Шрамы на память

      Взмахнув палочкой, я все же отменила свое заклинание. Состряпанное на коленке еще много лет назад, во времена моей юности, оно было как раз кстати, чтобы успокоить зажатого Гарри. Конечно, он уже давно не напоминал того мальчишку, что стоял за своим кузеном в доме Дурслей, все больше напоминая мне… Джеймса.              Смотря на Гарри было трудно этого не заметить. Они, как две капли воды, выделялись в толпе, даже не имея каких-то ярких на то черт. И дело было не в том, что так видела только я, просто Гарри и Джеймс излучали радость и веселье одними только глазами, а у моего племянника они, к тому же, были очень красивыми.              В них я не видела Лили.              Только «Аваду», ее сразившую.              Наверное, от такой большой схожести Поттера-старшего и младшего я пыталась оберегать Гарри, как зеницу ока, пыталась наладить с ним связь и всячески задобрить с того времени, как впервые за долгое время увидела.              Искупить вину перед братцем уже никогда не выйдет.              Прости меня, Джеймс.              Прости меня, Лили.              Простите, мама и папа.              Прости меня, Сириус…              Пальцы крепче сжали палочку. Будто отмерев от кошмара, я воровато оглянулась, сунув ее обратно в рукав мантии. Рядом сидящий Северус тяжело вздохнул, я только через пару секунд поняла, что он все время смотрел то ли на Драко, то ли на Гарри.              — Думаешь, ему было бы лучше на Слизерине? — я не назвала имени мальчишки, но Снейп меня прекрасно понял, тут же нахмурившись.              — Меня беспокоят взгляды старшекурсников. Они, как стервятники…              Действительно. Прекрасно зная, на чьей именно стороне был отец Драко, они выжигали на нем клеймо «сынка предателей и убийц». Помнится, похоже смотрели на Сириуса, когда он только поступил на Гриффиндор. Но рядом с ним всегда был Джеймс, вскоре кровью и потом отстояв право Сири есть с «друзьями» за одним столом. Я даже слышала, что на него не раз покушались в общей душевой, коридоре и спальнях, но до колдмедика дело не доходило.              Надеюсь, Гарри поступит подобно своему отцу, не предав пока единственного друга. А если нет… Верить в плохие поступки племянника не хотелось, но он был ребёнком со своими понятиями и мыслями. В будущем он может сомневаться, но пока-то мы все еще в настоящем. Поэтому я и Снейп в любом случае поможем Драко, если что досрочно переведем его к Слизням. Все же такие прецеденты уже были…              Но. Гарри все еще самый светлый ребёнок в моих глазах, поэтому о плохом думать я, пожалуй, не буду.              Дамблдор встал с места как раз тогда, когда я хотела что-нибудь ответить Северусу. Я заинтересованно глянула на его спину, закрытую слепящей глаза мантией. Он, как всегда «ярок», расставил руки по сторонам, словно собираясь с силами. Поморщившись, я уже приготовилась закрывать уши, но, вот, незадача: я была профессором, это выглядело бы не профессионально.              Ладони соприкоснулись, казалось, оглушив весь Большой Зал в одно мгновение. Все растеряно уставились на старого лиса, просто использовавшего Силенцио, добавив визуальных эффектов. Фокусник, но это даже забавно.              — Дорогие друзья, минуточку внимания… распределение подошло к концу, поэтому вам стоит послушать то, что я сейчас скажу, — опустив одну руку на седую бороду, Альбус довольно улыбнулся. — Профессор Квиррелл будет вести ЗОТИ и магловедение в этом году. Пожалуйста, отнеситесь к этому с пониманием.              Названный неуклюже встал с места, склонил голову, чуть не уронив тюрбан на стол, и плюхнулся на место. Он сидел рядом, поэтому я отчетливо видела неловкий румянец, засевший на его щеках. Казалось, что даже скрытая нелепой «шапкой» лысина стала алой.              — А так же… впрочем, это вам расскажет профессор Макгонагалл.              Минерва поднялась только после секундной заминки, словно и не хотела этого делать. Может, новость не самая приятная? По крайней мере, на собрании преподавателей ничего серьёзного не объявили. Если Альбус так захотел пошутить над всеми, то у него вышло не очень.              — Здравствуйте, дорогие студенты, старшекурсники и первокурсники. Я работаю в Хогвартсе уже больше пятидесяти лет. И я горда занимать должность заместителя директора и декана Гриффиндора. Под моим началом выросло не мало одарённых студентов…              Я согласно улыбнулась. Чего только стояли Мародеры — все до единого с особенностями, конечно, в сторону изобретений и хитростей. Макгонагалл и для меня значила нечто большее. Помню, что в школьные годы нередко присылала ей рождественские подарки и ловила благодарные улыбки в ответ. После становления мной анимагом именно Минерва, обходя запреты, помогла мне лучше овладеть своей звериной формой. Конечно, после этого я все растрепала о мальчишках. Минерва была похожа на строгую тетушку, которая внутри мягка и заботлива.              — Но я, к сожалению, не молодею. Число учеников Хогвартса растет с каждым годом, боюсь, что деканство тратит слишком много моих сил. Поэтому я и мистер Дамблдор приняли решение о принятии на эту должность Авроры Поттер.              На стол бы вылился тыквенной сок, потому что я бы обязательно подавилась, услышав это заявление. Шок отразился на моем лице, удержать обычное выражение было невозможно.              Что?              Я — декан?!              Сглотнув, я все же встала с места под одобрительными взглядами Альбуса и Минервы. Ученики захлопали сначала настороженно, после уже более оживленно. Каждый удар рук набатом отдавал в мозги, заставляя коленки начать трястись, как пудинг.              Что за бред.              Я ведь… только и могу, что дуэльный клуб вести. Я даже не преподаватель, если подумать.              Это Альбус так пытался показать мою значимость?              Разве это так?              — Это неожиданно, — пробормотал себе под нос Снейп, когда я все же упала обратно на стул. Рядом сидящий Квиррелл приложил руку к голове, словно спасаясь от мигрени.              Взглядом найдя в толпе Гриффиндорцев довольного, как объевшегося сливками кота, Гарри, я постаралась расслабиться. Теперь приглядывать за племянником было бы проще простого, чего уж говорить про Драко, которого в обиду отдать — себя не уважать.              — А теперь приступим к ужину.              

* * *

             Драко глубоко вздохнул, прежде чем пройти в гостиную факультета за Гарри.              Отец убьет его — это точно. А матушка расстроится.              Драко не планировал становится гриффиндорцем. Воспитываясь в окружении чистокровных семей, он с раннего детства впитал всю значимость своей крови, фамилии и факультета, на который попадаешь — это должен был быть Слизерин и никак иначе. Даже Ревенкло был запасным вариантом в крайних случаях, то есть все, кроме тупиц-Пуффендуйцев и самоубийц-Гриффиндорцев. Отец объяснял все тем, что на Слизерине учились только чистокровные волшебники, что там можно получить много хороших связей и завести друзей равного статуса.              Но Драко был уверен, что Гарри захочет последовать за своей тетей и другой родней.              И мысль, что с единственным верным другом он будет по разные стороны баррикад, его душила. Драко чувствовал себя ужасно, идя на распределение, словно его вели на Поцелуй Дементора без права помилования.              Ох, как же долго он уговаривал шляпу распределить его к Грифам. Как же долго унижался…              И теперь он здесь, в гостиной. В окружении недоброжелателей и злобных взглядов, в окружении врагов без шанса на спасение.              Наверное, его можно было бы назвать храбрецом? Но тело его тряслось, дыхание почти пропало. Драко тенью плелся за Гарри, надеясь, что никто, желающий ему зла, не заметит его, что Драко все же попадет в спальню целым и невредимым, а не опозоренным перед всеми. Он мог и не сомневаться, что какой-нибудь особенно безбашенный старшекурсник захочет проучить «очередного Малфоя», и что Драко с ним не совладает даже при всем своем желании и величии. Конечно, потом отец будет долго и дотошно разбираться с ними, но момент будет потерян, как и честь Драко.              Может, ему было бы лучше на Слизерине.              Прослушав все объяснения старосты, Драко машинально двинулся за Гарри в сторону общей спальни, как кто-то большой и широкий встал у них на пути.              — Стоять. Поттер, а ну-ка, отойди в сторонку. Я хочу побеседовать с крысиным отродьем.              — Не смей говорить так про Драко! — Гарри воинственно вздернул подбородок, подобно своей тете.              — Чего? Сынок Пожирателя — твой дружок? — не понял громила, а после с разочарованием обратился к своим товарищам: — Я разочарован, наш герой совсем и не герой оказался. Якшается со всякими…              — Я все расскажу отцу! — не выдержал Драко, прикрикнув.              — Расскажешь, конечно… если будет чем.              Стоящий в стороне староста сердито нахмурился, уже доставая палочку из рукава мантии, но, кажется, сам не хотел останавливать экзекуцию.              Гарри с Драко сделали шаг назад, когда громила резко вытащил из чехла палочку, направляя ее прямо в лицо Малфою. Он весь сжался, с ужасом смотря на кончик волшебного оружия.              Сейчас ему что-нибудь оторвут. Или ещё похуже.              — Что за бесстыдство.              Абсолютно все дети, стоящие в гостиной, обернулись к узкому проходу. Ужасающе-спокойное лицо Авроры Поттер, их нового декана, не говорило ни о чем хорошем. Она коснулась кончиком пальца душки круглых очков, поправляя их. Блики на мгновение исчезли, позволяя всем вдоволь насладиться ее холодным серебром, навсегда застывшем в глазах.              Громила медленно опустил палочку ниже: против профессора идти было уже не так бесстрашно.              — Я разочарована. Во времена моей молодости факультет славился тем, что каждый в этой гостиной был готов отдать жизнь за друга, да даже за малознакомого сокурсника.              Она стремительно подошла за спины Гарри и Драко, опустив свои руки им на плечи. Драко вздрогнул, словно его ошпарило, даже зажмурился, но ничего не последовало.              Как он мог забыть, Аврора — добрый человек. Так всегда говорил Гарри, но не всегда видел Драко.              — И что я вижу сейчас? Стервятников.              — Профессор Поттер, я хотел остановить их, когда дело дойдет… — Уизли сделал шаг вперёд, заискивающе улыбнувшись, но прервался, внезапно занемев.              — Ты должен был прекратить это еще в зародыше, объяснив детям, как обстоят дела. Но, раз уж я здесь, объяснять буду тоже я.              Драко облегченно вздохнул, когда рука с плеча исчезла. Мисс Поттер резво развернулась, прокрутившись на каблуках сапогов, внимательно смотря, казалось, в глаза каждому из присутствующих.              — Война забрала у каждого что-то важное, — начала Аврора спокойным голосом. — Если не у вас лично, то у ваших родителей. Никто не остался без потерь. Никто не остался нетронутым.              Драко мельком глянул на Гарри. Горечь наполнила его сердце, когда на лице друга появилось печальное выражение. Казалось, что он вспоминает что-то очень, очень плохое. Драко всегда переживал из-за того, что был Малфоем: семья Поттеров пострадала из-за Того-кого-называть-нельзя, и его родители были к этому причастны. Не смотря на все заверения мисс Поттер, что Драко ни в чем не виноват, сомнения все равно посещали его.              Драко ценил свою дружбу с Гарри. Но Драко не мог не думать, что однажды ей придёт конец. Именно тогда, когда Гарри возненавидит его за деяния Люциуса и Нарциссы.              — И все, кто был к этому причастен давно наказан. Либо правосудием, либо временем, — Поттер вздохнула. — Но их дети никогда в этом виновны не будут. Слышите меня, храбрые и дружные Гриффиндорцы? Драко Малфой — не Люциус Малфой, он не был Пожирателем и не служил Воландеморту.              Все присутствующие дети, кроме грязнокровок, вздрогнули, пугливо уставившись на Аврору. Драко открыл от удивления рот: в его семье никто не смеет обращаться к Тому-кого-нельзя-называть никак иначе, кроме «Темный Лорд» даже после его смерти.              А профессор Поттер говорит его имя, как самое обычное, будто имя Гарри или Драко.              — Надеюсь, что вы поймёте это с первого раза. Если я узнаю, что гриффиндорцы более не хотят идти по пути чести и доблести…              Она не закончила, но вязкая тишина, вызванная умолканием ее голоса, ответила на возникший вопрос за нее.              — И минус сто очков Гриффиндору за попытку нападения на первокурсника. А вам, мистер… — Аврора приподняла одну бровь и Драко с удивлением узнал в этом жесте Снейпа. — Мистер Норман, теперь будете помогать Хагриду с уборкой конюшен. Доброй ночи.              Сверкнув короткой улыбкой, Аврора Поттер покинула гостиную факультета. Драко посмотрел на Гарри, не сумев сдержать восторга.              Кажется, мисс Поттер была очень сильной.