Просто братья или что-то большее?

      Ночь для Сала выдалась относительно спокойной. Отбой в больнице ровно в десять вечера, но парень не мог уснуть ещё несколько часов. К счастью, сон был без сновидений, и ему даже удалось выспаться.       Ларри же не удалось поспать даже трёх часов. После того как он вернулся от брата, ему пришлось переписывать конспект одной из одногруппниц к себе в тетрадь. Потом он решил прогуляться. Прогулка затянулась аж на два часа, и когда металлист вернулся, его жутко клонило в сон. Но не тут то было. С работы вернулись родители и принялись что-то бурно обсуждать. Сон как рукой сняло. Чтобы громкие голоса родителей не мешали ему, он достал из тумбочки плеер, одел наушники и включил на нём Twisted Sister. Обычно шатен не слушал глэм-метал, но сейчас у него было такое настроение, что ли.       Следующий час Ларри провёл в положении лёжа, слушая музыку, спустя каждые двадцать минут он доставал из кармана пачку недешёвых сигарет и закуривал. Несколько раз в дверь стучалась Лиза, но Джонсон-младший делал вид, что ничего не слышит. Женщина уже привыкла к такому отношению сына к ней, поэтому когда она в очередной раз решила проверить его, то просто открыла дверь ключом, который у неё всегда лежал в сумке.       «Мало ли что может натворить этот несносный мальчишка?» — аргументрировала она ношение ключа с собой.       Увидев в каком состоянии был патлатый, Лиза даже не удивилась. После того как они со своей девушкой Адель, расстались, он частенько начал отключаться от реальности, слушая музыку и куря сигарету.       — Ларри, ты ужинал?       Джонсон промолчал, лишь издал какой-то звук, означающий согласие, и сделал очередную затяжку.       — Дорогой, я волнуюсь за тебя. — шатенка села рядом с сыном и провела по его волосам, которые раскинулись по практически всей площади кровати — Может, расскажешь мне, что у тебя случилось.       — Если я расскажу, ты меня убьёшь. — Ларри потушил сигарету и швырнул её в мусорное ведро, стоявшее рядом с кроватью.       — Если в этом нет ничего противозаконного, не убью. — женщина улыбнулась.       — А что, если мне нравится Сал? — абсолютно серьёзным голосом заявил металлист.       Тишина. Лиза бесспорно удивлена, но показывать этого не желает. Поэтому говорить следующее:       — Ну, я ничего с этим поделать не могу. Думаю, стоит сказать ему об этом.       — Зачем? Вдруг окажется, что он уже не испытывает ко мне того же. — Ларри резко садится, от чего шатенка вздрогнула.       Сначала Лиза решает спросить, что значит «уже не испытывает ко мне того же», но быстро передумывает.       — Так ты хотя бы узнаешь взаимные твои чувства или нет, а это лучше, чем не знать ничего.       — Ну и хуй с ним.       — Ларри! — женщина сделала небольшую паузу, ожидая извинений патлатого, но тот тоже молчал. Поэтому она продолжила: — Я думаю, ты сам с этим разберёшься. В конце концов тебе уже давно не четырнадцать, чтобы я всё за тебя решала. Рано или поздно тебе придётся съехать от нас и жить самостоятельной жизнью. Я ведь права?       И снова тишина, Ларри не любил поднимать эту тему. Да чего уж там, он даже не любил разговаривать с родителями. И Лиза это прекрасно знала, просто пыталась надавить на его слабую точку, дабы он принял хоть какое-нибудь решение. Безуспешно. По крайней мере ей так казалось.

***

      С самого утра Джонсон направился в больницу. Подъём там в девять, а это значит, что он ещё успеет заскочить в аптеку.       Сал проснулся впервые за последний месяц выспавшимся. На завтрак ему принесли какую-то кашу, больше напоминавшую строительный клей, и кофе. Логичным будет сказать, что он так и не прикоснулся к еде, наплевав на указания врача и оставив всё так и лежать на тумбочке. Но не есть с утра для него стало чем-то привычным, так что он даже не расстроился на то, что остался голодным. С минуты на минуту должен был прийти Ларри, поэтому протезник решил заплести хвостики, чтобы не заставлять брата ждать. И в правду, пока Фишер завязывал резинку на первом хвосте, дверь в палату без стука открылась.       — Доброе утро, чел. — раздался хриплый прокуренный голос где-то за спиной.       — Доброе. — не поворачиваясь, ответил парень.       По звуку было слышно, что шатен что-то кинул на кровать, а после подошёл ближе к Салу.       — Почему ты не позавтракал? — и снова этот строгий, холодный голос, от которого хочется закрыть лицо руками и ни в коем случае не смотреть в глаза Ларри.       — Я не голоден. — не менее грубо отвечает Сал. И наконец поворачивается, заканчивая заплетать второй хвост. — А почему ты не спал?       — С чего ты взял, что я не спал?       — Ну-у… — голубоволосый подошёл к старшему брату в плотную. — У тебя мешки под глазами. Конечно, они у тебя всегда, но сегодня особенно большие. А ещё твои глаза красные. Ларри, ты плакал? — Салли произнёс последнее предложение с нескрываемой заботой в голосе.       — Ебать ты Шерлок Холмс! — металлист попытался разрядить обстановку, но из этого ничего не вышло. К этой ситуации очень кстати бы подошла фраза: «как утопающий за соломинку».       Сал опустил голову, а Ларри повторил за ним.       — Так почему ты плакал? — практически шёпотом спрашивает протезник и поднимает небесно-голубые глаза, от чего лбы парней коснулись, но им обоим было на это наплевать       Сейчас в голове Джонсона-младшего крутилась лишь одно: «Сейчас самое время, чтобы сказать ему.»