Зелья, Балет, Магия

      Все было прекрасно. После той ночи разоблачения, Гермиона нашла свое успокоение как душевное, так и телесное в руках двух женщин.       Любая ночь, проведённая на их ложе, оставалась у Гермионы в голове на долгое время. Правда были и небольшие минусы: приходилось скрывать засосы, оставленные пылкой Беллатрикс, за воротниками блуз и свитеров, иногда даже ходить было больно. И не потому, что она занималась балетом.       Грейнджер была бы самой настоящей дурой, если бы сказала, что ничего не изменилось.       Изменения были настолько сильными, что Гермиона не успевала даже наслаждаться ими в полной мере. Разумеется, ночные походы она не упускала.       Зато на балете пришлось временно поставить крест, потому что Нарцисса настаивала на полном выздоровлении Гермионы. Беллатрикс же поддержала сестру:       — Малышка, сама посуди: ты опять будешь измотана. И будешь уставшей для других более приятных вещей.       После этого Гермиона сдалась, но пуанты и пачку далеко не убирала.       Кто был в полном восторге от сложившегося, так это Панси. Брюнетка не переставала пошло шутить, упрашивать Гермиону поделиться опытом и рассказать ей, как прошла её ночь, а на уроках зельеварения с хитрой улыбочкой и невинным взглядом заставлять и без того нервную Мио переживать.       Однако Панси ошибалась, думая, что в их троице только Беллатрикс способна на наглое соблазнение. Она не была и в половину права. Бесспорно, Беллатрикс имела свою долю очарования даже в своём каком-то маниакальном желании оставлять на шее Гермионы почти чёрные синяки, но у неё был конкурент.       Нарцисса.       Во время уроков это было приветливо-уважительное отношение, продиктованное профессиональной вежливостью и этикетом, однако когда у неё получалось уличить момент и остаться с Грейнджер наедине, в ней просыпалась то, что так хорошо было спрятано. Мионе порой хватало просто её взгляда, чтобы насквозь промокнуть и зардеться, потому что именно таким взглядом была награждена слизеринка всякий раз, когда после проявления инициативы, Блэк оставалась довольна. Нарцисса, стоило девчонке замешкаться с сумкой, могла наплевать на все правила поведения и заставить Гермиону покраснеть сильнее, чем самая яркая помада Беллатрикс.       Она не была ханжой, нет. Ей доставляло удовольствие знать, что её хотят, однако справиться с лёгким стыдом, страхом быть пойманными с поличным заставляли её краснеть и взвинчиваться.       Однако что было куда интереснее и многогранней секса, так это отношения. После первой ночи, заставляя размякшее обласканное тело двигаться, Гермиона предприняла попытку уйти, ибо рассчитывала, что это было увлечение, просто одна ночь. Всего лишь приятное времяпровождение. Однако четыре руки, пригвоздившие её к кровати, дали ей понять, что от неё не собираются избавляться. И, конечно, дали понять в самых сладких и приятных действиях.       Были сложности.       Например, Беллатрикс обладала весьма вздорным нравом, и она могла на самое мелкое замечание отреагировать настолько бурно, что начинаешь задумываться о том, а не лучше ли заткнуться. Нарцисса, словно ей в противовес, была спокойна и регировала на разного рода события почти одинаково — спокойно, расчетливо и в то же время можно было понять, нравится ей это или нет, или ей вообще плевать. Можно было сказать, что Белла походила на гордую львицу, а Нарцисса на спокойную змею.       Нрав Гермионы оказался ближе к Беллатрикс. Она не была такой уравновешенной, как Цисси, однако и такой взбалмошной как Белла не была. Однако и чем-то средним тоже. Она вступала как в магические, так и в словесные перепалки с Беллатрикс, напрочь игнорируя Нарциссу, которая пыталась всех успокоить, а могла и внять её словам, отступая. Беллатрикс же всегда держалась своей идеологии — сражение.       Были и мелкие сложности. Например, Беллатрикс обожала всей душой чёрный, зелёный и серебряный цвета. Нарцисса предпочитала более нежные оттенки мятного, синего и бирюзового. И была Гермиона, которой каждый раз горело в одном месте вставить свой любимый темно-красный цвет.       Это приключилось во время летних каникул, которые Гермиона согласилась провести у Нарциссы и Беллы в доме. Беллатрикс украшала летнюю веранду белоснежными цветами, Нарцисса там же нежно-голубыми. А Гермиона составляла букеты из ярких жарков.       — Ну вот куда ты их! — возмутилась Беллатрикс, когда Гермиона установила один букетик под её лозами. — Они же не вписываются!       — А по мне — вписываются. — настаивала Гермиона.       — Овцы, ей богу. — комментарий Нарциссы заставил всех троих прыснуть от смеха, и таким образом конфликт был улажен.       На одной чаше весов располагалась воинственная Беллатрикс, на другой её противоположность Нарцисса.       А в середине была Гермиона, изучающая Зелья с Нарциссой, занимающаяся Балетом и практикующаяся в Магии с Беллатрикс.