Цирк "Небесная арена"

Заинтересованный в любых потасовках, мальчишка шёл на, казалось бы, звуки борьбы. Ну, звуки, отдалённо напоминавшие борьбу, стоило признать. Гона удивляло, как это на территории «Небесной арены» могли случаться потасовки среди работников или артистов, ведь репутация у цирка кристально чистая, но интерес ел его заживо и мальчишка уже побежал, всё ближе и ближе подбираясь к заветному месту. Это оказался один из многочисленных шатров, в котором явно происходил бой не на жизнь, а на смерть, учитывая то, с какой силой звучали шлепки и всхлипы, сокрытые от глаз посторонних тяжелой тканью жилища. — Киллуа! — Громким шепотом воскликнул Гон, приближаясь к другу, который на минутку вздрогнул, не заметив приближающегося друга. — Гон! Откуда ты здесь? Я думал, ты спишь уже! — Киллуа тоже говорил тихо и Гон аж щеку изнутри закусил от нетерпения — кто, где, когда, с кем драка?! — Да я шёл спать и услышал, что где-то здесь кто-то дерётся и решил взглянуть! Хотя бы одним глазком…- Фрикс взглянул на большой шатёр, рядом с которым они стояли. Шлепки и стоны стали на порядок громче и янтарные глазки маленького проныры загорелись ещё ярче. Наивное дитя, чистое в своей невинности… — Ну-ка!.. — Гон закатал рукава, уже готовый попасть внутрь и увидеть кровавую сцену жестокой битвы, о которой только потом и рассказывать истории в тусклом свете костра, но разогнавшегося мальчика быстро остановил Киллуа, выставив перед ним руку и Гон упёрся лбом в неё же. — Эй! Ты чего? — Тебе не нужно туда, Гон. — Почему это? Сам ты, значит, все видел, а мне не разрешаешь даже глазком взглянуть? Обещаю, что я не буду вмешиваться, если ты об этом! — Как-то слегка поникнув, мальчик согласился быть только молчаливым наблюдателем, ведь интерес к источнику хриплых стонов и негромкого скулёжа рос с каждой секундой. За мгновения молчания Киллуа Гону удалось приглядеться внимательнее к шатру — ведь он его уже видел! Это шатёр, в котором он повстречал Хисоку! — Так там что, Хисока с кем-то дерётся? — Спросил уже во весь голос Фрикс, вскинув брови, но Киллуа быстро закрыл ему рот ладонью, подметив, как поутихла возня внутри. Неужели услышали? Тогда крышка им. — Тихо! Там Иллуми с ним… Гон, настолько охваченный восторгом, что не было слов это выразить, отлепил ладошку друга от себя, крепко сжимая её. — Так они дерутся с Иллуми?! Неужели Иллуми настолько сильный, чтобы заставить Хисоку так выть? — Задумавшийся вслух Гон уже не на шутку заставил младшего Золдика заволноваться о том, как бы им двоим не попасть в эту «драку» внутри, зная Хисоку. — Киллуа, пусти меня! Я хочу посмотреть! — Ты идиот, Гон? Я же сказал тебе — нет! — Киллуа уже наплевал на всё. И на то, что теперь вакханалия в шатре поутихла, и, кажется, теперь слушали их двоих. — Да, я идиот! Но я хочу посмотреть как они дерутся! — Да ты!.. — Киллуа резко дернул друга на себя, что-то пошептав на ушко, а когда отстранился, то Гон залился густой краской, охнув. А потом через несколько секунд созерцания Киллуа перед собой он все же решился издать хотя бы звук. — Киллуа, пошли отсюда? — Неуверенно спросил мальчик, до сих пор не в силах уместить сказанное юным Золдиком в голове. Киллуа воровато оглянулся, схватив того за рукав и уведя прочь да побыстрее. Будь Гон чуточку повнимательнее, он бы наверняка поинтересовался, какого лешего делал тут Киллуа, которого он нашел по прибытию сюда, но теперь этого уже никто не узнает. — Если у тебя сейчас дёргается член от того, что ты слышал детские голоса снаружи, то я выбью тебе зубы. — Спокойно поделился Иллуми, насаженный на орган друга до самого основания, сидящий верхом на его бёдрах. Хисока обворожительно улыбнулся, потянувшись рукой и зачесав за ухо выбившуюся длинную прядь чужих волос. — Неужели ты ревнуешь меня к детишкам, Иллу? Ай-яй-яй…- Мужчина глубоко вздохнул, ощутив, как двинул бедрами Иллуми, сжимаясь на его члене и впиваясь ногтями в чужую мускулистую грудь. — Ещё слово и я оторву тебе член. Хисока предпочел не говорить больше ничего, так как его голубка уж больно беспокоилась о том, что её красоту может затмить кто-то вроде невинных детишек, поэтому последующие действия сопровождались только животными звуками, при том довольно громкими. Иллуми неслышно хмыкнул, резво двигая бёдрами, подводя любовника ближе к краю бездны, в которую намеревался столкнуть. Ему, отчего-то, льстило, что его младший братишка оказался у шатра один в такую пору, отлично зная, что тут происходит. Не потому ли сам старший Золдик решился издать несколько едва слышимых стонов, хотя от него добиться звуков все равно, что отучить Хисоку пускать слюни на малолеток? Как знать. Среди неразгаданных тайн человечества будут числиться вопросы о том, почему у Иллуми Золдика вдруг прорезался чудный голосок, и о том, почему Киллуа Золдик оказался у шатра в такую позднюю пору, вполне отдавая себе отчёт в том, какой бой идёт внутри шатра, и о том, что узнал этой ночью бедняга Гон, который теперь не мог уснуть до самого утра.