Dикий запад

Тяжёлое напряжение нависло между этими двумя — пепельно-алым ежом и белоснежной летучей мышью. Странное это чувство, что ощущает существо перед схваткой. Оно заставляет стать сильнее, возвышеннее, безжалостнее. Тело в такие моменты становиться твёрдым, как обожённая глина, а руки наливаются свинцом, кажутся неподъёмными и жёсткими, как ледяная сталь. Адреналин так и бьёт в висках, сердце, обезумевшее будто, безжалостно колотиться в грудной клетке. Взгляд становиться направленнее, целиком он устремлён на противника, не упуская того из виду. Любая мелочь, на подобии колкого слова, дерзкого взгляда в данном состоянии ума и тела может привести к искре. Она уже доведёт всё вышеперечисленное до своего предела и началу необратимого. Повисла безмолвная пауза, каждый из них двоих будто ждал той искры, что повлечёт расплату! — Прекратить! — прогремел властный голос. Наша воюющая пара с недоумением повернула головы в сторону источника такого громкого слова. Мужчина, сведя брови, жестом руки подозвал их к своему пустовавшему столику почти в самом углу первого этажа. — Но...— озлобленно прорычала Руж, недоумённо озирая того, кто остановил веселье. Всё же тот мужчина был упрямее и рассержен ни на шутку. Его выражение лица и строгий взгляд предрешили исход драки, в точнее её отсутствие. Для Руж эта личность явно была знакома и, поняв, что драка уже не будет иметь своего продолжения, отозвала своих подчинённых, недошедших ещё до ежа и ехидны.

***

— Айво Роботник!? — изумился ёж, — нисколько не ожидал встретить вас здесь. — Да, мой друг. Твои глаза тебя не обманывают. Я действительно здесь. — прямо перед этими двумя вольяжно воссидал ни кто иной, как сам Айво. — Но ведь вы, насколько я помню, остались в... — Я прибывал там тремя часами дольше тебя. А позже отправился за тобой. Буду честен, друг, я не до конца доверял тебе с первого дня нашей встречи. У меня не было никаких гарантий в том, что ёж будет мёртв, тем более сейчас в этом нет необходимости, но обо всём по-порядку. Надеюсь, Шэдоу, ты не в обиде на меня за мою осторожность? — Нисколько, сэр. - Шэдоу знал, что говорил неправду. — Замечательно. Руж. - обратился он к мышке, - если желаешь, то можешь не участвовать в нашем разговоре. Моё повествование будет полезно для Шедоу в большей степени чем тебе. Мне нужно обсудить с ним некоторые организационные моменты, что вряд ли тебя заинтересует. — Конечно, не буду мешать вашему разговору, но хотелось бы уточнить: с каких пор вы даёте задание всяким - она замешкалась, - проходимцам? Какое бы это ни было задание, я уверена в том, что я с лёгкостью бы справилась с ним! — Что же, я отвечу на твой вопрос. Мне было намного легче взять кого-то из местного города, там, где я находился, чем тащить кого-то из Блэк Хиллс. Тем более, нам не хватает новых лиц в нашем объединении. К тому же, для тебя и твоей шайки будет ещё заданьице, после выполнения части Шэдоу. Я ответил на твой вопрос? — Вполне, сэр. Но разрешите хотя бы продолжить нашу стычку! Этот наглый ёж посмел оскорблять меня в присутствии мобианцев! — она говорила яро и настойчиво, но Эггман был очень упрямым и даже женские чары не растопили его сердце. Он настоял на выполнении задания, и запретил драться друг с другом , пока дело не будет доведено до конца. Не в лучшем расположении духа, Руж поспешила уйти. Дождавшись, пока Руж скроется из виду, он продолжил: — Переговорив ещё раз со знатоками своего дела, я понял, что действовал сгоряча. Убить того, кто отнял у тебя всё — слишком, как бы это лучшие сказать, милосердно. Так вот. Вдаваться в подробности не буду. Тебе просто нужно принести его по указанному адресу, но живым. Живым, я ещё раз повторяю! — он достал из кармана листок с указанным адресом. Шэдоу положил лист в карман. — Это всё? — Да, можешь идти. Жду тебя с синим ежом завтра на рассвете. Тем двоим скажи, что встретил старого знакомого. — До встречи, сэр. — сказав это, Шэдоу приподнял стетсон в знак прощания и удалился.

***

Шэдоу быстро нашёл Соника и Тикал. Эти двое пытались расторговаться с хозяином хижины и снизить цены, чтобы взять хотя бы одну комнатушку, но всё без толку: хозяин упрямо стоял на своём, аргументируя свои слова малым спросом в это время года. Денег у нашей компании оставалось и вправду не много, если не считать горсть монет, что Шэдоу держал ото всех в тайне. В итоге они купили пару кукурузных лепёшек, наполнили фляги водой и ушли из этого заведения. Соник не стал распрашивать Шэдоу о том, что это был за инцидент и с кем чёрно-алый болтал. Это объясняется рядом причин: Во-первых, потому что Шэдоу выглядел не особо хорошо, как и каждый из этой компашки, однако отличался ещё большей не свойственной для него слабостью, хриплым голосом и уж чересчур томным взглядом. А во-вторых, Соник и сам-то был не в лучшем расположении духа — целый день в сухой пустыне кого угодно измотает. Присев в тени одной из крыш, они с упоением утолили голод и жажду. Казалось, что никогда до этого еда, хоть она представляла собой почти самые пресные лепёшки, не была такой сочной, а вода, хоть и с примесью земли, такой сладкой. После трапезы, они отправились искать другие места съёма комнат или хотя бы сараев, но это не дало никакого результата. Больше нигде в целом блудном городишке помещения не сдавались. Это ввело всех в некоторое отчаяние. Через некоторое время солнце начало склоняться к своему сегодняшнему закату. Все чувствовали себя ужасно утомлёнными, поэтому было решено взять перерыв и поспать — восстановить силы. Найдя закоулок, где существ ходило мало, пыль не летела в глаза, а солнце не пекло голову, ребята кое-как улеглись. Место было не из приятных, но чтобы восстановить силы вполне сгодится. Через несколько минут дрёма быстро взяла своё. Правда, спалось сладко не всем. Шэдоу так и не смог уснуть — долго ворочался. Его больная рука давала о себе знать, боль была просто невыносимой, к тому же рана начала гноиться.

***

Возможно им так и пришлось бы провести весь вечер и всю длинную ночь под открытым небом если бы не один внезапный случай. — О, Хаос... Быть такого не мо'жет! Сон'ик? Ты ли это, mon ami?! * - сказал некто с явным французским акцентом. Не сразу было понятно, особенно на сонную голову, кто и откуда говорит. Но, спустя несколько секунд, Соник поднял голову вверх. Оказалось, что голос исходил со второго этажа дома, за которым они остановились. — Антуан! - поприветствовал его Соник. — Не стой же под окном, заходи в дом! Да, и п'усть твои друзья не стесняются и так же захо'дят в дом. (обращается к кому-то в доме) Банни, дорогая! Накрывай на стол! У нас гости. — А кто этот радушный житель? - шёпотом спросила Тикал. — Это долгая история, Ти, я расскажу тебе как-нибудь позже, когда мы немного отдохнём, хорошо? - устало проговорил ёж. — Хорошо. - она тоже, несмотря на короткий сон, чувствовала себя ужасно уставшей, но, как и полагается всем из племени ехидн, обладала образцовой выдержкой. — Шэдоу, ты идёшь? - Соник и Тикал уже поднялись по ступенькам и стояли перед входом в дом, в то время как Шэд был будто сам не свой: он стоял перед лестницей, держась за перила одной рукой, второй рукой Шэдоу держался за раненое плечо, сам он слегка пошатывался, будто его знобит, а голова его была опущена вниз. Он скрипел зубами и издавал слабый стон. Он стоял из последних сил, потом в его глазах окончательно потемнело и он глухо завалился наземь.