Привет из прошлого

Баки спешил домой к Стиву. Тот снова болел, и Баки не хотелось оставлять друга в одиночестве, вдруг нужна будет какая-то помощь. Но дорогу ему преградил странный мужчина. Длинные волосы были небрежно собраны в хвост, что уже было очень странным, а вкупе с недельной небритостью вообще делали его похожим на бездомного. И одежда была очень непривычной, похожей на рабочую, но все равно другой. Да и вообще весь этот тип разил опасностью, и Баки хотел бы его обойти, на драку нарываться не было никакого желания, но тип с дороги уходить не хотел. — Баки, — чуть хрипловатым голосом обратился он, отчего у Баки мурашки пробежали по спине, — мне надо, чтобы ты пошел со мной. — Я спешу, — попытался Баки обойти типа, но тот снова преградил ему дорогу. — Это важно, — не унимался тип. — Я хочу отвести тебя к твоей паре. — И откуда вам может быть известно про мою пару? — вскинул бровь Баки, а метка под рукавом на правом предплечье зачесалась. Он уже дернулся было почесать ее, но остановил движение. — Мне вы не знакомы, оставьте меня в покое. — Я — это ты в будущем, — огорошил тип, дергая наверх правый рукав, обнажая предплечье, где тонкими шрамами была вычерчена метка, которая у Баки горела ярко-алым. — Я выгорел, но твоя пара ждет тебя. Не дай выгореть ему. Метка Баки горела уже три года, с тех пор, как ему исполнилось семнадцать, но пара не находилась, поэтому разговор о том, что этот странный тип отведет его к его паре, Баки воспринял странно. С одной стороны, захотелось бежать за этим типом, но его слова о том, что он — Баки из будущего, были столь странные, что больше были похожи на бред. Но пара… Баки ждал свою пару и боялся, что она не найдется, потому что обычно пары находились за год-полтора с того времени, как метка зажглась. — Это бред, — заявил Баки. — Мне надо к другу. — Стиву Роджерсу? Вечно болеющему доходяге, который ввязывается в драки, а ты его вытаскиваешь? — очень знакомо вскинул бровь тип. — Какой сегодня день? — Двадцать пятое мая тридцать седьмого, — опешил от таких подробностей Баки. — Кто вам все это рассказал? — Я же сказал, я — это ты в будущем, — повторил тип. — Пойдем, сегодня Стиву особенно плохо. А вчера жар так и не спал. От таких подробностей Баки был в шоке, потому что он сам ухаживал за Стивом, и спросить, как он себя чувствует, можно было только у самого Баки. Ошарашенно кивнув, он пошел за странным типом, который, похоже, точно знал, где они живут. Идти еще было минут двадцать, и Баки поравнялся с типом. То, что его собирались отправить в будущее, было интересно, но жутко страшно. Да и в какое будущее? И почему в том будущем он уже выгорел, а его пара еще нет? Почему они не встретились раньше? Но самым главным был вопрос: а как же Стив? Его пара где-то очень далеко, а Стив — вот он, живой (почти), близкий. — Что за будущее, о котором ты говоришь? — тронул Баки типа за странный металлический рукав, который казался холодным на ощупь. — Там могут помочь Стиву? — Всегда Стив на первом месте, — горько усмехнулся тип. — Да, Стиву там можно помочь, и да, я могу забрать вас обоих, ведь без Стива ты не пойдешь, я правильно понимаю? — Я еще не сказал, что я согласился куда-то идти, — угрюмо сказал Баки. Но понимал, что тип знает его как облупленного (ведь это был он сам). Естественно, Баки был уже согласен, раз там можно было вылечить Стива. У Баки не было никого ближе и роднее друга. Его можно было бы назвать единственным. Да, Баки Барнс — популярный молодой человек, но все это были приятели и приятельницы, друг у Баки был только один, и многие шептались, что не достоин этот друг такого внимания, но Баки на это плевал. Стив ощущался родным, своим, тем, кто не подведет, только болел много. И если была возможность вылечить Стива от всех или хотя бы части его недугов, Баки был готов хвататься за этот шанс. Они дошли до их со Стивом дома, почти не разговаривая. Баки все узнал и теперь только оставалось сказать “да”, но он медлил, и не потому, что Стив еще не согласился, он утащит его в это невероятное будущее силком, если понадобится, только бы тот жил и был жив. У него не было на руке метки, и это давало полную свободу действий. А у Баки будет пара. Когда Баки думал о своей паре, о том, как они встретятся, он представлял или молодую девушку, или парня, ровесника. А вот внешность никогда не представлял, боялся, что намечтает, а когда пара появится, разочаруется. Хотя все знакомые, кто уже обрел пары, говорили, что это прекрасно. Что первое касание отдает жаром, таким, какой бывает в духовке. Баки не было смысла не верить в эти разговоры. Он тоже хотел обрести пару. — Баки, — Стив, похоже, услышал шаги и вышел его встретить, хотя должен был лежать в кровати, — я тебя… Он запнулся, увидев вместе с Баки угрюмого типа, и отступил от двери, предлагая войти. Баки вошел первым, подхватил Стива на руки и понес в спальню, одну на двоих, маленькую, но уютную. — Вот за каким хреном ты встал? — спросил Баки, опуская Стива на кровать. Тот горел, но не от метки, а от жара, и это Баки не нравилось. Нужно было решаться, хотя тип мог врать, и все это было… А чем? Обманом? Но ради чего? Завести Баки со Стивом в какое-то место и там… Что там? Баки отчего-то был уверен, что тип не врет, и от этого становилось страшно. Но сам Баки не стал бы себе врать, юлить или подавать информацию, исказив ее. Нужно было дать Стиву лекарства, пока ему не стало еще хуже, и Баки занялся насущными делами. Тип же уселся в кресло, взяв одну из книг Стива. За заботами о друге Баки успел про него забыть. Дав Стиву лекарство, он силком уложил того в кровать, специально не закрывая дверь, чтобы Стив слышал разговор, и вернулся к типу. Как его называть, он не знал, а тот не представился. — Говори, — потребовал Баки, и плевать ему было на правила хорошего тона. Когда надо, он умел становиться и жестким, и настойчивым. В боксе без этого было нельзя. — Что, готов бросить все и уйти со мной? — криво усмехнулся тип. — Только со Стивом, если ты дашь слово, что его там вылечат, — твердо сказал Баки. Он уже все решил, осталась малость — выбить для Стива все, что только можно. А он не пропадет. — Даю слово, Баки, — чуть кивнув, ответил тип. — Но идти нужно сейчас. — Куда идти? — спросил Баки. Он понимал, что Стива придется нести на руках, иначе тот не дойдет, а помрет где-нибудь по дороге. — Бротер Айленд, — коротко ответил Зимний. — Не бойся, я знаю, что там больница для чахоточных, но там же и дверь в будущее. — И какой же у вас в будущем год? — криво усмехнулся Баки. Он нервничал, но не хотел этого показывать. Вот только если этот человек действительно он в будущем, то врать ему было бесполезно. — Две тысячи шестнадцатый, — без тени улыбки ответил тип. Баки опешил. Это сколько же ему тогда лет? Почти сотня, а сохранился он ой как хорошо. Но это же было невозможно. — Врешь, — тут же сказал Баки. — Этого не может быть. — С тобой, да и со Стивом, случилось много разного, — туманно сказал тип, или же стоило звать его хотя бы Джеймс? Баки подумал и решил, что нет. Тип ему больше всего подходит. — Много такого, о чем и я, и он предпочли бы забыть. Поверь, ты не хочешь знать, что со мной было. — Но если ты заберешь нас, ведь будущее изменится? — спросил Баки, на что тип отрицательно покачал головой. — Нет, ваше будущее уже написано, ничего не произойдет, кроме того, что ты обретешь пару. А пара — тебя. Баки подумал, что для типа пара была очень важна, раз он так пекся о том, чтобы они с Баки успели познать огонь слияния. Но сейчас об этом думать не хотелось. Нужно было понять хоть что-то о подводных камнях перехода. Но Баки не представлял, что это могут быть за камни. Слишком далекое будущее обещал им тип, чтобы можно было хоть что-то понимать. — И почему я должен тебе верить, гость из будущего? — снова усомнился во всем Баки. — Я тебе уже говорил, — не стал повторятся тип. — Ты готов? Пара не ждет. — Хорошо, — согласился Баки. — Только нужно кое-что собрать… — Ничего не бери, — тут же сказал тип. — Все, что нужно, у вас со Стивом будет. Бери Стива и пошли. — Значит, Бротер Айленд… — Баки задумался, но потом решился. Это было странно, невероятно, но Баки верил типу из будущего, верил до последнего слова, чувствовал, что тот не врет, не умел Баки врать сам себе. Он быстро помог Стиву одеться, не говоря, куда они едут, чтобы не напугать своего друга, подхватил на руки, чтобы спуститься вниз. Они поймали такси и поехали. Для водилы в странное место, для Баки и Стива в будущее. В неизвестное, полное неведомого будущее. Они приехал на набережную, где запросто можно было найти лодку. Стив не спрашивал, куда они едут, он отрубился почти сразу после того, как они вышли из дому, и Баки боялся, что с ним случится что-нибудь плохое, но тип из будущего заверил, что сердце друга бьется ровно. Все происходило быстро. Слишком быстро. Но, наверное, так и происходят все самые важные события в жизни — быстро и почти незаметно. — Нам нужно попасть в подвал, — сказал тип, когда они оказались на острове и уже шли к больнице, сейчас еще не совсем заброшенной, но уже не было того наплыва пациентов, что был раньше. — Давай я понесу Стива. — Нет, — глухо сказал Баки, он не собирался доверять столь ценную ношу кому бы то ни было. — Упертый, почище чем сам Стив, — усмехнулся тип и повел их за собой в подвалы. — Можешь, кстати, звать меня Джеймс. — Хорошо, Джеймс, — сухо ответил Баки. Стив в машине заснул, и, похоже, ему было настолько плохо, что просыпаться он не собирался. — Куда нам дальше? — Пошли, — скомандовал Джеймс, и они пошли довольно обжитыми подвалами, правда, не встречая никого на своем пути, пока не вышли к большому зеркалу, непонятно как тут оказавшемуся. Баки смотрел на него и понимал, что никогда в жизни не видел подобных зеркал. Не меньше семи футов высоту и, наверное, четыре в ширину. Без пыли, совершенно чистое и красивое, оно вдруг подернулось рябью и снова стало идеальным. Вот теперь Баки не на шутку испугался, хотя до этого все походило на веселое приключение. — Ты уверен? — Баки точно понял, что зеркало — портал. — Я же как-то сюда пришел, — усмехнулся Джеймс. — Я пройду первым, а вы за мной. — Подожди, — попытался остановить его Баки, но Джеймс уже шагнул в зеркало и исчез. Баки стоял со Стивом на руках и не знал, что делать. Верил ли он в потустороннее? Вряд ли, хотя веру в Бога ему привила мать, но он относился к Богу по-своему, не убиваясь молитвами. Даже в церковь ходил не каждое воскресенье, а уж причащался и того реже. Но сейчас захотелось прочитать молитву, отгоняющую бесов каких-нибудь, но ни одной в голову не приходило, кроме “Отче наш”. Так или иначе, а топать обратно Баки не собирался, ему нужно было вылечить Стива. А что Джеймс не врал, теперь Баки был уверен. Зачем-то задержав дыхание, Баки шагнул в портал, держа Стива на руках. На той стороне, если бы Джеймс не подхватил Стива, да и его не удержал, Баки бы не знал, как выбраться, потому что теперь это зеркало лежало на полу, все в пыли и какой-то грязи, треснутое ровно посередине. Баки чихнул, вытер нос рукавом и снова чихнул. Было ужасно пыльно, но подвал был узнаваемым. Но больше походило, что они попали в прошлое, все здесь выглядело таким старым, пыльным и заброшенным, что не верилось даже, что это будущее. Но что Баки понял точно, — они в другом времени. Джеймс не обманул. — Пошли, — скомандовал Джеймс, когда Баки выбрался из зеркала и снова подхватил Стива на руки. Тот не проснулся, и Баки испугался, что друг без сознания. Было бы хорошо, будь это иначе, но что Стиву надо было срочно в больницу, сомнений не было. Они прошли теми же помещениями, которыми шли несколько минут назад, но все здесь кричало о полном запустении и заброшенности места. Выйдя наружу, Баки отдышался, чувствуя свежий воздух, оглянулся вокруг, но красоты места оценить не смог, слишком волновался за Стива. — Ему нужно в больницу, — сказал Баки Джеймсу, не понимая, принял ли он концепцию того, что Джеймс — это он через много лет. Но почему тогда он не дряхлый старик, которому почти сотня? С этим можно было разобраться позже. — Пошли, у меня тут лодка, — Джеймс махнул рукой, призывая следовать за ним, и спокойно пошел, точно зная дорогу. — Из какого времени ты? — решил спросить Баки, когда они уселись в лодку и Джеймс погреб. Погреб невероятно быстро, мощными гребками почти кидая лодку вперед, он даже не оборачивался. Сейчас Баки решил разглядеть его и видел только усталого и очень серьезного человека. И опасного. Что же с ним должно было произойти, что он стал таким? Но, похоже, Джеймс не собирался ничего ему рассказывать. А Стив? Что стало со Стивом в будущем? Он умер? Прожил свою жизнь, какой бы короткой она ни была, и получил погребение по всем правилам Католической церкви? Может быть. — А где Стив? Что с ним стало? — спросил Баки, не удержавшись. Вдруг они сейчас расстанутся и больше он ничего не узнает? Будет болтаться в мире, о котором ничего не представляет. — Познакомитесь, — бросил Джеймс. — Он тоже дожил до будущего. — Ничего себе! — ахнул Баки, погладив своего Стива по волосам, липким от пота. А потом Баки оглянулся и ахнул еще раз, видя рвущиеся ввысь здания, а казалось, что выше Эмпайр-стейт уже ничего не построить. А вот как оно вышло. Нью-Йорк, который знал Баки, был настолько другим, что стало странно. Они быстро доплыли до крутого берега, по которому так просто со Стивом на руках было не забраться, но Джеймс просто забрал Стива и поднялся, словно по лестнице, и остановился у забора из сетки Рабица, одна из секций которого была срезана. Они пролезли в нее, и Джеймс отдал Стива обратно Баки. Тот огляделся, видя явно задворки какого-то промышленного района. Тут перед ним были сплошные склады и немного машин, совсем не таких, какие были в их со Стивом времени. А потом Баки просто перестал сравнивать, потому что все было совсем другое. Да, машины не летали, хотя ходили слухи, что будут, но попади Баки в то будущее, которое предрекали некоторые фантасты, которых ему довелось почитать, ему было бы не так просто с ними смириться. А это будущее было… Пока не казалось очень сильно изменившимся, но Баки понимал, что это только начало. Он еще далеко не все видел. Джеймс подошел к одной из машин, она мигнула габаритными огнями, и Джеймс кивнул головой, чтобы Баки садился. Он посадил на заднее сиденье Стива, теперь уже точно находящегося без сознания, забрался сам, и Джеймс рванул, словно чувствовал, что надо торопиться. Нда, для Баки это была почти гоночная машина, на таких скоростях его отец запрещал ему гонять, а тут, как только они выехали на дорогу, Баки понял, что теперь это нормальная скорость. Что ж, нужно обязательно будет научиться управлять автомобилем будущего, раз можно так гонять, словно на гонках. До больницы доехали быстро, минут за двадцать, Баки даже оглянуться не успел. Джеймс выпрыгнул из машины, и вытащив Стива, махнул головой Баки. — За мной, — бросил он, но Баки не нужно было подгонять, тот тоже вышел из машины и побежал за Джеймсом. Они вошли в тихий сегодня приемный покой небольшой больницы, где, увидев, что человека несут на руках, подорвались сразу все, кто был свободен. Баки опешил от такого обращения, не зная, что сказать, но Джеймс, похоже, готов был взять любую ситуацию в свои руки. Он быстро объяснил врачам, что со Стивом, сказал, чтобы сделали все, что нужно, он заплатит, деньги не проблема. Больше ему вопросов не задавали, укатив каталку куда-то в недра больницы. — И что дальше? — спросил Баки, когда они сели в том же приемном отделении на неудобные металлические стулья. Да, медицина сильно изменилась, и больницы тоже. — Когда его стабилизируют, нам разрешат войти, я думаю, — просто ответил Джеймс. — Я оставил свой номер телефона, они позвонят, а у нас с тобой есть пара дел. — Каких дел? Какой телефон? У тебя что, телефон есть с собой? — удивился Баки, но когда Джеймс достал черный прямоугольник, очень удивился, что это вообще такое. — Я тебе потом объясню, — пообещал Джеймс, — а сейчас поехали, тебе надо помыться и переодеться. Размер у нас почти один и тот же, ну, будет чуть болтаться, ничего страшного. — Не понял. Мы что, оставим тут Стива одного, но он же.. Я же ему не сказал ничего. Он испугается, — опешил Баки. Он не хотел оставлять Стива одного в этой больнице. — Все будет хорошо, — пообещал Джеймс. — Поехали, мы быстро. Делать было нечего, и Баки согласился. Они снова сели в ту машину, на которой приехали, и Джеймс повез его неприметными серыми улицами, каких полно в любом городе, пока они не приехали к мотелю с помпезным названием “Частичка рая”, где, как объяснил Джеймс, он пока жил. Они прошли в комнату номер девять, в которой множество вещей валялось по всему номеру, и Баки почувствовал сродство с Джеймсом, уверенный, что это его рук дело. Он был таким же. Это ради Стива Баки старался прибирать вещи, не раскидывать их по всем поверхностям от стула до кухонного стола. — Это новый вид гостиниц? — спросил Баки, осматриваясь. Вроде бы все было понятно: вот кровать, вот шкаф, вот странная штука, на стене, Баки не представлял, что это может такое быть? — Да, это дешевая гостиница. Мотель иначе. В такие можно вселиться без документов, были бы деньги, — охотно ответил Джеймс, достал из-под кровати сумку с вещами и принялся в ней копаться. — Вот тебе футболка, вот штаны, ботинки тоже для тебя найду. Дуй в душ. Джеймс распахнул дверь, за который была ванная комната, в которой стояла ванна, была раковина и унитаз. — Сейчас трусы дам, а свое все выкинь к чертям, Брок тебе новое купит, — велел Джеймс. Брок. Баки ухватился за это имя. Значит, его пара — мужчина. Может быть, это было даже хорошо, парни ему нравились больше девушек. Интересно, какой он, этот Брок? — Когда ты отвезешь меня к моей паре? — спросил Баки, через дверь, раздеваясь. — Когда Стива можно будет перевозить, — крикнул Джеймс. — Брок еще в больнице. — Что с ним? — Баки сам не заметил, как голос его дрогнул от ужаса, что с его парой что-то не так. — Уже ничего страшного, — заверил Джеймс, но Баки чувствовал, что тот что-то недоговаривает, поэтому он открыл дверь, стоя уже в одном белье, но ведь Джеймса стесняться было просто глупо. — Говори, как на самом деле! — потребовал Баки. Это было важно — знать, что случилось с его парой. Хоть он ничем и не мог ему помочь. — Два года назад он сильно пострадал, обгорели руки, грудь и лицо, — спокойно сказал Джеймс, — Не волнуйся, он не стал страшным, ему сделали массу пластических операций, чтобы убрать шрамы, восстановить подвижность пальцев и прочая медицинская муть. Так что стреляет он так же метко, как и раньше. — Стреляет? Он военный? — удивился Баки. Он не ожидал, что его пара будет военным. Хотя, чего он вообще ожидал, он на самом деле и сам уже не знал, ведь ждал три года и вот дождался. А Джеймс? Он ждал всю жизнь и выгорел, не успев найти. Это было… Он отдавал Баки свою пару. Баки понял это только что отчетливо ясно. А его пара, пара самого Баки? Где она? Что случилось, что за три года их не свела вместе жизнь? — Был, — ответил Джеймс, но для Баки это было уже не так важно, он сел на бортик ванны задумчивый и отстраненный. Это путешествие во времени сбило его с толку, да и вообще, он изначально потащился сюда, потому что тут могут вылечить Стива. Повернув кран с красной меткой, Баки обнаружил, что льется горячая вода, да такая, что можно обжечься, и крутанул кран с синей меткой. Теперь вода стала приятно теплая, и он забрался в ванну, сел на ее дно, подставляясь тугим струям. Его мир пошатнулся не когда он шел за Джеймсом, не когда проходил через зеркало, а сейчас, от понимания, какой на самом деле ценой ему достается его пара. Что же произошло с ним в теперь уже прошлом, что сделало таким? Почему не встретился с парой раньше? Эту историю нужно было узнать, но Баки чувствовал, что ни его пара, Брок, ни Джеймс не будут ему рассказывать. Наверное, это было что-то очень личное, такое, что нельзя рассказать никому. Подобные озарения и до этого случались с Баки, но сегодняшнее стало просто оглушительным. На полочке стоял шампунь и лежало мыло. Странная штука из сеточки голубого цвета, наверное, была мочалкой, но Баки не решился ее взять. Он вымылся руками, вымыл голову, вытерся лежащим здесь полотенцем и, обернув им бедра, вышел в комнату. На кровати лежала аккуратно разложенная для него одежда, белье и странные ботинки. Да и одежда была странной, но Баки понимал, что странным сейчас для него будет все, и решил ничему не удивляться и просто спрашивать, если что-то совсем непонятно. — Ты сказал, что тебе позвонят, когда к Стиву будет можно, — напомнил Баки, надевая на себя не новую, но и не сказать, чтобы поношенную, одежду, удивляясь и ткани, и фасону и в целом виду: Баки выдал ему штаны с накладными карманами на бедрах, обтягивающую футболку и джинсовую рубашку сверху. Плюс высокие ботинки на шнуровке, которые оказались обалденно удобными и совершенно не жаркими, как для мая. Баки застегнул рубашку и решил заправить ее в штаны, когда Джеймс повернулся к нему. — Рубашку носят расстегнутой и навыпуск, — прокомментировал он, и Баки тут же все исправил, как надо. — Ты хорошо в этом смотришься, Броку понравится. Поехали, мне уже звонили. У Баки были еще мокрые волосы, но он просто загреб их назад пятерней, думая, что надо будет постричься по моде нового времени, но это все могло подождать. Дорога обратно не заняла много времени, а в больнице их сразу проводили в отдельную палату, в которой лежал Стив. Баки с ужасом думал, как они за все это великолепие и чудо прогресса будут платить. Но он слышал, как Джеймс говорил, что за все заплатит, главное, чтобы выставили счет. — Ты же понимаешь, что у меня нет таких денег? — все же высказал свое опасение Баки. Стив еще спал с какой-то трубкой, засунутой ему в рот, и ничего из их разговора явно не услышит. — Не волнуйся, я все оплачу, — просто ответил Джеймс. — В чем подвох, Джеймс? — спросил Баки. — Ты привел нас в своё время, оплачиваешь крутую палату в больнице. Говоришь, что отведешь меня к своей паре. Одеваешь меня. Что еще? Будешь кормить и поить, но ведь ни я, ни Стив не сможем с тобой рассчитаться, у меня даже образования нет, не говоря уже о документах и прочих вещах. А я не могу сидеть на твоей шее, да еще и Стива на тебя повесить. — Считай, что у тебя пара с приданым, — хохотнул Джеймс. — А вообще, я получил очень крупную сумму в качестве выходного пособия. И Брок тоже. Так что не волнуйся о деньгах. Пожалуйста. Это “пожалуйста” показалось Баки очень жалобным, если этот суровый и не особо разговорчивый тип вообще мог жалостливо что-то сказать. — Хорошо, Джеймс, — Баки сел на довольно удобный стул рядом с очень необычной, высокой и с бортиками, кроватью и взял руку Стива, которая не была опутана проводами. В тишине палаты пищали и моргали лампочками разные приборы, которых никогда не было в его времени. В их со Стивом времени, которое теперь было просто воспоминанием. Баки не замечал, как текло время. Джеймс куда-то ушел, но сколько его не было, Баки бы сказать не смог. Он просто сидел и пытался унять дрожь отходняка. Сколько раз он доставал Стиву лекарства. То одни, то другие. Сколько на врачей было потрачено денег, только бы друг жил. И сейчас Баки, понимая, что от него ничего не зависит, никак не мог прийти в себя, до конца осознать, что Стиву тут помогут. Уткнувшись лбом в бортик, Баки прикрыл глаза и задремал. Из дремы его вырвал Стив, сжавший его руку. Тут же очнувшись, Баки заглянул в ошарашенные глаза Стива, который с трубкой во рту точно не мог говорить. — Тшшш, — Баки приложил палец к губам. — Ты в больнице. Подожди, я схожу за врачом. Только ничего не говори и не делай, хорошо? Стив лишь кивнул, и Баки, погладив его по волосам, убрав с глаз челку, пошел искать врача, который уже шел к ним вместе с Джеймсом. — Очнулся? — спросил Баки врач — молодой мужчина в синей пижаме и белом халате поверх. — Да, — кивнул Баки. — Хорошо, — они втроем зашли в палату, и врач, на бейдже которого было написано “Доктор Морган”, сразу обратился к Стиву. — Мистер Роджерс, сейчас я достану у вас из горла трубку, это будет неприятно. Но учтите, если вы не сможете самостоятельно дышать, мы вставим трубку обратно. Вы согласны? Стив кивнул и приготовился к адской боли, судя по выражению лица. Но трубку доктор Морган вытащил быстро, откинул ее в металлический судок и сразу стал слушать Стива, пока тот восстанавливал дыхание после того, как за него дышала машина. Прокашлявшись, Стив задышал сам, но доктор Морган тут же нацепил на него какую-то трубку, приставив ее к носу. — Что это? — хрипло спросил Стив. — Это трубки для подачи кислорода, вам он сейчас как нельзя кстати, — охотно ответил доктор Морган. А дальше он зачастил диагнозами и способами их лечения. Ни Баки, ни Стив, ни Джеймс не понимали, что он говорит, но, похоже, доктор просто вскочил на своего конька. — Когда его можно забрать? — перебил Джеймс доктора Моргана. — Забрать? — удивился он. — Вашему другу нужно специфическое лечение… — Мы хотим забрать его в другую больницу, — снова перебил Джеймс. — Что нужно, чтобы его перевезти? — Я выпишу вам лекарства, чтобы уже начать лечение, — тут же понял, что от него хотят доктор Морган. — Бумаги на выписку будут готовы через час. — Отлично. Мы подождем здесь, — и Джеймс устроился во втором кресле, в первом уже уселся Баки. — Баки, что происходит? — спросил Стив, когда доктор ушел. — Где я? И кто это вообще такой? — Стиви, мы в больнице, — Баки понимал, что нужно все Стиву рассказать, но не знал, как лучше. Не представлял, что с этим со всем делать. — И мы… в будущем. Тут тебя вылечат. У нас все будет хорошо. — В будущем? — явно не поверил Стив, но огляделся и понял, что такого в больнице, где работала его мать, точно не было. Даже похожего ничего не было. Нигде. — Баки, не разыгрывай меня. — Я не разыгрываю, — вздохнул Баки. — Я совершенно серьезно. Баки долго объяснял Стиву, как все произошло, почему он решил ничего не говорить Стиву, оправдывался, что не посоветовался с ним, рванул куда-то только из-за одного обещания вылечить друга, а потом уже Баки рассказал, что в этом времени у него есть пара. Стив сник, и Баки очень тонко почувствовал обиду, ведь, встретив свою пару, Баки забудет о своем друге, и стал уверять Стива, что ничего он не забудет. Они будут вместе, будут друзьями. Джеймс все это время сидел, не говоря ни слова, но никуда не уходил, словно боялся оставить их одних. Документы и рецепты на лекарства принесла медсестра, расписала, что и как нужно принимать, отдала бумаги, и они с Джеймсом ушли. Баки понял, что он пошел рассчитываться. Даже сумму не скажет. Да и зачем Баки со Стивом ее знать, все равно ведь не смогут отдать долг, потому что нечем. — Кто он? — снова спросил Стив, одеваясь, когда Джеймс ушел. — Очень на тебя похож, особенно если побрить и постричь. — Он утверждает, что он — это я в будущем. Ну, в том будущем, в котором мог бы таким стать. — Знаешь, Баки, — Стив поднял голову от ботинок, ему явно было лучше, разговорчивее стал, — наверное хорошо, что ты прожил ту жизнь, которую тебе было суждено… Черт, Баки, я вообще не понимаю, о чем говорю, но я бы не хотел, чтобы ты таким стал. Это ж как его жизнь-то приложила? — Не знаю, он не говорил, — ответил Баки. — Но я и не спрашивал. Пойдем? — Сколько все это стоит? — спросил Стив, оглядывая палату еще раз. — Я не знаю. Но Джеймс сказал, что мне досталась пара с приданым, — невесело усмехнулся он. — И мы, вроде как, ничего никому не должны. Пусть так и будет. Баки чувствовал, что Стиву не нравится подобное положение дел, но тот не стал больше ничего говорить. Стив был взрослым, очень взрослым для своих девятнадцати, и Баки казалось иногда, что это не он ухаживает за Стивом, присматривает за ним, а наоборот, Стив присматривает за ним. — Нет, так не пойдет, Джеймс, — обратился он к вернувшемуся типу, — спасибо за вашу заботу, но я не люблю быть должным, скажите сумму, и я верну вам ее частями, как только найду работу. — Ничего не меняется, — усмехнулся Джеймс. — Стиви все такой же. Ты о таких деньгах слышал только, но в глаза не видел, сколько я заплатил за больницу и лекарства. Поэтому глупо ее озвучивать. Ты никому ничего не должен, пока не сказано обратное. Баки, уйми его. — Стив, действительно, — попытался Баки. — Нет, так неправильно, — не унимался Стив, и Баки хотелось смеяться и плакать одновременно. — Хорошо, Стив, — согласился Джеймс. — Считай это подарком. Подарком для Баки. Стив поглядел строго то на одного, то на другого, но не нашел, что ответить. — Я готов, — только и сказал он. — Тогда поехали, — и Джеймс вышел из палаты, а за ним потянулись и Баки со Стивом. — Нам предстоит долгая дорога.