Под шерстяным одеялом

Аббакио забрал чуть спутанные светлые волосы в небрежный хвост и устало выдохнул. От яркого солнечного света, залившего кухню, болели глаза. Мужчина зажмурился и резким движением закрыл штору. «Растения Джованны потерпят», — подумал он, глядя на стоящие в ряд горшочки на полке рядом с подоконником. Леон прислонил пальцы к металлическому чайнику. Уже холодный, нужно снова разогревать. Он включил его, мельком глянув на часы. 11:36. — Серьезно… как можно так долго спать… — пробурчал бывший полицейский и одернул черную домашнюю майку. Она была вся измята от постоянных поворотов то на один бок, то на другой. Ведь Джорно Джованна не может спать спокойно в одной позе. И еще требует, чтобы его обнимали во сне. Если он не чувствует на себе тяжелую руку Леона, то сквозь сон начинает хмурить брови и пытаться найти ее сам, положить на талию или плечо. «Что за ребенок», — подумал Леон и решил, что пора будить Джорно. Он тихо прошел по коридору и завернул в свою комнату. Блондин жил с Аббакио уже неделю. Позвонил в один из вечеров, попросился в гости. Говорит, проблемы с отцом и матерью. Они совсем не ладят и срываются на нем. Требовалось спокойное место, чтобы восстановиться. Большего он так и не рассказал. Да и Леон не хотел выпытывать. «Я уже даже привык, что он под ногами путается. Вот только странно, что его не ищут родители», — пронеслось в мыслях мужчины. Из-под голубого одеяла выглядывали золотистые волосы. Завитые еще вчера кудри растрепались, небрежно спадая на светлый лоб. Джорно мирно сопел, прижимая к себе подушку Леона. Периодически он поджимал ноги, будто бы пытаясь собраться в комочек, но затем снова расслаблялся. «Странно, что меня не ищет. Обычно, если я встаю раньше, он начинает по постели водить ладонью, руку мою искать», — усмехнулся мужчина. Он присел на край и положил ладонь на плечо Джорно. Пальцы почти полностью его накрыли. «Холодное. Я окно, что ли открытым оставил?» — Леон поспешно встал и закрыл форточку. Осознав, что сделал это на автомате, Аббакио почувствовал смущение. «Зачем я о нем так забочусь… И не замечаю, что это происходит машинально. Чертов Джованна. Что… он со мной делает?» — мужчина снова сел на матрас и хотел потрясти блондина за плечо, но не решился. Какое-то время он сидел рядом и изучал мягкие черты лица Джорно. Он выглядит безмятежно спокойным, почти не двигался. «Да он и во время бодрствования почти всегда такой… но все же…» — Аббакио задумчиво протянул ладонь и едва осязаемо провел по золотой прядке, что прикрывала шею. А затем резко сжал пальцы и дернул плечо. — Эй! Вставай! — низким голосом потребовал Леон. Джорно что-то промычал и стал ворочаться. После он повернулся лицом к стене и промолчал. Аббакио подполз ближе. — Я кому говорю! Джорно! — он словно настойчивый родитель коснулся плеча блондина и мягко дернул в свою сторону. — Пять минут… — прошептал Джованна, не отрывая глаз. Леон тихо зарычал: — Почти обед! Никаких пять минут! Я сделал завтрак два часа назад. Он не унимался, желая поднять задержавшегося гостя поскорее. — Мы разве куда-то торопимся? — продолжал сквозь сон говорить Джорно, — учебы сегодня нет… работы тоже… — И ты собираешься пролежать в кровати весь день? — хмыкнул Леон. — Я вымотался… вчера… — Джованна устроился удобнее, оголив часть спины. Аббакио бросилось в глаза его родимое пятно в форме звезды. — Зачем тогда вино со мной пил? — спросил мужчина чуть тише. Джованна промолчал и сделал вид, что спит дальше. Леон не знал, что сказать. Он не мог больше быть резок к Джорно так же, как и при первой встрече. Не хотелось его лишний раз хватать слишком сильно, тянуть, кричать в лицо. Теперь Аббакио боялся, что в один момент просто сломает его, словно дорогую куклу. Либо он привык. Но Леон понимал, что дело не только в этом. «А Джорно осознал? Если да, то чего играется и прямо не скажет? Он действительно остался здесь из-за проблем с родителями?» — голубые глаза бегали по силуэту Джованны, будто бы пытаясь найти ответ на все эти вопросы. — Может… — внезапно прошептал Джорно, — приляжешь со мной? — Что? — от такого вопроса Аббакио выпрямился. — Я все равно не собираюсь вставать какое-то время… так что, если хочешь, то присоединяйся, — в едва слышном голосе Джованны Леон точно уловил долю ехидства. «Это невозможно…он невозможен… за что он так со мной…» — подумал мужчина. Бывший полицейский резко выдохнул. И тут же принял решение. Он бесшумно забрался на постель целиком. Джорно почувствовал, как через одеяло к нему прижимаются крепкие руки. — Доволен? — раздалось над ухом. — Угу, — удовлетворенно улыбнулся Джорно. Так они пролежали, казалось, вечность.