Восхождения Падшего.

— Вот и еще одного бога грабим! — улыбчиво выговорил Архимаг, потирая свои кулачки. Тонкая струя праны проходила в накопители, заполняя «божественной энергией» и без этого немалые запасы камней. Прана — энергия Богов, которая является универсальной Магией. С ее помощью можно лечить, калечить, а также преобразовывать в другие виды — Маны. Не зря Боги ревнивы к своим последователям, а также обладают большой, невообразимой мощью, а также очень не любят воров. — Ну, не будь я собой…то, может, и не осмелился так нагло тырить! — подумал Архимаг, сидя в кресле и попивая чай, который уже заварился. Чай был горячим, а еще зеленым с добавлением трав и наполненным витаминами, а также другими полезными свойствами, в котором содержится настоящая Прана. — С этим чаем, я стану еще сильней! — воскликнул Архимаг, смотря на камин, который горел напротив его кресла. Дрова потрескивали в такт огню, что делало это забавным. Когда языки пламени касались дров, они производили шипения — «Пшш», а иногда и взрывались от нагрева. Этот вечер был на удивление спокойным, а еще каким-то странным, как будто что-то могло случиться. — Кхмм, исследования мультивселенной превзошли все мои ожидание, что позволило прикоснуться к Пране. Если такими темпами пойдет рост праны, то можно и продавать излишки, но праны много не бывает, — проговорил, задумавшись над будущим, профессор Архимагии, который прожил не один десяток лет на этом белом свете. Он видел взлеты Империи, а также их поражения. Архимаг считался сильнейшим магом на данном континенте, который подчинил себе природу Магии. Вознесся он выше Императоров, а также их Империй, которые были не вечны. — Помнится, меня хотели убить…эх, дурья ты башка, — произнес он, причмокнув от чашки с чаем. Вспоминая тот самый случай покушения. — Одна Империя, которая хотела насильно посадить меня в башню, заставила насильно служить этому прощелыге, который оказался никудышным наследником трона. Помнится, когда покушения провалились, я самолично разнес ту наглую империю. — Кхмм, я же попаданец вроде был…мне дали второй шанс, но я так и не нашел свою землю, — грустно произнес он, поставив чашку на стол. Ему оставалось жить еще немного. Даже у великих Волшебников такое невозможно. — Никто не уйдет от Хель, но прана сделает невозможным то, что не может магия! А может, мне не известны ее секреты? Может, я все еще новичок?! — задумался Архимаг, смотря на портрет, который висел на стене, вверху камина. — Если это так, то я не достоин звания Архимага… — Хотя попробую, обязательно попробую! — вторил радостно Архимаг, вспоминая те проблемы, с которыми сталкивался на своем длинном пути. Эти проблемы были тяжелыми, легкими, а также сверхтяжёлыми. — Помнится, было одно задание. Мы должны там были упокоить «нечисть», которая бушевала целое столетие! — Чего мне не хватает сейчас? Конечно же молодости! Будь я молодым — стал бы более сильным. — Оч-е-е-н-ь силь-н-н-н-ым. Может, по «боевому пути» я бы пошел, — сокрушался Архимаг над своим будущим. Сидя все там же, произнес. — Или объединил бы стили…может, и выйдет что-нибудь, как только сворую прану и, сделав тело, пойду за своими мечтами, а также найду свой дом. — Кхмм, может быть, стоит возобновить тренировки с катаной? — спросил сам себя, глядя на портрет. — Это будет что-то с чем-то. Старик, тренируется с катаной! — рассмеялся он, представив это в своем мозгу. Встав с кресла, Архимаг направился наверх, поднялся по ступенькам и вышел из своей лаборатории. Поставив производство на выкачивание праны, он понял, что теперь может заняться своими делами, а это — посетить какую-нибудь забегаловку. — Пришло время трапезничать, — проворчал старик, глянув в окно. В окне виднелись тучи, которые плыли по синему небу. — Опять дождик намечается…не люблю дождь. Вечная слякоть и сырость будет, — бубнил под нос, надевая свои сапоги, которые были защищены магией отталкивающих чар. Надев сапоги, он также накинул плащ, проговаривая про себя, что успеет он дойти или нет до того, как начнется дождь. — Все же странный день. Определенно странный! — неожиданно сказал Архимаг, смотря на небо. Он, словно чувствовал что-то такое, что не поддавалось своим мыслям. Раздался сильный грохот. Черная молния вонзилась в его подъезд и исчезла под землей, оставляя странные узоры, которые были похоже на послание или предупреждение. На его лице отразилось некое подобие удивления, которое вызвало бурную реакцию на случившееся событие. — Вот же…не думал, что меня так быстро найдут. Хотя возможно, что мои противники активизировались? — подумал он, улыбаясь, смотря на следы, оставленные молнией. — Если это были Боги, то меня бы на месте уже прибили, как назойливую букашку. В каком-то смысле, я и есть та букашка. Люди, как муравьи, живут в больших муравейниках. Работают, отдыхают, рожают и умирают, но на их места приходят новые людишки, которые повторяют цикл. И как ни старайся повернуть время, произойдут одни и те же исторические события. Такая вот механика жизни. Никому не интересны бытия жизни, кроме разве что философов. — Что-то я задумался над этим. Действительно, смерть пугает нас и заставляет задуматься, — произнес Архимаг, пройдя тот рисунок, который оставила молния, а затем промолвил:  — Так что глупо, но и бессмысленно бежать от Богини смерти, когда нет способа остановить событие. С этими самыми словами Архимаг вынул из плаща курительную трубку, а затем затянулся и пошел дальше по дороге, на которой скакали утренние экипажи. Город уже пробуждался от тьмы ночи. Легкой походкой Архимаг шел и дышал свежим утренним воздухом. Мимо него простолюдины спешили на поля, а некоторые возвращались с ночных смен предприятий, которые начинались в девять вечера и заканчивались в шесть утра. От некоторых попахивало неприятным запахом, смешанным с потом и навозом. Он чувствовал их боль и зависть, так как он был богатым человеком, который не спешил по своим делам, который шел гордо, вскинув свою голову. Но несмотря на иронию, которую он испытывал в эти минуты. Архимаг чувствовал, что дело было не только в этом, а также искренне радовался, что стал таким могущественным попаданцем, который вылез из такой же грязи, но все же достиг своего могущества. Вскоре он дошел до заведения приемлемого уровня. Войдя внутрь, он присел за первый попавшийся столик, который оказался чистым. Непримечательный факт, который подметил Архимаг, — эта забегаловка, по-видимому, пользовалась спросом у местного населения в любое время суток. А еще здесь можно было вкусно позавтракать. Ведь по сути тут был Повар королевского уровня, и тут же мысленно выругался про себя за эту несдержанность. Это могло бы обойтись дешевле, но в тоже время менее вкуснее было бы. Вместо обычного завтрака предлагали стейк с кровью. Даже название у него было не оригинальным, а просто «Стейк». Хотя это, наверное, было и странно, но наверняка могло понравится обитателям того мира, где я бывал раньше. Славные были деньки. Хотя, если честно, то лучше бы здесь подавали рыбу или кашу. Впрочем, говорить об этом сейчас бессмысленно. Подумал он, смотря по сторонам и ища официантку. Для такого города это было не редкостью, что с утра некоторые личности находились в приподнятом настроении и шумели, как компания напротив моего стола. Эти люди сидели в расслабленной позе, и их лица были полны веселия. Не понимаю, как можно пить с утра. Их смех разлетался по всему залу, вызывая злость у людей, которым надо было идти на работу. Вскоре я понял, что это была компания наемников, которые отмечали свою победу, а также поминали павших друзей. — Вам что-нибудь подать, Сударь? — обратилась ко мне девушка лет двадцати. Она была одета в легкое белое платье с фартуком, а также она стояла с подносом, который держала в руке. — Подай-ка мне лучше каши с мясом, а потом легкое вино, — проговорил, смотря на нее. — Как скажите, Сударь! — ответила она с улыбкой, взглянув на меня, а затем удалилась. — Значит, это ты…тот наглый нахал?! Интересно, интересно, — сказала сидящая напротив архимага девушка в черной одежде. Ее одежда была черная, как ночь. Ее лицо было красивым, но грозным, а взгляд…пронзающий, будто Бездна. Сглотнув, я опешил от неожиданности. Ко мне подобрались, а я не заметил! — Как так произошло, что я потерял бдительность? Кто эта девушка? Кто? Какого…да кто б это мог быть? Ой, богиня пришла…— «тихонько, тихонько» сказал я про себя. Время как будто замерло в таверне. Только мы с ней двигались, а значит, это была магия. Магия мирового класса? Нет, не мирового, а просто Божественной силы, — думал я, смотря на нее. — Так что молчишь, смертный? — проговорила Архимага властным голосом, смотря на меня, словно я был букашкой. — Говори, а то у меня мало времени, чтоб слушать твои жалкие оправдания, — произнесла она нежным голосом, взглянув на меня. Я сделал вид, что не слушал её. Я был в шоке, такого не случалось со мной никогда, когда ко мне пришла сама Богиня. Я не знал, что ей сказать, я трясся и пытался прийти в себя. А от ее голоса я сходил с ума. Такого страха я не испытывал никогда в своей жизни. Это не может быть божественная сущность. Это иллюзия! — Определенно, проделки конкурентов, — подумал я, испуганно отрицая правду. — Ты думаешь, что это иллюзия, но нет. Ты покусился на самое святое, что есть у богов, — проговорила она, не дождавшись моего ответа, а после добавила. — Исчезни, смертный, в объятии вечности, — я почувствовал холод, а после посмотрел вниз туда, где находились мои ноги. Они медленно начали исчезать, покрываясь черным, а после испаряясь. Боли я не чувствовал, но отчаяние и нежелание умирать крутились в моих мыслях. Тьма окутала мое тело, а пепел упал на пол таверны. Я погрузился в бездну. Бездна стала моим Адом, который не заканчивался. Никогда. Боль была невыносима, а также огромная тяжесть на мою духовную оболочку. —  Ваш заказ, готов! — произнесла официантка, подходя к столику, того странного господина, но его не было. — Видать, не дождался завтрака и ушел в другое место. Но все закончилось быстро, как и началось. Очнувшись, я посмотрел по сторонам. Я валялся на полу коридора. Коридор впереди освещал десяток белых лампочек. В его конце было что-то вроде скамеек, на которых находились люди. Они сидели там тихо, и даже казалось, что они говорят друг с другом. Поднявшись и присев на скамейку, я понял, где нахожусь. Это место было тем, куда я попал, когда умер в своем мире. Где меня наградили проклятой «системой», от которой я благополучно вскоре избавился. Мне было так горько и грустно, что я даже немного всплакнул. Не хватало только, чтобы кто-то пришел и заглянул мне в глаза. Он бы сразу понял мои чувства, которые оказались на виду у всех: моих товарищей, родителей и знакомых, которых я потерял много лет назад. В помещении также были другие люди, которые вскоре станут попаданцами. Тут я вспомнил кем стал, когда в первый раз оказался в этом месте. В том самом проклятом месте. Их голоса звучали теперь совсем близко, но все равно в их голосе был страх. Я прекрасно мог понять, отчего эти люди были испуганы, а их мысли были мне понятны. Они находились в неведении их жизни, но я не спешил их подбадривать. Во мне рос страх, я не мог понять его причины. Но даже если это и была его причина, то потому, что оказался вновь тут? Что будет со мной во второй раз? — в моей голове проносились мысли, которые пугали даже меня, я не мог нормально соображать, а очередь двигалась, и люди за мной пополнялись. Своеобразный конвейер-попаданцев, которые вскоре обретут новые жизни. Пойдут по пути богов, кормя тех своей энергией. Если вы думаете, что это будет бесплатно, то вы глубоко ошибаетесь. За все есть своя цена. Не бывает такого, а есть только равноценный обмен. Вскоре подошла и моя очередь к этой злосчастной двери. Я вспоминал свой первый визит сюда. В первый раз я был благодарен этой возможности, но уже нет. Я не хочу снова проходить через этот Ад. — Войдите! — послышалось из-за двери. Все тот же мелодичный голос, который встретил меня впервые. Но уже наверняка я на эти чары не куплюсь, а также на этот: «лживый голос», принесший мне страдание. Собрав все силы в кулак, я встал и открыл дверь. Кабинет был маленьким и тесным. Тускло светил светильник, а в воздухе витал еле уловимый запах бумаг, который сразу же навевал мне грусть. От пола и до потолка вдоль стен тянулись стеллажи с рукописями, здесь была самая настоящая библиотека. На письменном столе лежало несколько листов бумаги, а также письменные принадлежности, которыми, по-видимому, пользовались активно. За письменным столом сидела Кицунэ. Она улыбнулась мне и поправила свой локон волос. Я подошел и сел как ни в чем не бывало. Она задумчиво проводила меня взглядом, а затем стала копаться в столе. Наконец она протянула мне небольшой в черном переплете документ. Все это действие сопровождалось гробовым молчанием. Я прочел все прямо на глазах у Кицунэ. До этого она демонстративно воздерживалась. Я сразу понял в чем дело. Видать, мне пришел писец. — Прежде, чем отправишь в Ад, то знай! Ты — полная дура, раз ты еще меня решила переродить, — проговорил он, смотря на нее. Ее лицо не изменилось даже после моих слов, которые должны были вывести ее из себя, но Кицунэ не огрызнулась на мой выпад, только несколько раз моргнув, нарушила тишину. — Скажи спасибо, что ты собственность моего Господина! На тебя есть еще планы, которые ты должен выполнить, а также отработать долг Хель, — сказала Кицунэ, с таким презрением глядя на меня, как будто я представлял собой пустое место. Я вспыхнул от злости, но она даже не удостоила меня взглядом. — Этой бумажкой, можешь подтереться. Сейчас мы будем составлять новый контракт, а также будем отправлять тебя, — сказала, улыбнувшись, Кицунэ и положила документ на стол. Что-то внутри подсказало, что это обман в жестокой форме. — Интересно…что это будет за контракт…я так и не понял. — А вот этого не говори, — произнесла Кицунэ. — Я не собираюсь использовать тебя для компрометации. Сам постарайся себя в дерьмо не выкинуть, — добавила, жестоко посмотрев на меня. — Больно мне надо…гребаная садистка, — ответил в ее манере я. Я взял в руки тот документ и внимательно принялся читать его, но информации там было мало, и немного было глуповато написано. Какие-то накатанные общие фразы и ссылка на мои прошлые грехи, которые были известны только мне. Однако, я не особо над этим задумывался, так как полагался на инстинкты и интуицию. Тогда подумал, что может со стороны это будет выглядеть подозрительно. Я внимательно стал вчитываться в эти документы, но как и в тот раз, я не нашел ничего интересного. По-моему, все было чисто, но вряд ли было так. Поэтому, закончив, я положил документ назад на стол. Кицунэ с улыбкой посмотрела на меня. Мне на минуту стало страшно, она ждала, что я скажу, но я решил обойтись без лишних слов и просто моргнул в знак подтверждения. Потом взял перо и подписал его. — Это бумажка на гранд… — Вот же с****, — обрывая ее на полуслове, проговорил он. Рандом это рандом, я думал, также перерожусь, но не в этом гребаном рандоме. — Ррр, — зарычал я от злости. Эта старая лиса снова провела меня. Я стал исчезать, а значит перерождение запустилось вновь. Темнота вновь окутала мое сознание. Я теперь парил в темноте и ощущал то, что темнота в этот раз была успокаивающей. Она приносила мне благодать. Прошло мгновение. Выйдя из темноты, я понял, что нахожусь где-то на улице. — Мое! Это мой амулет! — крикнул в слезах мальчик. — Зачем сироте из какой-то жалкой церкви такая вещь? Магия движет этим миром. Хочешь сразиться в магическом поединке? Может, давай я тебе монетку дам за нее, а, пацан? — проговорил Дядька, смотря на ребенка, а затем вырвал из рук мальчика амулет. Тот присел от неожиданности и стал утираться, а затем посмотрел в землю. А Дядька крутит перед ним кулоном. Ребенок побледнел и начал заливаться слезами, приговаривая: «Отдай! Это мой кулон». Но тут подоспел какой-то еще малец с черными волосами. Он неожиданно повис на руке Дядьки и закричал: «Отдай! Отдай! Это не твоя вещь!» — но мощный удар откинул первого парня. Тот упал на снег, но затем опять поднялся на ноги. Лицо было разбито, а он сам еле дышал, но все равно бросился на дядьку. — Астер! — крикнул Юно, волнуясь за Асту, который вновь бросился вперед на дядьку, но тут же получил еще один удар в лицо с кулака. Глаз Асты налился фиолетовым оттенком, а сам он еле стоял. — Ты не избавишься от меня! — выговорил Аста. — Закончил? — спросил Асту Дядька. Аста кивнул, продолжая смотреть на Юно. А тот по-прежнему сидел без движения. Аста вдруг зашатался и упал. Дядька кинул на его тело медальон. — Спасибо, Аста, — выговорил Юно, подходя к Асте, который валялся без сил. — Я всем докажу! Я стану Королем Магов! Хоть мы нищие…хоть сироты, мне по боку, я стану КОРОЛЕМ МАГОВ! — крикнул Аста из последних сил, смотря в небо, с которого кружился снег на землю. — И я стану тогда «Королем Магов», — ответил Юно, в слезах смотря на Асту, который уже встал и улыбнулся. Мои ноги стали замерзать, а раскаляющий холодный воздух обволакивал мои легкие, принося туда боль. Холодный ветер обдувал мое бренное тело, которые, казалось, было подтверждено Холоду. Я даже не чувствовал тела, и мне показалось, что я превратился в ледяного голема. Мои глаза пылали болью, я дышал, как зимний ветер, и пытался как-то себя убедить, что не умираю после перерождения, которое Кицунэ дала мне. Я попытался отвлечься от своей боли. Интересно, какой тогда я помощник, если сейчас окочурюсь. Я упал на снег, он чувствовался мне горячим, но мое сознание медленно проваливалось в темноту. — Смотря в бездну, ты становишься сильнее и сильнее. Я буду следить за тобой. И буду доводить тебя до вершины, когда сила дойдет до точки кипения. Ты станешь моей рукой, которая выполнит всю черную работу в этом мире, который забыл меня. Пусть твоя жизнь будет прекрасна и радостна, а также все для тебя будет хорошо. Ты свободен, но в этот раз помни. Не кради прану у Богов, — проговорил тот самый голос, и я провалился уже окончательно в темноту, не понимая того, что происходит. — Смотри! Там кто-то валяется! — проговорил Аста, показывая на тело ребенка, который уже валялся в снегу недалеко от церкви. — А оно теплое вдобавок, — сказал Аста, трогая тело. — Нам надо отнести его домой, — произнес Юно, смотря на Асту горящими глазами. — А то он замерзнет и помрет. Один я не могу. Берись, — сказал он. Аста поднял тело и понес его в сторону. Юно уставился на Асту и пошел следом. Добравшись до церкви, дети стали искать Сестру Лили или Отца, которые где-то были рядом. Аста положил тело на кровать и сам упал от потери сил. — Сестра Лили! Сестра Лили. Там Асту избили, а еще мы нашли замершего паренька! — прокричал Юно, смотря на Сестру Лили, которая шла по дороге домой. Уже темнело, и Юно, взяв за руку сестру Лили, повел ее за собой. — Да что происходит-то? — произнесла удивленно Лили, не понимая, что происходит. — Что с ним случилось? А с тобой что случилось? — спросила она, шагая рядом с Юно.  — На меня напал Дядя, он хотел отнять мой медальон, но Аста заступился, а потом мы нашли ребенка, который валялся в снегу! — выпалил Юно, подходя к комнатам. Сестра Лили, войдя в помещение, заметила лежащего на кровати ребенка, который был красным. Рядом с ним на полу валялся Аста, который был побитым и с фингалом на лице. Лили первым делом подошла к неизвестному ребенку. Она призвала свой гримуар и просканировала ранения. Значит, он чуть не умер от холода. Лили быстрыми шагами вышла из комнаты и зашла в кухню. Там достала согревающее зелье и взяла теплый чай. Юно тем временем положил Асту на кровать. Лили, войдя назад, стала раздевать ребенка. Сняв рубашку, она намазала ему спину, живот, руки и ноги. Обильно смазала все мазью, а затем укрыла теплым одеялом. Затем подошла к Асте, который улыбнулся ей. — Сестра Лили, а ты выйдешь за меня замуж? — крикнул Аста, смотря на Сестру. Лили стукнула ему по лбу.  — Извини, Аста! — взволновано произнесла она, леча его магией. Ушибы стали потихоньку проходить и исчезать, а фингал вскоре растворился.  — Сестра Лили…у тебя потрясная магия, — произнес Аста, грустно смотря на Сестру, которая использовала магию. Асте магия не давалась. Это пока что не давалась, но он ждал пробуждения.