Пай-мальчик, говорите? Ну-ну!

POV Даниил

Mylene Farmer — California

Когда я встал с диванчика, понял, что всё далеко не так плохо, и съеденное в желудке совсем не ощущалось. Я мысленно похвалил себя за умение определять меру, а затем таки остановил свой выбор на одной из композиций. К этому времени Князев уже оставил стол в покое и с интересом наблюдал, что это я такое собираюсь делать. А я поймал ритм музыки и стал медленно двигаться по комнате. Делал медленные, плавные движения, легко поворачиваясь и откидывая голову, но чувствовал, что пиджак сковывает и не даёт свободы действий. Тогда я, не прекращая своего незамысловатого танца, расстегнул пуговицы и сбросил мешающую вещь. Краем глаза заметив, что Рома поднялся со своего места, я развернулся к нему и, коснувшись рукой его щеки, проскользнул ему за спину. Провел по ней кончиками пальцев сверху вниз волнами, в такт музыки и приобнял за талию, запуская руки вперёд и по одной расстёгивая пуговицы его рубашки, одновременно легонько целуя в шею. Внезапно он развернулся, и мы оказались лицом к лицу. Забыв уже совершенно обо всём, я впился в его губы с какой-то силой, даже, наверное, покусывая, потому что мы стукались зубами. Я гладил его грудь и живот, ощущая тепло мягкой кожи и понимая, что моя крыша улетела и вернуться обещала нескоро. Это, впрочем, меня вполне устраивало. Я потянул за рукава княжеской рубашки, чтобы стянуть её окончательно, но внезапно почувствовал, что парень её придержал. - Ты уверен? - странный вопрос. А нет, пожалуй, после всех моих выкидонов, вполне нормальный. Но сейчас отступать я намерен не был, поэтому кивнул и потянул сильнее, но снова безрезультатно. - Что? - Прямо здесь? В нашем распоряжении целая квартира, - странный он, пытался держать себя в руках. Я ухмыльнулся, медленно приблизился, положил руку ему на пах и прошептал прямо в ухо. - А ты считаешь, что мы дотерпим до дома? Ответом мне послужил совершенно дикий поцелуй, Князь будто бы хотел оторвать мой язык и забрать себе на память, а я из природной жадности отказывался, да ещё и его язык прихватить хотел, для коллекции. Пока Рома мучился с пуговицами на моей рубашке, я, наконец, стянул его, отрывая на секунду от себя, и принялся за ремень на брюках. За минуту мы сняли всё, что, пожалуй, можно было снять. Если бы сейчас кто-то вошёл, то увидел бы двух абсолютно голых возбуждённых парней, стоящих посреди комнаты и упоённо целующихся. Но я потянул Князева к дивану, по дороге отпихнув тут же задребезжавший посудой стол как можно дальше. Меня неожиданно повалили на этот самый диван и нависли сверху, подчиняя окончательно. В тот момент я подумал, что, даже если это будет мой последний вечер с любимым, он останется как самое потрясающее, что со мной было. Но он не должен был быть последним. Я видел это в его взгляде, чувствовал, что он мне не врал. И немного боялся, потому что раньше ни с кем этого не делал. Думать дальше не было уже никакой возможности. Рома целовал меня в губы, в шею, спускался на грудь и наверняка чувствовал, как бьёт по рёбрам моё ошалевшее сердце. Внезапно через пелену всё же пробилась мысль и я дернулся, чтобы встать, но был остановлен сильными руками и вопросительным, но уже давно затуманенным взглядом. Поняв, что встать мне не дадут, я постарался найти свой охрипший голос и смог-таки сказать: «Смазка во внутреннем кармане пиджака». Князь тут же понял и взглядом нашёл его на полу, а затем пошёл и достал из кармана небольшой тюбик. Краем мозга понимая, что у Ромки в этой области опыт наврядли есть, смазку я забрал, выдавил на пальцы и ввёл в себя один, немного двигая в стороны, а через какое-то время добавил второй. Парень смотрел на мои махинации с нескрываемым интересом, изредка порываясь дотронуться, но останавливался. Решив его немного подразнить, я раздвинул ноги сильнее, чтобы было лучше видно, и добавил третий палец, не обращая внимания на дискомфорт. Князев зашипел, ведь сдерживаться ему, наверное, было сложно. Когда я согнул один из пальцев, коснулся нужной точки и непроизвольно откинул голову, парень просто набросился на меня, убирая мою руку, и через секунду полностью вошёл. Я закричал, причём не столько от ноющей боли, сколько от того, что наконец получил то, чего так долго желал. Испугавшись, что это было слишком громко и кто-то мог услышать, прикрыл рот рукой, на что Рома улыбнулся, поцеловал мою руку и прошептал: «Кричи сколько тебе захочется, любимый, здесь прекрасная звукоизоляция». Ну что ж, тогда сдерживаться не будем... Боль стихла довольно быстро, и я чуть дёрнул бёдрами, прося о продолжении и мысленно моля, чтобы вот сейчас нам никто не помешал, иначе я просто не выдержу и прикончу этого жестокого человека. Наверное, в этот раз меня всё же решили пожалеть, и мешать нам никто не думал. И Князь двинулся. Сначала медленно и аккуратно, наверное, боясь сделать больно, затем более уверенно и резко. Это было настолько потрясающе приятно, что я просто растворялся в этом ощущении единения, связи с тем, кого ты любишь и кого хочешь чувствовать полностью. Каждое прикосновение губ и рук к моему телу, каждый толчок, каждый вдох и выдох, каждый громкий стон, который всё же наверняка был слышен за дверью... я пытался оставить это в своей памяти, как самое афигенное воспоминание. Он касался меня так бережно, будто боялся поранить или разбить. Постепенно его хватка усилилась, движения стали резче, а я стал ещё быстрее подмахивать навстречу. Меня накрыло неожиданно и так сильно, что выгнуло мою спину высокой дугой, а из груди вырвался дикий гортанный стон. Рома кончил следом за мной, едва успев выйти, и упал на меня. - Мы диван вымазали, - отдышавшись, почему-то заметил я. Рома лениво поднял голову с моей груди и осмотрел наше лежбище. - Ниче, тут салфеток дофига. - А еду мы всё-таки заберём, - подумав ещё немного, задумчиво добавил я, получив при этом в бок. ***

MIYAVI - Hell No

Когда мы более-менее пришли в чувство и оделись, Князев вызвал официанта и попросил упаковать всё вкусное, а водитель затем пришёл, забрал всё и погрузил в машину. Мы вышли через минуту, и я собирался уже сесть в автомобиль, но был остановлен Ромкой, который потянул меня за рукав. - Постой, может, погуляем ещё немного? - сначала я хотел его пнуть, потому что он, видимо, не предполагал, что у меня может что-то болеть, но потом передумал. Потерпеть немного можно, ходить-то я могу. - Ладно, только немного. Иначе будешь меня на руках нести под конец, по твоей милости у меня всё болит. - Прям-таки всё? - ухмыляясь как кот, он приблизился, но я заметил заинтересованный взгляд водителя из машины, и отпихнул парня, - Пошли гулять, тут до набережной два шага. И убери этого... надзирателя. - Ахах, Диму? Так он никому ничего не скажет, да, Дима? - почти крикнул Рома, чтобы тот услышал. Дима услышал, засмеялся и кивнул. Какие у него были мотивы помогать Князеву-младшему, я так и не узнал, да и не особо хотел. Ему было приказано отвезти еду в холодильник, а затем возвращаться в этот район и ждать звонка, чтобы отвезти нас домой. Когда машина наконец уехала, я обхватил Ромкину руку и потянул его на набережную. Он пытался извернуться и дотянуться до меня, чтобы поцеловать, но получил коленом под зад и передумал, демонстративно надувшись. Хорошенького понемножку, милый мой. Мы медленно брели и наблюдали за ночными огнями, пару раз проплывшими паромами-ресторанами и машинами где-то вдалеке. В этот час на улице было уже довольно тихо, и мимо нас очень редко проходили или проезжали люди. Тишина и спокойствие. - Стоять, - сегодня, кажется, день моих сумасшедших идей, - Я устал. Покатай меня, большааая черепаха, - я остановил ничего не понимающего Князя, уставился на него просящим взглядом щеночка, а потом стал сзади и потыкал пальцем в спину. - Ээээ? Чего? С какой стати я тебя катать должен? - вот же бука. Он развернулся и с возмущением на меня смотрел. - Значит, трахать меня можно, а отвечать за своё поведение нельзя? - для большей убедительности я состроил обиженную рожицу и сложил руки на груди. Когда до парня дошло то, что я сказал, он не нашёл, что ответить, и, фыркнув, развернулся спиной и чуть наклонился, чтобы я смог залезть. Это я с радостью и сделал,обхватив его за шею руками мысленно заметив, что вот оно как, оказывается, бабы мужиками управляют: кого ебут, тот и главный, а если что — голодный паёк. Хотя, конечно, это далеко не во всех случаях. - Ты слишком быстро наглеешь, - всё же ответил, подхватывая мои ноги под колени. - Стараюсь. Нужно же тебе соответствовать, милый.