Апология мечты

- Фу! Посмотрите какой он страшный! Прямо ходячий мертвец! - кричал детский голос где-то из далека. - Даже смотреть тошно! Откуда ты вообще пришёл? С кладбища? - раздался другой детский голос. Густой туман рассеялся, и вдалеке появились силуэты детей. Вдруг один из них поднял с земли камень и с отвращением кинул его в беловолосого ребёнка. - Пойди прочь! - грозно крикнул он, после чего камни подняли другие дети и принялись за ним повторять. - Да! Вали отсюда! - кричали они, обкидывая камнями своего беловолосого сверстника. Мальчику не было больно, ему было лишь страшно. Страшно находиться рядом с теми, кто его пытался прогнать, не проявляя никакого сочувствия в пучине своей жестокости и ярости. - Хватит, - бубнил он себе под нос, прося их прекратить кидаться камнями. - Прошу, хватит. У мальчика потекли слезы. Нет, не из-за физической боли, а из-за страха и обиды. Он не хотел чувствовать себя изгоем, что стало для него неизбежным. Беловолосый ребёнок хотел подружиться с другими детьми, не думая о том, что те оставят шрамы в его детской наивной и хрупкой душе. - Что этот сопляк бубнит? - продолжали издеваться над ним сверстники. Каждый прилетающий камень заставлял беловолосого мальчика всё сильнее и сильнее чувствовать моральную боль. Вот ещё один камень и мальчик не выдержал, крикнув во всю глотку: - Хватит! Он резко открыл глаза и увидел перед собой комнату, в которой сидел на кровати, когда поднялся от испуга во время пробуждения ото сна. Из его глаз тонкой струйкой текли жгучие слёзы. - Это сон, - тихо сказал он, закрыв своё бледное лицо рукой, после чего резко почувствовал боль в области живота. Юноша осторожно стянул с себя одеяло и увидел слегка окровавленные повязки на своём торсе. Тогда, словно молотком ударили по голове, пришли воспоминания о том, что во время прохождения задания Шина на него и Чана напали незнакомцы, и он ценой своей жизни спасал своего друга. "Мне всё равно из какого клана Дей, потому что он мой друг", - прозвучал в голове Лиу голос Чана. - Друг..., - повторил за ним юноша и услышал, как кто-то открывает дверь в его покои. Повернув голову, чтобы посмотреть на гостя, Дей увидел в дверном проёме Тао и Канга. - Очнулся! - воскликнула девушка, увидев сидячего на кровати юношу. Она обеспокоенно подбежала к нему и посмотрела на окровавленные повязки. - Стоит сменить их. Надеюсь, что ты не резко встал. Рана может открыться. Такое поведение молодой девы заставило Дея удивиться, так как к нему никто так раньше не относился кроме его приёмного отца. Юноша слегка отстранился, а его лицо выражало полное замешательство. - Ты его пугаешь, - грубо сказал своей сестре Канг, облокотившись на стену и скрестив перед собой руки. - Ты никогда не показывала свою настоящую сущность. Будь сдержаннее. Тао медленно обернулась к брату с недовольным лицом, подошла к нему и потянула Канга за ухо, словно большого ребёнка, что был на голову выше неё, которого собираются отчитывать, из-за чего тот искривил лицо от неприятной боли. - А ты не указывай мне, как себя вести. Я всё ещё на тебя сержусь, братишка, - девушка отпустила брата и посмотрела на обоих юношей. - Подумать только, вступили в драку с незнакомцами и оба чуть не умерли. Совсем о себе не думаете! - Он жив? - перебил её Дей. Ребята сразу поняли о ком он говорил, поэтому не тянули с ответом. - Да, - с успокаивающей улыбкой на лице ответила Тао. - Может, дашь перевязать рану? - продолжила она, нарочно меняя тему. Дей кивнул. Ему было приятно слышать, что человек, ради которого он был готов пожертвовать собой, цел и невредим, к тому же он начал чувствовать приятное окружение вокруг себя. Казалось, что ещё немного и он полностью начнёт открываться ребятам, медленно отходя от неприятного прошлого, из которого он извлёк только невыносимую боль, что заставляла все эти годы держаться в стороне от других людей. Закончив перевязку, Тао направилась к выходу, зовя за собой брата, но тот отказался выходить, сославшись на то, что он хочет поговорить с Деем. - У Вас очень добрая сестра, - начал диалог Лиу сразу после того, как девушка покинула комнату. - Верно, но ей стоит сдерживать свою доброту и заботу на людях. Она будущая глава клана, - холодно ответил Канг и подошёл к окну. - Почему он резко изменился? - спросил он. Хозяин покоев не сразу понял о ком говорил Тиян, поэтому он осторожно встал с кровати, ощущая колющую боль в животе, и подошёл к нему. Посмотрев в окно, куда смотрел его собеседник, Дей увидел посреди ночного двора Чана, которого окружали тускло светящиеся фонари. Рядом с ним стоял Шин и что-то объяснял. Невооружённым глазом было видно, что юноша тренировался. - Что он делает? - спросил Дей Канга. - Не видно? Он пробует освоить Омёйдзи. После вчерашнего случая он сам не свой... Целый день пробовал освоить Омёйдзи и даже сейчас, когда на улице поздний вечер, он продолжает тренироваться, несмотря на то, что Фа и Сию окончили тренировку ни с чем несколько часов назад. - Я пролежал без сознания несколько дней? – Лиу продолжал задавать вопросы. Канг холодно на него посмотрел и, не ответив, продолжил говорить на волнующую его тему: - Что ты ему сказал, что он так начал изнурять себя тренировками? Ни за что не поверю, чтобы парень, который всем сердцем ненавидел магию и любой вид боя, начал так стремительно всё осваивать. Дей почувствовал этот холодный взгляд каждой своей нервной клеткой. Он медленно опустил голову, будто хотел увильнуть от взора собеседника. - Я ему ничего не говорил, - тогда юноша поднял свои глаза и посмотрел на Чана. - Я лишь не позволил ему участвовать в битве, чтобы уберечь его. Когда дитё из клана Воды закончил свою речь, то в комнате воцарилась минутная тишина, которую нарушил тяжёлый вздох Канга. - Подумать только, захотеть стать сильнее лишь потому, что чуть не лишился друга..., - Тиян начал смотреть вместе с Деем на Чана, у которого перед вытянутыми руками образовалась крохотная энергия света, но даже ей юноша был рад и чуть ли не скакал от счастья. - Ты поступил правильно, не дав Чану вступить в бой. Он бы был обузой, возможно, стал бы причиной своей и твоей смерти, но не думал ли ты, что если бы ты умер, то он ни за что не простил себе этого? Ведь он даже сейчас из кожи вон лезет, чтобы подобное больше не повторилось. Услышав вопрос сына главы клана Неба, Дей неожиданно вспомнил слова Тао и посмотрел на юношу слегка испуганными глазами: - Господин Тиян Канг, Вы тоже дрались с теми незнакомцами? В ответ Канг посмотрел на него тем же холодным взглядом, но теперь он казался немного злее предыдущего. - Как ты смог сделать так, чтобы Чана не тронули? Ты с ними о чём-то договорился? - Тиян словно на зло не слушал Дея. Он продолжал наступать своими вопросами, будто привык, что все вокруг должны слушаться только его. - Я создал барьер вокруг Чана, - осторожно ответил Дей. - Барьер?! - удивился Канг, на что Лиу кивнул. - Барьер даже не все опытные воины создать могут, а ты, будучи ещё ребёнком, смог! - юноша схватил ошарашенного Дея за плечи и смотрел на него с полным восхищением. - Как ты это сделал? Ты долго тренировался? Может, тут какая-то особенная техника нужна? Или... - неожиданно Канг сменился в лице, снова став серьёзным. Он аккуратно отпустил Дея и выпрямился, приняв свой гордый и привычный для всех вид. - После первого занятия с господином Шином ты вызвал у меня интерес, но не будь ты таким замкнутым и зашуганным, я бы, возможно, сблизился с тобой чуть раньше. Каждый раз, когда я обращал на тебя внимание, ты всячески пытался скрыться с моего поля зрения, и это меня знатно бесило. У тебя сильная энергия Омёйдзи, да ещё ты один против двух врагов выстоял. Даже не знаю, раздражаешь ли ты меня или же наоборот. Дей растерялся. Он всегда думал, что Канг догадывался о его происхождении, поэтому часто холодно смотрел на него, но оказалось, что юноша хотел сблизиться с ним, а его холодный взгляд - обычное дело. Смотря на высокого собеседника, что был чуть выше него, Лиу увидел, как в янтарных глазах Канга резко начала пропадать искра, из-за чего взгляд погружался в некую апатию. - Лучше бы Фа пошёл с тобой, - юноша отошёл от окна, в попытке уйти из комнаты, но он резко остановился, решив закончить свою речь. – Если бы только Фа был с тобой, то они не забрали меч "Второго Духа". Беловолосый юноша удивился. Он хотел узнать, почему неприятелям понадобился меч Фа и как так вышло, что его забрали, но расспрашивать об этом он не стал. - Никто не знает, чем бы это закончилось, - настороженно ответил Дей. - Если они пришли за мечом господина Фа, то они бы на вряд ли стали церемониться со мной и просто бы убили, избавившись от барьера. Нас с Чаном спасло то, что не мы были их целью. - Тоже верно, - Канг обернулся к Дею и едва заметно улыбнулся. - Ты избегаешь формальности, упоминая Чана. Сдружились? Было видно, что блондин специально натянул улыбку. Он, не дождавшись ответа от собеседника, вышел из комнаты. Его злобу и отчаяние можно было заметить, даже смотря на него со спины. Перебрав в голове слова парня, Дей снова посмотрел в окно, наблюдая за тренировкой Чана. Беловолосый юноша никак не мог принять тот факт, что у него появился друг. В этот момент Чан воодушевлённо общался с Шином, радуясь своему первому проявлению Омёйдзи, но вдруг парень резко изменился в лице, когда мужчина ему что-то сказал. Черноволосый юноша медленно повернулся к окну Дея и посмотрел на своего товарища с переполненными надеждой глазами и яркой улыбкой. Не прошло даже секунды, как Чан бросился к зданию, направившись к своему очнувшемуся другу, в покоях которого он оказался буквально через несколько секунд. - Дей! Ты очнулся! - радостно крикнул наследник Огня, выговаривая каждое слово после глубокого вдоха из-за небольшой пробежки. Хозяин покоев с улыбкой посмотрел на юношу, а потом бросил взгляд на его израненные из-за недавнего происшествия руки. Он почувствовал некую вину перед Чаном, из-за чего резко переключил свой взгляд на Шина, который медленно начал покидать двор, забирая с собой фонари. - Ты тренировался? – молвил Дей. Чан небрежно почесал затылок и ответил: - Ну да, пока ты лежал без сознания, я тренировался. Но, как не странно, у Дея этот ответ не вызывал никакой реакции. Парень продолжал молча смотреть в окно уже на пустое поле. Беловолосого юношу что-то беспокоило, и Чан это заметил, но он не стал ему ничего говорить. Парень начал ждать момента, когда Лиу соберётся силами и сам начнёт говорить о том, что его тревожит, что вскоре произошло: - То, что произошло во время занятия господина Шина... Про мою принадлежность к клану и... - Это меня совсем не волнует, - перебил его Чан, чем заставил Дея посмотреть на него. - Мне не важно из какого ты клана, потому что ты сам по себе очень хороший человек. Да, через чур упрямый, но ты так действовал во благо другим, то есть мне. Я никому не говорил про то, что сказал тот ненормальный с белой глефой, потому что ты сам не хочешь об этом говорить. Чан смотрел на Дея с нежной улыбкой. В его чёрных глазах отражались блики горящей в комнате свечи. Такой ласковый и добрый взгляд успокаивал Дея, и юноша не смог не улыбнуться в ответ. - Спасибо, - тихо сказал он, не отводя взгляд от Чана. Ланг радостно усмехнулся и развернулся, направившись к выходу. Парень словно торопился покинуть комнату, но причина такой спешки была непонятна. - Рад, что ты очнулся. Но сейчас довольно поздно, поэтому я пойду спать, и ты тоже ложись. Тебе нужно восстановить свои силы, - сказал Чан и остановился в дверном проёме, прикрыв за собой дверь. - Спокойной ночи, Дей. Дверь в покои беловолосого юноши закрылась, после чего тот аккуратно, стараясь не вызвать боль в области живота, лёг на кровать. Парень лежал, уйдя в свои мысли. Он чувствовал некую радость и грусть одновременно. Хоть улыбка озаряла его лицо, но глаза были абсолютно пустыми. - Почему они меня ненавидят? - прозвучал в голове его детский голос. - Порой дети слишком жестоки. Они ничего не знают, а человек боится того, чего не знает, ну а страх может заставить его проявить жестокость, - последовал взрослый голос. В этот момент перед глазами Дея промелькнула картина из его прошлого, где он, будучи ребёнком, общался с Чу Лу-Си. Они находились возле кухни своего небольшого дома, где мужчина дезинфицировал у ребёнка полученные из-за летящих камней раны. Дей смирно сидел на табурете, терпя лёгкое пощипывание в области ран от прикосновений заботливого приёмного отца, а тот сидел на корточках, чтобы быть одним ростом с маленьким Деем. - Почему у меня такая внешность? – малыш спросил со слезами на глазах. - Потому что ты родом из необычного клана, которого уже давно нет, - настороженно отвечал на его вопросы молодой мужчина, стараясь ему не врать, но в то же время не надавить на него ещё сильнее. - А почему его нет? Стоило задать Дею этот вопрос, как Чу резко замер. Он будто пытался что-нибудь придумать в ответ, но потом он печально вздохнул и продолжил залечивать раны Дея. - Об этом ты узнаешь, когда подрастёшь, - как можно нежнее сказал Лу-Си и убрал в сторону обмокшую лекарством вату с небольшими красными из-за крови пятнами. Ребёнок с надеждой посмотрел на мужчину и продолжил задавать вопросы: - А у меня будет друг как у тебя, пап? Чу погладил мальчугана по голове с нежной улыбкой. Он прекрасно понимал, что приёмный сын нуждается в таком же друге, как Йи, который приходил в гости к мужчине, не забывая порадовать Дея каким-нибудь подарком. Немного промолчав, приёмный отец встал с корточек и взял ребёнка на руки. - Конечно будет. Главное – чтобы ты оставался таким же добрым и честным, сынок, - сказал он и приобнял малыша, после чего картина из прошлого медленно стала исчезать. "Будет", - подумал Лиу и посмотрел на дверь, через которую несколько секунд назад вышел Чан. В этот момент черноволосый парень стоял по другую сторону двери. Юношу переполняли чувства боли, которые вызывали его воспоминания. Он схватил себя за голову двумя руками, будто хотел спрятаться от своих мыслей, но все было тщетно. Тогда парень опрокинул её назад, смотря пустым взглядом в потолок, и едва слышно пробубнил: - Я больше никому не позволю умереть из-за своей слабости. Никому, отец.