Зачем ты сказал, что будет тепло?

В подъезд зашла группа людей. Они выглядели как обычные гопники с глухих районов Москвы. Обыкновенные спортивки, олимпосы и тупая шапка, которую нигде не продают, но у всех она есть. Видно, компания была не в лучшем духе, потому просто странно посмотрела на девушек. Один из них достал пачку дешевых сигарет и протянул в центр круга. Его друзья стали расхватывать по одной, и когда пачка оказалась пустой, он просто бросил её на землю. Засветился огонек зажигалки, которую явно не один раз перезаправляли газом и накапывали сверху спирт для лучшего горения. Денег видимо, у них было только на сигареты. Мужчины начали по очереди подставлять папиросы под пламя и выдыхать дым практически в лицо друг другу. Кто-то крайний кашлял, отчего другие бросали смешок и похлопывали его по спине. Это напоминало небольшой отголосок дедовщины, но исключительно напоминало. В подъезде завоняло тем самым дымом от невероятно дешевых сигарет, который въедается во всё на своем пути. Когда Саша была то-ли в восьмом, то-ли в девятом классе- она покупала похожие и вся её одежда пропитывалась этим противным дымом, отчего родители сразу заподозрили её в курении. Горбачевой потом было достаточно непросто поддерживать доверие между родителями и собой, но она как-то справилась. Саша решила, что лучше будет прикрыть глаза на время присутствия мужчин в подъезде, а то будет немного неловко пялиться на незнакомых людей. Стояла абсолютная тишина, пока один из курящих не глянул на девушек и тихонько спросил остальных: - Как думаете, чего они тут ночуют? Остальные пустили лёгкий смешок, а мужчина, раздававший папиросы втоптал бычок в землю и похлопал парня по плечу: - Обстоятельства, не более. Но в любом случае- не наше дело, идём, народ. Дверь запищала и компания вышла из подъезда, при этом не издавая лишних звуков. Когда тот парень последним покинул помещение, дверь захлопнулась и Саша открыла глаза. Возле неё стояла так и недопитая бутылка текилы. А там где есть текила, всегда есть Кристина. - Моя девочка хочет пить, моя девочка есть не хочет... - Горбачева улыбнулась. Всё таки, как же хорошо сейчас. Любимая девушка, алкоголь, спокойствие. Саша счастлива, счастлива как ребёнок, получивший игрушку. Маяк начала ворочаться во сне и тихонько постанывать. Горбачева заволновалась. Ей сейчас явно снится неприятный сон, и ей наверное, страшно. - Я готов рассказать тебе поле, Эти волосы взял я у ржи, Если хочешь, на палец вяжи — Я нисколько не чувствую боли. Я готов рассказать тебе поле. Про волнистую рожь при луне По кудрям ты моим догадайся. Дорогая, шути, улыбайся, Не буди только память во мне Про волнистую рожь при луне. - Начала напевать Саша строки Есенина и поглаживать Кристину по голове. Долго-долго Горбачёва успокаивала лежащую на коленях Кристину, как маленького ребенка, который боится монстров. Интересно, что ей снится? Девушка перестала трястись, но всё еще слегка мычала во сне. Саша продолжила петь и когда Маяк полностью успокоилась- поцеловала её в лоб. - Девочка моя... - Горбачева начала плавно закрывать глаза и потихоньку погружаться в царство Морфея. - Про волнистую рожь при луне... «Наутро» Кристина проснулась первой. Проснулась, и сразу потерпела удар воспоминаний о вчерашних событиях. Событиях, которые развивались достаточно странным образом. Как ни странно, ни о чем она не жалела, и лишь влюбленно посмотрела на спящую возле неё Сашку. «Какая же она всё таки красивая»- подумала девушка. Маяк дико хотела пить, и каким-то образом обнаружила недопитую (что странно), бутылку текилы. Горлышко собственно говоря было отломано еще со вчерашнего вечера, но тогда никого это не смущало, а вот сейчас- да. Вот почему у неё так болели губы, и она чувствовала вкус крови во время поцелуя. Похмелье сделало свое дело, и Кристине откровенно было плевать на острые зубцы стекла, потому она сразу же отхлебнула пару глотков, о чем сразу же пожалела, и почувствовала сильную боль в не заживших со вчерашнего дня ранках на губах. Неуклюжим человеком так сказать, она была ещё тем, потому бутылка той самой текилы улетела вниз. Стекло не разбилось, что достаточно странно, но вот текилой теперь пахнул весь подъезд. Саша в свою очередь, проснулась от грохота. - Блядь, Кристина, ты ебанашка? - Горбачева недовольно потрясла головой и потянулась вверх, вдоль стены. Маяк предпочла промолчать, ведь всё таки будить свою мадам после небольшой, но всё-таки пьянки- грешное занятие, увы, грешное. - Который час? (Именно который час. Да, не «сколько времени», да. И что? И что? Что ты мне сделаешь? Убьешь? Зарежешь? Может изнасилуешь? И что? Я в другом городе. Именно который час. Да. Всё.) - всё еще недовольно промычала Саша, попутно доставав телефон из кармана. То-ли из-за своей мутной памяти, то-ли с бодуна телефон она уронила. Но особого смысла поднимать его тоже не было- он был разряжен. - Блядь. Телеф в ауте, у тебя еще есть несколько процентов? - Девушка расстроилась и отчаялась. Но надежда умирает последней, так ведь? Кристина секунд пять пошарила у себя в карманах и вытащила старенький телефон, который увы, тоже был разряжен. - Бля, нет Сань. - Маяк виновато посмотрела на девушку, а потом с выражением лица «Мы в пизде» обняла её. Не то что бы, кому-то было грустно, или кто-то был расстроен- нет. Была лишь одна проблема- похмелье. Обыкновенный бодун, и ничего больше. Хотелось умереть. - Бля, Саш, как же я хочу пить.... - мямлила Маяк, пока Саша пыталась придумать, что им собственно говоря делать. - Сашааааа.... Я щас умруууу... - Блядь, Крис. Угомонись заебала, честно. Горбачева дала щелбан Кристине, отчего та надулась и отвернулась. - Ну блядь, ну реально, Крис. Маяк никак не реагировала, и Саша не придумала ничего лучше, чем толкать монолог, или речь, или спич, как там вы его называете. Вкратце- речь та была о том, в каком они сейчас сложном положении, и она пытается думать, а та ей мешает. - Ну блядь, Крис. Реально, я думать пытаюсь, что нам делать, как нам быть, как нам выбраться отсюда, как найти ближайшую станцию метро, где взять денег на проезд, ибо мы всё просрали на алкашку. А ты что? А ты херню мне втираешь, Крис. Ну харе дуться, ну блядь. Ты сейчас ведешь себя как тупая малолетка, честное слово. - Саша психанула, а Маяк реагировала ровно никак. Барабанщица понимала, что со злости наговорила лишнего, но всё-таки мысленно себя оправдывала. Горбачева сдалась. Она обратно облокотилась на стену и начала весьма познавательное втыкание в потолок. Спустя пару десятков секунд, она уже помнила каждую трещину, каждое пятно, каждый сгусток плесени и каждый раскол краски. В подъезде кстати говоря, было холодно и решившись отвести взгляд от потолка, Саша глянула на Кристину, которая уже замерзла и дрожала. - Боже, дитё недоразвитое... - Горбачева стянула с себя куртку и накинула её на Маяка, будучи не совсем тупой и понимая, что так она точно не согреется, Саша села рядом и прижала девушку к себе. - Прости меня…- пробубнила Кристина, от холода, прижимаясь к Саше ещё сильней. - Это ты меня извини. Наорала на тебя без повода. - Горбачева посмотрела на дверь в подъезд. По её мнению, она должна была сейчас открыться, но этого не случилось. Убедившись в этом, Саша продолжила: - Кстати... По поводу вчерашнего... - Но её перебила Кристина. - Саш, я люблю тебя. Не надеюсь, что это будет взаимно, или ты ответишь мне чем-то. Но я уверена в своих чувствах, и тот поцелуй был явно не по пьяни. - Уверенность Маяка вмиг исчезла, и девушка спрятала глаза. Саша ухмыльнулась. Кристина покраснела и опустила лицо, чуть-чуть отпрянув от Саши. Горбачева в свою же очередь одной рукой взяла девушку за подбородок, а второй зарылась в её волосы. - Зайка, поверь мне… У нас всё будет нормально, веришь? - Горбачева ухмыльнулась, а Кристина потянулась, чтоб коснуться губ девушки, но та её притормозила. - Я бы сейчас не против тебя поцеловать, но имей ввиду- вела ты себя, до непристойности плохо. Знаешь, детям ведь не дают конфеты за капризы, правда? Я наверное, накажу тебя, когда мы прийдем домой. - Саша улыбнулась, и быстро чмокнула девушку в губы. Кристина в свою очередь расплылась в доброй ухмылке, и ещё сильнее покраснела. - Ладно, у меня появилась идея, как нам добраться домой... - Горбачева привстала на локтях, - Идем! Саша схватила Маяка за рукав и помогла подняться на ноги. Кристина стояла не особо уверенно и слегка пошатывалась, потому Саша взяла её под руку, и потащила в сторону выхода из подъезда. Пока они проходили эти злосчастные десять метров, Маяк успела несколько раз упасть, орать непристойные вещи, царапнуть Сашу. Честно, чего она только не успела. А пока Кристина падала, Горбачева подумывала, что придумать, ибо ничего она не придумала, а солгала она, чтоб не сидеть в подъезде, ведь им как-то надо добраться домой, а вдохнуть свежего воздуха с похмелья- первый шаг к трезвости мысли. Когда девушки вышли, Саша выпалила первое, что пришло в голову: - Короче, нам нужно спросить- где метро. - Горбачева вывела свою девочку из двери и остановилась, поставив ее напротив себя. - Ебать, матушка- да ты гений! - Кристина хотела еще что-то сказать, но не успела- Саша уже подбежала к какому-то прохожему. Барабанщица и сама была в неком шоке от себя честно говоря, ведь она не особо любит разговаривать со спешащими куда-то людьми, но тем не менее- надо. Пока Горбачева что-то ему втирала, а мужик размахивал руками и показывал направление- Маяк разглядывала стену с граффити и думала о жизни. Сколько лет дружбы с Сашей? Много, достаточно много, чтоб разрушить её отношениями. Они не вернут прежнего общения после романа, после влюбленности и близости. При малейшей ссоре, будут плакать из-за друг-друга. Кристина так не хотела этого рушить. Но Саша сказала- всё будет нормально, значит, всё и вправду будет нормально. Наверное. Маяк неуверенна. Она любит Сашку до безумия, до потери памяти. Она любит Сашку, как никто другой не любит. Она слишком любит эту девушку, и никому её не отдаст, ни за что. Никогда, даже если её заставят, даже если будут пытать. Не отдаст. Даже если прийдется умереть, даже если прийдется отдать- не отдаст. Никому. Даже близким людям на пять минут. Маяк не любит, когда Горбачева общается с другими, Маяк дико ревнивая и не может выдержать общество человека, нарушающее идиллию нахождения наедине с подругой. Маяк не любит, когда Саша уделяет внимание кому-то другому, а не исключительно ей, она- собственница, причем очень дикая. Маяк ненавидит, когда Саша много курит, хотя девушка и сама злоупотребляет никотином, но ненавидит горький запах от других людей. Маяк ненавидит, когда Саша отменяет события. Маяк ненавидит, когда Саша плачет. Маяк ненавидит всех, кого Саша знает, Маяк ненавидит себя, за то, что ненавидит всех. Она хочет быть более общительной, менее ревнивой. Кристина безудержно любит, любит, и всё. Просто до потери памяти. Просто до смерти, до казни, до убийства. Маяк любит Сашу. Просто любит. Из глубоких раздумий о таких-же глубоких чувствах, Кристину вывела та же Саша, которая легко дотронулась до её плеча. - Этот любезный молодой человек, - Саша глянула на незнакомца с улыбкой, а он в ответ помахал ей рукой. - Он указал нам, где находится метро. - Аа.. так где мы? - Это был единственный вопрос, который интересовал Маяка на данный момент. - Мы в пределах ЮВАО, так что, можешь не париться. - Горбачева легко пробежалась пальцами по шее Кристины, отчего девушка засмеялась. - Идём. Станция метро оказалась в ста метрах ходьбы и дошли они до неё на удивление, без приключений. Нащупав у себя в кармане сто рублей, Кристина расплатилась за обеих и девушки зашли в вагон электрички, которая подошла через пять минут после из появления на платформе. Вспомнив, что они не допили Портвейн, Саша засмеялась на весь вагон, а Маяк злобно шептала «тише, люди же смотрят». Горбачева смеялась, и не выдержав, Кристина тоже слегка улыбнулась и весь вагон смотрел на них, как на двух сумасшедших, только что сбежавших из психбольницы. - Станция «Жулебино»... - Проговорил отвратительный голос, который Саша никогда не любила. Девушки просочились сквозь толпу и вышли из подземки, направляясь к дому. Шагая по отвратительному мокрому тротуару, между ними висела абсолютная тишина, которую Маяк ненавидела, и попыталась как то разбавить. - Саш, мы же к тебе идём? - Кристине стало немного неловко. - А куда же ещё? - Горбачева слегка улыбнулась, и взяла за руку с каждой секундой краснеющую девушку. - А есть претензии? Кристина отрицательно помотала головой, и опустила взгляд вниз, чтобы никто не увидел её лицо-помидор. - Боже, да ты вся красная. - Саша ухмыльнулась и чуть усмехнулась, - Боже, какая ты милая, когда смущаешься. - Горбачева чмокнула своё чудо в щёку, отчего Кристина покраснела ещё больше. - Я не милая... - Кристина надела капюшон, а Саша просто засмеялась. - Моя девочка. Горбачева еле открыла дверь своей квартиры. Она попросту не могла нормально повернуть ключ, потому мучалась с замками целых десять минут, под настойчивое молчание Кристины. Наконец отперев злосчастную дверь, девушки зашли внутрь, и дверь громко захлопнулась за ними. Саша жила в старом, старом доме. Квартира была её собственная, за свои деньги купленная, с вполне адекватным ремонтом. Входная дверь вела прямо в гостиную, а прихожей служил маленький коридорчик с большим шкафом. Как только Саша вошла и сняла обувь, её сразу же прижали к стене. Она достаточно больно ударилась спиной, ибо толкнули её прямо в угол шкафа. Над ней нависла Кристина, и Саша искренне не могла понять её намеренья. От такого развития событий она мягко говоря приофигела, но сразу собралась и взяла себя в руки. Но слишком долго держать себя в руках она не смогла, Кристина горячо зашептала ей на ухо. - Ты разочаровала меня, Саша. Сильно разочаровала... - Маяк поставила свою ногу между ног Горбачевой и резким движение сорвала с неё куртку. Ненужный элемент одежды полетел прямо на пол. Саша тем временем, совершенно не понимала- что собственно говоря происходит, но такой расклад событий ей определенно нравился. Горбачева- актив, и никогда не пробовала себя в роли пассива. Она вкратце осознавала, что сейчас будет, но боялась, и не могла представить. Она боялась этой роли, сильно боялась. Она любила контроль, она любила делать приятно другим, она любила власть. Ей страшно, что сейчас ею будет кто-то владеть. - Сегодня, Саш- ты была плохой девочкой, и это пожалуй, мне прийдется тебя наказывать. Жестоко, сильно. - Шепот Кристины обжигал ухо и Саша растворялась в нем каждую секунду, каждую миллисекунду, каждый миг. В квартире, где закрыты все окна и двери, этот шепот казался единственным звуком, и Горбачевой становилось жарко от этого звука, становилось легко, приятно. - Будь послушной, и не сопротивляйся... - Маяк немного отодвинула толстовку, и впилась зубами в ключицу Саши, отчего та издала протяжный стон. Ей было больно. Саша ненавидела боль, терпеть не могла. И во время секса, она никогда не причиняла партнерам боль. Она не любила это чувство в целом: ни причинять, ни испытывать. И Кристина об этом знала, причем знала очень хорошо. - Крис... - Саша попыталась что-то сказать, на что услышала только протяжное «тсссс» и передумала. Кристина может сделать всё, что угодно, потому лучше молчать. От страха лучше молчать. - Знаешь, думаю прихожая- не лучшее место... - Кристина подхватывает Сашу на руки и уносит в до боли знакомую обеим спальню. Они провели там много времени вдвоём, как друзья... Аккуратно кладет Сашу на кровать и покрывает очередной линией укусов от подбородка до ключиц, оставляя пару огромных засосов на шее и один на правой ключице. Горбачева откровенно не знает, что потом делать с этими следами страсти, как убрать, как замаскировать. Но раньше её это не волновало. Хреново всё-таки, быть в роли пассива. - Приподнимись. - Указывает Маяк, и Саша делает. Она не знает почему. Просто делает. Потому-что сейчас- она подчиненный, как бы паскудно это не звучало. Маяк ловким движением разрывая несколько нитей срывает с неё Алёныну толстовку с одуванчиком, и та летит в каком-то непонятном направлении, хотя обеим сейчас плевать на неё. Оставшись в одном бюстгальтере Горбачевой стало не по себе, её немного смущало, что из двоих присутствующих раздета только она. Но девушка не подавала виду, и ждала дальнейшего развития событий. Первый раз с новым партнером всегда бывает паскудным, тем более, когда никто ещё не разобрался в ролях. Маяк заметила некий страх в глазах девушки, потому немного усмехнулась и сорвала с себя блузку, которая также полетела в абсолютно непонятном направлении. Её будет сложно найти утром, это точно. Но сейчас всем абсолютно плевать и на блузку, и на толстовку, и на всё в этом мире. Ну, по крайней мере на одежду- точно. Кристина коснулась холодными губами живота Саши, отчего та немного съежилась, и посмотрела на неё жалобным взглядом, будто умоляя начать. Саша периодически вздрагивала, то от возбуждения, то от очередных укусов оппонентки. Ей было страшно. Откровенно страшно пробовать себя в подобной роли. Она молила о дальнейшем развитии событий, чтобы просто закрыть глаза и испытать наслаждение, а не боль. Скорей начать, чтобы скорей почувствовать и скорей закончить. Она хотела справиться со страхом, она хотела не казаться жалкой. - Боже, Кристина... пожалуйста... имей хоть каплю совести... - Саша скользнула рукой по груди девушки, затем пробралась на спину и ловко расстегнула защелку на бюстгальтере. Маяк только довольно ухмыльнулась и с насмешкой посмотрела на Сашу. Несколько секунд она просто смотрела на Горбачёву, отчего та сильно смущалась и краснела. - Знаешь, Саш.. Ты такая красивая.. - Девушка сказала это достаточно громко, и Саше стало немного не по себе. Она лежала под своей девушкой, при этом никогда не попадая в подобного рода ситуации и пыталась не заорать от происходящего. Кристина скользнула под спину лежащей снизу и остановилась у защёлки бюстгальтера. Но через пару секунд убрала руку и ухмыльнулась. Так смешно было смотреть на абсолютно ничего не понимающую и смущающуюся Сашу. Кристина абсолютно понимала присутствие недоумения в данной ситуации, и девушка прекрасно знала, что Саша не привыкла к такой роли, но с ролями они разберутся потом. Маяк решила больше не мучать девушку, потому скользнула обратно под спину и расстегнула злосчастную застежку. Следом полетели джинсы, часы, содержание карманов, рассыпалась мелочь. Кристина запустила свои руки в коричневатые волосы Сашки и больно впилась в её губы. От силы укуса губ с порезами, по подбородку Саши потекла небольшая струйка крови, которая стекала на шею, на ключицы и остановилась в районе грудной клетки. Кристина ухмыльнулась. Она провела пальцем по дорожке крови и нарисовала что-то вроде сердечка на теле Саши. - Я уже тебе говорила, что ты безумно красивая? - Ухмыльнулась Маяк, отчего Горбачева совсем немного покраснела. Маяк ещё раз провела пальцем от подбородка до низа живота, и остановилась, вопросительно смотря на Сашу, будто ожидая разрешения. Горбачева всё поняла, и лишь молча кивнула в ответ. Кристина ухмыльнулась, и заткнула поцелуем уже расслабившуюся Горбачеву. Оторвавшись от губ, она легонько отодвинула ткань трусиков лежащей снизу, и невесомо провела пальцем по внутренней стороне бедра, отчего Саша немного вздрогнула. - Ты точно готова? - Маяк решила на всякий слушай переспросить. Саша одобрительно кивнула и откинула голову на подушку. Кристина нервно улыбнулась и немного стянула ткань по одну сторону, и провела пальцем вдоль половых губ девушки. Саша морщится и напрягается, перехватывая руку оппонентки. - Саш... ты чего? - Маяк немного удивилась, и на глазах у Саши выступили слёзы. - П-прости... я не могу... - Сашка закуталась одеяло, и тихо заплакала. - Девочка моя, ну что случилось? - Кристина пододвинулась к плачущей барабанщице и обняла её одной рукой. - Я не могу. Я не пассив... - Горбачева поняла, что звучало это паршиво и немного покраснела, смахнув остаток слёз со щек. - Ладно, Сашка. Не парься, не сегодня- так потом. - Кристина прижала к себе барабанщицу и поцеловала её в голову. - Всё будет нормально, слышишь? Ты же сама говорила. Девушки сидели на балконе, укутавшись в плед и смотрели сверху вниз на улицу. Маяк подняла палец и указала на небо, в котором сегодня ярко светилась бесконечность звёзд. - Хочешь, достану любую из них? - Кристина посмотрела на Сашу, и взяла её руку в свою. Горбачёва улыбнулась. - Будет достаточно, если ты принесешь мне пива...