Пай-мальчик, говорите? Ну-ну!

No Min Woo [ICON] – HELLO(Single Ver.)

POV Роман – Ты мне нравишься, Дань. – Я сказал это. Не знаю, как, но я просто сказал это. Внезапно эти слова пришли мне в голову, и, наверное, я должен был их произнести. Я говорил это первый раз в жизни. Очень странно, учитывая количество моих бывших девушек, но это правда. Я никогда им не говорил даже этого «нравишься», не то, что настоящего «люблю». Сейчас эти слова слетели с моих губ легко и даже не заметно для меня. Я осознал это только сейчас. Я чувствовал к парню то, что никогда не чувствовал к другой девушке: симпатию, интерес, притяжение. На дружбу это совсем не похоже. Что-то сильнее и ярче. Влюблённость, так вроде это называется. И теперь, пока помогал ему вспомнить вчерашнее, сам понял и принял решение. Не важно, что Даня не девушка, но он любит меня. Наверное, любит сильнее, чем я мог бы себе представить. Он притягивал меня, как магнит, и я решил попробовать быть с ним рядом. Парень сидел на кровати, уткнувшись лицом в колени и обхватив ноги руками, видимо, для надёжности, и чуть покачивался. Это выглядело довольно забавно, и я не мог не улыбнуться. - Дань? – Молчание. Я подобрался ближе к кровати и тихонько дотронулся до его руки. Вздрогнул, но голову не поднял и не произнес ни слова. Лаааадно. Я же добьюсь от него хоть чего-нибудь в ответ. Но только я привстал и протянул руки, чтобы начать его щекотать, услышал, как Рыжик шмыгнул носом. Не понял. - Дань, ты что, плачешь? – В шоке я уставился на него, но, когда он наконец поднял голову, я спокойно выдохнул. Шивинов смотрел на меня слегка удивлённо, но совершенно сухими глазами. - Нет, – он задумчиво шмыгнул ещё пару раз, – Насморк у меня. По ходу. Я вчера промок, когда от тебя домой шёл, видимо простудился. Фигня, до завтра пройдёт. Зонтик у тебя, кстати? Вернёшь завтра. Апчхи! Блин. – Чем дальше он говорил, тем быстрее он это делал. Отводя глаза, Даня пытался отползти от меня подальше к стене. - Не смей болеть, Рыжик! – Что? Неожиданно? Парень замер в недоумении, а я пересел на край кровати. - Какой рыжик? - Ты. Ты рыжий. - Да ладно? – О, проснулся язвительный Шивинов. - Да. - Это жестоко, - внезапно Даня вновь уткнулся в коленки, - Перестань, пожалуйста. - Что? – Я не понимал такой перемены. Что опять? - Чего ты добиваешься? Всё ещё не успокоился? Что тебе от меня надо? К чему это «нравишься»? Я тебе не верю. – Так вот в чём дело. Глупый, глупый Рыжик. Он настолько не верил людям, что не видел, что я говорю правду. Думал, я хочу использовать его? Шучу? Для чего? - Глупыш. Влюбился я в тебя, понимаешь? - и прежде, чем он успел ещё что-то сделать, я крепко обнял этот большой дрожащий комок. Он мгновенно забился и всеми силами постарался меня оттолкнуть, но вскоре сдался. Даня был таким тёплым, что мне совершенно не хотелось его отпускать. Это тепло как будто проникало ещё и внутрь меня, согревая всего. Странное чувство. Я мог бы сидеть так вечность. Я тихонько гладил его рукой по спине, а сам думал о том, как трудно ему было всё время хранить в себе все свои чувства и эмоции. Я срывался в первую же минуту, а он всё хоронил в себе. Да как это вообще возможно?! - Ты не врёшь? – После нескольких минут молчания звук его голоса показался довольно громким. - Нет, не вру. - Но… почему? – Такой растерянный, будто я подарил ему Америку. - Давай будем вместе, - не вопрос, утверждение. Я отстранился и взял его лицо в свои ладони, увидев в глазах столько надежды, что казалось, если предам его, никогда себе этого не прощу. Князь, ты попал. Внезапно, как гром среди ясного неба, раздался хлопок входной двери. Мы оба вздрогнули и уставились друг на друга. - Кто это? - Не знаю. Может, предки… - Надо посмотреть. - Да. Шивинов кое-как слез с кровати и тихонько открыл дверь из комнаты. Я пошёл за ним и увидел мужчину и женщину в окружении нескольких сумок. - Вы чего так рано вернулись, пап? Вы обычно к вечеру только приезжали, - Даня подошёл поближе к родителям, я же стоял подальше у стеночки, как бедный родственник, и пытался придумать, как я тут оказался. Говорить людям, что я притащил их сына, пьяного вдрыбадан, мне как-то не улыбалось. - У вас тут дождь вчера был? У нас на даче был. Всё вымокло, так что делать там нечего, вот мы и приехали. А ты только что проснулся? А это кто? – Меня заметили, и я был вынужден подойти поближе. Даня как будто только вспомнил о моём присутствии. - А, это… мой друг. Одноклассник. Рома. Мы с ним вчера вместе из клуба вернулись, а он тут уснул. Нечаянно. Он уже уходит, правда, Рома? – Выгнал, значит? Ну ладно. Я ведь от него не отстану. - Да, я уже ухожу. Приятно было познакомиться. А с тобой, Дань, в школе завтра увидимся. Когда за мной закрылась дверь квартиры, я ещё с минуту постоял на месте, а потом решил спуститься по лестнице. Пока шагал по ступенькам, пытался понять, правильное ли решение принял? Стараться построить отношения, которые в принципе противоестественны, основываясь только на своих ощущениях, эмоциях, чувствах… В памяти всплыли полные надежды глазищи Даньки. Отступать уже некуда. Я поговорю с ним, не сегодня, так завтра. *** Но на завтра меня ожидал неприятный сюрприз. Шивинов в школе не появился, ни на первом уроке, ни на втором, ни на всех остальных. От меня бегал, что ли? Или что-то случилось? Вспомнились его вчерашние симптомы простуды. Заболел? На перемене я поймал Джееву, уж кому, как не ей, знать, куда подевался Рыжик. - Заболел твой Данька. Температура там, и все другие симптомы. Его матушка дома чуть ли не насильно оставила, он там сидит, скучает… Сходил бы к нему, что ли, - хитренько сверкая глазками, ответила девушка и куда-то упорхнула. Мда… А навестить – неплохая идея, кстати. Нужно только апельсинов купить. А они сейчас есть в магазинах-то? В итоге я накупил всякой всячины, начиная с бананов (понятия не имею, есть ли в них какие-то полезные витамины, но зато они вкусные), продолжая апельсиновым соком и заканчивая печеньем. Последнее захватил вообще от балды, а скорее «от скидки». Есть у людей такая особенность – кидаться на жёлтенькие/красненькие/любогодругогоцвета бумажечки с надписью «скидка» или же «акция». Ну и я не удержался. Как говорит моя мама: «Пусть будет». К Шивинову я притащился без предупреждения. Во-первых, особого смысла не видел, а во-вторых номера его телефона у меня не было. Дверь мне открыла его мама. - О, Рома, так? Ты к Дане? Он заболел, побегал под дождём без зонта… - Да, здравствуйте. Я вот тут принёс… - Я протянул ей пакет, а сам стал снимать куртку и ботинки. - О, бананы. Он как раз просил, а я купить забыла. Возьми один, отдай ему, - я послушно взял банан и потопал в комнату к Рыжику. О том, что я буду ему говорить, я как-то не подумал. Когда я вошёл, увидел парня, который разлёгся на кровати перед ноутбуком. Нормально, блин, болеет. - Хорошо устроился, - Данька заметно вздрогнул и повернулся на мой голос. Нос опухший, на щеках лёгкий румянец, губы заметно пересохли. Мда. Стало как-то жаль его… - ты в таком состоянии ещё и за компом сидишь? - Нормальное у меня состояние, зачем пришёл? – Он постарался перебраться в дальний от меня край кровати. Наивный. Если захочу, хоть на Луне достану. - Банан принёс. И сок, апельсиновый. И всякой другой вкусняшки, - я протянул ему жёлтый фрукт, но сразу он брать не стал, а несколько секунд пристально так на него смотрел. - Это намёк? – Чё? Это о чём он подумал? Хах! - Это банан, придурок. Его едят. - Ладно, - парень пожал плечами, - а апельсиновый сок я не люблю. - Вау. Надо же. Я думал, его все любят, кроме аллергиков, конечно, - разговаривать про сок – как раз то, что я собирался сделать. Хах. - Не люблю, и всё. А апельсины люблю. В детстве любил и то, и то. Потом и то, и то разлюбил, а потом апельсины стал есть, а сок не пью. Горький он. - Эм… Обычный сок… Ну да ладно, там ещё яблоки, орехи, печеньки, ещё что-то вроде… - Спасибо. Тебе не стоило, - снова отводя глаза, он, видимо, пытался придумать ещё что-то, чтобы отложить решающий момент. А вот фиг вам. - Дааань? Ты меня любишь? – я увидел в его глазах какой-то панический страх. Как же его убедить наконец, что он может мне доверять? Я ждал, и через какое-то время Даня глубоко вдохнул, как будто бы собираясь с силами, прикрыл глаза и всё же тихо ответил. - Да. Я улыбнулся. Внутри у меня как будто кто-то играл на арфе, дёргая за струнки моей души. Странное ощущение. Это называется счастьем, или я что-то путаю? Рыжик всё ещё сидел с закрытыми глазами. Ну что ж… Я тихонько забрался на кровать и провёл пальцами по его щеке. Он распахнул глаза, но я уже коснулся губами его лба. - Ты жаропонижающее пил? Очень горячий, - я чуть отстранился, а затем аккуратно поцеловал Даньку в уголок губ, опасаясь, как бы он снова что-нибудь не учудил. Но он не только не оттолкнул меня, но и сам обнял, стараясь прижаться, казалось, как можно сильнее. Я говорил про счастье? Нет. Пожалуй, счастье – это вот так сидеть. Но объект этого счастья ещё предстояло вылечить. Внезапно парень впился в мои губы, целуя с неожиданным напором, оттягивая сзади мои волосы. Перенять инициативу оказалось довольно непросто, но я-то мастер… Наше довольно приятное занятие прервал щелчок открывающейся двери, громкое «Ой» и звук разбивающейся посуды. Когда я обернулся, кажется, мои глаза были размером не то что с пять рублей… скорее с те большие шоколадные монеты в золотистой обёртке, которые продают повсеместно под Новый Год. Нам пиздец. В дверях стояла мама Дани, с такими же, как у меня, глазами, открытым ртом и руками где-то на уровне пояса, всё ещё державшими невидимую тарелку с фруктами. Тарелка же на самом деле была на полу в разбитом состоянии, а фрукты «кто куда докатился». - Привет, мам, - раздался голос Шивинова, и я повернул голову в его сторону. Вау, третий человек с такими глазами. Мы размножаемся! К тому же, он ещё и мило улыбался, махая маме ручкой. Какая прекрасная сцена… - Пойду схожу за мусорным пакетом, - о, вроде ожила, кризис миновал, - надо собрать осколки… - нет, я поторопился, ещё не миновал… Женщина развернулась и медленно вышла из комнаты. Повисла тишина. Наверное, только через минуту мы оба, причём абсолютно синхронно, тихо сказали: «Нам пиздец». Какое поразительное единогласие. Мы точно предназначены друг для друга. Ещё через пару минут в комнату вошли уже оба родителя. Я незаметно положил ладонь на колено Рыжику – единственное место, куда я мог беспалевно дотянутся и одновременно показать, что убегать я не собираюсь. - Сын, нам нужно поговорить, - отец. Я очень надеялся, что он не окажется ярым гомофобом, иначе все будет очень плохо. - Да, пап, - Данькин голос был очень хриплым, я даже испугался. - Может, наедине? – Это он на меня, что ли, намекал? Ну уж нет! - Я никуда не уйду! – Я посильнее сжал колено моего теперь уже парня, в этом я мог не сомневаться. Встретившись с удивлённым взглядом главы семейства, я лишь поудобнее уселся на кровати, ясно давая понять, что от меня им не избавиться. Кстати, нужно будет узнать его имя, хотя бы для приличия. - Ладно. Ну что ж… Даниил, у меня к тебе вопрос. - Да. - Скажи, ты… ты гей? – Ох. Было видно, что произнести эти слова очень трудно. Мать тихонько стояла рядом, судя по запаху лекарств, уже приняв успокоительное. А может, успокоительное принял как раз отец. - Да. - Это твой парень? – Зачем спрашивать очевидное? Хотя, кажется, для Дани это не было очевидно, ибо отвечать он не спешил. Тогда я ответил за него. - Да. - Кто дал тебе решать? – От крика Рыжика я аж подскочил, но быстро пришёл в себя. - Ты! - Я? Когда? - Пфф! Сегодня! Пять минут назад, когда сам меня поцеловал, - рыжий, видимо, от моей наглости, шокированно уставился на меня большущими глазами, хватая ртом воздух и пытаясь что-то сказать. Я лишь улыбнулся. Хочется верить, что это было похоже на улыбку коварного Чешира, а не какого-нибудь полоумного злого учёного. Внезапно подумав о том, что, если уж ломать психику родителям, то уж до конца, я схватил Данькины руки, чтоб не бился, и поцеловал его. Он дёрнулся, но, видимо, понял, что шансов вырваться у него нет, и просто ответил, всё же укусив меня за губу. Вот гад. - Ну, мы не будем вам мешать… - подала очень тихий голос мама, и через пару секунд за родителями закрылась дверь.