Апология мечты

— Господин Чан! Господин Чан! — ласковый женский голос, который старался казаться строгим, раздавался на всю округу. — Господин Чан, куда Вы убежали? Девушка, искавшая юношу, нарушала прекрасную тишину вокруг: на улице ярко сияло солнце; белые пышные облака медленно плыли по голубому небосклону, словно корабли в бескрайнем океане; зелёные листья тонких изящных деревьев шелестели от лёгкого ветерка; а на сочной траве были рассыпаны благоухающие цветы, как яркие звёзды на ночном небе. Идеальное место и день, чтобы побыть в полной тишине с самим собой, но не для девушки в длинном нежно-сером ханьфу с яркими синими узорами на спине в виде следов от когтей. Из-за пышных зелёных кустов возле деревьев медленно выглянула чья-то голова и осторожно начала смотреть на молодую деву. — Это плохая идея, очень плохая идея… — Да не волнуйся ты так. Мы просто прогуляемся до реки и обратно. Не вижу в этом ничего плохого, — ответил юноше его сверстник. — Да, но не в день, когда к нам приезжает господин Хи и другие господа, — паренёк продолжал высказывать свои опасения слегка дрожащим голосом, не отводя свой напряжённый взгляд от преследовательницы. — Ну, мы успеем вернуться до их прихода, и никто ничего не заметит, — усмехнулся его друг и в шутку несильно ударил собеседника локтем по рёбрам. — Пойдём, пока она нас не увидела. Парень быстро соскочил, схватив взволнованного друга за руку, и побежал вглубь густого леса. Чёрные волнистые волосы стекали шёлком по плечам, а тёмные большие глаза беззаботного юнца радостно сияли, как у маленького ребёнка при виде леденца. Его приятель был пониже ростом, с тёмно-каштановыми волосами, небольшая часть которых была собрана в высокий конский хвост, а глубоко посаженные светло-зелёные глаза с янтарными вкраплениями придавали его внешности особую изюминку и нежность. Молодые люди быстро бежали по лесу в сопровождении то радостных, то недовольных возгласов, и по пути их голоса начали переплетаться с шумом воды. Когда они добежали до реки, то юноша с каштановыми волосами резко выхватил свою руку из захвата друга и продолжил ворчать. — Ваше поведение желает оставлять лучшего, господин Чан, — его выразительные глаза слегка сузились, как будто парень пытался казаться серьёзным или даже разгневанным, но у него это плохо получалось. — Да ладно тебе, Сию. Ведёшь себя как зануда, — с широкой ослепительной улыбкой Чан прыгнул с небольшого выступа скалы в воду. — Даже одежду не снял! — сопроводил недовольным и потрясённым криком его прыжок Сию. Он хотел продолжить высказываться, но сделал это мысленно: «Что за человек? Ждать, когда высохнет его одежда, некогда. Плевать, пусть голым идёт на встречу с господином Хи и остальными!» — Сию, подойди сюда. Мне нужно тебе отдать кое-что, а то испорчу, — Чан всплыл из воды почти сразу после прыжка и начал поправлять мокрую чёлку, которая упала ему на глаза, прикрывая едва заметную хитрую улыбку. Наивный парень, ничего не подозревая, послушно подошёл к черноволосому юноше и встал возле края выступа, откуда прыгнул его друг. Не успел он присесть на корточки и вытянуть руку, чтобы забрать обещанную вещь у Чана, как тот резко схватил его и потянул в воду. В лесу раздался громкий вскрик Сию и неожиданно затих после всплеска воды. Зеленоглазый паренёк с громким вдохом всплыл и строго посмотрел на виновника своей злости. На этот раз взгляд пылал раздражением к улыбающемуся другу. — Ты что творишь?! — пытаясь отдышаться после неожиданного погружения в воду, он с резким движением обрызгал Чана. — Хочу промыть твою голову, а то забил её мыслями о всякой ерунде, — не смотря на злость Сию, тот продолжал беззаботно улыбаться. — Господин Чан, Вам стоит быть серьёзнее… — Сию, сколько раз мне ещё говорить, чтобы ты не обращался ко мне так формально? Мы с тобой с раннего детства вместе бегаем, словно братьями стали. К тому же не тебе говорить мне о серьёзности. Ты младше меня, а уже такой «взрослый», – Чан отвернулся от собеседника спиной и продолжил говорить более оживлённо, светясь яркой улыбкой. - Нужно получать от жизни максимум удовольствия и делать то, что тебе хочется. — Ты не исправим, — тяжело вздохнув, Сию подплыл к берегу, вышел из воды, снял верхнюю часть одежд и положил её сушиться на камни возле реки. Чан, не меняясь в лице, поплыл на другой конец берега, а его приятель лишь молча наблюдал за ним, сидя на берегу и беспокоясь об удачной встрече. Он просидел так почти час, не отводя взгляд от своего беззаботного друга. Каждая последующая минута вызывала у Сию всё больше переживаний из-за возможного опоздания, поэтому парень не смог выдержать очередной прорыв беспокойства, смотря на легкомысленное поведение пловца: — Чан, сейчас же вылезай из воды! Мы… — речь младшего из приятелей прервало резкое ухудшение погоды. — Это ненормально, — подметил он себе, но не прошло и пары секунд как Сию понял причину такого явления. — Чан, плыви сюда, немедленно! Нам нельзя тут задерживаться! Несмотря на своё баловство, Чан был смышлёным парнем. Он, догадываясь, что что-то не так, быстро поплыл к другу, но, когда наследник Огня доплыл до середины реки, кто-то или что-то неожиданно потащило его на дно. — Чан! — испугался Сию. Юноша безрассудно собрался прыгнуть в воду, чтобы попытаться спасти друга, но тот его остановил. — Не смей! — парень смог всплыть по шею, и, не успев отдышаться, его голова снова оказалась под водой. Некогда голубое словно каскад небо затянулось тучами, а от сильного порыва ветра вода начала плескаться об скалы, разбрызгивая во все стороны свои капли, что падали на близлежащие камни, будто моросящий дождь. Река едва касалась упавшего на колени парня, который смотрел в самый её центр, где на его глазах начал тонуть друг. Он сидел слегка подрагивая, ощущая, как внутренняя тревога сковывала его тело. В голове было пусто, как будто кромешная тьма поселилась в ней. Сию понимал, что нужно помочь своему другу, но он никак не мог взять контроль над своим телом, которое оказалось под подчинением его собственного страха. В этот момент черноволосый юноша отчаянно отбивался в воде. Каждый раз, когда он всплывал, чтобы вдохнуть хотя бы немного воздуха, его снова тянуло на дно реки. Чан не мог разглядеть существо в помутневшей воде, но это не мешало ему сопротивляться. Как он почувствует, что его тянут за ногу, то ударит второй ногой по месту хватки, почувствует, что его тянут за руку — начнёт ослаблять мёртвую хватку другой рукой… У парня не получалось ни на сантиметр приблизиться к берегу, его постоянно тянуло обратно. И вот мельком прямо перед глазами проплыла тёмная фигура. Юношу охватила паника, но он не сдавался. Посмотрев по сторонам, Чан снова заметил знакомый силуэт и попытался получше его разглядеть, поняв, что очертания непонятного существа сильно напоминали человека. Сначала он увидел тёмные длинные волосы, затем тощее тело, а после — лицо. Лицо этого монстра было исхудавшим, зрачки едва виднелись, а синеватого оттенка кожа расслаивалась. От увиденного парень случайно выдохнул остатки воздуха и быстро начал всплывать, в надежде хоть маленько вдохнуть, но не смог. Чудище снова схватило его, на этот раз за шею, мёртвой хваткой. Через непродолжительное время во рту у юноши образовался горький привкус, а в груди яростно забушевал огонь, будто лёгкие требовали немного воздуха, чтобы потушить пожар внутри себя, но спустя несколько мгновений вместо бушующего огня он почувствовал резкий холод. Парень мог бы давно захлебнуться, но руки монстра не позволяли даже воде оказаться в его лёгких. Голова стала тяжёлой, всё вокруг начало темнеть. Юноша уже хотел было смириться с судьбой и начал терять сознание, как вдруг яркий свет развеял муть в воде, а следом Чана вытащила чья-то рука. На суше парень пришёл в себя не скоро. Когда он приоткрыл глаза, то увидел напуганного Сию, сидящего рядом с ним. — Чан! Очнулся! Наконец-то! — от переживания юноше едва удавалось сокращать паузы между словами. — Господин Хи, он очнулся! - обратился он к мужчине. Этот мужчина был достаточно старческого возраста. Он парил прямо над рекой, а возле него стоял большой белый песец. Зверь злобно рычал и бил лапами по воде, будто старался кого-то прихлопнуть. Вот ещё пару попыток, и виновник агрессии большого лиса был придавлен зверем. Когда Хи убедился, что нечисть не может выбраться из лап, он взял меч, подбросил его вверх и сложил руки в замок, выпрямив лишь указательный и средний пальцы левой руки, после чего меч начал парить в воздухе. Следом Хи рассоединил руки, оставив на левой руке те же самые пальцы в вытянутом положении. Он прицелился ими прямо на монстра, затем по указанному направлению полетело его оружие, лезвием в цель. Когда существо было поражено, мужчина убрал левую руку за спину, а правой - слегка прикрыл рот. — Блуждающая озлобленная душа без тела, покинь этот мир на веки, — прошептал он. После его слов в воде начало расплываться нечто, напоминающее грязь, с того места, где была поражена мечом нечисть. Через пару мгновений Хи выпрямил правую руку в сторону, раскрыв ладонь, и к руке прилетело оружие рукояткой к нему. Как только он убрал его в ножны, то сразу вытянул вторую руку и с лёгким разворотом кисти сжал её в кулак, после чего песец, что сидел рядом с ним, уменьшился и превратился в белый сгусток, вошедший в грудь старика. — Господин Хи, это было потрясающе! — воодушевился Сию, но на его похвалу тот никак не отреагировал. Он плавно спустился на землю рядом с ребятами, посмотрел на едва живого Чана, тяжко вздохнул и, не сдерживая свой громкий тон, сказал: — Глупые дети! Как вы вообще умудряетесь попадать в неприятности?! Почему вы покинули поместье и вышли за пределы деревни?! Вам повезло, что я встретил служанку Лян! Она сказала мне, что вы ушли куда-то в лес. Приди я чуть позже и Вы, господин Чан, были бы уже мертвы! В ответ на крики парень молчал, он был не в состоянии ответить озлобленному старцу, даже если бы сильно этого захотел. — Господин Хи, мы Вам премного благодарны и просим прощения! — решился это сделать Сию, поклонившись спасителю. Поняв, что крики и злость ничего хорошего не дадут, Хи прикрыл глаза, чтобы взять контроль над своим гневом, и убрал руки за спину. — Нам нужно идти. Господин Сию, помогите господину Чану, - сказал он более мягким голосом. Парень аккуратно поднял Чана, запрокинув его руку за свою шею, и все трое пошли в сторону деревни. Всю дорогу Хи шёл со строгим выражением лица, из-за чего ни Сию, ни Чан не осмеливались начинать с ним разговор. Когда они пришли в поместье, то к ним выбежала служанка Лян. — Господин Чан! Что с Вами?! — её миндалевидные глаза округлились, когда она увидела потрёпанного и промокшего до нитки юношу, который только-только смог встать на ноги без помощи друга. — Всё хорошо, — парень широко улыбнулся, тем самым стараясь успокоить напуганную девушку, затем он посмотрел на Хи и, чувствуя ноющую боль в горле, поклонился ему. — Большое спасибо, господин Хи. Если бы не Вы… — Господин Чан, Вам просто повезло, — грубо ответил мужчина и направился в комнату для заседаний, где его ждали остальные. Чан ничего не ответил. Он лишь проводил старика взглядом и пошёл вместе с Сию и служанкой в свои покои. В светлой просторной комнате, куда направился Хи, уже находились господин Шин и господин Ян. Помещение было обшито красным и коричневым бамбуком, который пускался в объятия нежного бежевого полотна. Светлый пол отражал яркие лучи солнца, оставляя на себе длинные тени стен и решёток окон. Различные золотистые орнаменты завивались вокруг коричневых колонн. В такой уютной и роскошной комнате мужчины радушно поприветствовали пришедшего учителя. — Господин Хи, почему так долго? Где Вы были? — побеспокоился Шин. — Я случайно наткнулся на служанку, которая выглядела взволнованно. Она сказала, что господин Чан и его друг ушли куда-то в лес, и я пошёл их искать. На господина Чана напала душа утопленника в реке неподалёку отсюда, а Сию сидел на берегу, будучи в полной растерянности. Я просто не мог не вмешаться, — холодно ответил тот. — Опять господин Чан что-то натворил! Как Сию вообще позволяет ему так самовольничать?! Чан неопытен, ему нельзя выходить за пределы деревни без сопровождения опытного мага. Глупый мальчишка, — Ян стоял, сложив руки перед собой и слегка наклонив голову вбок. Его чёрные волосы были собраны в небольшую тугую шишку на затылке. — Господин Ян, не горячитесь. Господин Чан ещё совсем ребёнок, поэтому он нечасто прислушивается к наставлениям старших. Не думаю, что Сию может его контролировать, ведь он младше господина, — постарался успокоить Яна Шин. Во время диалога между двумя другими мастерами, Хи подошёл к небольшому столу, где стоял кувшин с водой. Он налил её себе в одну из стоящих рядом с кувшином фарфоровую белую чашу и принялся пить. — Даже если так, он должен осознавать серьёзность любых своих действий. Он же будущий глава клана Ланг, — продолжал ворчать Ян. — Именно поэтому я вас созвала, — послышался строгий женский голос. К мужчинам вышла женщина лет сорока. Её чёрные волосы были заплетены в пышную причёску, из которой торчали золотые длинные шпильки, а нежно-серое ханьфу тянулось за ней по полу. Чёрные глаза были закрыты, но сделав несколько шагов к гостям, она приоткрыла их и продолжила: — Господин Хи, благодарю Вас за спасение моего сына, — женщина поклонилась мужчине, а затем - остальным. — Госпожа Бию, если бы я не вмешался, то кем я тогда был? — обратился к женщине старик и проявил знак уважения в ответ. Промолчав, думая при этом над ответом, она прошла мимо гостей и опустилась на небольшой красный ковёр. — Господин Хи, тогда бы Вас не простил весь клан. Но мне бы хотелось сейчас поговорить на другую тему. Я хочу обсудить с вами одну важную проблему. — Госпожа Бию, какие-то проблемы с господином Чаном? — ласково спросил Шин. Голос мужчины всегда звучал нежно и аккуратно. — Думаю, что Вы сами всё прекрасно понимаете, господин Шин. Чану уже семнадцать. Скоро он должен будет заменить меня, только вот… он не понимает всю серьёзность своего происхождения, а ещё он не умеет использовать Омёйдзи* и призывать свой Тотем*. Если ничего не предпринять, то следующий глава клана Огня будет полным позором. Ему нужно обучаться этой магии. — Омёйдзи? Он даже меч-Тао* толком не освоил! Да что уж там, он даже меч никогда в руках не держал! Ему это совсем не интересно. Как можно научить чему-либо человека, если он сам этого не хочет? — возмутился Ян. В момент активного проявления недовольства темноволосого мужчины в комнату ворвался виновник собрания вместе с Сию. — Матушка, прошу прощения за опоздание, — с ходу они поклонились всем присутствующим в комнате. Стараясь сдерживать свои эмоции, глава клана сразу же обратилась к слуге своего сына, из-за чего почувствовалась напряжённая атмосфера: — Сию, у меня к тебе есть пару вопросов. Парень, испытывая судорожное волнение из-за строгого голоса главы, подошёл к госпоже и сел на колени прямо перед ней, готовясь выслушать её. — Как так получилось, что мой сын оказался на волоске от смерти? — продолжила она. — Простите, госпожа Бию, я не смог не допустить этого случая, - едва слышно и напугано отвечал тот, будто погружался в пережитые возле реки минуты. Такой ответ явно не устроил главу: — Ты же знаешь, что тебя ждёт суровое наказание. Ты должен защищать Чана. Почему ты не предпринял никаких действий? Почему я узнаю, что ты наблюдал с берега как он тонет? — её голос начал повышаться. Было понятно, что ещё немного, и она начнёт кричать на напуганного ребёнка. — Матушка, не нужно! — переживая за друга, Чан подбежал к нему и присел на колени перед матерью. — Я сам виноват. Я не должен был покидать деревню, да ещё и Сию втянул во всё это. Это моя вина и только моя. Глава внимательно осмотрела подбежавшего к ней сына и тяжело вздохнула. Её некогда бушевавшие гневом чёрные глаза резко заполнились грустью: — Ты сменил мокрую одежду на сухую, но твои волосы всё ещё мокрые, и на шее остались следы от удушения… — Госпожа Бию, у господина Чана есть скрытые таланты. Он смог сопротивляться озлобленной душе, зная, что вот-вот погибнет. Любой другой человек на его месте из-за паники не смог бы так долго продержаться. Думаю, что он старался думать более рационально, — встрял в диалог Хи, догадываясь, что глава услышала его разговор с остальными, и, безэмоционально смотря в чашу, в которой аккуратно вращал воду, облокотился на одну из коричневых колонн. — Матушка, прошу, не наказывайте Сию! - перебил мужчину сын главы, чем снова привлёк к себе её внимание. — Чан! — возмутился друг, но тот его не слушал. — Сию хотел прыгнуть в воду за мной, но я ему запретил. Если бы он прыгнул, то это было бы непослушанием. Сейчас ты хочешь наказать его за то, что он выполнял мои приказы? Разве это не будет считаться как обычное обвинение человека без причины? — пытался повлиять он на ситуацию. Видя искренность и переживание в глазах своего ребёнка, глава решила не спорить с ним, догадываясь об его попытке уберечь друга от возможной погибели, и попросила обоих юношей встать, после — постоять в стороне, чтобы они не мешали другому важному разговору. — Госпожа Бию, думаю, Вы прекрасно понимаете, что Чан всего лишь ребёнок, которому нужно вырасти, — начал Шин. — Конечно, я это понимаю… — Такая же проблема есть и у других кланов, — продолжил он. — Что Вы пытаетесь этим сказать? - заинтересовалась глава. — Можно организовать обучение для наследников всех великих кланов. Они все примерно одного возраста, а это значит, что они наверняка смогут найти общий язык и подружиться. Это необходимо для будущего всех кланов. Если я не ошибаюсь, то у детей кланов Неба и Земли уже есть некое мастерство к Омёйдзи, но оно очень слабо развито, из-за чего они пока не могут призывать свои Тотемы. Услышав такое заявление, глава задумчиво опустила голову и слегка улыбнулась. Она понимала, что Шин предложил ей такой способ обучения не просто так. Великие кланы уже долгие годы проявляют друг к другу холодные отношения и даже некую вражду, поэтому совместное обучение наследников может помочь избежать нарастающего конфликта между ними. — Тогда это нужно обсудить с главами других кланов. — Матушка, может, не стоит? — неуверенно высказался Чан, которому такая идея точно не понравилась. — Не нужно тревожить наследников других кланов… — Чан, ты хочешь перечить матери? — разозлилась женщина, зная причины волнения своего сына, и резко встала. — Тебе уже целых семнадцать лет, а ты даже мечом владеть не умеешь! Какой из тебя глава, если ты будешь не в состоянии защитить свой клан и себя самого?! Ты думаешь, что сегодняшний случай был последним в твоей жизни?! Забыл, где ты живёшь?! Забыл, что за существа обитают на каждом углу? Неужели ты хочешь вот так просто умереть? Умереть от рук какого-нибудь слабого монстра! — разгневанная мать быстро подошла к Чану. — В тебе течёт кровь главной ветви клана Огня. В тебе таится великая сила, которую ты не хочешь признавать! Ты продолжаешь бить баклуши, что даже народ в открытую осуждает тебя, — глава закрыла глаза, слегка успокоилась, вспомнив о чём-то, и расстроено продолжила. — Отец в твои годы уже мог призывать свой Тотем и даже спас одну из бедных деревень. Его признали великим среди глав других кланов, а твой дед был горд за него… От упоминания об умершем отце у юноши резко отбило всё беспокойство. Его охватила печаль и некая ненависть на самого себя и на силу, которая досталась ему от великого человека из прошлого. Чувства яростно бурлили внутри него и резко вырвались наружу: — Но я не мой отец! – Чан выскочил из помещения. Сию поклонился гостям и главе в знак прощания и побежал вслед за другом, чтобы успокоить его. Глава проводила молодых людей взглядом. У неё в голове повторялась одна и та же фраза сына: "Но я не мой отец". Увидев в тот момент его разъярённый и печальный вид, женщина не могла определиться, как ей стоит поступить. Она молча стояла несколько секунд, пытаясь принять правильное на свой взгляд решение, а потом продолжила общение с гостями. — Решено. Господин Ян, отправьте пригласительные письма главам других великих кланов от моего имени. Попросите их приехать вместе с детьми. Господин Шин и господин Хи, найдите наилучшее место для обучения заранее. Даже если Чан против всего этого и он не хочет ничему обучаться, я всё равно заставлю его стать поистине великим главой. В клане Ланг никогда не было и не будет недостойных и позорных глав. — Слушаемся, госпожа Бию, — проявили уважение все трое мужчин и покинули женщину. После их ухода глава присела возле небольшого стола, достала из рукава своих одеяний кинжал, что был спрятан в ножнах, и положила его перед собой. В её взгляде плескалась глубокая грусть. Она начала бормотать себе под нос, как будто общалась с кем-то. — Пора взрослеть, сын, как бы ты этого не хотел. Твоя судьба была предрешена изначально, как судьба твоего отца, дяди, деда и остальных членов главной ветви клана Огня.