Сквозь времена

Даниил Два часа спустя       Дорога шла одной сплошной серой лентой. Сменялись пейзажи, здания, природа. Все это мелькало фоном, было где-то за запыленным стеклом ревущего внедорожника. И с каждой минутой я медленно возвращался в себя — выжившего. Солдата, бойца, как угодно. Просто, я переставал быть тем «школьником», которым нарекло меня это место.       Тимоха безмятежно спал, положив автомат на колени. Сайори вроде-бы тоже пыталась заснуть, только у нее это не особо получалось. А вот Моника сидела со стеклянными глазами, изредка моргая и смотря в одну точку. Казалось, она начинала утрачивать свой огонь в глазах и веселость и сейчас медленно осознавала все происходящее.       А быть может и просто пыталась отойти, невольно отречься от всего этого. Или правда, просто задумалась, но только мне ее глаза упорно виделись тем самым взглядом «на две тысячи ярдов». По крайней мере, лично я так его называл, видя подобный у контуженых парней в нашей санчасти под Кундузом. Они не были похожи не на кайфующих под промедолом калек с оторванными пальцами, ступнями и целыми конечностями. Не были похожи и на уже поправляющихся бойцов. Они всегда оставались обособленными. Такими, затронутыми, помеченными. Их глаза становились зеркалами их последних боев. А души закрывались и прятались внутри них где-то глубоко-глубоко.       Из своих мыслей Моника выбралась только тогда, когда я начал притормаживать вслед за Майором, который, включив правый поворотник, стал прижиматься к обочине и замедляться.       Машины остановились почти одновременно. Выскочивший из своего пикапа Такеда жестом зазвал нас выйти. Я молча кивнул ему и, быстро проверив бардачок, извлек оттуда пачку каких-то сигарет под непонимающий взгляд Моники.       — Девочки, ждите тут. Тима, пошли. — Коротко сказал я, окинув взглядом своих пассажиров, после чего, повесив автомат на плечо, вышел из авто, последовав к майору.       На ходу прикурил от спички из переданной Тимохой пачки, после чего подошел к капоту пикапа, где Кодзиро расстилал карту.       — Ну и говно же у вас тут делали, — Похвалил я сигареты перед майором, даже скривившись от дыма ударившего в голову не то табака, не то ещё какой-то хрени. При этом, в следующую секунду затянулся ещё раз.       — Чего стал, майор? — Спросил Тимур, поглядывая на действия офицера.       Решив, что доза никотина товарищу не повредит, я коротко свистнул, на что он обернулся, и в тот же миг бросил ему в руки сигареты и спички. На это друг благодарно показал палец вверх и вставил сигарету в рот.       — Думать давайте, что дальше делать будем? Связь со штабом оборвалась, так что… Теперь мы точно сами по себе.       — Да уж мы-то знаем, — Пропыхтел я, выпустив дым через нос. Стоявший рядом Тима молча кивнул, чиркнув спичкой.       — Да уж, наивностью вы явно не страдаете, — Хмыкнул майор, окончательно расстелив на капоте внедорожника карту местности.       — Конец света, хуль… — Буркнул себе под нос Тимоха на чистейшем русском.       — Чего? — Майор всё же услышал.       — Он спрашивает, где мы. — Поспешил ответить я, склонившись над картой.       — Здесь, — Мужик ткнул пальцем на узкую волнистую линию, затем опустился ниже. — Ближайший посёлок неподалёку, за несколько часов напрямую сможем добраться.       — Это если по шоссе ехать… — Вклинился в разговор мой товарищ. — Но оно явно кишит этими тварями. Надо искать объездной путь.       — Никак нет. У меня бак уже почти пустует, а по пути есть заправка. — Запротестовал майор. — Нам необходимо туда добраться. До темноты. Там и переждём ночь, а утром уже будем на месте.       — А ходячие заправку не снесут? — недоверчиво спросил я.       — Что с ней станется? — Пожал плечами майор. — Мы же не собираемся там стрельбище устраивать. А в город ночью ехать опасно.       Тимоха недоверчиво фыркнул, но возражать не стал, запрыгнув обратно в машину.       — Я так понял, согласны все? — Усмехнулся майор.       — А у нас есть выбор? — Я выбросил окурок и так же сел за руль внедорожника.       — Нет. — Отозвался офицер, стоя у двери своего пикапа. — Поэтому, двигаем дальше.       Моим окончательным ответом на его реплику стал взревевший движок нашего внедорожника, после чего, пара «Крузеров» снова двинулась по вечерней трассе, навстречу неизвестности.

***

      На улице уже почти стемнело, когда мы добрались до нужной нам заправки. Ходячих рядом вроде бы не было. Скорей всего, ещё не успели добрести сюда из города. Оно и к лучшему. Остановившись ровно под крышей, мы с Тимуром резво выскочили из машины, держа оружие наизготовку и ожидали майора.       Тот подошел к нам, едва припарковав машину около входа.       — Нужно осмотреть здание. Дамы пусть в машине останутся. — Коротко сказал он, досылая патрон в патронник пулемета.       — Я осмотрю округу, — Сходу вызвался Тима.       — Ладно, тогда мы пойдём внутрь, — Согласно кивнул майор, ожидающего покосившись на меня.       А что я? Выбора у меня нет, да я и не против.       Тимур скрылся за зданием, покуда мы с Кодзиро подошли ко входу. Щелкнул флажок предохранителя, лязгнул затвор. Майор, кивнув мне, открыл непрозрачную дверь, впуская меня внутрь.       Внутри заправка казалось вполне обычной. Всяческие перекусы на стеллажах, стоящие на уровне глаз, напитки, технические жидкости. Фоном играла музыка из деревянных динамиков в углах потолка, да о чем-то бормотало радио.       И едва я только обнадеялся, что можно будет обойтись без грязи, как с рыком и хрипами из-за прилавка поднялась бывшая работница этого заведения. Лицо японки уже было обезображено язвами, а на пропитанной кровью футболке отчетливо виднелся след от укуса.       В момент решив, что мы сможем обойтись и без лишнего шума, я молниеносным движением раскрыл стилет и, взяв тот за лезвие, метнул в лицо твари. Каленая сталь легко прошла в глазницу, и добралась до мозга, окончив мучения работницы в «новом» теле.       Но, пожалуй, такое мое стремление к тишине было напрасным, ибо уже через мгновение мы с майором услышали четыре поочередных выстрела с улицы, после которых осталась лишь тишина. Я резво выскочил на улицу через дверь для сотрудников и тут же увидел осматривавшегося на 360 Тимура, стоявшего напротив четырех убитых ходячих, под которыми разрасталась бурая лужа.       Зло сплюнув на один из трупов, Тима повернулся, поставив автомат на предохранитель и хотел войти внутрь, но майор его тут же остановил, положив руку на плечо:       — В следующий раз лучше убрать их по-тихому. Забыл, что на блокпосте было? — Серьезно сказал тот.       — Их, блин, четверо было. Да забей, старик, здесь только работники. Остальные далеко отсюда, выстрелов никто не услышал. — Отнекиваясь ответил товарищ.       — В любом случае…       Майор твёрдо стоял на своём. А Тимоха только раздражённо фыркнул, сбросил руку майора с плеча и вошёл внутрь, насвистывая какую-то мелодию.       А мужик как-то странно покосился на меня.       — Не обращай внимания, он всегда такой недоверчивый, — Объяснил я. — Пройдёт.       На это майор ничего не сказал, но, оглядевшись, начал:       — Думаю, их стоит убрать, — Он кивнул на мёртвых ходячих. — Оттащить подальше, чтобы на глаза не попадались.       — Согласен. Бери вот этого. — Я указал на труп в униформе заправки — Ну, а я кого-нибудь другого возьму…

***

      Оставив трупы медленно превращаться в биоудобрение, мы выпустили наших спутниц из их временной камерой, заперли автомобили, и только тогда всей компанией вошли на заправку.       От лишнего внимания свет пришлось отрубить и единственным более-менее нормальным источником света стал фонарь с динамо-машиной, который в свою очередь присвоил себе майор. С трудом отыскав хоть какие-то свечи, мы тут же их зажгли, после чего в помещении воцарилась вполне ламповая атмосфера. Присвоив наконец себе пару пачек нормальных сигарет, я отошёл к выходу и закурил, дабы не травить всех остальных членов нашей небольшой группы. Моника скрылась в уборной, Сайори отошла обживать помещение для отдыха, Тимоха в то же время о чём-то разговаривал с майором. И, пусть и невольно, но я вполне ясно краем уха слышал их недолгий разговор. Тимур       Соленые крекеры со вкусом, якобы, курицы, отдавались громким хрустом в черепной коробке, но я все равно мог слышать майора и говорить сам, не прекращая «трапезу».       — Так, куда мы отправимся после? Видно, в стране не лучшие, мягко говоря времена, тут небезопасно оставаться. — Спросил я Такеду, дожевав очередное мучное изделие.       Майор задумался, почесав слегка седой затылок, затем сказал:       — Нам нужно двигаться в порт. Единственный нормальный вариант — это Фукуи, он в примерно в 711 километрах от нас.       — А почему так далеко?       Майор серьезно глянул на меня, так что я на секунду пожалел о своем вопросе.       — Это единственный возможный вариант, там есть свои люди, а тем более мое судно. На нем нам стоит попробовать отсюда спастись.       Я молча кивнул Кодзиро, после чего отошел от него, взяв из ближайшего холодильника пива с намерением запить стоявшие в горле крекеры. С ним я тут же завалился за ближайший столик, держа оружие как можно ближе на случай очередного незапланированного пиздеца. Майор вышел на улицу, дабы заправить свою тачку, а рядом со мной кто-то приземлился. Попавшие в мое поле зрения коралловые волосы сразу дали понять, что это Сайори. Почувствовав себя максимально неловко, я только подлил масла в огонь, протянув ей бутылку с пивом:       — Будешь?       Подруга только насмешливо улыбнулась качнув головой:       — Не пью. И тебе не стоит.       — Ага, я тоже, вообще-то. Это просто… из-за стрессовой ситуации. — пробубнил я, чувствуя, как мало помалу подкрадывается смущение.       — Да ладно, не оправдывайся.       Поймав себя на мысли, что это и вправду звучит как оправдание, я поспешил сменить тему.       — Слушай… Там, на блокпосте, во время осмотра… Что они с тобой делали?       Девушка отвернулась, только бросив короткое:       — Ничего такого…       Немногословная Сайори… Непривычно, однако, видеть её такой подавленой. Конечно, из-за произошедшего на блокпосте (а я уверен, что мои предположения более, чем верны), я всё больше и больше испытывал злость на военных, которые, вообше-то, должны нас защищать… Или хотя бы девчонок. Почему-то стало обидно, что Сайори не может обвинить тех уродов в домогательствах. Ведь так оно и было, я уверен.       — Я не слепой, Сайори, — это прозвучало довольно резковато, из-за чего девушка резко перевела взгляд на меня. Я же поспешил отвернуться. — Не зря я тогда в них не стрелял, когда ходячие их заживо жрали. Они этого заслуживали.       — А зачем тогда спрашивал? — Несмело спросила девушка.       — Я думал, ты мне доверяешь, — я пожал плечами. — Как бы там ни было, тебя теперь никто и пальцем не тронет, пока я жив.       Посчитав данный разговор законченным, я оставил в покое полупустую бутылку, выполз из-за стола и направился в сторону уборной. Ещё в школе выпитый чай давно уже просился наружу…

***

Даниил       Скуривая уже третью по счёту сигарету, я не замечал ничего вокруг. Глаза собрались где-то на одной точке в дали, в башку упорно лезли воспоминания. Но в один момент я вдруг вздрогнул от лёгкого прикосновения к моей спине. Торопливо отбросив окурок подальше, я обернулся. Это была Моника. И она как-то странно улыбалась.       — Дай сигарету, — Тихо, с неким заговором, попросила она.       Я же в свою очередь показал ей кулак:       — Во, видела?       Она только мило хихикнула:       — Шучу я.       — Угу, я тоже. — Коротко сказал я, одернув разгрузку.       Не выдержав её пристального взгляда, я смутился.       — Тебя тогда обидели… Там, на блокпосте… — Упомянул я интересовавший меня эпизод.       Улыбка с лица девушки исчезла, она тут же забегала глазами по помещению:       — Да… Было страшновато…       Поняв, что я затронул не самую приятную тему для разговора, я тут же и исправился:       — Тебе нечего бояться. Я всегда буду рядом и никому не дам тебя в обиду. Веришь?       Она кивнула, а затем спросила:       — А ты обещаешь?       Дать отрицательный ответ было просто невозможно:       — Обещаю.

***

      Нам вполне повезло, что заправка оказалась частной. Она порадовала нас наличием довольно крупной комнаты отдыха, где группа и решила расположиться на ночевку. Сайори с Моникой заняли диванчики, скатав куртки и вещмешки, на дорожных пледах, забранных с прилавков устроились и майор с Тимуром. Но я, несмотря на уговоры, даже от Моники с Тимохой, решил уйти спать в машину. И так дозорных не поставили, задолбались, а уж там, случись что, я их предупрежу.       Ночь выдалась холодная. Пронизывающий ветер дул, завывая в проводах, гоняя по асфальту листву и мусор. Обесточенные буквы названия заправки выглядели совсем неестественно, как для уже успевшей засесть в моей голове атмосферы вечно живой, горящей Японии.       Я вышел из машины мало-мальски проветрить башку, ибо сон не шел, да и чуть не вырвало от скуренных на нервной почве сигарет. Они всегда сопровождали нас при стрессе. Как младшим офицерам, в Афгане бытовал «Ростов». Чечня дымила «Космосом». А уж Америка с их мертвецами «баловала» в основном «Лаки Страйком», или на крайняк самокрутками. Но табак в моей жизни был последние годы всегда. Это лучше, чем от нервов бухать…       Вздохнув, я сплюнул на асфальт, после чего, забравшись в машину, завесил окно курткой, запер дверь, плюхнулся на широченное сиденье, накрывшись дорожным пледом и, буквально сразу же отрубился. Дорога завтра обещала быть ничуть не короче…