Семь лун и земель

      Карсейн держит её осторожно, словно хрупкую статуэтку в руках, и Аристия чувствует, как на глазах появляются слёзы. В его прикосновениях столько нежности, а взгляд такой мягкий, и ей кажется, что происходящее всего лишь мимолётный сон.       От мысли, что этот самый сон скоро закончится, сердце Аристии болезненно сжимается. Почему нельзя сделать так, чтобы этот момент длился вечность? Время так жестоко…       Карсейн замечает печаль в её взгляде, но лишь притягивает ближе и дарит весёлую улыбку. Аристия улыбается в ответ, всем телом ощущая чужое тепло. В его руках так спокойно, и чувство безопасности обволакивает, словно пуховое одеяло, закрывающее от монстров мрачной ночью. Впервые за множество долгих дней она может вздохнуть полной грудью, не задыхаясь от боли, при которой лёгкие будто оплетают терновые ветви.       Лёгкая музыка приятно ласкает слух, пока они кружатся в танце. Карсейн шутит, игриво подмигивает при очередном развороте, Аристия же смеётся, ощущая невероятное чувство свободы.       Ей плевать, что за ними наблюдают люди, которые ищут даже малейшего её прокола.       Ей плевать, что принц не отрывает тяжёлого взгляда с её спины.       Всё равно.       Сейчас Аристия впервые за две свои жизни получает удовольствие от танца и от всей души улыбается. На эти несчастные пару минут она ощущает себя принцессой из сказки. Пусть Карсейн не принц, но рыцарь из него замечательный.

Боже, молю, даруй же этой истории счастливый конец.