Сохрани мою тень

Пока Кайло Рен был в своем добровольном изгнании на Мортисе все казалось другим. Там не было людей, а идеи, которые все это время не давали покоя его измучившемуся разуму наконец отступили под невиданной мощью силы. Для чувствительных к силе Мортис – это ядро. Он узнал об этом месте от Великого Дарта Вейдера. В первую ночь после Крейта Кайло Рен увидел его во сне. Он предстал перед ним в образе совсем еще молодого мужчины, во времена, когда не было еще Дарта Вейдера, а был лишь Энакин Скайуокер. В этом сне Энакин, его учитель Оби-Ван Кеноби и падаван Асока Тано прибыли на планету Мортис, где в то время обитали Повелители Силы – Отец, Сын и Дочь. Та поездка не окончилась хорошо, Повелители силы были убиты. Джедаи покинули планету и с тех пор Мортис пустовал. Проснувшись, Кайло Рен, новый Верховный Лидер Первого Ордена, который понятия не имел, что ему теперь делать со своим верховным лидерством, ощутил, что ему нужно на Мортис – немедленно. Все это не могло быть случайностью – это знак. Пусть Повелители Силы мертвы, но эта планета все еще место силы, она не могла просто так утечь оттуда. Там он получит все ответы, а если и нет, то хотя бы поймет, какими именно вопросами стоит задаваться. И он отправился в путь. Мортис было сложно отыскать, но сила вела его и он нашел способ попасть туда. Как только он ступил на почву планеты он почувствовал, что вернулся домой. Сила приняла его в мягкие объятия. Там она была совсем другой – звонкой, чистой, разливающейся широким потоком. Там она не мучила его, загнанно вибрируя и дрожа. Планета находилась далеко – на территории Дикого пространства и была окружена плотной пленкой галактической туманности. Кажется, все, кто что-либо знал об этой планете остались жить только на страницах книг и дневников. Ко всему прочему, на Мортисе Кайло Рену не надо было считаться с мусорщицей, не надо было даже помнить о ее существовании. Гнусная девчонка не имела там никакой власти, она больше не оттягивала и не искривляла собой силу и он чувствовал себя единоличным ее хозяином. Это было упоительно. Сама сила там вела себя тоже по-другому. Она была благосклонна, подчинялась Рену полностью, текла всюду, куда он ее направлял. Он провел на Мортисе полгода, в блаженной тишине и пустоте. Такая атмосфера благоприятно сказывалась на нем – он избавился от суетливости мыслей и от одержимости идеями. Он понял, что для того, чтобы добиться успеха он должен быть хозяином идей, а не они его. Он понял, что нужно менять стратегию – победа над Сопротивлением ничего не даст, а лишь выведет их на новый круг войны. Ему открылась правда, которую до этого он не замечал – как только Сопротивление будет разбито, нейтральные миры тут же перестанут быть нейтральными и перейдут в наступление. Все это время они отсиживались просто потому что не считали Первый Орден угрозой для таких гигантов как Корусант, например. А мелкие междоусобные войны между Орденом и Сопротивлением их не заботили, пусть даже в их ходе и уничтожались какие-то планеты – они не были хоть сколько нибудь важны и интересны гигантам Галактики. Но победа Первого ордена все изменит, сделает их мишенью. Они не выстоят против Корусанта или Мандалора. Так было решено, что если Кайло Рен хочет получить власть и могущество, он должен стать хитрее. Первый шаг – окончание войны. К тому же, это будет логичным ходом после того, как он приказал своим людям не нападать на Крейт. Тогда он не понимал, почему сделал это, но сейчас это казалось ему абсолютно закономерным – само провидение подтолкнуло его к этому шагу. Какое отношение к провидению имеет мусорщица, Кайло Рен предпочитал не думать. Все время, пока он пробыл на планете он ждал, что ему вновь будет видение с Дартом Вейдером. Он так надеялся, что могущественный Лорд тоже подкинет ему пару тройку умных идей, но этого так и не произошло. Кайло Рен справлялся своими силами. Постепенно его план обрастал подробностями, и в конце концов все основные шаги были определены. Из-за особого расположения планеты там невозможно было поймать ни один сигнал, поэтому Рену изредка все же приходилось покидать Мортис, чтобы связаться с Хаксом и напомнить ему, кто тут главный. Вылазки эти были совсем короткими и не нарушали его спокойствия. Каждое возвращение на планету дарило ему незнакомые ощущения – как будто он возвращался туда, где ему рады, где его ждут. Такого он не помнил даже в детстве, когда еще жил с семьей, ведь родители маленького Бена так часто бывали в разъездах, что дома его обычно не ждал никто, кроме слуг и дроидов. Мортис стал ему домом, местом силы и местом истины. Здесь он отдохнул и стал сильнее – такая близость к источнику силы не прошла даром. Здесь он придумал план – теперь он знал, как объяснить своим людям капитуляцию на Крэйте, как закончить войну и что делать с девчонкой. Это место любило и оберегало его, щедро дарило ему ответы на еще даже не заданные вопросы. Здесь он чувствовал себя ребенком в колыбели, которую укачивают заботливой рукой. Но нельзя вечно пребывать в колыбели. Пришло время возвращаться. В большом мире все опять начало трещать по швам. Пока он был на Мортисе ему казалось, что он все продумал, что он нашел путь, который выведет его. Что он сможет сделать все, что задумал. Что сила ему поможет. Он думал, что обрел устойчивость, научился ее сохранять. Но все оказалось не так просто. Эмоции опять начали захлестывать его со всех сторон, он вновь потерял уверенность. И девчонка, девчонка. Даром, что он такими трудами отрезал мусорщицу от себя. Даром, что пошел на хитрость, и провел границу не по средине, а ухватил себе побольше. Даром, что сила больше не может забрасывать их друг к другу – они все равно делят ее на двоих. Пусть и из общего у них теперь – только стена между ними. Но и этого слишком много. Стена все еще недостаточно глуха – на ней есть живая рана, которая и служит дверью. Через нее он все еще слышит ее. Не так хорошо, как раньше, но когда она близко – ощутимо болезненно. Хотел бы он знать, как закрыть эту дверь навсегда – заставить рану затянуться и больше никогда не ощущать это Джаккуинское отребье так, как будто он весь целиком – кусок обожженной кожи, а она щепотка соли. Но с другой стороны, у него сейчас так много дел, что ему совершенно не резон тратить на это силы (а он помнил, как много сил потребовалось, что бы просто построить эту стену; а сколько будет нужно, чтобы ее укрепить?). В любом случае, когда она далеко – он ее не чувствует. А скоро она будет далеко все время. Скоро все закончится, они подпишут мир и разойдутся в разные углы галактики. На самом деле, согласно его плану – это уже должно было случиться. Он думал, что в день, когда был обмен мусорщицы на Фулвию, он видит ее в последний раз. Но Лея как будто чувствовала, как присутствие Рей его сильно напрягает и словно специально таскала ее на переговоры. Переговоры. От одной мысли о них он за секунду разогнался от относительного спокойствия до жгучего бешенства, которое запульсировало внутри него, разбегаясь волнами по всему телу. Прошло всего-то чуть больше 10 дней после возвращения и всего одна очная встреча с сопротивленцами, а он уже пожалел о своем решении. Закончить войну? Серьезно? Единственное, что он хотел быть закончить сейчас, так эти бесполезные, глумливые, издевательские встречи. «И, желательно, закончить их какой-нибудь кровавой бойней». Он думал об этом без удовольствия, скорее по привычке и эти мысли не приносили ему облегчения. Его бесил даже не сам факт того, что он должен что-то с кем-то обсуждать и искать компромиссы, а то, с кем он должен это обсуждать. С глупцами, идиотами, предателями, просто с не заинтересованными лицами. Почему? Почему он, Верховный Лидер Первого ордена, должен убеждать идиотов в правильности своей точки зрения? У них нет ни знаний, ни навыков, ни опыта для того чтобы понять его. Так почему он должен бороться за них, за их голос, за их симпатию?! Почему он должен агитировать их перейти на его сторону? Кто они вообще такие, что бы он, Кайло Рен, не брезговал делить с ними свою сторону? Далеко не только сопротивленцы злили его. К своим людям у него тоже было множество претензий. Большинство из них были также тупы, как и их оппозиция. Они были не способны думать глобально, на перспективу, не способны понять и оценить его идеи. Всё, чего они хотели – удовлетворить сиюминутные желания. Ему приходилось служить буфером между ними и их хаотичными стремлениями. «Нет, мы не можем просто захватить и разграбить Сопротивление, потому что у них нечего брать». «Нет, нам действительно не выгодно их всех убивать, потому что как только Нейтральные миры осознают, что мы перестали драться между собой, они поймут, что теперь мы представляем угрозу и для них – и тогда они нас растопчут». «Да, мы действительно заключим мир, отпустим пленных и даже не устроим ни одной показательной казни – да, сейчас именно такая линия поведения является очень выгодной». Что-то из этого было чистой правдой, что-то абсолютной ложью, которую он использовал, чтобы заставить их действовать согласно его плану. Еще и Хакс подкинул ему проблем. Этот кретин умудрился угодить в руки Сопротивления и сидит в плену уже Крифф знает сколько времени. «Все, лишь бы отлынивать от работы» – мрачно думал он. Верховному Лидеру приходилось нелегко – чтобы выторговать жизнь Хакса ему пришлось предложить много, очень много. Кайло Рен с радостью бы бросил генерала гнить в плену, тем более, Хакс предатель и ненавидит его, но сейчас важно всем демонстрировать, что люди ценны для Первого Ордена, что они не просто расходный материал и их предводитель будет стоять за них до конца. Тем более, Хакс хотя бы не так туп и на него можно будет свалить работу с народом, пусть следит, что бы они четко следовали выбранной Реном линии поведения и не делали глупостей, а сам он, наконец, сможет заняться важными делами. Найти еще больше новых союзников, выступить в парламенте, взять настоящую власть в свои руки. Он знал, что для этого ему нужно быть последовательным. Ему нельзя оступиться – его тут же сожрут. Нельзя выходить из себя, нельзя мучить врагов и даже запугивать можно только в меру. А иначе он проиграет. Нельзя. Нельзя. Это стало его любимым словом, его мантрой, которая удерживала его от падения. В конце концов, если даже он перебьет всех зазнавшихся Сопротивленцев и предателей из своего крыла, это не даст ему того, чего он так хочет. Это он тоже понял на Мортисе. Потому и решил действовать по-другому, потому и решил положить конец войне. Там ему открылась правда – когда ты бежишь от чего-то слишком сильно – на самом деле ты бежишь этому навстречу. Он пришел к Сноуку за могуществом и властью, а в результате потерял самостоятельность и силу. Стал просто пешкой еще одного глупого старика. Его это не устраивало. Если бы Кайло Рен хотел кому-то служить, он бы не ушел с пути Джедая. Но он хотел другого. Он хотел быть сам себе хозяином. И он будет. Нужно лишь умерить пыл, успокоиться и продолжить свою партию. Он встал из-за стола и направился к себе в спальню. Следующий ход обещает быть очень сложным. Нужно хорошо отдохнуть. Тем более теперь, когда он вызволил из плена Фулвию он мог позволить себе спать не вполглаза, потому что знал – хотя бы один верный человек у него есть.

***

Последние дни Рей занималась как одержимая. Все время она проводила с Люком, ни на минуты не желая отпускать его и прерывать занятия. Физические упражнения – медитация – чтение – физические упражнения – медитация – чтение, и так до бесконечности. Сначала учитель, казалось, обрадовался ее рвению, но уже на второй день стал окорачивать ее: «Не суетись, успокойся». Но успокоиться она не могла. Проблема была в том, что Рей не чувствовала потока. Сначала она подумала, что это из-за того, что последнее время она пренебрегала занятиями, выполняя задания учителя не слишком добросовестно. Все из-за постоянных переживаний, дурацких снов, усталости. Но сейчас она уже четыре дня ни о чем не думает, не нервничает, не переживает – а только занимается и ни-че-го. Нет, у нее все получается, но получается чисто механически, а сама сила при этом какая-то вялая и ленивая. Как животное, страдающее от жажды. Рей изо всех сил пыталась ее расшевелить – безрезультатно. «Неужели правда? Неужели все из-за той стены?». Сначала она думала, что наличие стены будет значить лишь то, что они больше не связаны – больше не могут чувствовать и появляться друг перед другом. Ну и не велика потеря, Рей вовсе не против больше никогда не видеть высокомерную рожу Рена. Но теперь ее мучили сомнения: что, если нарушить их связь, значит вообще повредить силу? Неужели, теперь так будет всегда? Ее часть силы теперь всегда будет такой неповоротливой, словно полусонной?? Нет, она это так не оставит, она во всем разберется, она узнает, что он сделал и как это исправить. Рей покосилась на Люка, застывшего в медитации. По правде говоря она знала, что ей нужно обо всем рассказать учителю, но не могла себя заставить начать этот разговор. Ее страшила мысль о том, куда он может вывести. В конце концов, они так толком и не обсудили все, что произошло на Ак-То, а если она начнет говорить про стену, ей непременно придется рассказать всё, вообще всё. Нет, к такому она не готова. Ей было немного стыдно, но она оправдывала свое поведение тем, что первые 19 лет своей жизни ей не с кем было обсуждать свои проблемы и переживания и не ее вина, что теперь она не умеет о них говорить и все держит в себе. Да и потом, ну зачем затевать этот разговор сейчас? Лучше Рей для начала во всем разберется, повнимательнее осмотрит и ощупает стену, а уже потом, когда все станет ясно – расскажет учителю.

***

Рей дождалась, когда все на базе улягутся спать и гул, издаваемый людьми наконец стихнет. Она закрыла свою комнату на ключ, чтобы никто не прервал ее в самый не подходящий и момент и нырнула в медитацию. Опять все кругом белым-бело, все абсолютно одинаковое – очень сложно сориентироваться. Где же стена? Рей припоминала, что учитель Скайуокер говорил ей, что визуализация это самый простой и действенный способ разобраться в себе. Поэтому Рей представила, что эта тихая тоскливая нота, которую издавала стена, имеет физическое тело. Нужно только его найти. Она оглянулась по сторонам и увидела тонкую красную нить. Оно. Рей схватилась за ее конец и начала двигаться, стараясь быть осторожной – ниточка была такая хлипкая, что могла ненароком порваться. Наконец, она достигла стены. В этот раз она уже была готова к тому, что увидит, поэтому Рей смогла сдержать порыв и не выпрыгнуть из медитации, хотя и очень хотелось. Нет, объективно говоря, это не выглядело страшно. Подумаешь, стена. Подумаешь, с разрезом. Но Рей начинало подташнивать от одной мысли о том, что ему пришлось сделать, чтобы сила позволила так издеваться над ней? Девушка постояла немного, прислушиваясь к своим ощущениям – ей было тревожно, биение сердца отдавалось куда то в горло. Она заметила какое-то движение за стеной, но не могла заставить себя подойти ближе. Вдруг, она почувствует его? Ну что же, пусть готовится принимать ее проклятия. Набравшись решимости девушка подошла к стене вплотную и приложила к ней руку. Стена вибрировала. Это было похоже на дамбу, которая заковала в себе бурный поток реки и теперь пытается его сдержать. Река бесновалась, ей хотелось разливаться по всему доступному пространству, а не быть пленницей. В этот момент Рей показалось, что кровь в ее венах забурлила с такой же яростью. Этот грязный, лживый подонок обворовал ее. Забрал часть, причитающуюся Рей по праву, обманом вытянул ее на свою сторону. А после этого – «Мир, конец войне!» – ублюдок, проклятый Крифф, надо было не оставлять тебя без сознания на съедение твоим падальщикам, а все-таки прикончить тебя самой. Но как он сумел? Как сила позволила проделать ему с собой подобное зверство? Рей в бешенстве сжала кулак и ударила в стену. Еще. Еще. Затем начала ногтями ковырять рубец. «Сейчас я его распорю, а потом распорю и тебя, от подбородка до пупка, клянусь, Рен, я иду!» - девушка в бешенстве колотилась о преграду, которая, тем не менее, оставалась не преступной. Затем она поняла, что подручными средствами тут не обойтись, поэтому визуализировала себе световой меч, и когда он оказался в ее руке – начала яростно лупить им по стене. Бесполезно, от нее лишь отлетали искры. Тогда она упала на колени и завыла.

***

Где-то за сотню световых лет от нее проснулся Верховный лидер. Не поняв спросонья что произошло, он почти добродушно поинтересовался: «Эй, мусорщица, ну что случилось?».

***

- Что случилось?? - от бешенства Рей подскочила на ноги и пнула стену, - Я тебе покажу сейчас, что случилось! Ты предатель, обманщик, чудовище!! Ты одной рукой заключаешь мир, а другой обворовываешь меня?! Верни мне мою силу! Немедленно!! Убирай свою уродскую стену! Иначе, я клянусь, как только я увижу тебя – снесу голову и твоя тупая рыцарша тебе не поможет! Выпалив все это на одном дыхании Рей наконец-то замолчала и прислушалась. За стеной снова стало тихо. -Рен? Рен?! А ну отвечай!!! Но Кайло Рен уже успел прийти в себя, понять, что произошло и отгородиться от девушки еще одной стеной, так что все ее угрозы прошли мимо адресата.

***

Рей была настолько зла, что ей казалось, что будь у нее здесь корабль, она бы без раздумий прыгнула в него и полетела отбивать у мерзотного Рена свою силу. И наплевать на всю его армию. «Не надо было отдавать По Сокола!». Всю ночь она не смыкала глаз, а лишь беспокойно крутилась, пытаясь придумать, что она будет говорить Лее. Ночи на этой планете были длиннее, чем она привыкла и это нервировало еще больше. Как только наступит утро, она намеревалась пойти к генералу и сказать, что никакой мир с Первым Орденом невозможен, потому что их предводитель жалкий вор и обманщик. Это понятно, но что дальше? Снова начинать войну, только из-за силы? Внутренний голос уверенно отвечал на это: «Да!», но второй голос раздающийся в голове, подозрительно похожий на голос учителя, противился и говорил: «Не кажется ли тебе это немного… Эгоистичным?». Жаль, что они уже отдали Хакса! Так бы можно было шантажировать Рена его жизнью. Видимо, поэтому, Рен так торопился вызволить его, что предложил за никчемную жизнь предателя столько всего. Знал, что если будет медлить – Хакса ему не видать. Да уж, вариантов было не так много. Да и потом, как все это объяснить? Чтобы рассказать генералу Органа, как он обворовал ее, сначала ей придется рассказать, как вообще работает ее сила. Их сила. Что они могут слышать и ощущать друг друга, невзирая на огромные расстояния? Неожиданно появляться и даже касаться друг друга? Это звучит плохо, очень плохо. Нужно придумать, как рассказать об этом более дипломатично и нейтрально. Утро было все ближе и Рей, так и не придумав, что точно она собирается говорить Лее решила, что будет импровизировать. Как только солнце встало, девушка соскочила с кровати и даже не переодевшись в свежую одежду побежала в кабинет генерала. Там еще было пусто, поэтому она присела около двери прямо на пол и стала ждать. Через полчаса в коридоре появилась Лея и еще несколько человек. - Рей, и ты здесь? Значит, ты уже слышала? Не может быть, что бы это было правдой. Рей отметила, что генерал выглядит крайней взволнованно. Она открыла кабинет и зашла в него, за ней потянулись все остальные. - Не знаю о чем вы, но, Генерал Органа, нам нужно поговорить, это очень важно! - ночные раздумья так вымотали ее, что сейчас Рей решила не тянуть, а начать разговор, и будь что будет. Лея не обратила на нее никакого внимания, а прошествовала через весь зал к экрану и щелкнула по нему. На экране побежали картинки. - Звук, - скомандовала она. Рей ошалело смотрела на сменяющиеся изображения и пыталась понять, что говорит диктор. Странно, каждое слово в отдельности было понятно, но смысл ускользал. Что такого интересного Лея хочет узнать о Набу в такую рань? Лея переключилась на другую частоту. Там тот же самый сюжет повторялся сначала. Рей внимательно следила за каждым словом и картинка начала вырисовываться. - Набу что, поддержало первый Орден? - Рей не могла поверить своим ушам. Одно дело, когда Орден поддерживают всякие полумаргинальные личности, типа Джориса Блома с Акивы. Набу совсем другое дело, они так долго держались за свой нейтралитет во время войны, а теперь вдруг сменили точку зрения. - Да. Если быть точнее, в Альянс вступает Тид, во главе с королевой Авис. Гунганы пока не высказались. - Корусант? - Остается нейтральным, но признает легитимность Альянса. - Кто еще? - Пока не так много. Набу, Акива, Виндал, Амбрия, Риши, Громас, кажется, что-то забыла. Но это еще не все, сегодня он выступает в Парламенте на Корусанте. Конечно, будет речь с призывом присоединиться к его Альянсу. Наверное, будет озвучивать условия. Рей не знала, что сказать. Конечно, это все нехорошо и нужно что-то делать. Но как же она и ее сила? Пока Рей раздумывала, Лея уже выскочила из кабинета. Девушка в сердцах выругалась и поплелась за генералом. Лея торопилась в переговорный зал, где уже было назначено собрание. Рей нагнала ее на полпути и услышала их разговор с одним из ее ближайших помощников. - Королева Авис моя старая знакомая, однако, во время войны она ни за что не хотела поддержать Сопротивление. А сейчас, надо же, да мир еще даже не подписан до конца, а она тут как тут! Я срочно должна с ней поговорить, сейчас же. Ее помощник судорожно тыкал в датапэд, пытаясь, видимо, установить связь с Набу. Им ответил секретарь. - А, господин Сатор, день добрый. Мне бы поговорить с Королевой Авис, это возможно? - Лея вся излучала агрессивную доброжелательность. Сатор слегка поклонился в камеру. - Принцесса Лея, рад вас видеть. Сейчас соединю вас с Королевой. На минуту все звуки стихли, а затем в комнату ворвался высокий голос Королевы: - Лея! Как ты? - Правительница Тида разговаривала очень неформально. Наверное, она думала, что Лея звонит ей в одиночестве, по-дружески поболтать о новостях, а не собрав у экрана половину Сопротивления. - Авис, здравствуй. Звоню, чтобы получить твой комментарий по поводу Альянса. Это что, правда? То, что говорят по голонету? - Лея, послушай… - Авис! Как ты могла? Мы с тобой знакомы столько лет! И когда я просила поддержать Сопротивление во время войны, хотя бы номинально! – ты отказывала мне. А сейчас? - Лея, ну так ведь и Бена я много лет знаю! Услышав это имя Рей вздрогнула и покосилась на генерала. Ей показалось, что она сделала тоже самое. - Авис, нет никакого Бена. Он стал другим человеком, он диктатор и убийца, а ты собралась его поддерживать? Да моя мать сейчас крутится в гробу со скоростью спутника Бонадана! - Да-да, я знаю, сейчас он называется Кайло Рен или как-то так, но какая разница, он все равно очень хороший мальчик, - Королева легкомысленно отмахивалась от слов Леи, как будто вообще не слыша ее. На взгляд Рей, Авис вообще была немного странной. На вид ей было чуть меньше, чем Лее, но при этом вела она себя как избалованная девчонка. Все эти беспечные разговоры, визгливый голосок. Как она вообще стала Королевой? - Авис… - Лея! - внезапно в голосе Королевы прорезались стальные нотки. «А, теперь понятно, как» – подумала Рей, - «просто притворяется идиоткой, а на самом деле зубастая дрянь». - Лея, если ты думаешь, что я поддержала Первый Орден по глупости, или назло тебе, то, спешу тебя заверить – это вовсе не так. Лея, Набу – богатая планета, а у богатых планет есть один маленький недостаток – они все время хотят стать еще богаче. Наша экономика зашла в тупик и вот уже лет пять как не может выйти с плато. Кто нам поможет это сделать? Может, твое нищее Сопротивление? Нет. Но так о чем тогда разговор, милая? Уж поверь мне, я своего не упущу. Мы с твоим сыном подписали огромный договор, где очень подробно прописано, что, когда и в каких количествах должен предоставить Первый Орден Тиду за вступление в Альянс. Если они этого не сделают к оговоренному сроку – пока-пока, Орден. Может, к этому времени ты и твое милое Сопротивление поднакопите деньжат и тоже сможете предложить мне что-нибудь интересное? – королева усмехнулась и подмигнула. - Авис, что бы он тебе не обещал – все это ложь. - Да с чего бы вдруг? Он ведь обещал закончить войну, и вот, она закончена, разве нет? - Мир еще подписан не до конца, - процедила Лея сквозь зубы. - Ну это лишь дело времени. Я хочу сказать, Лея, он предлагает действительно интересные вещи. Создание межпланетного тракта, беспошлинная торговля внутри Альянса и внутри Содружества Альянса и Нейтральных миров – а туда входит Корусант, на минуточку! Может быть, все это ложь, как ты говоришь. Ну что же, значит, спустя пару лет мы выйдем из этого Альянса. На данный момент он потребовал от нас лишь формального участия, мы не даем Ордену никаких денег, даже не даем возможности строить на Набу их базы. Мы не теряем ничего. Авис закончила свою речь и замолчала, но Лея не спешила вступать в диалог. Повисла тягостная тишина. - Да и вообще Лея, сто лет не виделись. Прилетай на Набу, чего мы все только по этим идиотским экранам переговариваемся? - Я не знаю, можно ли мне теперь прилетать к тебе на Набу, - едко ответила ей Лея. - Конечно можно. Лея, это Альянс – не рабство. Мы можем принимать в качестве гостей кого угодно, хоть все свое Сопротивление с собой тащи. Отдохнете, расслабитесь. А то у тебя вон сколько морщин появилось, совсем себя не бережешь, принцесса, - Авис вновь вошла в образ легкомысленной девчонки, послала экрану воздушный поцелуй и отключилась.