I'll be your gravity, you be my oxygen

— Чуя, — Дазай встал на ноги и отряхнулся. — Хочешь со мной выпить в честь дня рождения? — Эм…. что? В последний раз, когда мы пили, я тащил тебя никакого до дома. Повторять не особо хочу, ибо когда ты бухой, то видишь во мне звездную фею, пытающуюся похитить тебя на луну, и начинаешь драться. Мне хватило синяков в тот день.       Осаму расхохотался и потер свой затылок. Как-то стало легче на душе, хотя он и не понимал почему. — Да, весело тогда было, в этот раз не придется меня тащить, потому что я приглашаю тебя к себе домой! У меня выпивка там! Соглашайся, на халяву же! — Дазай заметно повеселел. Ведь если Чуя согласится, этот день точно станет намного лучше, по крайней мере, будет над кем поиздеваться. Ну, а рыжеволосый парень очень любил что-то бесплатное, особенно если дело касается выпивки и хорошего табака, поэтому долго уговаривать его не пришлось. — Хорошо, но если ты начнёшь приставать, я закричу, — рассмеялся Накахара на удивление как-то по-доброму, а после подошел к своему бывшему напарнику ближе. — Не думаешь, что нас обоих накажут: тебя за то, что связался с членом Портовой мафии, а меня за то, что связался с детективом? — Если бы они знали, что я был в Портовой мафии, то даже тогда вряд ли наказали бы, тем более Куникида точно понял, что мы с тобой как минимум знакомы, а вот насчет тебя не знаю, — ехидно улыбнулся собеседнику Дазай и пошел по направлению к дому. Чуя, опасаясь слежки, шел слегка позади, ведь не очень хотелось, чтобы их увидели. — Мори-сан хочет, чтобы ты вернулся к нам. Я говорил ему, что это максимально тупая идея. Ладно, что у тебя есть выпить, чтобы я знал, что иду не просто так? — рыжий решил сменить тему, чтобы не затрагивать работу. Об этом сейчас меньше всего хотелось говорить. Хотя и говорить сейчас с данным представителем общества совсем не хотелось. — Мог и просто так прийти, так сложно что ли? — посмеялся Дазай. — А вообще у меня есть вино, кстати, твое любимое, коньяк 5-летней выдержки, пиво и виски. А что касается моего возвращения…. я не вернусь, — довольно кратко и сухо ответил он. — Вино сойдёт! Я то же самое сказал Мори, но ты же знаешь этого доктора, он видит людей насквозь, и твоё тёмное прошлое ему очень нравится. Никогда не поймёт, что люди меняются, и я тому пример, — Чуя говорил весьма отстраненно, мастерски не показывая хоть малейший интерес.  — Ты? — Дазай посмотрел на него из-за плеча с интересом. Они уже подошли к дому, и шатен открыл домофон, пропуская Чую внутрь. — Ты совсем тупой или да? Неужели забыл, сколько твоих коллег из Портовой мафии, на тот момент, я убил? А в итоге что? Я занимаю самую высокую должность, после босса, в преступном мире! А вот ты не меняешься! Как был тупицей, так и остался. — Не груби! Я ведь сегодня именинник! Да и до меня тебе все равно далеко! — они прошли в квартиру. Дазай закрыл за ними дверь, разулся и снял свой бежевый потрепанный плащ, а сам пошел в ванну, чтобы помыть руки. — Да-да-да, простите, ваше сиятельство! А что сделал ты в мой день рождения в последнюю нашу встречу? Правильно! Напился и стал орать, что я ношу парик и что Чуя Накахара вообще-то девушка, которая может отсосать за банку пива!!! МНЕ МУЖИКИ ПРЕДЛАГАЛИ СЕКС УСЛУГИ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ, А?! — Рыжий совсем разошелся, глядя с яростью и обидой на бывшего напарника через дверной проем. Он помнит тот день. Чуя до сих пор таил обиду на Дазая, а тогда он еще неделю с ним не разговаривал. — Я?! Это я такое говорил? Что, правда? Как мне могло такое в голову прийти, ты хоть и похож на девушку, но уж точно не на шлюху, — он вышел из ванны и залился мерзким смехом, при этом потрепав Рыжика по голове. Его волосы оказались такими мягкими на ощупь, что Дазай невольно задержал руку на его голове чуть дольше положенного.       Накахара от подобных слов потерял связь с реальностью. Он не мог понять, как вообще этому придурку в голову могло прийти откинуть такую шутку. Выйдя из некого ступора, невысокий мафиози перехватил руку со своей головы и заломал ее за спиной бывшего напарника, прижимая последнего к стене, а к горлу был направлен излюбленный клинок, который так подходил своему хозяину: такой же холодный, изящный и острый. — Ещё раз ты скажешь, что я похож на девушку или, что ещё хуже, дотронешься до моих волос, я лишу тебя того, что делает тебя мужчиной. Ты меня понял, именинник? — Рыжий не мог стерпеть такого нахального поведения. Уж слишком много это чмо забинтованное себе позволяет.       Дазай умело вырвался из хватки рыжика и резким движением поменялся с ним местами. Теперь уже он прижимает рыжеволосого к стене, вот только спиной. Взгляд кофейных глаз был слишком холоден и совсем не ассоциировался у Чуи с его любимым горячим и пленяюще ароматным безалкогольным напитком. — Хорошо, больше не буду, — кратко ответил он и постоял так еще какое-то время, наблюдая за реакцией шляпника. А после отстранился и пошел на кухню, взял два бокала и три бутылки вина. Он принес их в гостиную и поставил на небольшой столик рядом с диваном. Шатен аккуратно открыл одну бутылку и разлил обольстительно-красную жидкость по бокалам, будто профессиональный бармен.       Совсем не странно, что Накахара вообще не удивился такому маневру со стороны бывшего мафиози. Никто не знает Чую так, как знает его Дазай. Он в курсе всех его движений, всех техник, всех атак. Он читает его, как открытую книжку.       Естественно, что Осаму способен переиграть все в свою пользу. И единственное, что он никогда не может точно угадать, — это момент, когда Чуя может атаковать. Рыжеволосый это знал, но сделать с этим ничего не мог. Отчего данный факт раздражал его еще больше. — С каких пор ты заделался в бармены? — он остановился напротив, наблюдая за тем, как аккуратно бывший мафиозник наполняет бокалы. — С тех пор, как начал каждый день по вечерам пропускать несколько стаканчиков, это весьма интересное занятие, мне просто было скучно, вот я и практиковался, — усмехнулся Дазай и подвинулся чуть дальше на диване, чтобы уступить место для Чуи. — А что ты делаешь в свободное время? — Предпочитаю читать или спать… Пробовал когда-нибудь? Отличное занятие, знаешь ли, — с усмешкой сказал рыжий и увалился на диван подальше от Дазая. — Ну, спать я очень люблю, вот только с какой-нибудь милой дамой под боком, наутро с которой можно совершить двойной суицид, — он протянул стакан Рыжику и взял свой. Отпив немного, Осаму вспомнил, за что именно любит это вино. Это последняя вещь, которая связывала его с прошлым, но он слишком его любил, чтобы отказываться от такого удовольствия. — Как прошло последнее дело? — Благодаря вам ужасно! Вы сидели в кустах и мешали мне думать! — проворчал Чуя и слегка отпил вино из бокала. На лице заиграла упоительная улыбка, по которой понятно, что рыжий наслаждается этим напитком. — Вкусное, словно я вернулся лет на пять назад… Так, о чем это я… это было ужасно, да, определённо ужасно. — Но признай, ты был рад меня увидеть, — ехидно усмехнулся он. — Да и потом мы ведь вам не мешали. — Вообще-то мешали! От одной мысли, что за мной следит одна шпала, мне тошно становилось.  — Тоже, когда пьешь это вино, вспоминаешь былые деньки? — Дазай сам удивился своему столь внезапному вопросу, но сделал вид, будто так и планировал. Как всегда и делал. — Да, напоминает… — после некоторого молчания Чуя все же ответил на вопрос, но смятение все же было заметно. Не привык он со всякими суицидниками задушевные беседы вести. — Ой, так приятно, что ты обо мне думал, — Дазай лишь посмеялся и беззаботно отпил большую часть из своего бокала. Он облокотился, положив голову на спинку, и посмотрел на Чую. Как ни странно, после с минуты молчания, Осаму решил продолжить эту тему. — Скучаешь по тем временам?.. — Только в те моменты, когда я бы мог справиться лучше, если бы ты разработал очередной безумный план, а так нет, — Чуя залпом допил содержимое бокала. — Знаешь что, на следующий твой день рождения, я обещаю, что никаких глупостей делать не буду. Хочу сделать тебе самый лучший подарок. Не злись на меня за прошлый раз, хорошо? — они уже изрядно выпили, а настроение у обоих поднялось. При этом Осаму чувствовал вину за прошлый день рождения друга, который они отмечали вместе уже целых 5 лет назад. — Ага, не злись, — Накахара уставился в одну точку и совершенно не смотрел на забинтованного суицидника. — Никогда не забуду руку того громилы на своей заднице и те слова его мерзким голосом: «Детка, я устрою тебе самый потрясный подарок». Как ты понял, мужик уже давно не может даже ходить, ибо лежит мертвым, но его рука… — Дазаю показалось, что Чуя сейчас погрузился в свой ночной кошмар, рассматривая собственную ладонь. Шатен присел ближе к нему и положил руку на спину, легонько поглаживая. — Прости, я правда не знаю, что на меня тогда нашло, — Дазай редко извинялся, если он извиняется, значит, ему действительно жаль или человек, перед кем он извиняется, дорог ему. Последний раз он приносил свои извинения только Одасаку. Он смотрел на Чую с какой-то теплотой в глазах. Может быть это вино начинает так действовать на него. — Дазай, мы выпили всего несколько бокалов, а ты уже нюни пускаешь. Возьми себя в руки и покажи, что агентство изменило тебя в лучшую сторону, иначе я в очередной раз пожалею, что не перерезал тебе глотку в ту ночь, когда бухущего тебя тащил до дома. — Ой, да что ты начинаешь! Такой момент испортил! Вот почему мои слова никто не ценит? — он надулся и выпил еще один бокал практически залпом. — Я ещё даже не начинал. Если начну припоминать все твои пьяные косяки, то закончу к концу этой недели, а сегодня только понедельник! — Я был пьян! Имею право! Отстань! И вообще! Можно подумать, ты у нас святой! — Дазай налил себе еще один полный бокал. В этот раз он не стал пить залпом, а решил последовать примеру друга и наслаждаться каждым маленьким глоточком. Он посмотрел на рыжую бестию с приподнятой бровью и усмешкой на губах. — Я, когда пьян, иду спать, но из-за тебя мне приходилось сначала решать проблемы, а только потом наслаждаться царством Морфея! — Но ведь это весело! Ты без меня от скуки бы помер! — Дазай заметно повеселел, хотя куда еще больше. Ему нравилась компания этого рыжеволосого чертенка, который и раздражал, и согревал одновременно. Квартира больше не казалось такой пустой и одинокой. Он просто больше об этом не думал. Он в принципе сейчас ни о чем не думал. — Не помер бы я от скуки! Уже почти 5 лет жил спокойно! Вот мне нравится проводить время в тишине и покое. Как представлю, что прихожу домой, раздеваюсь догола и в одних трусах слушаю металл, пью вино и смотри на женщин в Инстраграм, сразу чувствую успокоение. Ну не рай ли? — Тогда раздевайся, — с серьезным лицом сказал Дазай. И отпил вина, не отводя взгляда от Чуи. — Так, Дазай, ты уже пьян, — он встал и отобрал у детектива бокал. — Ложись спать, а я потопал домой. — Во-первых, отдай бокал, во-вторых, ты сам сказал, что тебе это доставляет удовольствие, я сейчас включу металл, — усмехнулся Дазай и, воспользовавшись растерянностью собеседника, забрал бокал обратно. — Не в моей ориентации раздеваться перед другими парнями. Если хочешь посмотреть на голых мальчиков, то введи в Google запрос «гей порно HD» и выбирай любой сайт, а там любое видео, которое тебе понравится. Удовольствие вживую я тебе доставлять не буду! — Чуя, я не знал, что ты такой извращенец, — Дазай рассмеялся в голос. Такого заявления он точно не ожидал. От сильного неукротимого смеха он даже пролил на пол вино. — Я тебя не просил о стриптизе и тем более ни о каких других услугах. Ахах, ладно, можешь не раздеваться, но музыку я все равно включу, — он встал, подошел к проигрывателю и нажал на кнопку. Из колонок полилась знакомая музыка, которая нравилась обоим парням. Они это поняли чуть ли не в первый день знакомства, когда у Чуи сломались наушники и на всей громкости из динамиков телефона транслировался тяжелый рок прямо на совещании. Тогда Дазай, конечно, над ним поржал, но в конце концов они разговорились на всю ночь. Пожалуй, музыка — это самая первая вещь, которая связала этих двоих. — Если у меня заболит голова, то я выкину твой проигрыватель в окно! А ты знаешь, что я это сделаю, — Ему, конечно же, нравилось, но Чуя не был бы Чуей, если бы не поворчал на Дазая, показывая, какой он злой, и как суицидник его бесит. Он отпил из своего бокала и прикрыл глаза от удовольствия. — Сомневаюсь, что у тебя заболит голова от любимой песни, — он сделал потише, чтобы музыка не перебивала разговор, а затем и сам вернулся на диван. Он допил вино в своем бокале и открыл еще одну бутылку, после чего снова его наполнил. — Только не засыпай так рано, спящая красавица. — Заснуть рядом с тобой — самоубийство, так что я и до утра дотерпеть смогу! И вообще, налей мне тоже, единоличник, — он протянул бокал, перед этим выпив остатки в нем. — Что за глупости, я люблю убивать себя, а не окружающих, — усмехнулся Дазай, хотя последнее явно звучало неуместно, и наполнил протянутый стакан. В глазах уже начинает немного все расплываться, а на душе все теплее и теплее, когда он смотрит на такого умиротворенного Чую. Он окидывает мафиози взглядом. Именно таким он бывает крайне редко. Таким расслабленным, дружелюбным, теплым и привлекательным. Дазай понимает, что его мысли уходят совсем в другую сторону, не туда, куда надо. Рыжий сидел с закрытыми глазами, облизывая сладкие от вина губы и что-то бубня себе под нос, скорее всего слова той самой песни, что играла на фоне.       Не открывая глаз, Чуя снял с себя пиджак и жилетку, оставаясь в одной рубашке и портупее, но в конце концов, даже последняя уже надоела, ибо от вина в комнате стало очень жарко.       Дазаю явно неловко от того, что он наблюдает. В горле застрял ком, а на щеках появился легкий румянец. Подсев поближе, он не отводил глаз от столь манящего зрелища. Сейчас Дазай чувствовал себя словно в музее: смотреть можно, а трогать нельзя. Он отпил из бокала, не отводя взгляда, блуждающего от лица рыжего чертенка до самых кончиков ног. Шатен спустил галстук, который слишком сильно его душил, теперь он просто висит лентой на его шее. — Скажи мне, Дазай, — совсем внезапно начал говорить Чуя. — Ты для какого случая берег это вино? Странно, что у тебя алкоголь вообще живёт хоть какое-то время. — Если честно, даже не знаю, — на самом деле он знал ответ на этот вопрос, просто не хотел говорить, да и признавать этого он тоже не хотел. Дазай надеялся, что выпадет шанс снова выпить именно с Чуей, поэтому вино столько времени пылилось на полке. Именно это вино, которое так любят и Чуя, и Дазай. — Блять, - Чуя снова облизал свои губы, а после потянулся поставить стакан на стол, но, поскольку так и не захотел открыть глаза, слегка капнул красного поила себе на штаны. — Я принесу салфетки, — Дазай подскочил и достал с полки влажные салфетки и протянул их Чуе, который в полном замешательстве и раздражении смотрел на свои брюки. — Но скорее всего придется застирать. — Вот черт. Надеюсь, они до дома протянут. Это мои самые любимые чёрные брюки из моей коллекции любимых чёрных брюк! — он взял салфетку и стал тереть пятно на штанах. — Могу предложить свою машинку, — Дазай наблюдал за тем, как друг пытается оттереть пятно от вина. Хоть брюки и черные, пятно на них хорошо видно. — Хочешь, чтобы я сидел на холодном диване в трусах? — Он посмотрел на суицидника с непонятным взглядом, а тот лишь пожал плечами. — Ладно, выбора нет, спаси мои штаны! — после чего Чуя встал, расстегнул ремень и стянул с себя любимые черные брюки. — Надеюсь, до утра они высохнут, — теперь его задницу в серых трусах прикрывала лишь рубашка, и то наполовину, отчего стало прохладно. Чуя взял свой пиджак и положил на голые ноги то ли ради приличия, то ли потому что холодно.       Дазай старался не смотреть на столь интересное зрелище, взяв штаны шляпника, он отправился в ванную и запустил машину в режиме бережной стирки. Подойдя к зеркалу, он увидел, какими красными были его щёки, и взмолился всем богам, лишь бы Чуя не обратил внимание на это. Ополоснув лицо, чтобы хоть как-то остудиться, он вышел из ванны и только сейчас понял, какой ад его ждет. Вид лежащего на диване Чуи в одних трусах, спрятанных под рубашкой, и для приличия накрытых пиджаком ног был слишком невыносим для Дазая. И как с этим справляться он не знал. Осаму и подумать не мог, что может испытывать такие чувства к бывшему коллеге, однако сейчас нет смысла врать самому себе, он влюблен. До одури влюблен. Как бы не была безумна эта мысль, она имеет место быть. Но Осаму не мог понять, как такое вообще произошло. Да и разбираться в этом дерьме сейчас совсем не хотелось. Присев на край дивана, он залпом опустошил свой бокал и затем налил еще, это были остатки очередной бутылки. — Хватит пить, ты уже красный, словно выпил литр водки залпом, — сказал Накахара и растянулся на диване сильнее, чуть ли не закидывая ноги в белых носках на бывшего коллегу. Он закрыл глаза, чувствуя, как сон медленно обнимает его и погружает в совершенно другую реальность. Он прикусил губу, а после облизал её, поскольку слегка пошла кровь. Чуя слишком часто кусает губы. Дурацкая привычка, которая появилась еще в самом детстве. — Черт, да как же не уснуть у тебя, когда хочется спать? Я и так почти всю ночь прошлую не спал, а тут ещё и такая возможность. Хотя одна мысль проснуться голым в кандалах в твоём агентстве бодрит меня, — Чуя смеется, у него сегодня на редкость хорошее настроение. Вот только Дазаю теперь не до смеха. — Чего ты боишься, в конце концов? Ложись спать и выспись хорошенько, — проговорил он, даже не смотря на Чую. Перед ним стояли две пустые бутылки. Дазай решил их выкинуть. Он встал и взял обе бутылки в руку, но только сделав шаг, он пожалел, что не убирает за собой сразу же. Впредь Осаму всегда будет убираться, только пусть лучше судьба так над ним не шутит, как сейчас! Эта небольшая лужица вина, которую он не так давно пролил, сыграла с ним злую шутку. Не успел Дазай опомниться, как он оказался лежащим сверху на Чуе. Чуть приподнявшись, он уставился прямо в его на редкость голубые глаза, которые, конечно же, были распахнуты. — Какого черта? А ну слезай с меня, двухметровая шпала, пока я тебе не отрезал язык или что-то ещё хуже для тебя! — сказал Накахара и поставил между телом Дазая и своим любимый кинжал. — Я понимаю, что ты поскользнулся, но тебе бы уже пора встать и уйти, а я лягу спать. Суицидник спокойно слез с него и отряхнулся, стараясь не встречаться взглядом с другом. Он молча достал плед и накрыл Чую быстрым движением. Забрав те злосчастные бутылки, Дазай ушел на кухню и выбросил их. После чего отправился в комнату, по пути выключив свет и музыку. Все эти действия были совершены так быстро, что Осаму и сам не сразу осознал, что уже стоит прямо у входа в свою комнату. — Спокойной ночи… — детектив сказал это весьма тихо и скрылся в комнате, но Чуя услышал. — Ага, балбес... — после чего Чуя убрал нож под подушку, мало ли, а сам с головой залез от холода под любезно предложенный плед и заснул калачиком. Кто бы мог подумать, что один из управляющих Портовой мафии будет спать полуголый на диване у старого партнера-детектива в слегка нетрезвом состоянии?       Зайдя в комнату, Дазай ударил себя по лбу. Ну и что это было вообще? Не мог же он и правда влюбиться в бывшего партнера?! Да быть такого не может! — У меня не встает на парней! — Забинтованный несколько раз шепотом повторял одну и ту же фразу, будто пытаясь убедить себя в этом. После долгих самокопаний, которые ни к чему не привели, он вспомнил, что не вытащил штаны мафиози из машинки. Так до утра они точно не высохнут. Он тихо покинул свою комнату. В первую очередь Дазай убедился, что Рыжик спит. Причем, как оказалось, весьма мило спит. В ванной он достал штаны, встряхнул их и как-то по-особенному бережно повесил на веревку. Включил батарею рядом с верёвкой, чтобы штаны точно смогли высохнуть. Осмотрев их, он заметил, что пятна не видно, во всяком случае сейчас.       Выйдя из ванной, он подошел к Чуе и легонько провел рукой по голове, пропуская пряди между пальцами. Осаму в очередной раз убедился в этой невероятной мягкости рыжих волос и не мог сдержать улыбку. Долго нависать над спящим он не стал и просто ушел в комнату, чтобы и самому погрузиться в объятия своей любимой кроватки. Ну и конечно, еще пару часов уйдет на то, чтобы подумать обо всем произошедшем и полностью накрутить себя.