should be the last night ever (should be the last night we're apart)

      Донхек проебался.       И пусть он понял это давно, жизнь ни разу не упустила случая напомнить ему о том, насколько сильно она его ненавидит. Каждый божий день он просыпался, собирался в школу и выходил на улицу, чтобы увидеть своего лучшего друга Марка, ждущего его. И каждый божий день он думал о том, насколько он хочет, чтобы Марк стал его парнем.       Однако Марк был в отношениях уже почти два года. Младший помнил тот день, когда друг заявился к нему с широченной улыбкой на лице и рассказал, что наконец позвал свой предмет воздыхания на свидание в пятницу.       Это был день, когда Донхек понял, что влюблен в Марка.       Только представьте горе Донхека. Его чувства к Марку становились все глубже, и он вышел из дома с неестественно натянутой улыбкой, чтобы познакомиться с девушкой своего краша. Мина, девушка Марка, была действительно милой и дружелюбной. Боже, она была просто очаровательной, а еще замечательно танцевала. И она очень-очень нравилась Донхеку. Только вот она встречалась с любовью всей его жизни. Мина жила на другом конце города, и не было другой причины кроме этой, по которой она оставалась ночевать у Марка. Они крепко обнимались и целовались. Боже, они ц е л о в а л и с ь. Донхек был бы рад отвести взгляд, да только не мог оторваться от губ Марка, который целовал Мину.       Но где-то через пять минут Донхек понял, что они остановятся ой как не скоро. Он неловко прочистил горло, заставляя пару повернуть голову. И едва Марку стоило увидеть своего друга, его щеки тут же запылали.       — Доброе утро, Хекки! — пожелала Мина, подходя и стискивая его в быстрых объятиях, а потом потрепала за щеку. Она взяла его под руку, чтобы направиться в школу. — Ну же, Марк, — позвала девушка, увидев, что Марк не следует за ними. Старший поднялся, с улыбкой беря Мину за руку. Это было уже слишком.       — Я… Я, кажется, что-то забыл, — пробормотал Донхек, отпуская руку Мины и убегая к себе домой.       Он опоздал на урок на двадцать минут, но зато был освобожден от Марка и Мины, что были так отвратительно влюблены друг в друга. И это стоило того, чтобы остаться после уроков. Когда он последним покинул класс, то не ожидал никого увидеть в кампусе, но вселенная снова решила поиграть с ним, когда он наткнулся на Марка в одном из коридоров.       — Хей, Донхек. Почему ты еще здесь? — Марк наклонился и поднял сумку младшего, которую тот уронил секунду назад.       — Отработка, что насчет тебя? — Донхек пригляделся к старшему. Его глаза были немного покрасневшими. Он потянулся, чтобы коснуться чужой щеки, но быстро опомнился и небрежно уронил руку на плечо Марка. — Ты в порядке? — тихо спросил он. Марк только кивнул, и они пошли домой, словно ничего не произошло.       Они уже дошли до конца улицы, когда, наконец, Марк заговорил.       — Я бежал штрафной круг, потому что не мог сосредоточиться на тренировке. Мина порвала со мной прямо во время обеда.       Донхек замер на месте и уставился на Марка. Тот смотрел в небо, а слезы тихо стекали по его щекам.       — Мне жаль, Марк, — печально сказал он, обхватывая плечи парня. Старший подался в его объятия и спрятал лицо в чужой шее. И если бы Марк не был настолько опечален, то это был бы лучший момент в донхековой жизни.       Донхек бережно обхватил Марка и прижал ближе. Они оба потеряли счет времени, когда стояли так. Но вскоре старший отстранился и потер глаза. Но прежде чем тот что-то сказал, Донхек просто взял его за руку.       — Марафон «Гарри Поттера»? — спросил он, и Марк с грустной улыбкой кивнул. Они прошли оставшееся расстояние до дома Марка и его комнаты. Донхек поздновато понял, что это была плохая идея, когда он преспокойно лежал в кровати Марка, с головой на его груди.       — Что насчет выпивки? — спрашивает Марк тихо, когда Гарри сам себе напевает поздравительную песню. Донхек пожал плечами: он не был уверен, но также не хотел отказывать Марку.       Марк принес два стакана, две банки пива и бутылку водки из бара его родителей. Он забрался обратно в постель и дал Донхеку пиво и стакан, доверху наполненный водкой.       Гарри получил философский камень, когда Донхек понял, что он немного опьянел, а Марк после трех стаканов водки был уже не в себе.       — Хочешь поиграть в игру? — спросил Марк, когда начались титры. Донхек кивнул и его щеки порозовели — старший растянулся в улыбке, ведь он этого и добивался. Он спрыгнул с кровати и выудил из-под нее коробку, а оттуда старое доброе «Уно».       — Марк Ли, ты продуешь, — Донхек усмехнулся и уселся на пол рядом. Он взглянул на Марка, что смотрел как-то слишком пристально.       — Мы будем играть на раздевание.       У Донхека чуть челюсть не отвисла. Марк же широко заулыбался и уже начал тасовать карты. После они оба взяли по десять.       — Я тебя уделаю.       Уже спустя пять минут, когда Марк положил +2, Донхек положил +4.       — Так нельзя, Хекки.       Донхек уже было хотел накинуться на Марка с кулаками, когда тот предоставил ему правила игры, открытые в гугле. С двумя лишними картами в руках, Донхек проиграл первый раунд.       — Попрощайся со своей футболкой, — Марк ухмыльнулся. Донхек только закатил глаза и стянул один носок, схватил карты и стал перемешивать.       Шесть раундов спустя, на Марке уже не было ничего, кроме джинсов, а Донхек только потерял свой носок. Но дальше — хуже. Донхек не мог сосредоточиться ни на чем, кроме мышц на животе Марка, которые напрягались, стоило ему засмеяться, откинуться назад или начать тасовать карты. Два раунда спустя Донхек распрощался со своими джинсами, густо-густо краснея.       — Не смущайся, Донхекки, ты прекрасный.       Сердце младшего пропустило удар и он побагровел пуще прежнего. Во время следующего раунда он смотрел только в свои карты. Марк проиграл, и все, что ему оставалось — снять джинсы. Его белье толком не скрывало ничего, и Донхек мог увидеть, насколько он большой. Донхек сглотнул и быстро забрал из колоды две карты, но Марк выхватил их у него из рук.       — Я не хочу, чтобы ты снимал свое белье сам, — прошептал Марк. Донхеку показалось, что он не расслышал.       — А кто сказал, что я проиграю?       Марк рассмеялся тем самым смехом, который до покалывания в груди обожал Донхек.       — Тогда пусть победитель полностью раздевает проигравшего, — предложил Марк. До Донхека дошло, что через несколько минут они будут полностью обнаженными. Его хватило только на кивок. Он забрал колоду, перемешивая.       Донхек победил в этом раунде.       Марк уже откинулся на кровати, когда Донхек кладет последнюю карту. Он последовал за старшим, ошеломленный зрелищем перед ним. Марк лежал на спине, его жилистые мышцы были хорошо видны. Он смотрел на Донхека из-за волос, упавших на глаза, а его щеки порозовели.       — Ну же, — поддразнивал его Марк. Его голос вдруг стал таким низким, а когда он закусил губу, у Донхека перехватило дыхание. Он пододвинулся и дрожащими руками потянул белье Марка вниз.       — Ты… ты… — замямлил Донхек, когда заметил, что Марк был возбужденным. Глаза младшего скользнули вверх вдоль чужого тела. Марк пялился. А затем его рука переместилась с предплечья на плечо, и он притянул Донхека ближе.       — Я могу поцеловать тебя? — спросил Марк. Донхек не мог ничего поделать, поэтому кивнул. И тогда Марк поцеловал его. Младший был убежден, что помрет на месте, когда тот прижал его к своему телу, приобнимая за шею. Руки Марка были на его шее, плечах, спине, а затем остановились на ягодицах, мягко сжимая. Донхек повернул голову, глубокий и долгий стон сорвался с его губ. Он услышал хихиканье и почувствовал укус на ухе.       — Звучишь горячо, — проконстатировал факт Марк, а его голос был настолько властным и глубоким, что Донхек застонал снова. Он оттолкнул Марка и упал на спину. Его грудь тяжело вздымалась от вдохов и выдохов.       — Подожди секунду, — бездыханно пропыхтел Донхек. Марк кивнул, и стоило дыханию младшего немного восстановиться, тот поцеловал его снова. Его губы проследовали от челюсти парня прямиком к ключицам, а его руки — ниже и ниже.       — Можно? — шепнул Марк, заглядывая в лицо младшего. Тот кивнул, и они поцеловались менее страстно и более нежно, чем раньше. Рука Марка скользнула ниже, прямиком под резинку донхекового белья.       — Марк… — Донхек прикрыл глаза и откинул голову, оголяя шею для старшего, который целовал, кусал и лизал его кожу довольно беспощадно, пока его ладонь накрывала возбуждение младшего. Обвив руку вокруг торса Марка, Донхек притянул его ближе. Его ум, затуманенный алкоголем, толком не мог ничего анализировать, зато разум был заполнен Марком, его голосом и нежными касаниями.       Секунду спустя, Донхек оттолкнул Марка и присел. Глаза старшего расширились и тот взглянул на Хека, тело которого выглядело невероятно среди белых простыней. Младший стянул белье и устроился на чужих коленях, а ладони уложил на чужой груди.       — Я хочу тебя, — прошептал Донхек, неуверенный в том, как показать то, что он чувствует и в чем нуждается. Румянец взобрался по его щекам, когда он поймал взгляд Марка, и тот взял его за руки.       — Т-ты уверен? Что хочешь… со мной?       Донхек быстро закивал, а кожа стала краснеть от щек к шее и груди. Марк присел, а Донхек усердно старался смотреть куда-либо, кроме полюбившихся ему мышц на животе старшего. Проще было просто закрыть глаза. Он почувствовал ладонь Марка на своей щеке и скуле, а затем тот поцеловал его. Так мягко, нежно и с любовью, будто только что не услышал о том, что Донхек хочет потерять девственность именно с ним.       — И… как тебе хочется? — шепотом спросил Марк в его губы, заставив всю уверенность Донхека испариться. Голос Марка был слишком горячим. Донхек прижался к нему, но и этого было недостаточно.       — Тебя. Я хочу тебя, — задыхался Донхек. — Я хочу тебя почувствовать.       Марк то ли зарычал, то ли замычал — Донхек не мог описать этот прекрасный звук, сорвавшийся с чужих губ. Он почувствовал, как чужие губы вновь исследуют его шею. Донхек немного отстранился и потянулся к выдвижным ящикам у кровати. Это определенно было тем местом, куда бы Марк положил смазку и презервативы, ведь они с Донхеком были слишком похожи. Нетронутая бутылка и макси упаковка презервативов была бережно запрятана под полотенцем. Донхек тихо фыркнул, выуживая все наружу. Он отложил резинки, а смазку вручил Марку, после чего перекатился на спину.       — Скажи, если тебе что-нибудь понадобится или захочется, — просит он, открывая смазку и выдавливая немного на пальцы. Сердце Донхека пропустило удар. Следующим утром он уже не будет девственником. И он буквально переспит с Марком прямо сейчас.       Но миллисекунду спустя все мысли из его головы испарились, стоило указательному пальцу Марка мягко надавить на его вход. Донхек больше не мог контролировать свои мысли — он почувствовал, как его мышцы сдаются, когда чужой палец оказывается внутри. Это было действительно лучше, чем он представлял. Немного странно, но не так больно, как он ожидал.       — Все в порядке? — шепнул Марк прямо рядом с ухом Донхека, заставляя младшего покрыться мурашками и немного улыбнуться от щекотки.       — Еще как, — ответил Донхек и повернул голову, чтобы накрыть губы Марка снова. Тот довольно промычал и прижал младшего ближе. Они целовались, целовались и целовались, и Донхек совсем потерял счет времени, когда вдруг старший отстранился с маленьким раздражением.       — Черт, Хекки. Я не могу сосредоточиться, когда ты так целуешь меня, — пожаловался старший. Донхек моргнул, пытаясь переварить его слова, а затем усмехнулся.       — Прости, я больше не буду, — сказал он с озорной ухмылкой на губах. Марк фыркнул и продолжил то, что он вытворял своими пальцами. Донхек не слишком понимал, что происходит, потому что: во-первых, он не видел ничего, что происходит где-то между его ног, а во-вторых, Марк казался настоящим профессионалом в своем деле. Он сгибал и поворачивал пальцы внутри, и если Донхек и не стонал, то вскоре начал чувствовать себя, как один большой стон.       — Тебе хорошо? — уточняет Марк. — Я не уверен, но я читал где-то, что достаточно трех пальцев, но… в тебе уже четыре, а ты все еще не плачешь. Я имею в виду, что я не хочу, чтобы ты плакал, но в фанфиках боттомы обычно плачут, потому что это слишком больно или типа того, а ты просто…       Марк не смог продолжить, потому что Донхек чмокнул его в уголок губ.       — Я чувствую себя… растянутым и я не планировал плакать. А еще я думаю, что у тебя отлично получается, если ты еще не понял из-за моих стонов.       Марк выбился из дыхания, словно он задержал его.       — Так ты, ну… готов?       Донхек закатил глаза и разорвал пленку на коробке с презервативами. Он бросил один в Марка и откинулся на подушки.       — Просто надень эту чертову резинку, и трахни меня ради всего святого.       Марк моргнул пару раз, прежде чем порвал фольговую упаковку и раскатал презерватив по члену. И только тогда Донхек заметил, насколько Марк был большим. Да, он видел его перед этим, но тут вдруг осознал, что это гораздо больше, чем пальцы…       Но Донхек этого хотел. А если Донхек чего-то хочет, то он это получает. Марк только закончил смазывать себя и уместился между чужих ног.       — У тебя очень красивые ноги, — промычал Марк. Донхек сглотнул, руками помогая подтянуть ноги. Старший раздвинул их пошире, и Хек почувствовал, как головка чужого члена упирается в его вход. Секунду спустя, он мягко и медленно проник внутрь. Донхеку казалось, будто его вот-вот разорвет. Он немного захныкал, и Марк мгновенно остановился.       — Что такое? Я поранил тебя? Мне перестать? — обеспокоенно спрашивал Марк. Донхек покачал головой и сжал руку Марка, боясь, что тот выйдет из его тела.       — Я хочу. Прямо сейчас.       Его глаза были наполнены слезами, и Донхек был уверен, что Марк заметил это. Но он наклонился и поцеловал его, пока немного толкнулся дальше. Младший вцепился ногтями в плечи, издавая что-то между хныканьем и стонами.       Прежде, чем Марк успел что-то сказать, Донхек обнял его ногами за талию настолько, насколько это было возможно, и обвил рукой шею.       — Мы это закончим, Марк Ли. Я не хочу, чтобы ты отступал, я хочу тебя, я хочу это и…       Марк поцеловал его. Не горячо, но мягко и понимающе. Поцелуй словно говорил: «Я знаю, что ты чувствуешь, я понимаю тебя и это так же для меня». Донхек почувствовал его руку на своей талии и мягкое движение, когда у него вдруг свело живот. Он вздрогнул, его глаза закатились, а высокий стон сорвался с губ. Марк на мгновение замер, но тут же продолжил, вспомнив слова младшего. Он мягко двигал бедрами, входя глубже или наоборот.       Донхек понятия не имел, что ему делать, поэтому просто поглаживал спину Марка, пока последний целовал его шею. Старший был слегка неуклюжим, но это было мило. Тем не менее, его толчки становились увереннее и увереннее с каждым разом.       — Я все правильно делаю? Чувствую себя придурком, — промычал он. Донхек закатил глаза и приподнял голову, чтобы нежно поцеловать Марка.       — Поверь мне, ты делаешь все более, чем хорошо.       Марк улыбнулся, прежде чем он немного напрягся. Он выглядел сконцентрированным, а язык был зажат между зубов. Донхек попытался запечатлеть это воспоминание в своей памяти. И тогда он вдруг почувствовал, что его живот снова свело. Он понял, что старший столкнулся с его простатой. Прежде, чем в голове Донхека возникла хоть какая-то мысль, Марк попал по ней снова, и младший мог только простонать. Он выгнулся в спине, а его ногти продолжали царапать чужую спину до отчетливых следов.       — Не останавливайся, — умоляет Донхек. Марк взял ритм. Прежняя неряшливость исчезла из его движений, и теперь каждым толчком он задевал простату Донхека. Он совсем потерялся, когда старший обхватил его член. Его глаза были все еще закрыты, а голова откинута, когда он стонал практически беспрестанно. Марк целовал его и трогал, словно принца, пока неумолимо покачивал бедрами.       — Марк, я…       Донхек кончил на их животы с новым толчком, а его грудь сбито вздымалась. Марк толкнулся единожды, дважды, и Донхек почувствовал, как тот кончает в презерватив, а затем едва не свалился сверху. Дыхание младшего постепенно успокоилось и он стал прочесывать немного влажные волосы Марка пальцами.       Пару минут спустя, Марк приподнялся на локтях, не в силах держать улыбку. Прежде, чем Донхек сказал что-то, Марк нежно его поцеловал. После короткого поцелуя, старший встал и взял полотенце, что все еще покоилось в открытом ящике. Он вытер живот Донхека, а затем свой, и упал на кровать рядом. Младший забрался к нему и обвил конечностями.       — Ты в порядке? — шепотом спросил Марк, крепко обнимая Донхека за плечи. Младший прикрыл глаза и кивнул. Его волосы щекотали грудь Марка.       — Как никогда, — пробормотал он сонно, заставляя Марка тихо рассмеяться.       Через несколько секунд Донхек заснул. Он заметил, что довольно протрезвел и размышлял, было ли так же у Марка.