Глава 4
3 августа 2021 г., 23:14
Западная Империя. Замок герцога Демьяна Линдберга.
Эта ночь стала самой ужасной в моей жизни. После того, как советник покинул мою спальню, я долго не могла успокоиться и прийти в себя. Небо уже расцвело в рассветных сумерках, а меня продолжало потряхивать от страха, от злости и от холода. С одной стороны, было отвратительно и мерзко от того, каким способом из меня вытянул информацию лорд Эйтхарт, кем он меня выставил и что себе позволял, а с другой — мне было безумно страшно. Осознание того, что я беззащитна перед ним, что теперь советник узнал о том, о чём никто не должен был знать, навалилось тяжким грузом на хрупкие плечи. Я как напуганный маленький зверёк забилась в угол комнаты, стараясь не разрыдаться в голос, закусив собственный кулак. Как же я хочу домой в родное королевство… К маме… И как же всей душой я хочу расцарапать лицо советнику… Что теперь будет со мной? Какая репутация ждёт мою семью после такого позора? Что будет с сёстрами, я ведь только что лишила их возможности на счастливый брак с принцами Северной Империи! Я медленно стёрла дрожащими руками мокрые дорожки с щёк, обводя комнату мутным взглядом. На глаза тут же попалась фиолетовая рубашка, про которую лорд Эйтхарт даже и не вспомнил, покидая комнату. Первым порывом было разорвать её в клочья! Но стоило поднять её с пола, как меня окутал его запах, въедаясь под кожу ядовитыми парами и безжалостно сжигая лёгкие. Но сейчас приятный мужской парфюм вызывал одно лишь омерзение… Со всей злобой, на какую сейчас была способна, я швырнула рубашку в сторону двери и обессиленно рухнула на кровать, вновь разрыдавшись. Как же быть? Что мне сейчас делать? Может, откинуть гордость и пойти к советнику? Получится ли уговорить его не отказываться от брака сестёр и принцев? Господи, ни за что… Это выше моих сил. Второго унижения перед ним я просто не переживу. Мысли не переставали лезть в голову, а тело не желало расслабляться. Каждая частичка меня была напряжена как струна, готовая в миг сорваться. После долгих раздумий и двух неудачных попыток отправиться к советнику, я всё-таки решительно вышла из комнаты и направилась к другой двери. Тихо постучавшись, я отчаянно пыталась взять себя в руки, чтобы прекратить нервно дрожать. Через мгновение дверь передо мной открылась, и до ушей донёсся сонный голос. — Ана, ты почему ещё не спишь? — Дана удивилась, но стоило ей заметить моё заплаканное лицо, она тут же взволнованно поинтересовалась, утягивая меня внутрь: — Что случилось? Кто тебя обидел? — Никто, просто… — я не знала, как лучше ей соврать, поэтому решила сменить тему: — Служанка отдала тебе последнюю бутылочку коньяка? Сестра молча кивнула, внимательно вглядываясь в мои глаза, которые я тут же опустила на свои дрожащие руки, и, тяжело вздохнув, направилась к своему сундуку, буквально через пару секунд протянув мне фляжку. Сделав глоток, я даже не зажмурилась: после всего, что со мной произошло, в голове что-то щёлкнуло, и все чувства напрочь отключились. Только слёзы текли по щекам, не переставая. Рассказать Дане о случившемся язык не поворачивался. Я буду подлой трусихой, но никогда не признаюсь сёстрам, что это по моей вине они лишились возможного замужества с принцами Северной Империи. Уже сегодня утром Арэн Эйтхарт, человек, которого я почти возненавидела всей душой, отправит нас домой, и сёстры будут недоумевать почему. Только я буду знать о причине его решения… И вроде бы моя цель достигнута: я вернусь домой к родителям, но на душе почему-то так грустно, больно и гадко. Я действительно фантастическая идиотка. Как можно было завести роман с Кристофером, о чём я только думала, зная о его статусе и запрете до замужества? — Ты мне не расскажешь о причине твоего визита, верно? — мягко поинтересовалась Дана, сонно потирая глаза кулачками. — Я просто хочу домой… — Ты же прекрасно знаешь, что мы тоже скучаем по родителям, — грустно отчеканила сестра, направляясь к окну, чтобы его открыть. — Я держусь, и ты бери себя в руки! Может тебе повезет, и принцы выберут нас, но это, если быть честной, маловероятно. Я усмехнулась. Теперь маловероятно, что советник не отправит нас домой. Но об этом младшей сестрёнке пока лучше не знать. Дана подкурила сигарету, задумчиво вглядываясь в ночное небо, и я невольно залюбовалась её красотой. Бледная кожа с россыпью светлых веснушек подчёркивала аристократичные черты лица юной принцессы. Дана обладала пухлыми губами клубничного цвета, за что частенько получала комплименты от мужчин, и я ей завидовала. Без злости, скорее светлой завистью. Каждая сестра имела свои изюминки, которыми невозможно было не любоваться, которым невозможно было не завидовать. В детстве меня это злило, но стоило подрасти, немного поумнеть, как я начала относиться к этому с восхищением, вечно напоминая девочкам, какие они неповторимые красавицы. Действительно, родителям часто на балах отвешивали комплименты о том, что мы само совершенство, все четверо принцесс, но на свой счёт принимать данную похвалу я отказывалась. В то время как естественная красота сестёр раскрывалась с течением времени, моя красота, к сожалению, накладывалась слоем косметики. Взгляд ярких зелёных глаз в обрамлении чёрных, пышных ресниц Кэтрин всегда сводил мужчин с ума. Лексия на первый взгляд казалась стервозной и неприступной особой, поскольку карие глаза и густые, длинные, чёрные волосы в сопровождении слишком резких черт лица, доставшихся от отца, даже во мне вызывали такое чувство, но её безумно скромный, тихий характер и нежная натура вводили в состояние недоумения людей, которым довелось пообщаться с ней поближе. Дана с детства была ходячим очарованием, взгляд глаз, в которых плескалось бескрайнее бирюзовое море, вызывал у всех приступы умиления. Я могла часами вглядываться в её глаза, будто зачарованная ими, и никогда не могла налюбоваться. Конечно, мне тоже делали комплименты, но проблема в их принятии была в том, что мужчины, которые рассыпали эти любезности, не могли отличить истинную красоту от нарисованной. Да и сами не вызывали во мне хотя бы малейшего чувства симпатии, поэтому моим ответом всегда оставалась горькая усмешка. «Ана, вы восхитительная…» — голос лорда Эйтхарта неожиданно и без какого-либо дозволения ворвался в мои мысли, отчего я испуганно вздрогнула. На месте испуга мгновенно родилась злость, и я сжала ладони в кулаки. Лживый манипулятор! — Будешь? — вырывая меня из мыслей, поинтересовалась Дана, протягивая мне недокуренную сигарету. Я неторопливо подошла, забирая сигарету из её рук, и тоже направила взгляд на небо, усыпанное мерцающими звёздами. Одна неожиданно сорвалась, оставляя за собой тусклый след на секунду, но я успела загадать одно единственное желание, которое для меня имело особое значение. «Хочу, чтобы родители были счастливы…» Беспокойство не покидало ни на секунду с того момента, как мы покинули Юго-восточное королевство, поэтому сейчас благополучие мамы и отца было важнее всего на свете. Я просто не переживу, если с ними что-нибудь случится. После нескольких глотков крепкого алкоголя и одной сигаретки, тело наконец-то расслабилось, и я почувствовала усталость. Веки отяжелели, и мне хватило сил только на один вопрос: — Можно переночевать с тобой? Дана, не раздумывая, кивнула, а я направилась к постели, и, стоило только коснуться головой подушки, меня окутала беспокойная тьма.***
Снова мрачное помещение без окон и дверей. Советник Северной Империи манил меня пальцем, но я упорно продолжала сопротивляться нитям, что тянули меня к нему. В таких холодных серых глазах с отблеском стали можно было увидеть всепоглощающую ярость, мужчина был напряжён, об этом говорили нахмуренные брови и плечи, угрожающе разведённые шире. Ему не нравится, что я сопротивляюсь? А мне не нравится, что он дёргает за ниточки! Неожиданно острый напёрсток с орлом перерезал все нити, что тянулись к крысам. И нет бы бедным тварям бежать, они выстроились в шеренгу позади лорда Эйтхарта. — Они и без этого слушаются меня, Ана, — шепчет мужчина в моей голове, а от этих слов ускоряется сердце от страха. Он приручил их всех! — И ты скоро станешь одной из них, — зло чеканит советник, и губы его расплываются отчего-то в горькой улыбке.***
Западная Империя. Кабинет герцога Демьяна Линдберга.
Утро для лорда Эйтхарта наступило ещё до того, как взошло солнце. Он прекрасно понимал, что перед дорогой лучше отдохнуть, но его мысли были заняты делами. Возникла огромная проблема в виде глупой принцессы, которая испортила весь изначальный план. И пришлось потратить всю ночь на то, чтобы продумать другой маршрут к задуманной цели. Осознавая, что шансы Аны выйти замуж за одного из принцев равны нулю, его почему-то приятно задела мысль о том, что, в таком случае она станет его женой. Молодая девушка, которая сможет подарить здоровых наследников, с приятными чертами лица и стройным телом, довольно умная, если не учитывать роман с безмозглым мальчишкой — что ещё нужно мужчине? Она идеальна, вот в этом и была проблема. Элизабет не позволит ему женится на ней или убьёт её в порыве ревности, а этого Арэн Эйтхарт допустить не мог. Или не хотел… В кабинет пожаловал племянник императора Запада, отвлекая мужчину от мыслей о девушке, что невероятным образом сумела продержаться в его голове двое суток. Такое случалось с советником лишь два раза в жизни. Первая женщина, которая надёжно засела у него в голове, была его матерью, что умерла в тот день, когда на свет появился он сам. А второй женщиной являлась Элизабет, мать императора Северной империи и трёх принцев, которая продержалась в голове у черноволосого мужчины шестьдесят четыре часа, в которые он строил план по завоеванию её сердца, чтобы достичь цели и стать первым советником императора. — Доброе утро, лорд Эйтхарт, вы тоже ранняя пташка? — сонным голосом произнёс Демьян, падая в кресло. — Род деятельности не позволяет спать до обеда, к сожалению, — ответил Арэн, делая глоток уже третьего по счёту свежесваренного кофе. — Издержки профессии, понимаю. Позволив герцогу взбодриться чашечкой кофе в абсолютном молчании, лорд Эйтхарт терпеливо ожидал вердикта о принцессах. Важно было знать мнение лучшего друга принца Адама, ведь после ужина Демьян сразу же отправил письмо в Северную Империю. В этом не было никаких сомнений. И если бы Адам не являлся упёртым и скрытным бараном, Элиза бы непременно поинтересовалась у сына сама, но теперь приходится советнику прожигать драгоценное время тут, в особняке племянника Западного императора. — Вы ожидаете услышать моё мнение о принцессах? — напрямую спросил Демьян, удобнее устраиваясь в кресле, на что советник коротко кивнул. — Я восхищён каждой, лорд Эйтхарт. — Неужели? И чем же они вас восхитили? Мне кажется, что все принцессы, кроме Лексии, пустышки. Герцог заливисто рассмеялся, но Арэн спокойно переждал этот порыв, зная, что за смехом последуют точные описания каждой из них. Нужно было немного спровоцировать, чтобы собеседник стал разговорчивее. — Сразу видно, что вы не состояли в долгосрочных отношениях. Вы совершенно не разбираетесь в женщинах, лорд Эйтхарт! Советнику Северной Империи не составило труда скрыть за улыбкой раздражение от противного мужского смеха и от упрёка в неразборчивых связях. Ему было глубоко наплевать на то, что думают о нём другие, но вот что думают люди друг о друге — несомненно являлось полезной информацией, которая может в будущем непременно пригодиться. — Начнём со старшей принцессы Кэтрин. Она безумно красива, её чувство юмора и энергия восхитили меня. Только я переживаю, что Адама не устроит её телосложение. Ей явно нужно заняться каким-нибудь видом спорта. И её возраст настораживает, сможет ли она подарить наследника Северной Империи? Это вопрос, на который я не могу дать ответ. — Вы считаете, что Кэтрин подходит Адаму? — пытаясь выцепить любые изменения в эмоциях, Арэн внимательно вгляделся в лицо герцога. — Да. — Вы сейчас пытаетесь обмануть меня? — усмехнулся советник Северной Империи. — Как без этого, лорд Эйтхарт? — улыбнулся Демьян. — Я с каждой встречей все сильнее убеждаюсь в вашем таланте. Проигнорировав очевидную лесть племянника Западного императора, лорд Эйтхарт поинтересовался, несмотря на то, что ответ уже знал: — Так по вашему мнению старшая принцесса под вопросом? — Верно, — кивнул герцог, смущённо улыбнувшись. — С принцессой Лексией всё довольно просто. Она и Герман идеальная пара! Девушка скромная, нежная, хрупкая и восхитительно талантливая. Абсолютная копия принца! — Принцесса Ана? — поинтересовался советник, готовясь внимательно слушать, ведь за весь ужин она ни произнесла ни слова. Упёртая девчонка не вняла совету лорда Эйтхарта, отчего тот испытывал лёгкое раздражение. — Она меня заинтриговала. Будет тяжело справиться с этой упрямицей, слишком гордая, своевольная, несомненно, изящная. И что-то мне подсказывает, что именно такие особы разбивают мужчинам сердца вдребезги, но, если честно, отвести от неё взгляд больше чем на десять секунд мне ни разу не удалось за весь вечер. В чём-то лорд Эйтхарт был согласен, например, в том, что принцесса слишком гордая и своевольная, но то, что с ней будет тяжело справиться, казалось абсурдным. Главное знать слабые места и манипулировать с их помощью, и даже львица станет покладистой. — И кому из принцев она подходит? — Конечно же Адаму. Для него эта девушка станет настоящим благословением и проклятием одновременно, но согласитесь, так ведь интереснее? Советник пожал плечами, и Демьян Линдберг снисходительно улыбнулся, вспомнив, что Арэн не разбирается в женской сущности. — Принцесса Дана настолько очаровательная, что при виде неё появляется вполне обоснованное желание спрятать эту девушку за свою надёжную мужскую спину. Общительная, улыбчивая и с удивительными чертами лица. Вот теперь подумываю отправиться в Юго-восточное королевство, у них все девушки невероятные красавицы? В жизни не был восхищён до такой степени… — Вряд ли уже получится, — бесцветно отчеканил лорд Эйтхарт. — Восточная Империя начала войну. — С маленьким королевством? Что за вздор! — искренне удивился герцог. — Поинтересуйтесь у дядюшки, он должен об этом знать. В дверь неуверенно и тихо постучали и, с позволения Демьяна, в кабинет вошла служанка. Опустив голову, она взволнованно произнесла: — Прошу прощения, господин, но принцессы Анастейши нет в своих покоях. — Должно быть, она в комнате принцессы Даны. Поищите там, эти две сестры слишком близки, — хмуро произнёс советник, не дав даже возможности герцогу сделать вдох. Девушка в форме прислуги послушно кивнула и незаметно испарилась из кабинета. А лорд Эйтхарт задумчиво перевёл взгляд в окно, пытаясь понять, насколько принцесса была ночью напугана его появлением в своей спальне, чтобы сделать очередную глупость и побежать к младшей сестре жаловаться. Любопытно узнать, рассказала ли Ана о случившемся, и как именно она это могла преподнести… — Лорд Эйтхарт, чуть не забыл, ваши гвардейцы и экипаж подготовлены в лучшем виде. Теперь понимаю необходимость оставить их здесь: неизвестно, как бы отреагировал император Арталиар, если бы заметил на своих границах гвардейцев Северной Империи. И я снова вами поражён! — Вы льстите мне? — с иронией поинтересовался советник Бартонов, чуть улыбнувшись. — Самую малость… — ответная улыбка от герцога не заставила себя долго ждать.
***
Утро встретило меня яркими лучами солнца, которые навязчиво слепили в глаза. Я упрямо пыталась прикрыться подушкой, лишь бы не возвращаться в замок герцога, но, услышав голос Даны, всё-таки пришлось проснуться. — Аннушка, скоро завтрак. — Хотя бы ты не называй меня так… — простонала я, неохотно присаживаясь в кровати. Дана сидела напротив туалетного столика, в то время как служанка аккуратно расчёсывала её длинные каштановые волосы, которые гладкими волнами падали на лопатки и поясницу. — Сколько времени осталось до завтрака? — поинтересовалась я, ладонью прикрываясь от солнца, которое становилось с каждой секундой всё ярче. Глаза неприятно пульсировали, голова посылала болезненные сигналы в отместку за бессонную ночь, а тело ломило от усталости. — Примерно час, — ответила за Дану служанка, а я после услышанного поспешила вернуться в свою комнату, чтобы успеть привести себя в порядок. Моя служанка уже поджидала в комнате, подготовив ванну, за что я была безмерно благодарна. Тёплая вода немного расслабила напряжённые мышцы и помогла побороть усталость, но, к сожалению, побороть желание закрыть глаза и провалиться в сон, суток так на двое, она не смогла. После водных процедур последовали уже знакомые манипуляции с лицом и волосами. Понятия не имею, какой волшебной косметикой пользуются в Западной империи, но результат меня снова впечатлил. Нездоровая бледность в сопровождении синяков под глазами и припухлость испарились без следа. Немного подкрасив глаза и губы, служанка нанесла на щёки чуть-чуть румян. И за это я тоже была признательна, теперь моё лицо хотя бы выглядело живым. На сложную причёску не хватало времени, поэтому я решила их просто распустить и с одной стороны заколоть красивым гребнем из белого золота с синими камнями, который мне подарили родители в прошлом году на восемнадцатилетие. Под цвет камней украшения выбрала синее платье в пол с корсетом и длинными рукавами. Ещё раз взглянув на себя в зеркало, я поблагодарила служанку за помощь, сделала глубокий вдох и отправилась на завтрак, с волнением и нетерпением ожидая, когда советник отправит нас обратно в Юго-восточное королевство. На завтрак всё же припозднилась и в столовую заявилась последняя, ощущая как щёки загораются от стыда. Но герцога Линдберга моё опоздание не разозлило, наоборот, он восторженно осмотрел меня с головы до ног, поднимаясь из-за стола, и подошёл ко мне, чтобы предложить свою помощь. — Вы чудесно выглядите, принцесса, позвольте проводить вас до места? — Благодарю, — сконфуженно улыбнувшись, я вложила свою ладонь в его руку, позволяя отвести меня к столу. Переглянувшись с Даной, что поддерживающе улыбалась, я немного расслабилась. Поднимать глаза на советника не было никакого желания, встретить его взгляд, полный отвращения и ненависти ко мне, я боялась. Мне было до сих пор обидно, больно и стыдно… Когда племянник Западного императора сел за стол, между мужчинами завязалась светская беседа, позволяя сёстрам приступить к завтраку. Я же принялась за кофе, чувствуя, как сонливость побеждает все остальные чувства. Устремив взгляд на вид из окна, я отпила глоток и засмотрелась на величественные горы, на верхушках которых красовались шапочки из белоснежного снега, а неподалёку находился еловый лес, что выстроился в бескрайнюю линию. Тут красивая природа, а что в Северной Империи? Снежное царство в оковах льда? Хотя, это уже не имеет значения, лорд Эйтхарт отправит нас домой, где тепло и уютно. Где погода меняется с временами года… Первая чашка опустела, а чувство бодрости не хотело появляться, но не успела я озвучить просьбу, как лорд Эйтхарт опередил меня, обращаясь к прислуге: — Ещё кофе, будьте добры. — Это уже третья чашка, которую вы пьёте при мне, лорд Эйтхарт, вы уверены? — забеспокоился герцог, а я, не сдержавшись, перевела взгляд на советника. Либо лорд Эйтхарт хорошо научился пользоваться косметикой, либо он умело скрывал свои эмоции, но по его лицу невозможно было понять, спал он сегодня или нет. Меня это мало волновало, но когда слуга принёс стеклянную джезву с ароматным напитком, я тихо попросила: — Будьте любезны и мне. Слуга покорно кивнул, сначала наполнив мою чашку, а затем отправился к советнику. Буквально на секунду я почувствовала на себе его цепкий взгляд, но принимать зрительный поединок не стала, переключая всё внимание на содержимое своей тарелки. Аппетит до сих пор не появился. Я с нетерпением ждала заветных слов от лорда Эйтхарта, пока сестры были увлечены разговором с герцогом. Нервное ожидание оказалось хуже головной боли, которая постепенно нарастала. Не выдержав, я снова подняла на него взгляд и встретилась с задумчивыми потемневшими серыми глазами, которые сейчас ассоциировались с пасмурным небом. «Чего он тянет?» — простонало подсознание, но я упорно продолжила молча ждать. Лорд Эйтхарт медленно опустил взгляд на мою тарелку, но тут же вернулся к моему лицу и спокойно произнёс: — Ваше высочество, вы не притронулись к завтраку. Впереди долгая дорога, и на постоялый двор мы прибудем глубокой ночью. Советую вам все же уделить внимание еде. Всего лишь на мгновение в помещении наступила гробовая тишина, казалось, даже моё сердце от слов мужчины перестало биться. Я задержала дыхание, пытаясь осознать, что только что произнёс вслух советник, но тут заговорил герцог, подтверждая вышесказанное, повергнув меня в полнейший шок: — Лорд Эйтхарт прав, принцесса, вам стоит позавтракать. Вам понадобятся силы ещё на двое суток пути! — Да… — голос охрип, и я быстро перевела взгляд на племянника Западного императора. — Вы правы, благодарю. Сёстры вновь заговорили с герцогом, и к их разговору незаметно подключился лорд Эйтхарт. Без особого удовольствия я принялась за завтрак, пытаясь игнорировать прямой и проницательный взгляд Даны. Она явно что-то начала подозревать, и в дороге попытается меня разговорить, только, раз советник решил продолжить путь, ей не стоит знать о том, что произошло ночью. Что он задумал? И почему так поступил? Ведь Эйтхарт мог отправить меня домой, а остальных забрать в Северную Империю. Я совершенно перестала понимать этого человека и его мотивы… Кусок в горло не лез, но все терпеливо ожидали, когда я закончу с завтраком, чтобы наконец отправиться в дорогу. Моих стараний хватило лишь на половину тарелки, и после этого герцог Линдберг, как гостеприимный хозяин, проводил нас до выхода, при этом не утруждаясь расточать комплименты. Кэтрин, Лексия и служанка сели в одну карету, мы с Даной в другую. Непонятно откуда появилась третья повозка в сопровождении гвардейцев, пятнадцать из которых я успела насчитать, пока не скрылась в карете, и лорд Эйтхарт погрузился в неё. Как только выехали за территорию особняка, я тут же обратилась к сестре: — Мне нужен портсигар. Дана задрала юбку платья, выуживая из ремня на бедре портсигар, и протянула его мне. Стоило подкурить сигарету с приятным вишнёвым ароматом, тело мгновенно расслабилось, и я позволила себе удобно сесть, не заботясь о ровной осанке. Как же отлично, что мы только вдвоём. «Рано радуешься!» — усмехнулось подсознание, и я открыла глаза, встречая прищуренный взгляд бирюзовых глаз напротив. — Что случилось ночью между вами? За завтраком от нашего советника за милю несло морозным холодом, да и ты вела себя очень странно и совершенно для тебя не свойственно. И не смей лгать мне сейчас, Ана. — Я не понимаю, о чём ты говоришь, — спокойно ответила я, вновь делая затяжку ядовитого, но необходимого дыма, а сердце потихоньку ускорялось от вновь нахлынувшего волнения. Сестра сделала глубокий вдох, прикрывая глаза, а на выдохе недовольно прошипела: — Ты пришла ко мне под утро в слезах и напуганная. Если в этом виноват лорд Эйтхарт, я лично выцарапаю ему глаза! О том, что мы натворили с Кристофером, младшая сестра не знала. Мне было безумно стыдно признаться в этом, но соврать ей сейчас было бы подло. Она умная девочка и знает меня досконально. Выкинув в открытое окно докуренную сигарету, я прикрыла лицо руками и глухо прошептала: — Лорд Эйтхарт ни в чём не виноват, Дана, но я правда не могу тебе всего рассказать… — Назови мне хотя бы один случай, когда я тебя не поддержала. Чтобы с нами не случилось, мы всегда можем доверять друг другу, Ана, — на предплечье легла тёплая ладонь, мягко убирая мою руку от лица. Я едва сдерживала слёзы, что не скрылось от Даны, и она тут же пересела ко мне, прижимая к себе, утягивая в ободряющие объятия. — Расскажи мне, прошу, иначе я не смогу даже спокойно дышать, зная о том, что ты в беде… Я немного помедлила, собираясь с мыслями, и с губ сорвались оправдания: — Советник узнал, что я с Кристофером… Мы… Предвечный, если бы можно было повернуть время вспять, я бы никогда в жизни не сделала такую глупость. Несколько слезинок скатились по щекам, и следом я позорно разревелась, ощущая, как руки сестры на миг замерли, но затем прижали ещё сильнее. — Откуда он мог узнать об этом? — зло поинтересовалась Дана, успокаивающе поглаживая меня по спине и макушке. — Всё будет хорошо, Ана… — Я думала, что он отправит нас обратно в Юго-восточное королевство, но… Я не знаю, что он задумал… — Тш-ш-ш, прекращай плакать, я не позволю кому-нибудь причинить тебе вред, ты же знаешь. Бессонная ночь, ласковые объятия и успокаивающие слова младшей сестрёнки подействовали лучше любого снотворного, я и заметить не успела, как через какое-то время провалилась в сон.***
Дана разбудила меня только тогда, когда карета остановилась возле постоялого двора. Бедная малышка стоически вынесла день пути в положении сидя, поддерживая уснувшую меня на своём плече. Взбодриться мне помог холодный ветер, что нагло и без предупреждения ворвался в открытое окно. А это означало одно: мы приближаемся всё ближе к Северной Империи, где царит вечная зима. Меня пробрало мурашками, и я вздрогнула, принимая ровное положение. Дана облегчённо выдохнула, массируя своё плечо, и мягко улыбнулась. — Спасибо, — хриплым ото сна голосом поблагодарила я. — Признайся, это ведь была месть за прошлый день пути? Ответить не успела — к нам постучались, и через мгновение дверца кареты открылась. Лицо лорда Эйтхарта снова скрывала маска, украшенная драгоценными камнями. Он протянул руку в приглашающем жесте, и младшая сестра первая приняла его помощь. Если бы это не являлось правилом этикета, я бы самостоятельно вылезла на улицу, но мне пришлось скрипеть зубами, вкладывая свою ладонь в его, и поблагодарить мужчину за поддержку, которую принимать не было никакого желания. Только не от этого человека. Советник ограничился едва заметным кивком и направился к постоялому двору, попутно отдавая приказы накормить лошадей и проверить исправность карет до утра. Маленького роста мужчина, который нас встретил у входа, являлся хозяином постоялого двора. Стоило ему заметить непроницаемую маску лорда Эйтхарта, как он изменился в лице и глубоко поклонился ему. — Всё будет исполнено, уважаемый господин. По всей видимости, советников Северной Империи не именуют по титулу и имени, и они остаются инкогнито до приезда в столицу. Такая система поражает, это действительно умно, ведь в таком случае советников трудно подставить. Хозяин постоялого двора отсыпал нам пару лестных комплиментов, а затем испуганно сказал: — Прошу прощения, дамы, господин, но свободных комнат осталось только три. Лорд Эйтхарт обернулся к нам, осматривая, а затем уверенно отчеканил мужчине: — Подготовьте комнаты в лучшем виде и принесите ужин. — Хорошо, господин. Сёстры приняли единогласное решение, что займём комнаты тем составом, которым и ехали. Кэтрин явно устала в дороге: от её обескураживающей улыбки и след простыл, она хныкала о том, как сильно желает принять горячую ванну. Лексия тоже была вымотана, да и Дана желала поскорее прилечь, поэтому мы сразу же отправились отдыхать. Стоило Дане зайти в отведённую нам комнату, она рухнула на кровать, позволяя мне принять ванну первой. Пока одна служанка подготавливала всё необходимое в ванной комнате, другая принесла ужин, от которого исходил невероятно аппетитный запах. После того, как девушки оставили нас одних, я сняла платье, облегчённо выдыхая. Корсеты и туфли на каблуке явно были созданы не для меня. Приятный аромат масел в ванной комнате быстро заставил расслабиться, а горячая вода согрела продрогшее тело и душу. Я была бы счастлива пролежать в ванне вечность, но за дверью ждала Дана, которой сейчас горячая вода была нужнее. Дождавшись, пока младшая сестра выйдет из ванной, мы вместе сели ужинать. И не успела я ложку преподнести ко рту, как дверь с грохотом открылась, заставляя нас испуганно подпрыгнуть, едва не роняя подносы с посудой на пол, и в комнату заявилась улыбающаяся Кэтрин. Как быстро она отдохнула — иногда я искренне недоумеваю, сколько же в ней сил и энергии. — Любимые сестрички, у меня родилась замечательная идея, как скрасить наш вечер в этом скучном месте! Следом за Кэтрин с обречённым лицом зашла в комнату Лексия, аккуратно закрывая дверь, дав нам понять, что идея старшей сестрёнки никому не понравится. — Можно нам поужинать? — хмуро поинтересовалась Дана, на что Кэтрин резво кивнула, удобно устраиваясь на кровати. — А где твоя служанка? — полюбопытствовала я. — Мы с Лексией решили, что пусть она пока отдохнёт. Кровать у нас одна, поэтому необходимо как-то выходить из ситуации. А, возможно, Кэт и умеет заботиться о других. Она стала открываться для меня с совершенно другой стороны. Под давлением неугомонной и воодушевлённой принцессы нам пришлось ужинать в быстром темпе, и наконец-то выслушать её «невероятную» идею, как скрасить сегодняшний вечер. — Предлагаю сыграть в покер на желание! — радостно воскликнула она, размахивая неизвестно откуда взявшейся колодой карт. Лексия обречённо перевела взгляд на Дану, который открыто молил не соглашаться на это. — Я не умею, Кэт, — недовольно сказала младшая сестра, ожидая ответа от меня. После недолгих раздумий я решила, что это поможет отвлечься от грустных мыслей и усмирить беспокойство за родителей хотя бы на чуть-чуть, поэтому согласилась, принимая в объятия визжащую от радости старшую сестрёнку. — Ана, ты серьёзно?! — возмутились Дана и Лексия одновременно. — Я тоже не умею играть в покер, зато повеселимся, — улыбаясь, ответила я, мягко отцепив от себя Кэтрин, которая своим визгом оглушила мне правое ухо. Было решено, что желание загадывает победитель проигравшему. Понятия не имею, откуда Кэтрин знала правила игры, но она быстро и понятно обучила нас. Первая игра стала пробной, и проигравшей оказалась Лексия, чему она сильно расстроилась. Дана до последнего была против всей затеи, но варианта отказаться ей не предоставили. Успокоив Лексию, усмирив злость младшей принцессы, мы с Кэтрин обменялись хитрыми улыбочками и принялись играть дальше. Удача была на моей стороне, и, когда на кровать легли бубновые десятка, дама, валет и король, а следом Кэтрин положила ещё пиковую даму, я радостно выкрикнула: — Я так понимаю, у меня каре! — откинув две карты с дамами, я захлопала в ладоши, встречая хитрый взгляд Кэтрин. — У меня получилось три десятки, — шикнула Дана, со злостью отбрасывая карты. — У меня все одной масти, — Лексия положила свои бубновые двойку и восьмёрку перед собой, непонимающе захлопав глазками. — А у меня, девочки, флеш-рояль! — завизжала Кэт, показывая нам бубнового туза. — Данка проиграла! Что же ей загадать? Я мысленно посочувствовала младшей сестре, с улыбкой наблюдая, как у неё начинает дёргаться глаз. — Придумала! Я хочу, чтобы ты украла у советника красивую маску с камушками! После озвученного уже дёргался глаз и у Лексии. Теперь я мысленно благодарила свои карты за то, что не оказалась на месте Даны, которая со стоном закрыла лицо руками и упала на кровать. — Ты в своём уме, Кэтрин? Он же её даже не снимает! И как, по-твоему, я должна это сделать? Как знала, что не нужно было играть… — Да, Кэтти, это желание невозможно выполнить. У нас могут возникнуть огромные проблемы из-за этого… — испуганно зашептала Лексия, приложив ладони к своим красным щекам. — А я согласна! — ехидно улыбнувшись, я подмигнула старшей сестре, и она снова накинулась на меня с объятиями. Готова поспорить, в этот момент младшая принцесса меня возненавидела. — Моя ведьмочка! — весело пискнув, Кэтрин чмокнула меня в нос. — Дана, не переживай, я отвлеку советника, а ты в это время заберёшь маску. Младшая сестра печально выдохнула в подушку, а затем неожиданно швырнула её в нас, уверенно поднимаясь с кровати, что-то угрожающе зашипев. Кэтрин бодро поймала подушку, передала её зачем-то мне и поскакала за Даной следом, а мы с Лексией остались вдвоём. Через пять минут после ухода девочек, Лексия начала нервно расхаживать по комнате, каждую секунду кидая взгляд на настенные часы, и все мои попытки успокоить её потерпели крах. Из-за того, что перед глазами мельтешило дёрганое тело, готовое разреветься, я тоже начала переживать. Открыв настежь окно и отвернувшись от Лексии, я без стеснения подкурила сигарету, выпуская дым с вишнёвым ароматом на улицу, пытаясь успокоить бешеный пульс в висках. В комнату ворвался ветер, игриво танцуя со шторами, а я поёжилась, пожалев, что не оделась теплее. Лишь бы не простудиться: волосы ещё были слегка влажными. Через минуту дверь открылась, и Лексия замерла на месте, взволнованно прошептав: — Всё хорошо? Я обернулась, наблюдая как грустные принцессы заходят в комнату, и с сожалением поняла, что у них ничего не получилось. Мне бы хотелось узнать, какие испытываешь ощущения, когда надеваешь непроницаемую маску с драгоценностями, которая пахнет древесным терпким ароматом мужских духов. Сёстры опустили глаза в пол и промолчали, а следом за ними вошёл лорд Эйтхарт, со злостью закрывая дверь. Стоило увидеть широкоплечий силуэт, как я затаила дыхание, тут же выкидывая недокуренную сигарету в окно, лишь бы глупо не попасться с поличным на месте преступления. В горле неприятно щекотало, но я настойчиво боролась с желанием зайтись в приступе кашля, сделав несколько шагов по направлению к ванной комнате. — Лучше и быть не может, принцесса Лексия! — наигранно радостно ответил мужчина, на лице которого находилась маска. «Он вас убьёт…» — позлорадствовало подсознание, от чего моё сердце едва не остановилось. Стало действительно страшно. Ошарашенная Лексия прикрыла рот ладошкой и присела на край кровати, а я медленно, но верно подкрадывалась к ванной, пока лорд Эйтхарт стоял ко мне полубоком, моля всех богов, чтобы он меня не заметил. — Примите ещё раз наши глубочайшие извинения! — виновато захныкала Кэтрин, и я только сейчас заметила, что мужчина крепко держал Дану за предплечье, снова переходя недопустимую черту. Даже знать не хочу, как они умудрились попасться! Неужели сёстры настолько пустоголовые, что хотели стащить маску прямо с советника?! Сделав ещё один маленький шаг, я случайно задела локтем вазу с цветами, что стояла на небольшом деревянном столике, но вовремя успела её перехватить. В комнате наступила абсолютная тишина, и я, обречённо вздохнув, подняла виноватый взгляд на советника. Он едва заметно усмехнулся, смотря на меня в упор, а следом произнёс: — Смею предположить, это была ваша идея, принцесса? Буквально на секунду я перевела взгляд на Кэтрин, едва сдерживающую слёзы, и уже была готова согласиться с обвинением, как лорд Эйтхарт удивлённо присвистнул, тоже переводя взгляд на старшую сестру. — Не ожидал, что эта нелепая мысль придёт в голову вам. Значит от Кэтрин он не ожидал, а от меня да?! На смену чувству вины пришла едва контролируемая злость. Я с громким стуком поставила вазу на столик, сложила руки на груди и медленно подошла к «нашей компании», раздражённо посмотрев на мужчину, а затем красноречиво на его руку, что удерживала Дану. Уверена, что советник понял меня, но пальцы с предплечья сестры не убрал, что взбесило еще сильнее. — Чья была идея, мы разобрались. Кто должен был осуществить идею — тоже, — рассуждал советник, неторопливо осматривая нас. — Принцесса Ана, уверен, затею поддержала, а вы, принцесса Лексия? Удивите меня. — Я была против… — честно прошептала старшая сестра, сдерживая дрожь в руках, вцепившись в юбку бежевого платья. — Не удивили, но и не разочаровали, — устало выдохнул лорд Эйтхарт, наконец-то отпуская Дану из своих цепких лап. — Советую вам, принцессы, разойтись по комнатам и ложиться спать. Сегодня была последняя остановка, поэтому с восходом солнца нам необходимо выехать, чтобы прибыть в столицу Северной Империи хотя бы ночью. Желаю вам приятных снов. На этой ноте советник поклонился и вышел из комнаты, намеренно оставляя дверь открытой. Схватив Лексию за руку, Кэтрин сразу же потащила её на выход, даже не попрощавшись, а мы с Даной рухнули на кровать, дожидаясь, когда дверь за сестрами закроется, чтобы тихо рассмеяться. — Только не спрашивай, как мы попались, даже говорить об этом не хочу. — Я надеюсь, что вы не пытались стянуть маску с лорда Эйтхарта? — сквозь смех поинтересовалась я, представляя эту картину. — Нет, маска лежала на кровати, пока наш советник принимал ванну, — Дана замолчала, а следом выдохнула, прикрывая глаза: — Ана, видела бы ты его в одном полотенце. Такие плечи широкие, такие мышцы… Я думала, что у Кэт челюсть отвиснет до пола от увиденного. — Тебе же не нравятся мужчины постарше и с длинными волосами? — Ради такого рельефного тела нашего советника я готова сделать одно исключение! Я едва сдерживала слёзы от смеха, придерживаясь за живот, пока до меня не дошёл смысл сказанного. Девочки увидели почти голого советника… Почему-то эта мысль меня неприятно задела. Неужели это зависть? «Вспомни слова отца, идиотка!», — ругнулось подсознание, и я тут же выбросила все мысли о советнике из головы, для надёжности повертев ей несколько раз по сторонам. — Надо ложиться спать, — скомандовала Дана, сонно зевнув, и мне ничего не оставалось, как покорно согласиться.***
Наступила глубокая ночь, на улице, будто зверь, завывал ветер, а слева сладко сопела Дана, только вот у меня сна не было ни в одном глазу. Не стоило мне спать в дороге. Перевернувшись набок, я с грустью посмотрела в окно, только сейчас заметив, что оно так и осталось открытым. Светлые шторы плавно взлетали вверх, чтобы в следующую секунду упасть вниз, а по ногам пробежался лёгкий холодок. Я тихо встала с постели, чтобы не разбудить сестру, и направилась к окну, вытащив сигарету из портсигара. Дождя на улице не ожидалось, но на небе не было звёзд, от чего стало ещё печальнее на душе. Беспокойство за родителей вернулось вновь, и я не знала, как с ним бороться… Подкурив сигарету, я сделала первую затяжку и скривилась. Горло неприятно саднило, но я продолжала зачем-то вдыхать в себя яд. Наверное, потому что многие говорили, что сигареты помогают, когда становится грустно или когда нервничаешь. Но как по мне, это настоящая ложь. Порывшись в сундуке в поисках шали, глаза сами наткнулись на фиолетовое пятно. Рубашка лорда Эйтхарта… Надо её вернуть, но когда? В Северной Империи этого делать ни в коем случае нельзя, поскольку если кто-то заметит, появятся слухи, а у меня и так скверная репутация из-за везде сующего свой нос советника! В дороге не будет остановок, а при сёстрах не хотелось бы размахивать мужской рубашкой, чтобы потом они замучили меня расспросами. Зная Кэтрин и Дану, они под смертными пытками заставят меня во всем признаться и рассказать всё в мельчайших подробностях. Остаётся только сегодня и прямо сейчас… Докурив сигарету, я без стыда и совести выбросила её на улицу, без лишнего шума закрывая окно. Дана что-то пробурчала во сне, заставляя меня замереть на месте, но следом снова засопела. Накинув шаль на плечи, я схватила рубашку и спрятала её под локоть, чтобы никто не увидел. Щеки предательски запылали, а сердце зашлось бешеным ритмом, и каждый удар отдавался набатом в ушах. «Прекрати волноваться!», — недовольно прошипело подсознание, но я ничего не могу с собой поделать. Снова оказаться наедине с лордом Эйтхартом было страшно. Сделав глубокий вдох, я всего на секунду замешкалась возле двери, но на выдохе аккуратно её открыла, высовывая голову в коридор и, никого не обнаружив, вышла из комнаты. И замерла как вкопанная… Я ведь даже не знаю, где находится комната советника! Что теперь делать? — Принцесса, почему вы ещё не спите? — неожиданно за спиной раздался знакомый голос, который заставил меня испуганно пискнуть и обернуться. — Вы меня напугали! — шёпотом прошипела я, подмечая, что советник до сих пор не снял маску. — Меня ваше неожиданное появление в коридоре посреди ночи тоже, знаете ли, не развеселило. Я вспыхнула, обиженно посмотрев на мужчину, и он сделал шаг навстречу. — И куда вы собрались? — К вам… — прошептала я, сильнее задирая голову вверх, пока лорд Эйтхарт медленно подходил. — Тогда, пожалуй, стоит зайти в мою комнату, — его рука легла на моё запястье и потянула в сторону двери, что находилась немного дальше нашей. — В коридоре всегда найдутся лишние глаза и уши, запомните это на будущее. Стоило двери за моей спиной закрыться, как советник обогнул меня, направляясь вглубь комнаты, и устало присел на диванчик, снимая с лица маску. Я осталась стоять на месте, не решаясь сделать и шага. Лорд Эйтхарт небрежным движением смахнул упавшие на лоб волосы и посмотрел на меня, внимательно и очень медленно оглядывая. Щёки запылали, стоило вспомнить, что на мне одна ночная сорочка, и я сильнее укуталась в шаль, закрываясь чуть ли не до подбородка. — Вы не удивлены моему визиту, — скорее интересуясь, чем утверждая, произнесла я. — Я ожидал, что вы решите вернуть мне рубашку, поэтому да, я не удивлён. После этих слов я осторожно, с опаской подошла к столику, который стоял напротив советника, и положила на него рубашку, не сдержавшись: — В ту ночь вы были пьяны и сильно напугали меня, лорд Эйтхарт. В душе я надеялась на извинения с его стороны, но давить на совесть человеку, у которого её априори нет, равносильно мартышкиному труду. В чём я и убедилась после следующей фразы: — В ту ночь я был абсолютно трезв, ваше высочество. И благодарю вас за рубашку. Я снова отошла к двери, сжимая ладони в кулак, едва сдерживая желание отправить этого эгоистичного, бесчувственного снеговика в далёкое путешествие по забытым местам. — Вы боитесь меня. Но я уже говорил, что я вам не враг. — Я вас не боюсь! — упрямо, сквозь зубы, запротестовала я, хотя мы оба понимали, что это ложь. — Ваш пульс сказал мне об этом, когда я взял вас за руку, — усмехнулся он, а следом перевёл тему: — Не ожидал, что и у вас есть вредные привычки. Советую, принцесса, бросить её как можно скорее. — С чего бы? — Северной Империи нужны здоровые наследники. Я застыла, перестав дышать. Что он только что сказал? Наследники? Я никогда не подарю им наследников! Никогда! — С чего вы решили, что я вообще стану женой одного из ваших принцев?! — возмущённо поинтересовалась я, наблюдая как глаза советника странно прищуриваются, и он медленно поднимается, лениво кидая маску на диванчик. — А с чего ты решила, что не станешь? — и улыбка на грани ехидного снисхождения. Снова неуважительно обращение на «ты». Я расцарапаю ему лицо, вот прямо сейчас! Тяжело задышав, я закрыла глаза, сжимая до боли кулаки на вздымающейся груди. Ногти врезались в кожу, но сейчас мне было абсолютно наплевать на физическую боль. Я боролась с желанием убить человека. Впервые в жизни меня поглотили противоречивые чувства, начиная от обиды и заканчивая ненавистью. Почувствовав на своём лице чужое прохладное дыхание, я пошатнулась, испуганно распахивая глаза, ведь я даже не услышала шагов. Советник стоял слишком близко, нагло нарушая личные границы. И я на одном дыхании выпалила прямо ему в лицо: — Вы обращаетесь со мной, как с легкомысленной безродной девицей, и всё из-за того, что вы обо мне узнали. Но даже моя тайна не даёт вам права, лорд Эйтхарт, переступать черту! Вы делаете это постоянно, совершенно не задумываясь, что это может задеть меня! Почему бы просто не отправить меня домой? Вы решили поиздеваться? Только не врите сейчас, я не умею читать по глазам и эмоциям, как это делаете вы… — Ваше высочество, вы сами позволяете мне переходить черту, другая бы на вашем месте влепила мне пощёчину. А по поводу отъезда домой, это решать не мне, я лишь выполняю отданный приказ, — совершенно спокойным голосом пояснил он, прямо смотря в мои пылающие злобой глаза. — Вам стоит отдохнуть перед дорогой. Вы мало спали и ели за эти дни, ещё немного, и вас придётся ловить в обморочном состоянии. Пару секунд лорд Эйтхарт продолжал смотреть на меня, а затем резко дёрнулся, будто выходя из оцепенения, и направился к двери. Выглянув в коридор, он тихо оповестил: — Коридор пуст, принцесса. До сих пор сгорая от непонятных, но явно неприятных чувств, я направилась к выходу, но советник перегородил путь рукой и снова заговорил, в этот раз почти шёпотом: — Забудьте о том, чтобы посреди ночи навещать кого-то: такой поступок может повлечь за собой неприятные последствия, и не только для вас. Ещё один важный совет вам лично от меня. Приятной ночи, ваше высочество. Я лишь кивнула, не в силах пожелать ему того же. Рука с дверного проёма испарилась, и я пулей выскочила в коридор, направляясь к своей комнате. Этой ночью уснуть так и не удалось, то ли оттого, что я выспалась днём, то ли от неприятного разговора с советником, который не принёс ясности моим мыслям. Я долго размышляла на тем, что произошло ночью у герцога Линдберга. Я же прекрасно видела, как лихорадочно блестели глаза советника, и была уверена, что он позволил себе дерзость только по причине пьяного состояния, но, если верить его словам, он был абсолютно трезв. Что же он теперь будет делать с этой информацией? Да пусть хоть вся Северная Империя узнает об этом, игнорировать осуждающие взгляды людей будет сложно, но выполнимо, лишь бы до родителей эта тайна никогда не дошла. Мама точно этого не переживёт, ведь она старалась дать нам благородное воспитание, и у неё это получилось, если не учитывать меня, полностью потерявшую рассудок от синих глаз Кристофера и милых ямочек на щеках. Интересно, как он пережил моё исчезновение? Обижается ли юный конюх, что я не попрощалась с ним? Теперь печаль об этом добром мальчишке навалилась на мои плечи тяжким грузом… Ночная тьма уступила место предрассветным сумеркам, и, пока у Даны оставался последний час на сон, я за это время успела умыться и собраться, до сих пор ощущая бодрость. С восходом солнца три кареты в сопровождении двух десятков гвардейцев выехали с постоялого двора и двинулись по направлению к столице Северной Империи.***
В Бартаис прибыли под утро следующего дня, ещё досветла, поскольку чем ближе мы приближались к столице, тем сильнее мела метель. Пришлось потратить время, чтобы объехать по более расчищенным дорогам, по которым разъезжают купцы. Мы с Даной надели полушубки, тёплые платья и зимние сапоги, но даже самые тёплые одежды не помогли нам согреться в дороге. Мои кисти потихоньку покрывались красными пятнами, а под утро на костяшках появились корочки, отчего руки нестерпимо болели и щипали. Я уже возненавидела Империю всей душой, и даже моё тело не переносило этого лютого холода Северных земель. Бессмысленно было ожидать, что в такой ранний час нас кто-нибудь встретит, поэтому, по прибытию во дворец, лорд Эйтхарт сам распорядился о том, чтобы нас проводили в подготовленные покои. Рассмотреть величественное здание, что находилось на возвышенности над городом, не удалось. Сёстры и я были обессилены долгой дорогой почти без остановок и приёмов пищи, а лютый мороз безжалостно пробрал до костей. Я не могла пошевелить руками, что онемели от холода и появившихся болячек. Не выдавая своего плачевного состояния ни одной эмоцией, я с ужасом думала о том, что мне предстоит отдирать перчатки от потрескавшейся кожи. Сейчас я мечтала лишь о том, чтобы согреться и поспать, а утром стоит пойти к лекарю, чтобы посоветовал какую-нибудь мазь. Служанка, отправленная ко мне советником, провела меня по многочисленным коридорам, тихо ступая по каменной плитке пола, и уже после третьего поворота я сбилась, перестав запоминать дорогу. По истечению двух минут, которые я с нетерпением отсчитывала в мыслях, девушка наконец-то остановилась возле двери, открывая её и пропуская меня вперёд. Рассмотреть свои покои не было ни сил, ни желания. Я ненавидела всё, что связано с Северной Империей, кроме кровати, которая бросилась мне в глаза, стоило служанке открыть ещё одну неприметную дверь с правой стороны. Забыв напрочь о горячей ванне, своих руках и девушке, что следовала за мной, я едва дошла до кровати, а затем провалилась в беспамятство…***
Северная Империя. Покои императрицы-матери Элизабет.
По прибытию во дворец, Арэну Эйтхарту был отдан приказ сразу же отчитаться перед Элизой, что являлось лишь глупым прикрытием, и он прекрасно об этом знал. Императрице не терпелось оказаться в долгожданных мужских объятиях, а ослушаться её желания советник не мог. Поэтому сейчас, вместо того чтобы отдыхать после утомительной поездки в своих покоях тёмных оттенков, он находился в постели Элизы, плавно поглаживая её русые волосы, ловя каждый тяжёлый женский вдох после долгой разлуки на своей обнажённой груди, и размышлял о принцессах. Как правильнее преподнести добытую им информацию и личное мнение из сделанных наблюдений, чтобы все девушки остались в Империи, дабы выполнить данное им обещание королю Юго-восточного королевства? Советник не имел привычки жалеть о своих решениях, даже сейчас, когда две из четырёх принцесс представляли собой угрозу для принцев, Элизабет и Империи в целом. Отдышавшись, женщина поинтересовалась, не скрывая любопытства: — Теперь можно и поговорить. Что интересного ты можешь рассказать о них? Они хорошо воспитаны? Я видела их портреты: по красоте ни одна не уступает другой, я уже представляю, какие у Северной Империи будут наследники. Но это не так важно, как то, будут ли с ними проблемы? Арэн ожидал этот вопрос, поэтому ответил сразу: — Старшая, Кэтрин, нам проблем не создаст. Несмотря на свой возраст, она наивна и безвредна, из неё получится вылепить то, что нам нужно, если укротить её истеричный характер. — Ты справишься с этим? — немного взволнованно спросила императрица-мать, взглянув на мужчину. — Справишься ты, мне придётся приглядывать за другими принцессами, — хмуро ответил советник, прикрывая глаза. — За кем именно? — недовольно прошипела Элизабет, прижимаясь щекой к медленно вздымающейся груди мужчины. — Принцесса Лексия, следующая по старшинству, талантливая девушка и, бесспорно, умная, а её замкнутость, стеснительность и воспитанность нам на руку. С ней проблем тоже не будет, уверяю, — на мгновение Арэн замолчал и следом продолжил монотонно: — Вот две последние принцессы меня настораживают. Самая младшая, Дана, не по годам умна, подмечает мелкие детали, на которые остальные не обращают внимания. Хитрая девчонка, поэтому за ней необходимо присматривать с удвоенной силой, чем я и займусь. — А с последней девушкой что? Забыла её имя… — Принцессу Анастейшу не могу назвать умной, но и глупой считать её будет роковой ошибкой. Своевольный, упрямый характер, который придётся сломать. С этим мы справимся, но перед отъездом из Юго-восточного королевства я узнал о ней одну важную деталь. — Какую?! — взвизгнула женщина, но лорду Эйтхарту не составило труда сдержать порыв закрыть ладонями уши, продолжая спокойной лежать с закрытыми глазами. — У принцессы был роман с сыном конюха. Повторюсь, у неё своевольный характер, который повлёк за собой необдуманный поступок. — Это не необдуманная ошибка, Арэн! Это показатель её невоспитанности, распущенности и порочности! Зачем ты вообще её привёз сюда?! Крик Элизы мгновенно оборвался, стоило мужчине опустить руку к её пояснице, начав ласково и почти невесомо поглаживать оголённый участок кожи. Ей были приятны эти прикосновения, а Арэн знал её слабые точки, пользуясь ими без зазрения совести. — Из всех принцесс, Элизабет, она полностью здорова и сможет без проблем выносить наследников Северной Империи. У остальных девушек есть небольшие отклонения, что ставит под вопрос выполнение их предназначения должным образом. — Я ещё подумаю над этим… — промурлыкала женщина, утыкаясь носом в мужскую шею, с блаженством вдыхая запах кожи. — Но если эта девица выйдет замуж за одного из моих сыновей, где вероятность того, что конюх не решит опорочить репутацию нашей династии? На честь девчонки мне наплевать, но репутация моего сына и Империи пострадать не должна! Я надеюсь, ты решил и этот вопрос, на тот случай, если он решит кому-нибудь рассказать об этом? — Он не расскажет, Элиза. Глубоко под землёй и без языка это трудно сделать, согласись? — усмехнулся первый советник Северной Империи, на что губы женщины расплылись в довольной улыбке, и она приподнялась на локтях, чтобы накрыть губы советника страстным поцелуем.
