась. Сегодня был долгий день, на протесты и возмущения, просто не осталось сил. Шли молча, держась за руки. Гук косился на девушку, пытаясь определить, о чём она думает. Он надеялся, что Ю Лин пригласит на чай, и его надежды оправдались. — Хочешь зайти? Девушка заглянула в глаза парню, ожидая ответа. — Хочу. Какую он преследовал цель, сам не знал, но остаться с девушкой наедине, очень хотелось. Чон ни разу не мазохист, сидя в кухне, наблюдая за Лин, он всем своим существом чувствовал безграничную тоску. Тонкие пальчики ловко справлялись с чайником и чайными чашками, большую часть ладошек скрывали рукава платья. Чону до боли в челюсти, хотелось взять в свои руки маленькие ладошки девушки, и зацеловать каждый пальчик. Парень, от такой реалистичной картины, прикрыл глаза, нервно выдыхая. — Гук, что с тобой? Голос Лин заставил Чонгука вернуться, с небес на землю. Он открыл глаза, встречаясь с девушкой взглядом. — Всё в порядке, я просто задумался. Чон улыбнулся, отхлёбывая чай из своей чашки. Лин недоверчиво поглядывала в его сторону, не подозревая, что, как только она отворачивалась, Гук проходился взглядом по всему телу девушки. Она чувствовала, как бегают «мурашки» по её спине, и в голову закрадывались мысли, о том, что. Если ещё немного времени она пробудет с Чонгуком наедине, может случиться то, о чем Лин пожалеет. — Лин, пять минут назад этого у тебя не было. Гук протянул к девушке руку, слегка касаясь, чуть ниже подбородка. Девушка отпрянула. — Что там? — Я не знаю, как сказать. По-моему это красные пятна, похожие на… — …аллергию. Продолжила Лин, срываясь с места. Добравшись до ванной комнаты, девушка расстегнула несколько пуговиц спереди платья, на груди. Сомнений не было, это было то, что она только что озвучила. Но сегодня, сейчас, она благодарила так вовремя, высыпавшие красные точки. Значит, Гука выпроводить восвояси будет легче, и совесть не замучает. Вернувшись в кухню, девушка виновато посмотрела на Чонгука. — Гук, прости, но тебе придётся уйти. — Я уже понял. Помощь не нужна? Лин отрицательно покачала головой. Чон направился в прихожую, девушка следом. На прощание Гук взял руку Лин, развернул ладошкой вверх, поцеловал в самый центр. — Спокойной ночи, «пёрышко». Улыбнувшись на своё прозвище, которое ей дал Чонгук при первой встрече, девушка ответила тем же. — Спокойной ночи, Гук.