Чужие: Выживание

      Оставалось меньше часа до прибытия на «Македонию», и на мостике экипаж готовился к прилету: Ли и Генри следили за курсом, Гоша за состоянием агрегатов корабля, Арчи же полностью контролировал корабль, капитан же ожидал Хайден и Петти на разговор:       - Звали меня? – первой на мостик пришла Хайден.       - Да – спокойно ответил Хелстад. – Сейчас дождемся доктора Петти, я вам все расскажу.       Дина оглянула мостик: впереди был иллюминатор с небольшим запасом места до органов управления кораблем, перед ним было два рабочих места – пилот и второй пилот. Его функции выполнял Генри. За ними в ряд сидели Амира, Гоша и Ли, замыкало эту своеобразную елочку место Хелстада. Экипаж работал спокойно; на мостике было тише, чем в офисе во время обеденного перерыва. Ждать пришлось недолго: буквально через пару минут подошел доктор Петти:       - Что-то срочное? – с порога выпалил доктор.       - Да. – вставая с кресла произнес капитан. – У нас нештатная ситуация.       - Что-то с кораблем? – спросила Дина, Петти резко поменялся в лице – было видно: еще чуть-чуть и его накроет паника.       - Нет, с судном все в порядке.- утешающе ответил капитан. - «Македония» молчит, не выходит на связь. Мы подозреваем, что у них технические неполадки, но…       - Но? – не скрывая волнения, спросил Петти.       - Все может быть, доктор, я просто хочу вас предупредить об этом, чтобы вы все знали. – и, чуть вскинув руки, Хелстад уселся назад в свое кресло.       - Пробовали экстренные частоты? – уточнила Дина.       - Пробовали - тишина. – свое слово взял Гоша. - Ни импульсов, ни помех, даже «СОС» нет.       - Ну и что будем делать? Домой? – Петти не мог угомониться.       - Доктор, мы меньше чем через час будем на месте, домой мы не летим. – капитан был предельно конкретен.       - Не переживайте – к ним подошел Генри. – Они знают о нашем прибытии, вы – плановая смена, а мы заберем тех, у кого закончился контракт. График был одобрен год назад, накладки исключены.       Спасибо! – нервно произнес доктор. – Сначала говорите такое, а потом говорите, что все хорошо! Вы мне лучше скажите, капитан, мне и моим людям волноваться или нет!?       - Нет, доктор Петти, не нужно. – твердо ответил Хелстад. – Я лишь просто хочу, чтобы вы это знали и все, понятно? – в его голосе стали проявляться нотки раздражения. - Чтобы не предъявляли ко мне вопросы потом. Я несу ответственность только за корабль, экипаж, и за вас, пока вы здесь. За то, что происходит на станции, я не ручаюсь. Как капитан, я свою работу сделал. – подытожил он.       - Я поняла вас, капитан, – вставила Хайден. – Спасибо, что сказали.       - Можете идти, вас более не задерживаю.       Дина развернулась и молча ушла к своим; Гай же, немного показав свое недовольство, также ушел к себе, бурча что-то себе под нос. Придя в свою каюту, он нервно начал перебирать свои записи и документы, среди них была папка с надписью «СП-10, для исполнения вышестоящими лицам. Открыть по прибытию», которая выскочила из трясущихся рук на пол. В дверь отсека вошла доктор Келлер и спросила:       - Мистер Петти, все хорошо?       - Да… Да, все нормально… - нервно ответил он.       - Что вам сказали на мостике? Что-то с кораблем? С экипажем?       - Нет, Паула, все хорошо, можете тоже готовиться к прибытию, собирать вещи…       - Вам помочь? – она уже хотела наклониться за упавшей папкой.       - Нет! – Резко одернул он.       Паула сделала шаг назад, и скептически посмотрела на него:       - Что-то еще нужно!?       - Нет, сэр, я пойду…       - Да, да, идите… - остывшим голосом произнес он.       Келлер, пожав плечами, ушла к себе. Она явно не ожидала такого отношения к себе: так резко вспылить, как будто он находился на грани срыва. Зайдя к себе в каюту, она увидела, что все потихоньку пакуют свои вещи, перебирают и проверяют документы, пропуска и прочую мелочь. Но как только она прошла порог, все взоры устремились на нее:       - Ну и что стряслось? Узнала что-нибудь? – волнительно спросил О’Киф.       - Нет. Молчит, еще и на меня наорал. – недовольно произнесла она.       - Ну, мы, по крайней мере, летим, все же хорошо, да? – довольно ответил Мицуко Канагава, специалист по неорганической химии.       - Это то да… - голос Паулы был нечетким и немного дрожащим.       - Но?       - Мне кажется, что он что-то скрывает. Что-то очень серьезное. – уйдя в свои мысли, Келлер начала собираться.       - Паула? – Роджер окликнул ее в ожидании ответа.       - Нет, ничего… - быстро бросила она. – Просто неприятно.       Все ученые в каюте продолжили сборы, как будто этого разговора и не было.       Тем временем Дина прошла мимо своей каюты: краем глаза, она увидела, что там никого не было - все были внизу, в ангаре, собирали свое барахло, куда она и направилась. Бойцы уже вовсю паковали вещи, проверяли оружие, и готовились к выходу. Дина присоединилась к ним: собрала свой рюкзак, проверила свой автомат, зарядила его, надела бронежилет и пояс. Быстро пробежав глазами по снаряжению, она начала командовать:       - Так, все готовы?       - Да. – хором ответила группа.       - Супер, а теперь слушай сюда: с платформой нет связи…       - Воу… - прервал ее Мак. – Это тебе на мостике сказали?       - Да, и заткнись нахрен, пожалуйста! – она зло указала на него пальцем. - В общем, есть мнение, что там просто не лады со связью, андроид уверил, что все будет хорошо, и нас встретят, поэтому действуем штатно.       - Это все, босс? – уточнил Холт.       - Да, пока все. Фиш, подойди. – взмахом руки Дина поманила его к себе.       Бойцы пожали плечами, переглянулись, и продолжили сборы. Бри и Кэри перекинулись мнением:       - Что это она его позвала, а? – иронично заметила Кэри.       - Вот и узнаем.       Бри пристегнула КПК к руке и продолжила одеваться. Френчи, Шенг и Док стали выносить уже собранные рюкзаки к лифту; Мики разминался со своим пулеметом:       - Не крупноват ли? – съехидничал Тощий.       - Не-а, как раз мой размер. – Мики был коренастым парнем, не больше метр восемьдесят ростом, и казалось, что его смартган больше, чем он сам, хотя это было всего лишь обман зрения, неудачный ракурс. Его небольшой, широкий ирокез дополнял его образ горячего бразильского мачо. Болтливого, но душевного, и очень доброго мачо.       - Помаши рукой. – обратился он к Тощему.       Тощий помахал рукой в камеру Мики. На его дисплее забегала прицельная сетка:       - Ага, спасибо, работает.       Фиш проследовал за Диной к челноку, пошептаться:       - Слушай, там со мной был доктор…       - И?       - Не знаю, он какой-то весь на измене был, нервничал сильно.       - Что-то темнит? Или, может, что-то знает? – уточнял он.       - Выясним, когда прилетим. Скажи кому-нибудь, пусть держат за ним ухо востро…       - Я скажу.       - Хорошо, - Дина хлопнула его по плечу, - нам скоро на выход.       По громкой связи зазвучал раскатистый голос капитана:       - Говорит капитан Хелстад. Через… десять минут мы прибываем на «Македонию», просьба всем приготовиться к выходу. Пожалуйста, не забывайте свои личные вещи, иначе экипаж их реквизирует или утилизирует, в зависимости от их ценности. Ах, да: температура за бортом минус двести двадцать девять градусов, так что дождитесь полной стыковки переходного шлюза. Ваши трупы будут плохим украшением орбиты Кальпамоса. Помните о мерах безопасности пребывания в космосе, предохраняйтесь, и спасибо, что выбрали «Эрейон» своим перевозчиком. Конец связи.       По мостику прокатился легкий хохот после передачи капитана:       - Хорош, Пит, хорош! – смеясь сказал Арчи.       - Да-да, спасибо за овации. – как бы отнекиваясь парировал капитан.       - Сэр, станция. – прервал их Ли.       В иллюминаторе стала видна мигающая белым цветом точка. Едва различимый силуэт станции виднелся в темноте космоса.       - Гоша, давай еще раз попробуй их вызвать.       - Пробую.       - Огни горят, уже хоть что-то. – произнес Арчи.       - «Македония», говорит «Эрейон», 0823-CS30, прием? – Гоша пытался выйти на связь. - «Македония», говорит «Эрейон», 0823-CS30, прием, визуальный контакт подтверждаю, слышите…? Тишина. Как будто вымерли все. – холодным голосом проговорил Гоша.       - Так, Арчи, медленно и нежно, заходи на стыковку. – отдал приказ капитан, посматривая на монитор.       - Есть.       Питер решил попробовать сам выйти на связь:       - «Македония», говорит «Эрейон», прошу разрешения на стыковку, расчетное время – три минуты.       Капитан потер подбородок, задумался, и повторил:       - «Македония», говорит «Эрейон», прошу разрешения на стыковку… Черт… Хрен с ними! Арчи, стыкуемся. Если огни горят, значит энергия на станции есть. Генри, проследи, чтобы "хобот" пристыковался, хорошо?       - Есть, сэр.       У стыковочного шлюза было людно: часть ученых толпилась у выхода, бойцы ждали, и сидели на своих рюкзаках. Кто-то покуривал, все разговаривали между собой, обсуждая последние новости. Про то, что на «Македонии» нет связи, знали только Петти и ГБР: он не рассказал ничего своим коллегам, а бойцы и не считали нужным общаться с учеными. Часть ученых спустилась в ангар для проверки контейнеров с оборудованием, и готовила их к выгрузке. Сами контейнеры были без каких-либо маркировок: обычный серо-зеленый армированный пластик, внутри которого могло находиться все что угодно – от бор-машины до ядерной боеголовки. Замки на контейнерах были запломбированы, а код знали только рабочие «Македонии» - компания всячески старалась уберечь то, что перевозит, поэтому шифр на замки ставили специалисты логистического отдела корпорации; в декларациях на груз были «ключи» к кодам, а дешифраторы находились на станции. Выгружать сие добро необходимо было с помощью погрузчиков, кои имелись на станции. Процесс разгрузки с корабля контролировался Генри. Вокруг контейнеров шастали Сальвадор Ариас, Реми Дукур и Дэмиен Грант: они проводили визуальный осмотр груза:       - Интересно, что там? – задумался Ариас.       - Черт его знает – грузили без нас. – ответил Грант.       - Тяжелый… - Ариас попытался поднять ящик – не вышло, даже от пола не оторвал. – Не поддается…       - Видать, стационарное оборудование, или еще что-то в таком духе. – резюмировал Дукур.       - Слушай, не нам этим заниматься: там есть, кому тяжести таскать. Лучше голову в порядок приведи, нам сейчас дела принимать. – хмуро сцедил Грант.       - Да… Сейчас будет много работы. – отряхнув руки, Ариас не спеша пошел в сторону шлюза.       Тем временем, мостик готовился к стыковке. Арчи медленно подводил корабль на позицию, параллельно переходному шлюзу. Он был спокоен, как удав, он проводил этот маневр не один десяток раз, филигранно паркуя посудины, весом до нескольких тысяч тонн, причем важно попасть в стыковочный маркер, подсвеченный лазером – только тогда можно выпускать, так называемый, «хобот» – герметичный тоннель, длинной в шестнадцать метров. Он стыкуется на четыре крепления, расположенные у углов внешнего люка станции; сами крепления также имеют лазеры для сведения, а для работы в слепой зоне у Арчи и Генри есть мониторы, которые передают картинку с камер:       - Сто метров, движки молчат, врубаю маневровые – спокойно рапортовал Арчи.       - Мистер Нуньез, крен + 10…       - Вижу…       Арчи, едва касаясь джойстика, подал его вправо. Генри не отрывался от мониторов, следил и тут же давал поправки на стыковку.       - Запускаю диагностику. – Гоша щелкнул парой тумблеров и начал проверку герметичности «хобота» - обычное дело, если не хочешь, чтобы тебя засосало в бездну космоса.       - Пятьдесят… Сорок… Включаю стабилизатор. – Генри активировал гироскопическую автостабилизацию корабля и продолжал отсчет дистанции. – Двадцать… Десять…       - Генри, наведение. – скомандовал Хелстад.       - Есть.       Генри развернулся к соседнему монитору и начал сводить лазеры с креплениями. Андроид это делает с большей точностью и скоростью, поэтому ему доверяли деликатные маневры и операции с кораблем. Он всматривался в монитор, параллельно сводя зеленые точки с корпусом станции.       - Арчи, левый, пять метров. – приказал капитан.       Корабль неуклюже подался влево и остановился. Все ждали, когда Генри сведет точки.       - Ииии… Есть, можно выпускать. – довольно произнес он.       - «Хобот» пошел. – ответил Гоша.       У шлюза и в ангаре раздались лязгающие звуки: это раскрывался тоннель, выезжая навстречу станции. У дверей послышались звуки сброса давления, еще несколько секунд – и автоматические замки отопрут дверь, и можно будет переходить на станцию.       - Прибыли. – Капитан выдохнул. – Ли, давай таймер, стоим 18 часов, корабль без надобности не покидаем.       - Есть.       Генри нажал пару кнопок - он выровнял давление в шлюзах, затем направился в грузовой отсек, чтобы начать разгрузку.       - Так, Гоша, давай с ним, спроси у местных, если у них какие-нибудь запчасти.       - Да. – Гоша лениво вылез из своего кресла и проследовал следом за Генри.       Сам капитан и Гаян пошли на камбуз, пить кофе, Арчи откупорил свою флягу, и, закинув ноги на приборную панель, стал неспешно смаковать текилу. Муто же завершал проверку систем и после прошел к себе в каюту.       «Македония» была самым настоящим произведением инженерного искусства. Огромная, полностью автоматизированная платформа в форме треугольника с обрезанными углами: в «нижней» грани расположился причальный док, куда и пришвартовался «Эрейон». Причальные секции были 250 метров длиной и 60 метров в высоту: внутри состояли из основного ангара (он был слева по борту), в котором производилась выгрузка и пункта первичного осмотра (он был справа), который проходили все новоприбывшие. Верх и низ комплекса состояли из различных помещений, коридоров и магистралей коммуникаций. Стороны же «треугольника» станции были 900 метров длиной, по центру располагалась надстройка, которую обитатели станции прозвали «стержень», общей высотой в 250 метров, из которых 70 метров были «верхушкой» - там располагались лаборатории, медблок, главный пост охраны, административные помещения, и на самом верху – диспетчерская и помещения связи. Вниз же эта конструкция уходила в виде конуса, на концах которого были маневровые двигатели, прямо над ними, в надстройке находился главный реактор станции. Далее выше находилась система охлаждения и поддержания жизни, на верхних ярусах находились комнаты проживания персонала и еще один медблок. В носу станции находилось еще одно обширное помещение, можно даже сказать, отдельный модуль, информация о котором была засекречена. Этот модуль был автономен от всей станции, в плане энергопитания и поддержания жизни, более того, он мог быть отстыкован в случае чего. Там же, в носу находился антенный комплекс станции. Отсеки для внекорабельной деятельности, вместе со всем необходимым, были расположены по углам станции, а также в реакторной зоне. Помещения для экстренной эвакуации были в «стержне», в главном зале, слева и справа, а также за атриумом и зоной прибытия. Вся станция была пронизана системой лестниц и лифтов.       Тяжелые внутренние гермостворки «Эрейона» неспешно затягивались внутрь корпуса, еще секунда, и откроется внешняя дверь. После того, как двери открылись, всем стал виден переходной шлюз: в нем зажигались белые лампочки – эта был шестиугольный тоннель из стали, с обрезиненным полом: стены были защитно-серого цвета, каждые три метра были видны швы, по которым он раскладывался. Каждая из этих секций была пронумерована. На другом конце тоннеля виднелась массивная дверь бело-стального цвета – это была «Македония». На двери был электронный замок: он был упрятан в стену станции, слева, и был закрыт шторкой, но использовался он только в крайнем случае: дверь же открывалась с поста досмотра. Также над дверью была установлена камера – все хотят знать, кто стучится тебе в дверь.       Слева по борту был протянут еще один рукав - грузовой. Это была двухсекционная конструкция: первая секция тянулась от «Эрейона», вторая – от «Македонии». Ее сведение прямо зависело от сведения пассажирского шлюза, а поскольку габариты и размеры причальных доков и грузовых модулей были унифицированы, то подгонка была произведена с точностью до микрона. Через грузовой шлюз шел паз, по которому могла двигаться платформа, на которой мог находиться тяжелый груз. Его же, в свою очередь, принимали в ангаре – просторном помещении, забитые контейнерами с продовольствием, запчастями, образцами с LV-426, которые требовали доставки на Землю. Там же находились шагающие погрузчики – экзокостюмы, с помощью которых рабочие переносили тяжести, а также небольшие краны.       Генри спустился в трюм и открыл аппарель «Эрейона», но на другом конце шлюза двери были закрыты.       - Аааа… Сэр? – по коммуникатору, не скрывая своего недоумения, передал Генри.       - Да? – Хелстад насторожился.       - Ангар «Македонии» закрыт.       - Черт! – от бессилия и злости, он сжал кулак и чуть не ударил по столу в камбузе. - Или нас игнорируют, или передохли все! Разгрузку не начинай, ступай со всеми на станцию, выясни, что там с ангаром.       - Есть.       Тем временем, ученые и группа охраны готовилась взойти на борт «Македонии». Первыми к дверям потянулись бойцы: всех за собой вела Дина; с ними сзади плелся доктор Петти. По сравнению с бойцами, доктор выглядел несколько забито: весь путь до двери прошел с прижатой к небольшому пузу сумкой с документами и прокинутым через плечо бурдюком с вещами. Группа же двигалась не спеша, можно сказать, вальяжно - рюкзаки на одном плече, автоматы свисали и смотрели то в пол, то упирались в живот.       - Ну и? – Дина и все остальные встали возле двери – она не открывалась. – Эй! Вы что там, уснули? – она помахала в камеру. Ответа не было.       - Кажется, никого нет дома. – ехидно заметил Мики.       - Босс? – спросил Фиш и кивнул головой в сторону двери: его оружие было на изготовке.       - Доктор, назад! – скомандовала Дина и начала отдавать приказы. – Мак, дверь!       Мак кинулся к замку: поскольку никто из охраны пока не знал внутренних кодов станции, блокировку пришлось снимать принудительно. Он достал небольшой пульт, вытянул из него провод и подсоединил его к входу снизу панели замка. Несколько секунд манипуляций, короткий писк и мерцание на экране замка – дверь начала открываться. Перед дверью, по центру, стоял Мики, слева Фиш, справа Шенг – их стволы были направлены вперед. Остальные стояли сзади, положив пальцы на спусковые крючки, поскольку только что ситуация начала попахивать дерьмом. Сначала Дину уверили, что все хорошо, причин для беспокойства нет. Аналогично, она сказала это и своим подчиненным. Но с этой минуты, все начинает идти совершенно не так, как должно было быть.       - Аааа… - с досадой вдыхал Мики, – рано я завязал с ходьбой по темным подворотням. – и первым сделал шаг вперед.       Шенг и Фиш с улыбкой переглянулись, легонько потряхивая головой и закатывая глаза кверху.       Петти вернулся к ученым, те же в свою очередь наперебой спрашивали у него: что там случилось? Доктор отбивался от вопросов:       - Ничего не знаю! Дверь не открывается! – дрожащим голосом отвечал он.       Он поспешил удалиться; было видно, что он не на шутку встревожен. В этот момент, к ученым подошел Генри и Гоша. Генри, видя нарастающее давление у людей, аккуратно спросил у одного из ученых:       - Извините, сэр, что происходит?       - Не знаю… Доктор Петти сказал, что туда пока нельзя, вроде, что-то с дверью…       - Я понял. – Генри и Гоша отошли в сторону, андроид связался с капитаном. – Сэр, в пассажирском шлюзе дверь тоже закрыта. Туда пошла группа охраны, ученые остались на корабле…       - И вы тоже оставайтесь: не хочу, чтобы вы в какое-нибудь дерьмо вляпались. Ждите распоряжений от группы охраны – они на станции главные, не я.       - Понял, сэр.       - Начинается…. – устало, с досадой пророптал Гоша.       Тем временем дверь «Македонии» была открыта. Перед бойцами находилась комната для очистки и дезинфекции: стандартные меры при входе на любую космическую станцию. Вдалеке, на выходной двери мигал красный огонек – проход был блокирован. Само же помещение было темным, только три луча фонариков разрезали темноту впереди:       - Чисто. – кратко выдал Фиш и раскрыл экран датчика движения. – Движения нет.       - Не нравится мне все это… - робко произнесла Бри.       - Так, всем ушки на макушке! Открыть датчики! Построились! – скомандовала Дина.       Бойцы вскинули автоматы и, выстроившись клином, медленно начали двигаться вглубь помещения. Первыми шли Мики, Фиш и Шенг, далее за ними Френчи и Тощий – они прикрывали спины Фишу и Шенгу соответственно. За спиной Мики был Мак и Шиза, Док, Бри и Дина были замыкающими. Свет фонарей заполнил пространство комнаты. Босс заходила последней. Перед тем, как зайти, она развернулась и крикнула в сторону корабля:       - Никому не заходить на станцию, пока мы все не проверим! Эй, робот! – Дина окликнула Генри, который крутился среди ученых.       - Да? – тихо произнес он, но было видно, что он откликнулся на ее голос.       - Закрой дверь на корабль, никого не выпускать, мы придем – сами вас позовем, понял?       - Да, мэм. – Генри подошел к панели управления гермостворками, нажал пару клавиш и закрыл «Эрейон».       - Что там? – капитан спросил у Генри.       - Сэр, от мисс Хайден поступил приказ: на станцию не заходить, и запереть корабль на время осмотра станции.       - Принято.       Вся команда, кроме Гоши и Генри собралась на мостике:       - Ну, и, что там? – спросила Амира.       - Ну…. – Хелстад тяжело выдохнул. – Как и предполагали – что-то нехорошее…       - В смысле? – уточнил Муто.       - Все двери закрыты, никого нет, никто не откликается….       - Значит, просто сидим и ждем, да? – констатировал Арчи.       - Да. Просто сидим и ждем. – у капитана были связаны руки, он ничего не мог поделать в этой ситуации. Его голова висела под собственной тяжестью, а глаза бесцельно смотрели в пол.       Команда переглянулась: на их лицах были смешанные эмоции – с одной стороны, такое развитие событий предполагалось, с другой – полное отсутствие людей на постах досмотра и дежурных рабочих в ангаре. К такому невозможно быть готовым. Быть одним, в пустоте космоса – нужно иметь крепкие нервы, чтобы не сходить с ума от перебирания вариантов, которые могут произойти.       Бойцы подошли к двери, которая вела к пункту досмотра. Мрак помещения растворялся в свете фонарей, а тишина перебивалась тяжелым дыханием Бри, которая шла в числе замыкающих.       - Не волнуйся, - успокаивала ее Дина, - что там может быть страшного…       - Я…я… не знаю… - Бри была в замешательстве. – Нас же не это должно было ожидать, верно?       Мак подошел к двери и начал возиться с замком: он снял внешнюю панель, и, рассмотрев что-то внутри замка, обрезал провод контроллера. Щелчка не произошло – дверь осталась запертой.       - Босс?       - Да.       - Дверь не с поста заперли – это центральная блокировка.       - Значит, кто-то изолировал станцию… - перебирая пальцами по цевью, констатировал Тощий.       - От кого? Или от чего? – спросил Док.       - Так, не спать! Всем быть начеку! – скомандовала Дина.       Мак закончил взлом замка, засов щелкнул, и створки дверей неспешно покатились в разные стороны. Группу встретил такой же темный атриум – большой просторный трехуровневый зал, он был больше похож на зал ожидания вокзала: всюду стояли простецкие кресла, часть из которых была перевернута, автомат для снеков и диспенсеры с водой. У атриума был высокий, панорамный сорокаметровый потолок, по правую сторону от входа цепью тянулись иллюминаторы, через которые была видна темнота космоса, а если прижать голову к стеклу, то можно было увидеть кусочек Кальпамоса. Сквозь темноту и пылинки, витавшие в воздухе, проникал тусклый свет от единственного иллюминатора, который не был прикрыт жалюзи. На поликах стояли горшки с растениями: они разбавляли тон станции и делали пребывание людей более комфортным. Стены, пол, и потолок были снежно-белого цвета; в стенах были вставки из мягкой пенорезины, сами же стены были из стандартных металлических листов. На дальней стене красовалась табличка с надписью «Македония». На полу был разбросан всякий мусор: стаканчики, обертки, бычки. Кое-где были разбитые плафоны. По левую сторону располагались две широкие двери, которые вели к коридорам; они, в свою очередь, вели в главный комплекс станции. Контрольные панели дверей мигали красным. Справа была большая лестница, ведущая на второй уровень: там также находились места для сидений и отдыха, туалет, и подсобные помещения. Третий уровень был полностью отряжен под технические нужды атриума: там были системы вентиляции, оповещения, аварийная система питания и серверная. Бойцы плавно двинулись внутрь атриума: здесь было ни души: ни тел, ни следов, ничего. После того как группа удостоверилась, что в радиусе пятидесяти метров никого не было (это подтверждали датчики), они разделились: Дина махнула рукой – Фиш, Мак и Шиза двинули к посту охраны. Комната охраны располагалась по левую сторону от входа в атриум. В помещении было пусто – темная жидкость, напоминавшее кофе, была разлита на полу небольшой лужицей, мониторы были погашены: казалось, жизнь покинула это место. Остальные поднялись наверх и разместились по периметру: бойцы разглядывали стены, искали хоть какие-нибудь зацепки на полу, осматривали помещения – но ничего не было.       - Что у вас? – Босс окликнула пост охраны?       - Чисто, - ответил Фиш.       - Сейчас дадим питание. – Тощий проскочил на самый верх, вскрыл электрощит и, поковырявшись внутри, дал свет. - Оп! – довольно усмехнулся он.       Атриум постепенно стал заполняться теплым белым светом. В разбитых лампах затрещал ток, отчего все, на рефлексах, повернули головы в сторону источника звука. Дэниел спускался к остальным.       – Никогда не думал, что начну смену вот так…       - Никто не думал. – сухо сцедил Шенг.       Внешность Шенга была самой постоянной, в том плане, что он не мог позволить себе каких-либо экспериментов с прической, кожей и тому подобное. У него были темные, прямые короткие волосы, как и во время службы в войсках. При не самой выдающейся антропометрии (средний рост и не самый накаченное тело), он, благодаря своей подготовке, опыта, и природных данных, мог справиться с любым противником в рукопашной схватке. Шенг был всегда внимателен и сосредоточен, и не болтал лишнего.       - Так, бойцы, слушай сюда! – Босс, щелкая пальцами, подозвала всех к себе. – Атриум чист, заводим ученых, пока расположимся здесь. Мак – узнай, что за херь тут творится, двери не открывать! – и указала на основной коридор.       - Да, босс.       - Бри, дуй за учеными, веди их.       - Принято.       - Остальные – пойдут со мной, нужно проверить станцию, и снять блокировку.       - Есть. – хором ответили бойцы.       Проверив рации, каждый пошел исполнять приказ: Бри побежала на «Эрейон», Мак и Шиза вернулись в комнату охраны проверять логи и записи с камер, остальные разместились в атриуме в ожидании указаний. В атриуме запахло сигаретами – Фиш сел, и неспешно курил. Док и Мики стояли «на часах» на лестнице.       - Эй, как думаешь, что тут произошло? – тихо спросил Мики.       - Не знаю… - Док пожал плечами и поправил винтовку. – Это режимный объект: тут плюнешь не туда – уже тревогу поднимут.       - Это-то да… - Мики неспешно вертел головой, поглядывая во все стороны. – Просто очень необычно. Такое ощущение, что здесь никого не было. Вообще.       Док вопросительно взглянул на Мики.       - Нутром чую: не там смотрим. Ни следов борьбы, ни крови, но бардак: лампочки битые, мусор… Может, у кого-то крышу сорвало, и он тут пар выпустил?       Док усмехнулся.       - Вот дойдем до центрального поста, тогда и узнаем.       Вскоре подтянулись ученые, Генри и Гоша. Все разместились в атриуме – у каждого на лице были свои эмоции: недоумение, настороженность, тревога, но всех объединял один вопрос: что случилось. Больше всех нервничал доктор Петти. Как только все сели, Дина встала в центр атриума и объявила:       - Итак, дамы и господа, плохие новости: станция была заблокирована, и мы не знаем почему!       Среди ученых поднялось роптание.       - Пока мы не разберемся, что к чему, вы все останетесь здесь; с вами останется специалист Янг, – Дина указала на Бри, та в свою очередь лениво помахала рукой. - ведите себя хорошо. Только после того, как мы убедимся в безопасности объекта, вы сможете пройти в жилблок.       - Извините, мэм, – подал голос Генри, - но я должен пойти с вами.       - Зачем?       - Мне необходимо разгрузить корабль. После снятие блокировки, я должен открыть грузовой ангар изнутри.       - Ладно…. – тяжело вздыхая, ответила Дина.       - И мне надо… тоже. – вскользь произнес Гоша.       - Тебе-то зачем!? – не выдержал Фиш.       - Мне нужно за запчастями… для «Эрейона»…       - Босс! – крик Мака прервал их диалог.       Дина двинулась к посту охраны.       - Что?       - Мы проверили – на камерах чисто…. Кроме этого.       На самой последней записи было видно, что охранник с поста убегал в сторону коридора, и двери за ним закрылись намертво. Все бойцы подошли к посту охраны – происходящее на записи могло бы объяснить то, что здесь случилось. Бойцы оживились.       - Ага… - вклинилась Шиза. – Последний отчет о заступлении на дежурство был десять дней назад. После – тишина: ни записей, ничего.       - Ясно… что-то еще? – уточнила Дина, и на ее лице проявились нотки задумчивости.       - Это все, Босс.       Всех очень сильно смущала мысль о том, что на станции что-то идет не так: бойцы были озадачены, может, нервничали, но вида не показывали - караул не менялся в течение десяти дней – плохой знак. Полторы недели в атриуме не было ни души.       - Можешь сказать, кто это был? – Дина пыталась сложить пазл в своей голове.       Шиза проверила журнал дежурств: убегающим был Калвин Бёрн, ему на смену должен был выйти Уолтон Рамсдейл – но так и не вышел. Звука на камерах, как назло, не оказалось. Реакция Дока была моментальной:       - Черт, мы бороздим космос, излечили болезни, а звука на камерах наблюдения нет до сих пор… - Чем мгновенно вызвал ухмылки со стороны Тощего, Френчи и Мики.       Мак подтвердил: все записи с камер в атриуме находились на локальном сервере и передавались на центральный пост ежедневно. Снять блокировку можно было только из диспетчерской. Дина всматривалась в экран, бормоча себе под нос:       - Куда ж ты побежал, Бёрн?...       - Двери не открыть отсюда. – резюмировал Мак. – только резать, если хотим пройти дальше.       Дина тяжело вздохнула.       - Ладно: резать так резать. – буднично закончила она.       Бойцам предстояло пройти на самый верх конструкции, где был центральный пост безопасности: именно там они могли получить коды доступа к станции, авторизоваться в системе, и, начать собственное расследование, если необходимо. В конце концов, кто-то оттуда заблокировал весь комплекс; абсолютно все хотели знать: кто и почему.       В атриум постепенно вернулась жизнь: кто-то жевал, кто-то пил, кто-то читал, но не никого не переставали посещать тревожные мысли о том, что что-то происходит. Ученые волновались: конечно, они понимали все меры, которые предприняли бойцы ГБР. И от этого им было не по себе. Среди некоторых ученых пошел слух о том, что их начальник, доктор Петти, подозрительно себя ведет. Доктор Келлер, делилась догадками по этому поводу с другими.       - Он еще до прибытия был какой-то нервный. Я когда к нему зашла, он наорал на меня, просто… без причины….       - Он точно что-то скрывает. Что-то, что нам знать не нужно. – ответила Тиша Сингх, фармаколог.       - А что ему скрывать? – с недоумением спросила Ангелина – Нам тут вместе работать, мы должны доверять друг другу.       - Ну, он тут босс, – смиренно парировала Паула. – Чтобы там не было: если нам этого знать не надо – то и спрашивать смысла нет…        - Знаешь, - прервала ее Ангелина. – Я так работать не могу! Я не за этим сюда летела, чтобы вот так со мной обходились.       - Успокойся. – тихо ответила Тиша. – Я уверенна, мы, охрана… мы ведь все узнаем. Все будет хорошо.       - Ага… - голос Ангелины был полон скепсиса. – Когда это «хорошо» настанет... – и, показывая свое недовольство, она встала и направилась на второй уровень.       Тиша хотела пойти за ней, но Келлер ее остановила: ее рука помешала Тише встать, а покачивающаяся голова, на которой было написано «не надо», отбила всяческое желание на дальнейшие действия.       Ангелина поднялась по лестнице и пошла в туалет. Ей нужно было привести себя в порядок после такого развития событий. Она с раздражением толкнула дверь, которая вела в обитую белым мягким пластиком комнату. За углом находились металлические раковины, и, чуть далее, в отдельном помещении были кабинки. Через всю комнату тянулась вентиляционная труба, решетка которой лежала на полу около кабинок. Свет горел только перед рукомойниками, но этого было достаточно; Ангелина включила холодную воду и умывалась. Пока шумела вода, из вентиляции вылезло нечто, ростом больше человеческого, с длинным сегментированным хвостом, и пикоподобным жалом на конце. Оно медленно подкрадывалось, заходя точно со спины. Закончив с умыванием, Ангелина посмотрела на себя в зеркало и замерла: от страха ее челюсть упала вниз, и вместо крика, который она хотела издать, у нее получилось только лишь чуть выпустить воздух. Тварь стояла у нее за спиной и отражалась в зеркале. Зубастая морда, вся покрытая слюнями, шипя, смотрела на нее. Ангелина хотела дернуться к выходу, в тщетной попытке спастись, но длинная черная лапа ее опередила. Мощный удар наотмашь – и она полетела в сторону кабинок, в темноту, ударившись головой о гладкий пол. Понимая свое обреченное положение, она попыталась встать и снова позвать на помощь – это было бы бесполезно. У охраны были выключены датчики движения, из-за обилия людей в атриуме, а туалетная комната была хорошо изолирована – звуки ударов просто не покидали пределы помещения. Как только первые нотки крика стали вырываться из ее рта, тварь сделала движение хвостом, словно плетью. После такого удара, она отлетела в стену на огромной скорости; казалось, она переломала себе все кости. Но боли она не почувствовала – после удара, она потеряла сознание, и распласталась у стены, словно тряпичная кукла. Существо медленно осмотрело свою жертву, и, схватив ее за ворот, утащило за собой в вентиляцию.       Чжоу Лунь и Мицуко Канагава сидели рядом: первый неспешно жевал орешки, взятые из автомата; второй же разгадывал судоку. К ним подошел Гордон и окликнул их:       - Девчонки сидят, волнуются.       - Да, - ответил Лунь. – Мы слышим.       - Все их слышат. – не отвлекаясь от игры отозвался Канагава.       - И вас это не тревожит?       - Да нет. – спокойно ответил Лунь. – Слушай, Гордон, зачем об этом думать, а? Я – генетик, я о таком не думаю. Ну заблокировали ее, и что? Сейчас вопрос решат, и все будет в норме.       - А тебя не смутило, что кроме нас здесь никого больше нет?       - Мы этого не знаем. – парировал Канагава.       Потерев лицо двумя руками, от носа до уголков губ, Гордон тяжело выдохнул через рот и начал ходить из стороны в сторону, словно маятник.       Дина стояла у дверей в окружении своих людей и рассуждала. За этой дверью, возможно, были ответы на возникшие вопросы: почему или от чего бежал охранник, кто устроил здесь погром, и самое главное – где люди. Она взглянула на парней:       - У кого-нибудь есть резак или горелка? – вяло спросила она.       В ответ все отрицательно покрутили головой. Тогда она решила попробовать другой вариант, и, отойдя к креслу, где сидел Генри, хотела спросить его.       - Мэм? – поднимая голову, с легкой улыбкой, он посмотрел на нее.       - Робот, - обратилась она, - у вас на корабле есть оборудование для резки металла: резак, горелка, что-нибудь.       - А зачем он вам? – уточнил Гоша, развалившись в кресле напротив.       - Будем резать двери. – ответил Тощий.       Генри задумался, но Гоша опередил его рассуждения.       - Да… есть гидразинка, есть плазма… - он перечислял состав своих инструментов. – Обе металл режут. – заключил он.       - Беги. – Дина развернулась к нему и отдала ему подобный, если угодно, приказ. – Бери обе: неизвестно, что там дальше, возможно пригодится еще.        Гоша и Генри ушли на «Эрейон», их на корабле встретил Хелстад, который сходу спросил:       - Ну и, что там?       - На станции введена центральная блокировка. – ответил Генри.       Хелстад забурчал. Естественно, это ему не понравилось: он ожидал, что все пройдет более гладко, чем сейчас.       - А зачем вы вернулись?       - За резаком! – Гоша уже удалялся в сторону инженерного отсека.       - Ладно, Генри, мы будем здесь. Держите меня в курсе.       - Да, сэр.       Гоша вернулся с горелками. Капитан подозвал к себе андроида.       - Слушай, - обратился Хелстад, - как вернешься сейчас – сразу начинай разгрузку, у нас время поджимает.       - Сделаю. – утвердительно ответил Генри, и пошел вслед за Гошей.       Они вернулись в атриум, после чего Гоша отдал резак Тощему. Тот откинул защитное темное стекло и начал резать дверь. Бойцы встали полукругом, держа руки на спуске. Распахнув створы, их встретил темный коридор, в котором горел аварийный красный свет. Переход был просторный: метров сорок в длину и метров двенадцать в ширину, который разделялся небольшими колоннами, на которых висели логотипы корпорации и направление движения. Пол был из приятного рифленого материала, который не скользил. Стены были серо-стального цвета, на которые большими пятнами падал красный свет. Вдоль коридора, по краям, были дренажные канавки, под потолком была система вентиляции с большими прямоугольными воздуховодами. Дина дала указание:       - Сверить часы! - Бойцы активировали таймер на своих КПК, - Сколько корабль будет стоять?       - Восемнадцать часов. – ответил Генри.       Легкий звук стука пальцев по стеклу – и все были синхронизированы по времени. Группа разделилась: Бри осталась с учеными, остальные пошли вперед, изучать «Македонию». Перед уходом, Дина подошла к Бри, отвела ее в сторону и тихо дала указание:       - Видишь того, с седыми висками?       - Да. – Бри вглядывалась в скопление людей.       - Глаз с него не спускай. Если что – закуй его.       - Есть, Босс.       Бойцы вошли в коридор, Френчи и Мики были последними – они закрывали дверь – просто соединили створки дверей. Все шли, вскинув оружие, не спеша, проходя метр за метром. Пройдя примерно половину пути, они услышали женский голос системы оповещения, который резко появился из ниоткуда: «Вы находитесь в закрытой зоне! Зарегистрирована неизвестная форма жизни! Всем лицам с допуском ниже второго уровня нахождение в закрытой зоне запрещено!».       - Ох, и не нравится мне это… - Мики разминал шею.       - Не расслабляемся! – ответила Дина. – Она заткнется, как только мы поднимемся наверх и вырубим ее!       - Босс, ты слышала? – Док открыл датчик движения: на нем были только зеленые точки – сами бойцы. - Неизвестная форма жизни. Может, все попрятались из-за этого? Или их убили?       - Я не видела трупов. – спокойно отреагировала она.       - Не бойся, amigo. – Мики легонько толкнул Дока плечом. – Пусть только сунется. – и, улыбаясь, указал на свой пулемет.       Пройдя по коридору без каких-либо проблем, команда вышла в холл, от которого была развилка во все направления. На четырех уровнях вверх расположился лабораторный комплекс, далее, прямо, был главный лифт, который вел в диспетчерскую и комнату службы безопасности. Справа были ещё два лифта, которые направлялись в жилые модули, склады и топливно-двигательные отсеки. Вокруг были различные лестницы и переходы - все это представляло собой лабиринт, по которому можно было шататься в течение нескольких дней. Но время поджимало: оставалось чуть меньше восемнадцати часов до отлета корабля, нужно было произвести разгрузку, и разобраться в сложившейся ситуации. Дойдя до центра зала, и, оглядевшись, Босс начала раздавать указания:       - Так, народ, разделяемся! – Дина смотрела по сторонам, думая, кого и куда направить. – Я, Шенг, и Мак поедем наверх, осмотрим главный пост, проверим что там, и авторизуемся, так что сдавайте пропуска – они все равно бесполезны сейчас.       Бойцы достали из карманов свои ID-карточки и сдали их Шенгу, который их собирал.       - Шиза, Тощий и Док – вы направляетесь в лаборатории, ищите людей, улики - все, что поможет нам разобраться!       - Понял. – Тощий взял под козырек, и кивком головы позвал свою группу.       - Фиш, Мики и Френчи, - продолжила она, - вы едете вниз, в жилблок – осмотритесь там, задача та же: ищите персонал и любые зацепки.       - Есть. – Фиш и его группа направились к лифту.       - Робот! – Босс обратилась к Генри, тот пристально смотрел на нее. – Ты знаешь, куда тебе нужно идти?       - Да, мэм. – спокойно и уверенно ответил он. – Я найду дорогу. - Генри направился в сторону ангара и ждал команды на разгрузку.       - Ну а ты? – Дина посмотрела на Гошу.       - Я с ними поеду. – он указал на Фиша. – Мне по пути с ними.       - Вот и разобрались. – Босс со своими парнями двинулась к главному посту охраны.       Гоша втиснулся в лифт, и вместе с бойцами поехал вниз. Складские помещения были на три уровня ниже, чем жилой модуль.       - Не боишься ходить один? – весело спросил его Мики.       - Ну… - Гоша задумался. – Если там никого нет, то и бояться нечего.       - Смотри, - с усмешкой ответил ему Фиш, - если ты там обосрешься – мы тебе зад подтирать не будем.       Френчи стоял и неловко сдерживал смех.       - Тупые солдафоны. – думал про себя Гоша. – И шутки у вас такие же тупые.       Тем временем, из вентиляционных створок помещения очистки вылезли три твари, такие же, которые забрали Ангелину. Просмотреть этот зал из атриума нельзя, а подача энергии из резервного источника дала не только свет и доступ к компьютерам, но и раскрыла внутренние вентиляционные жалюзи, которые не давали этим существам нормально передвигаться, поэтому они выбрались, и их никто не заметил. Даже датчик движения на стволе Бри не отреагировал – не хватало радиуса действия. Практически без шума, они подползли к створкам шлюза «Эрейона». Одна из тварей остановилась у контрольной панели, и, немного подумав, если вообще умела, протянула когтистую лапу, и нажала на кнопку. С характерным лязгом дверь корабля откупорилась, и с легким шипением, существа пролезли на борт судна. Повсюду оставляя свою слюну, темные фигуры запрыгнули на стены, и стали искать лазейки, по которым они могли передвигаться, и откуда они могли нападать на людей.       Амира выходила из медлаборатории, держа в руках планшет, и, поправив пряди, она направилась в сторону камбуза. Неспешно положив планшет на стол, вздохнув, она взяла свою кружку и поставила ее под кран кофе-машины. Автомат неспешно зажужжал, перемалывая зерна и нагревая воду. Вдруг за ее спиной послышался шум: вздрогнув, и вскрикнув от испуга, Амира подпрыгнула на месте и развернулась. Медленно двигаясь к источнику шума, она то и дело озарялась по сторонам. Подойдя к месту, откуда был шум, она увидела упавшую кружку-термос, пустые пакетики из-под еды и столовые приборы. Посмотрев влево, Амира созерцала только коридор корабля, подсвеченный светло-бежевым светом. Через несколько мгновений, ее тряхнуло еще раз: со стороны мостика, в туалет, шел Муто, и, воспользовавшись моментом, он подкрался сзади и, не издавая звука, замер у края стола и звонко прогорланил:       - Бу!       - Твою мать! – испуганная Амира машинально схватила лежащую на полу кружку и швырнула ее в Ли. – Совсем уже что-ли!?       Муто увернулся от летящего в него импровизированного снаряда, и, смеясь, ушел далее по своим делам.       - Говнюк! – кинула она вслед уходящему телу.       Разгневанная, в истерике, она была уже пошла за ним в туалет, помыть руки от слизи. Но что-то дернуло ее: субстанция, в которой были ее пальцы, не походили ни на один тип животных или растительных выделений. Тягучая, холодная, с характерным запахом – все это показалось Амире подозрительным. Она взглянула на пол: то место, куда упала кружка, было все в слизи. Позабыв про кофе, она решила вернуться в лабораторию,чтобы сделать анализ вещества, и, по возможности, сохранить образец. Быстро перебирая ногами, Амира подошла к двери отсека и нажала кнопку на контрольной панели. Стальная пластина отъехала в полость стены коридора, и на Амиру уже смотрела шипящая морда. Человекоподобное существо, около двух с половиной метров в высоту, скалило зубы, размахивая хвостом. Из его зубастой пасти нескончаемым потоком капала слюна. Амира подняла голову, и от неожиданности отпрыгнула назад. От ужаса, который накрывал ее, словно волна, она истошно закричала, прижимаясь к стене «Эрейона». Тварь быстро сделала пару шагов к ней и схватила ее за шею. От удушья, голос Амиры стремительно угасал: вскоре она тряслась в конвульсиях в объятиях мощной черной лапы. С удивлением и страхом она смотрела существу в его покатый лоб, в котором, наверное, были его глаза. Оно повернуло голову на нее: челюсти твари распахнулись – изо рта вырвалось легкое шипение. Это было дыхание смерти. Жизнь покидала Амиру также быстро, как быстро летел корабль в пучине космоса. Но тварь не собиралась убивать ее: второй лапой оно прижало свою ладонь к ее лицу. С ограниченным доступом воздуха, Амира не могла ни кричать, ни нормально дышать. Ее тело больше не колыхалось и не билось в попытках сохранить жизнь. Как только ее голова начала расслабленно свисать из лапы существа, оно отпустило ее. Тело упало на пол корабля с характерным металлическим лязгом. Она еще дышала, но она была уже без сознания. Темная фигура наклонилась над ней и сделала движение головой, как бы вдыхая в себя последние остатки жизни Амиры. Затем, взмахнув хвостом, существо взяло ее за ногу, и поволочила в сторону выходного шлюза.       Корабельный туалет был относительно удобным местом, чтобы скоротать там время. Отдельные кабинки, полностью закрытые, покрытые мягким материалом с внутренней стороны, позволяли расслабиться и уединиться в тишине. Ли зашел в туалет и неспешно прошел вдоль раковин и большого зеркала, сделанного из полированного алюминия (оно не билось и не боялось перегрузок). Зайдя в кабинку, он начал расстёгивать брюки – его прервал пронзительный грохот. От неожиданности, он дернулся и оглянулся; руки отпустили ширинку, и штаны медленно начали сползать с его талии.       - Амира, - звонко окликнул он. – это ты?       В ответ было молчание. Ли подтянул рукой брюки, открыл дверь и высунул голову посмотреть. Не увидев ничего необычного, он продолжил процесс: снял штаны, сел на унитаз и задумался. Немного погодя, за его спиной раздались звуки капающей воды. Ли поднял голову: над его головой проходили магистрали водопровода и вентиляции, но следов разрыва не было.       - Надо будет сказать Гоше, - подумал он. – пусть посмотрит.       Закончив свои дела, Ли потянулся за рулоном бумаги. Оторвав кусочек, он тут же выкинул его – он весь был смочен чем-то густым, похожим на слюни. Другой рукой, Ли оторвал новый кусок, и наконец, вытер себе зад.       - Черт! – Ли было мерзко ощущать слизь на своих пальцах.       Через пару мгновений, ему на макушку упали несколько увесистых капель. Ли пригнул голову, и свободной от липкой дряни рукой, ощупал себе волосы – аналогичным веществом, он измазал себе вторую руку.       - Да что это!? – он не выдержал и прокричал на весь туалет.       Сверху продолжало капать. Ли нажал на кнопку слива, вытянул огромный кусок бумаги, чтобы вытереть руки и надеть брюки. Любопытство и раздражение взяло вверх: Ли знал, что в корабельных системах нет никакой подобной жидкости или геля. Он встал на ободок унитаза, и, щурясь, всматривался в трубы и решетку вытяжки. Из отверстия нерегулярно, с перерывом, вырывался пар, но он был холодным, не конденсировался на рёбрах решетки или трубах. Ли пригляделся в створ решетки и тут же получил облако пара себе в лицо. Зловонный, трупный запах искривил его лицо, и от внезапности, он соскочил с унитаза и ударился об дверь. Осев на полу, вытянув ноги, Ли пытался очистить свое лицо, щурясь и оплевываясь от этой мерзости. И в этот момент, выломав решетку и часть вентиляционной шахты, на свет показалась черная гребнеподобная голова и длинный сегментированный хвост с мечеподобным окончанием. Шипя, цепляясь здоровенными когтистыми лапами за стену, тварь медленно спускалась к нему. В ужасе, Муто судорожно издал звук, похожий на ультразвук, и пополз вдоль двери. Его тело тряслось настолько сильно, что казалось – поднеси к нему камень – и он рассыпется от вибрации.Тремолирующей рукой он нащупал замок, и, не с первого раза, отворил дверь. Тем временем, существо разместилось передними лапами на бачке унитаза, задние уперлись в стену – оно было готово к прыжку. Скаля зубами, оно качнуло хвостом и прыгнуло на него. Ли проявил неплохие рефлексы: в последний момент, он выбежал из кабинки, и, подскальзываясь, дал деру к выходу. Тварь рванула за ним, выбив дверь, летевшую на нее на противоходе, и, приняв опору на четыре лапы, совершила огромный прыжок. Тяжело дыша, повизгивая, Ли бежал к выходу, но далеко он не ушел: со стороны раковин в его грудь прилетело копье: еще одна тварь, вылезшая из вентиляции над умывальниками, поджидала его и, по-снайперски точно, в центр грудины, перебив позвонки, вогнала свой хвост навылет в него. В следующую секунду, тело Ли расслабилось, ноги остановились, а рот открылся в предсмертной гримасе. Он схватился руками за хвост; из входного отверстия теплыми струйками пошла кровь. Вкус крови также оказался на языке: насыщенная темно-красная жижа стекала по его подбородку. Стопы оторвались от пола, хвост потянул добычу к себе. Пытаясь произнести хоть что-то, Ли пытался схватить воздух ртом, но еще больше захлёбывался кровью. Существо сидело на раковине на четырех конечностях, словно кошка. В зеркале отражалась его спина с четырьмя трубками. Оно подтягивало его к себе, оголяя зубы и брызжа слюной. Ли в последний раз посмотрел на себя в зеркало – почти труп с пробитой насквозь грудной клеткой свисал на хвосте в полуметре над полом. Его глаза оказались на уровне его покатого лба. Зрачки Ли были расширены от страха: он смотрел на свою смерть. Покачав головой, существо открыло рот, и из него выстрелила вторая челюсть – розовато-бежевого цвета полая трубка с мелкими, но острыми зубами на конце. Эта челюсть пробила череп Муто на уровне его глаз, у основания носа. Противная смерть: на пол отлетели кусочки мозга и черепа. Второе существо подошло к трупу, понюхало его, и хотела бы уже пристроиться к уху, чтобы полакомиться мозгами, но владелец добычи зашипел и начал скалиться на своего сородича. Это не сильно помогло, и тварь выпустила свою челюсть в голову Ли, оставив там еще одну дыру. В ярости, видимо, тварь прыгнула на собрата; от взмаха хвоста, тело Муто отлетело в стену, оставив на металле густые кровавые пятна. Убийца сидел сверху своего незадачливого брата, и рычал на него, пуская слизь. Припугнув товарища, существа порычали друг на друга, и, наверное, обменявшись информацией, вышли из туалета и скрылись в недрах корабля.       Арчи вальяжно развалился в своем кресле, закинув ноги на приборную панель. Его уши были закрыты наушниками, из которых лились солнечные, танцевальные мотивы. Его объемистая фляга, обёрнутая в чехол из тростника, была сухой наполовину. Примерно каждые две минуты он прикладывался к горлышку и делал пару-тройку глотков обжигающей жидкости. Он был расслаблен и безмятежен; уголки его губ тянулись вверх после каждого глотка. Так и проходило типичное дежурство на мостике, когда «Эрейон» был на приколе. Тихо и без приключений. До этого момента. В какую-то минуту, Арчи подскочил со своего кресла, сорвав с себя наушники. Он вслушивался в тишину – показалось, ложная тревога. Он подошел к иллюминаторам и оглядел нос корабля: впереди по курсу виднелась темно-серая панель «Македонии» с различными техническими надписями, а по бокам виднелись части переходного тоннеля. Подойдя к мониторам у места Генри, он проверил герметичность стыков шлюза – нигде ничего не сопело, системы корабля были в режиме ожидания. Довольно ухмыльнувшись, Арчи вернулся в свое кресло и продолжил прослушивание музыки. Но стоило ему только закрыть глаза и откинуть голову, ему снова послышались странные звуки, похожие на крик и лязг одновременно. Сняв наушники, Арчи повернул голову в сторону двери мостика – она была закрыта. Немного посидев в тишине, он снова откинулся в кресло, закинув ноги:       - Показалось. – подумал он, и сделал пару глотков.       Размеренную обстановку прервал звук открывающейся створки мостика. С характерным щелчком, дверь встала на стоппер. Арчи снова скинул наушники, навострил уши и спросил:       - Капитан? – в ответ был слышен лёгкий шум шагов и клацанье, похожее на каблуки. – Амира? – Арчи напрягся.       Он развернулся вместе с креслом, и увидел то, отчего его челюсть камнем упала вниз, а глаза стали больше фрисби-тарелки. Черное, с вороненным отливом НЕЧТО шагало на него, и, как будто улыбалось во все свои острые зубы. Виляя хвостом, существо чуть выгнулось, словно втягивая в себя весь воздух на мостике. Арчи вжался в кресло – он был поражен; в замешательстве, он не знал что делать. От неловкого движения рукой он обронил флягу на пол. Шум падающей тары прозвенел по всему помещению. Существо резко развернуло голову и посмотрело на него. Недолго думая, сделав пару движений, оно оказалось напротив Арчи. Они пересеклись взглядами в последний раз: испуганный пилот и инопланетная форма жизни. Взмах лапы – и голова Арчи отлетела в стекло иллюминатора впереди, оставив на нем кровавые разводы. Из тела, в момент отделения головы, хлынул темный поток, заливший приборную панель, кресло, и пол. Кровь на полу смешалась с разлитой текилой. Обезглавленное тело мешком упало в образовавшуюся бордовую лужу. Тварь сделала свое дело. Оглядев мостик, она развернулась, взмахнув хвостом на прощание, и покинула помещение.       Истошный крик Амиры звенящим эхом пролетел по коридорам корабля. До капитана, который в это время лежал в своей каюте, читал и курил, дошли только слабые нотки посмертного зова. Подняв голову, Питер настороженно повел глазами и ушами, пытаясь понять, что он только что услышал. Отложив книгу в сторону (да, у капитана была полочка с раритетным изданием книг Дж. Лондона) и, потушив сигарету, он вышел в коридор. Оглядевшись, он спустился на основной уровень корабля и неспешно, даже настороженно, шел в тишине. После крика (мнимому или реальному), в коридорах стало тихо. Только корабль журчал тихим басом.       - Эй! – капитан рявкнул во всю глотку. – Вы где!?       На вопрос никто не ответил. Питер развернулся и двинулся к мостику. Он знал, что там дежурит Арчи, но он, как обычно, или пил, или просто не слышал его рев. Подойдя к двери мостика, он остановился: ботинок Питера смачно хлюпнул во что-то склизкое. Посмотрев вниз, он потянул ногу – слизь тянулась от пола, словно лианы, сантиметров на тридцать вверх.       - Это что еще за хрень!? – думал капитан, морщась в отвращении.       Нажав на кнопку открытия двери, его пальцы также оказались в липком нечто. Отряхиваясь, он зашел на мостик.       - Эй, Арчи, - Питер смотрел на руку, и не знал о том, что здесь произошло. – ты никакого крика…       Капитан замер: его взору открылась нелицеприятное зрелище. Кровь была по всей левой стороне мостика, безголовое тело лежало в бурой жиже, и по помещению начал распространяться трупный запах и вонь от посмертных испражнений. От шока, он не мог сделать движения куда-либо. Кажется, его борода начала трястись и седеть прямо на глазах. Придя в себя, сглотнув слюны, Питер сделал несколько аккуратных шагов, стараясь не встать в кровь. Он не мог смотреть на тело Арчи – он просто не верил в это. Дойдя до панели приборов второго пилота, он увидел оторванную голову: она была изуродована, и представляла собой шар из мяса, если смотреть издалека. Он не рискнул подойти ближе; внутри его тела зашевелился желудок – дали о себе знать рвотные позывы. Опешив, он подбежал к своему месту, взял наушник с рацией, и, нагнувшись, достал из-под панели револьвер. Питер сделал движение пальцем – барабан откинулся – в нем было шесть блестящих цилиндров. Собравшись с силами, он вышел в коридор, и решил осмотреть корабль. То, что произошло на мостике, явно носило нечеловеческий характер: растерзать Арчи, при этом, зная, что на «Эрейоне», кроме экипажа, никого не было. Ли и Амира не могли этого сделать – он был в этом уверен. На ходу вставив наушник, он начал осмотр основного коридора.       - Ли, Амира…! – он кричал в микрофон, а ноги сами ускорялись каждую секунду.       На радиозапрос никто не ответил. Питер заглядывал в каждое помещение, судорожно водя стволом.       - Эй, - не оставляя попыток, он твердил в эфир. – ребята, вы меня слышите?       Смотря за каждый закуток корабля, Питер вышел на развилку: впереди был камбуз, кают-компания, в стороны уходили лестницы санузла и систем жизнеобеспечения. Решив, что в туалете вряд ли кто-то есть, он оглядел камбуз – в кофемашине стояла кружка, из нее все еще шел легкий пар. Взглянув на кружку, он понял, что это кружка Амиры. Тревожность Питера набирала обороты. Еще раз, пройдясь по камбузу, он наткнулся на оброненный мусор, который был покрыт каплями слизи. Ткнув стволом в нее, он убедился в том, что это была одна и та же херня, в которую он вляпался на мостике. Капитан не был дураком: теперь было окончательно понятно– на корабле есть что-то. Или кто-то. И это явно что-то недружелюбное. Его дыхание было быстрым, сердце билось как бешенное, а на висках рельефным узором проявились вены. Теперь он знал, что ему нужно было острожным, реагировать на любой шум, и проверять все на два раза. Он боялся. Опытный дядька, пролетевший не одну сотню световых лет, на разных кораблях, выполняя различные задачи – он не сталкивался ни с чем подобным. Преодолевая себя, Питер встал с корточек, и пошел в кают-компанию. Прячась за каждым углом, он дергался от каждого резкого шума, будь то сброс давления, или неосторожное движение своего тела.       В кают-компании горел мягкий теплый свет. На столах и креслах была относительная чистота. Питер вошел в зал, и принялся осматривать углы. Он не знал, что искать – единственной зацепкой была слизь. В помещении было тихо: только шум ламп пробивался с потолка. Его руки тряслись, но держали оружие крепко. И, если это был бы человек, то он спустил бы курок без колебаний. А так… Напряжение нарастало: во всех пройденных частях корабля ничего не было, кроме пары пятен липкой массы. Но внезапный грохот в вентиляции развеял стоячий воздух «Эрейона». Капитан дернулся, вскинул ствол вверх и завертелся. Со лба на глаза начал литься пот, ладони начинали хлюпать при переложении рукояти в руках, включилось туннельное зрение – он начал пристально смотреть в одну точку и не замечать ничего вокруг. Через пару мгновений, он побежал за источником звука – в сторону системы жизнеобеспечения. Складывалось ощущение, что по вентиляции бежал сенбернар, но очень быстро. В какой-то момент, капитан остановился и выстрелил в трубу. Два оглушительных хлопка разнеслись по коридору; звон в его ушах притупился отдышкой от бега и адреналином погони. После того, как пули прошили сталь, по полости трубы прокатился истошный, высокочастотный животный крик. Питер продолжил преследование, не замечая ничего вокруг.       - Попал! – думал он. – Раненный далеко не уйдешь!       Добежав до коридора системы жизнеобеспечения, он сбавил темп и решил перевести дух. Мокрый от пота, с прыгающим сердцем и пульсирующими висками, он вскинул револьвер и оглядывался по сторонам, при этом не забывал присматривать за вентиляцией. На корабле вновь воцарилась тишина, прерываемая громким дыханием Питера. Он замер и, как будто пытался слиться со всем кораблем, в поисках подстрелыша. Справа от него упало несколько желто-зеленых капель. Он повернулся всем телом; упавшие капли шипели и разъедали металл пола – это была кислота. Капитан посмотрел наверх: там было несколько дыр, края которых дымились от оплавления. Прицелившись, он сделал еще выстрел, и после этого, ломая сталь, на него выпрыгнула зубастая тварь. Вытянув свои когтистые лапы вперед, существо летело на Питера, щелкая зубами. На ноге и хвосте у нее были раны: неглубокие, с сочащейся оттуда кислотой. Падая на пол, она оставляла прожженный след на полу. От неожиданности, Питер дернулся назад, споткнулся и упал на спину. Когти прорезали голень, но капитан не чувствовал боли: ему хватило сноровки выровняться и сделать пару выстрелов. Трясущимися руками, он пытался держать прицел ровно, но пули попали в плечо и локоть. Тварь закричала, брызгая кислотой во все стороны. Питер вертелся и уворачивался от капель, и, в конце концов, припал спиной к кожуху изоляции трубы коммуникаций корабля. Существо, шипя,шло на него: его левая лапа потеряла часть функций, но она еще оставалась смертельно опасной. Из открытой пасти уже выглядывала выдвижная челюсть. Собравшись с силами, несмотря на рану, страх и потерю контроля над собой, он вскинул ствол – мушка смотрела прямо в ее покатый лоб.       - Жри, уебище! – Питер нажал на спуск.       После вспышки никакого крика не последовало: из дыры в голове посочилась желто-зеленая кровь; через пару мгновений, гребень головы взорвался изнутри, и кислота, которая и была кровью этого существа, разлетелась на метр во все стороны. Темная туша грузно упала на пол. Все стены и пол шипели от кислоты. Питеру тоже досталось: он увернулся от основного потока, но несколько капель попали ему на ногу, пальцы и предплечье. Прожигая одежду и плоть, кислота оставляла в его теле сквозные, обугленные отверстия. Капитан истошно закричал от боли, и рвал на себе брюки, пытаясь избавится от кислоты. Но раны были слишком серьезны, а до медблока ему пришлось бы натурально ползти. Корчась от боли, стиснув зубы, он попытался встать, оперевшись на стену. Но его ноги подводили его, и он рухнул на пол. Револьвер он выбросил – он был пустой, бесполезный кусок металла. Питер начал ползти, таща себя не раненной рукой, словно крюком цепляясь в решетчатый пол. Протянув себя так несколько метров, он остановился – не от боли, а от того, что перед ним возник темный силуэт такой же твари, которую он пристрелил несколькими минутами ранее. Из ее пасти шел пар; она медленно двигалась со стороны туалета, вертя головой, сканируя местность. Питер замер и припал к полу: у него практически не осталось сил, он рассчитывал, что существо минует его и у него будет шанс, чтобы выбраться с корабля, или на худой конец, за медицинской помощью. Но, видимо, тварь чувствовала запах смерти и двигалась строго туда, где был Питер. Он вжал свою голову от страха и сжал зубы, чтобы не издать даже малейшего писка. Но это не помогло: оглядевшись, чудище наклонило свою пасть, и, капая слюной, обнюхала макушку капитана. Он не выдержал напряжения и дернул ногой, пытаясь отодвинуться от нее. В следующую секунду, длинная, четырехпалая рука схватила его за шиворот и откинула в сторону, сопровождая этот процесс пронзительным криком. Тело капитана ударилось об металлический лист, и он, издавая звуки боли, шлепнулся мешком на пол. Он понимал – это его конец. Поэтому, он снова принял попытку встать на ноги, и встретить свою судьбу лицом к лицу. Тварь посмотрела на него, и как только он через боль поднялся на четвереньки, она сделала удар наотмашь своим хвостом. Удар был сильным: Питер отлетел дальше по коридору и приземлился рядом с дверью входа в зал системы жизнеобеспечения. На его груди остались несколько неглубоких царапин, но ему было плавать на это. И как бы он не старался, как бы он не хотел – тело его перестало слушаться окончательно, и он потерял сознание. Немного подождав, существо подошло к нему, и, обнюхав бессознательное тело капитана, схватило его за руку и потащило его к выходу с корабля.