Сучка на три дня

В комнате играла негромкая музыка, пёс довольно дружелюбно поскуливал на полу, словно подпевая ей в такт. Братья сидели за столом, друг напротив друга. Сэм копался в какой-то стародавней книжонке, старший же допивал пиво из стеклянной бутылки. Кратко: чистая братская идиллия. —Ну как там? — спросил брата Дин, вытянув шею, чтобы заглянуть за книжку, ибо за её перегородкой Сэм усердно что-то кашеварил. —В общем, -Сэм насыпал шерсть в ёмкость на столе, тщательно всё перемешивая и затем аккуратно выливая тёмную жидкость в стакан, — я закончил. Приподняв это сомнительного вида варево, Сэм осмотрел его, покрутив рукой и уже вознамерился прислониться к стеклу губами, но Дин остановил его: — Эй, нет. Отдай-ка мне это.-он отобрал стакан из рук младшего. —Почему это? — незамедлительно возмутился Сэм. Дин немного помолчал, придумывая отговорку: — У тебя такой чувствительный желудок — не хочу, чтоб ты меня заблевал. Сэм фыркнул, закатив глаза, но всё же промолчал. Такая ненавязчивая забота была довольно милой, но зачастую воспринималась как гиперопека, особенно со стороны младшего Винчестера. — Брось, и не такое в рот брал. Дай сюда! — Сэм попытался забрать стакан, однако, Дин ему не позволил, смерив весьма строгим взглядом. Полковник поднял голову от пола, осмотрев братьев. В его блестящих чёрных глазах читалось утомление, он посмотрел в сторону голосящего радио, опустив её обратно. Дин взял стакан в другую руку, помотыляв им в руке и рассматривая грязную, тёмно-коричневую смесь. — Выглядит неплохо, — изрёк старший, разом опустошив стакан. Он сразу поморщился, поставив его на стол и облизнув губы. На зубах похрустывал песок, а на языке осталась неприятная вязкая слизь. Сама жидкость была густой и глоталась довольно мучительно. —Я ошибся, — сдавленно прокомментировал Винчестер. Он зажмурился, опустив голову и сдавленно кашлянул, стараясь не выплюнуть болотистую смесь. Сэм проследил за его страданиями, выжидающе сидя на своём месте. Дин пару раз щёлкнул пальцами, призывая дать ему книжку с заклинанием: — Давай, — поторопил он его, не поднимая головы. Сэм взял книгу, которую держал до этого, протянув брату. Дин опустил взгляд на причудливые закорючки, зачитывая заклинание негнущимся языком. По мере того как охотник читал, Сэм переводил взгляд то на Полковника, то на брата, по завершению вопросительно осмотрев обоих. Снова сев ровно, Дин облизнулся, прислушиваясь к своим ощущениям. С минуту он молчал, смотря куда-то в небытие, затем опустив взгляд на пса. — Гав, — сказал Дин довольно низким рыком. Сэм скептически осмотрел его, ухмыльнувшись краем губ. Пёс смерил его взглядом как последнего придурка, зевнув с широко разинутой пастью и не обращая на него внимания. — Эй, поговори со мной, — попросил Дин, — знаешь кто грохнул твоего дружка? Ноль реакции. Пёс продолжал изображать из себя мёртвого. Дин обречённо вздохнул, ведь получается, что он зря пил эту несусветную мерзость. — Ничего, — старший развёл руками, то ли разочаровано, то ли возмущённо, — скажи своему Кевину, что хрень не только не действует, но и дерьмо. Сэм откинулся на спинку своего стула. И поделом ему— нечего лезть со своей перезаботой, он уже взрослый мальчик. Дин взял пустую бутылку, посмотрев на её дно через горлышко, словно смотря куда-то в бездну. Спустя, по меньшей, мере час, парни завтракали за этим же столом, доедая то, что оставалось. Как вдруг, пёс, сидящий перед ними на двух лапах, подал свой мысленный голосок. «— Переключи радиостанцию, — низким грубоватым голосом потребовал пёс, смотря на Дина». — Что? — Дин поднял голову. «— Я сказал — переключи радиостанцию, придурок. По твоему, это — классический рок?». —Эй. Не надо мне тут гавкать, — пригрозил Дин, — отличная песня! Сэм вопросительно осмотрел его. — Дин? — он с беспокойством посмотрел на брата, пока тот продолжал спорить с собакой. —Да заткнись ты! Сэм, -он поднял на младшего голову, — получилось! Дин выглядел очень довольным, периодически постукивая ногой по полу и почёсывая волосы за ухом. —Ну, здорово. Так вперед, спроси его, — наблюдать за тем, как взрослый мужик спорит с собакой, было выше его сил, особенно, когда этот взрослый мужик — твой старший брат. Сэм скомкал салфетку со своего стола, кинув в урну. Но Дин незамедлительно достал её, обратно положив на стол и продолжая беседовать с псом. Сэм нахмурился, кинув её в ведро и проследив за тем, как Дин достал её снова. — Что ты делаешь? Мне это не нужно, — Сэм посмотрел на старшего как психа, кинув салфетку в урну. —Да не знаю! — он достал её, положив скомканный бумажный мячик перед Сэмом. —Дин, — голос Сэма звучал крайне обеспокоенно, — похоже, из-за того, что ты слил своё сознание с псом, ты перенял не только способность общаться, но и… приносить мячик. —Мм? — Дин снова достал салфетку, скосив на нее глаза, всё же оставил её в мусоре. До него стал медленно доходить смысл сказанного его братом, — что за чёрт, Сэмми. Сэм открыл рот, чтобы что-то сказать, но Дин, вместе с собакой, внезапно сорвались с места, подлетев к окну. Младший растеряно проследил за этим, пока собака, а затем и Дин, стали лаять на почтальона, хотя, честно говоря, в основном охотник рычал и фыркал, чем лаял. Он покачал головой, протерев руками лицо. А ведь это было только началом всей этой эпопеи. Чего стоила едва не застреленная «грёбаная летающая крыса». В следующий раз отклонения от нормы произошли, пока Сэм был в освежающем душе, в перерыве между работой. Бедняжка, ни о чём не подозревая, выключил воду, замотавшись в полотенце и открыл дверь. Сэм едва не вскрикнул от неожиданности, но, по крайней мере вздрогнул. Дин стоял в миллиметрах от двери, чуть ли не прислоняясь к ней лицом, и, соответственно, теперь прямо напротив лица, ну как лица — шеи, Сэма. Он смотрел на него, с утра появившимся, щенячьим взглядом больших зелёных глаз, отныне создавая Сэму конкуренцию в этой области. Он был напряжён, чуть слюной не обливался. Преданно смотря на Сэма, он не сдвинулся с места, загнанно дыша. —Ди-ин…? — натянуто произнёс Сэм, сделав маленький шажок назад в ванную. В помещении всё ещё было душно, зеркало было запотевшим, на стенах остались капельки влаги. Сам Сэм всё ещё был мокрым, с завязанным на бёдрах полотенцем. Его кожа была темнее, чем обычно, ему определённо было жарко. С волос капала вода, мышцы были напряжены. Он дышал через приоткрытые влажные губы, часто моргая, из-за чего с мокрых ресниц капали капельки. От пристального и какого-то выжидательного взгляда на себе становилось некомфортно. Почувствовав себя не в своей тарелке, Сэм снова попробовал образумить брата: —Дин, -Сэм более требовательно позвал его, — отойди, не стой в дверном проходе. От прохладного воздуха его кожа покрылась мурашками, а коленки стали подрагивать. Сэм поёжился, умоляюще посмотрев на Дина щенячьим взглядом. Дин неподвижно стоял ещё пару минут, затем послушно отойдя к столу. Он сел за него, приложившись к начатой бутылке. Сэм с подозрением вышел из ванной комнаты, став одеваться под этим пристальным взглядом. — Да чего тебе?! — Сэм вспылил, подняв голову. Дин продолжал молча смотреть на него голодным взглядом. Сэму даже показалось, что с края его губ текла слюнка. — Перестань это делать, слышишь?! — Сэм хотел добавить что-то ещё, но, поскольку он довольно яростно жестикулировал, полотенце упало с его бёдер, шлёпнувшись об грязный пол. Сэмми остался стоять в одной расстёгнутой рубашке, лицом к брату и медленно заливаясь пунцовой краской. Повисло очень неловкое молчание, неловкое для Сэма. Дин же склонил голову, заинтересованно осмотрев его целиком. В этот момент младший захотел испариться в воздухе. Разумеется, такое и раньше случалось. Они переодевались при друг друге, не обращая на это особого внимания. Но сейчас Дин смотрел на него так, будто он был мальчиком по вызову, который начал неуклюже раздеваться, краснея и строя из себя саму невинность. Этот взгляд напоминал произошедшую утром ситуацию, когда он рассматривал пуде-леди с розовым бантиком и пушком на лапках. Не зная, что сказать такому молчаливому Дину, Сэм нагнулся, молча подобрав бельё и натянув его на себя. Младший отвернулся, стараясь не обращать на Дина внимание, но ощущение пристального взгляда на себе никуда не испарилось, как и румянчик на щеках. —Я, — Сэм кашлянул, — схожу за пивом. Он выбежал из номера со скоростью пули, захлопнув дверь. Добираясь до машины, он почувствовал укол вины за то, что кинул там Дина в таком странном состоянии, но вернуться он себе не позволил. В нём прямо — таки полыхал стыд, а нахождение в одном помещении с таким Дином он явно не вынесет ближайшие пару часов. И ладно, если бы на этом все и закончилось. Но, по возвращению Сэма обратно, он застал Дина, стоящего у окна и держащего в руках его рубашку, брошенную в стирку. Полковника, собаки, благодаря которой Дин и приобрёл новые черты, в окне не наблюдалось. Этот многострадальный вид «Хатико» в окне их номера заставил Сэма почувствовать себя настоящим браконьером. Дин смотрел на него с надеждой и преданностью, когда Сэм остановился у окна. Ему только прижатых к голове ушей для полной картины не хватало. Он выглядел несчастным и брошенным на произвол судьбы, хотя на деле Сэма не было от силы минут сорок. Он закатил глаза, открыв дверь и зайдя в номер. Дин тут же подбежал к нему, заключив в объятиях, с порядочной собаке весёлостью. — Ты что, стоял перед окном весь час? — с обречённостью удостоверился в своих опасениях Сэм. Полковник, так и лежащий на полу, фыркнул: «— Смотри-ка, твоя сучка вернулась как ни в чём не бывало. Незачем было сходить с ума, метить территорию и выть в окно». Дин мрачно осмотрел его: — Заткнись. Сэм усмехнулся, поставив на стол ящик пива и пакетик. — Я взял тебе пирог, угощайся, — Сэм прошёл мимо лениво валяющийся собаки, сев на кровать и взяв на колени ноутбук. Дин рухнул на стул, достав из пакета заветное вишнёвое сокровище. В глазах его заблестели счастливые искорки. С сознанием собаки Дин определённо выглядел намного беспечней и счастливей. Сэм проследил за тем, как он принялся за пожирание пирога, изговнякав всё, до чего смог дотянуться жирными руками. К нему всё же можно было привыкнуть. Сэм улыбнулся про себя, открыв ноутбук и просматривая новости за этот день. *** Следующая странность случилась поутру следующего дня. Яркие солнечные лучи пробивались сквозь неплотные занавески, жёлтыми зайчиками ютясь на стенах. Сэм Винчестер нежился в одеялах своей кровати, мирно посапывая. Выпавший из-под подушки пистолет валялся на полу. Солнечный свет заливал его лицо, растрёпанные по подушке волосы. Он выглядел невинно и беспомощно, с раскинутыми руками и сползшим одеялом. Слабо промычав, Сэм поморщился, ощущая на своём лице влажность. Уже подумав скинуть облизывающегося Полковника, Сэм открыл глаза, застыв. Дин сидел на нём, вжимая собой в кровать и облизывая ему шею. —Диин…? — Сэм снова почувствовал себя неловко, — что ты делаешь. Дин отстранился, осмотрев его, но не сдвинулся с места. — Ладно, пора завязывать, — Сэм пошевелился, стараясь спихнуть с себя «озабоченную псинку». Дин то ли был неподъёмным, то ли Сэм слишком сонным, но максимум, что смог младшенький, это упереться руками ему в грудь. Дин помолчал, опустив взгляд на ладошки на своей груди. Сэм медленно залился густым слоем румянчика, прикладывая максимум усилий чтобы столкнуть Дина, рассевшегося на нём. Охотник отнял от себя руки, прижав их к кровати одной рукой. Сэм продолжил отчаянно вырываться, сжав губы в полосочку. —Не трепыхайся, Сэмми, — Дин оттянул его голову назад за волосы, наклонившись и широко проведя языком по кадыку, затем выше к подбородку и нижним скулам. Сэм продолжил ёрзать, отвернувшись от Дина, чтобы не смотреть на него. Воспользовавшись этим, старший провёл кончиком языка по выступающей бьющейся венке вверх и прикусив краешек ушка. Сэм стал похныкивать, зажмурившись и ощущая горячее дыхание на своей шее. Полковник безучастно наблюдал за происходящим, виляя хвостиком. —Ди-ин, — Сэм перестал вырываться, ожидая, когда это кончится, -ну хватит уже. Дин никак не отреагировал на его просьбу, горячо и мокро скользнув языком в ушко. Сэм замычал, снова поёрзав. Дин крепче сжал его запястья в железной хватке, прикусив его за мочку ушка. —Ладно, ладно. Дин, серьёзно. Перестань уже, — Сэм начал ощущать лёгкую панику, его брат явно был не в себе. Дин всё же отстранился, на что Сэм облегчённо выдохнул, но преждевременно. Охотник сжал его за челюсть одной рукой, повернув его голову к себе. Сэм волей-неволей приоткрыл глаза, непонимающе осмотрев Дина. —Открой рот, — Дин продолжить сжимать рукой его челюсть, пока её не начало болезненно сводить. Сэм довольно возмущённо замычал и отрицательно помотал головой. —Чувак, не смешно, перестань уже, — сказав всё это скороговоркой, Сэм постарался обратно сомкнуть губы, но Дин успел проскользнуть ему в рот большим пальцем. Обведя кромку зубов и надавливая на клыки, он с силой нажал на челюсть, оттягивая её вниз. Подозревая, что если он ничего не сделает — его изнасилуют, Сэм усердно постарался выпихнуть палец из своего рта, давя на подушечку языком. Дин прищурился, весьма нахально вдавив язычок Сэму в нёбо. Сэм прикусил палец зубами, стараясь уйти от его давления. Это превратилось в короткую борьбу, происходящую у него во рту, пока Дин с силой не надавил на самое основание языка. Младший кашлянул, чуть шире открыв рот и весьма обиженно осмотрев брата. На его памяти, он ещё ни разу не сталкивался с такой наглостью в свой адрес. Дин ухмыльнулся, расценив это скорее как повиновение и погладив мягенький язычок поверху. Жертвенный Винчестер зажмурился, широко открыв рот и высунув кончик своего языка. Не убирая палец, Дин наклонился, глубоко проскользнув языком в рот Сэма, доставая чуть ли не до глотки. К таким действиям Сэм был не готов. Он открыл глаза, столкнувшись с пристальным взглядом Дина и зарисовавшись густым слоем краски. Они молчали с минуту, Сэм внутренне истеря, а Дин планируя свои зверские планы на этот ротик. Дин пошевелил в горячем рту языком, проведя по зубам, верхнему нёбу и обводя неподвижный язычок. Сэм вздрогнул, вжавшись в матрас, но ускользнуть от Дина не получилось, он продолжал хозяйничать в чужом рту, по-видимому, не нуждаясь в чьём-либо разрешении. Не сдаваясь, Сэм промычал, выпихивая чужой язык из своих владений. Дин сразу же обернул его, скользнув под язычок и надавив под ним. Поцелуй, если можно так назвать это вторжение, был явно нечестным, в особенности потому, что Сэм был к этому морально не готов. Он быстро устал бороться с настырным языком, решив, что всё это не смертельно и нужно просто перетерпеть. Хотя, по правде, его язык против его воли стал вялым и слишком мягким. Вероятно, это была единственная не накаченная мышца в его теле. У Дина опыта здесь было явно побольше. Дин проскользнул пальцем глубже, надавив на край глотки и проскользнув своим языком как можно глубже, заполняя рот всем своим горячим естеством. Сэм промычал, зажмурившись и стараясь не создавать особого сопротивления. Дин стал медленно выскальзывать языком с его рта, обводя влажные тонкие губки и довольно быстро возвращаясь обратно вглубь. Буквально насилуя его рот языком, Дин не забывал уделять внимание и мяканькому язычку, периодически ударяясь кончиком в нижнее нёбо. Спустя минут пять, хотя для сознания Сэма прошло явно минут десять, младший полностью сдался, послушно раскрыв рот и даже что-то пытаясь сделать своим языком, что походило на вяленькое шевеление. Он сдавленно задышал, успев возбудиться под горячим телом Дина, прижатым с утреца к постели, к тому же с наглым языком у себя во рту. Периодически вздрагивая, Сэм уже не мог признавать то, что ему это противно. Вряд ли здесь можно подобрать лучшее описание, нежели адски-горячо-насилующее. Если бы он насиловал мёртвого, вряд-ли тот не подал бы признаки жизнедеятельности. Старший отстранился, сглотнув лишнюю слюну и вытащив палец у него изо рта. Вопреки происходящему, Сэм приоткрыл слезящиеся глаза, но не закрыл рот. Он призывно обвёл внутренний контур губ кончиком непослушного языка, из-за чего с пошло распахнутого рта стала стекать блестящая слюна. Он поёрзал на месте, судорожно дыша через рот и смотря на Дина, пристально смотрящего на него. —Ты бы на себя посмотрел, Сэмми. Ты самая настоящая течная сучка, — Дин облизнулся, наблюдая за манипуляциями младшего. —Это кто здесь… — сквозь тяжёлые обрывистые стоны возразил Сэм, -сучка. Дин взял его рукой за лицо, напористо проскользнув в рот. Поцелуй стал более грубым, не терпящим сопротивления. Сэм начал постанывать, всхлипывая и дрожа. Руки в хватке охотника стали затекать, а кончики пальцев покалывать. Спустя некоторое время. он окончательно вымотался, расслабленно лёжа и получая удовольствие от происходящего. Сэмми широко развёл бёдра в стороны, положив их коленками по обе стороны от себя и позволяя Дину трахать свой рот. Дин был вполне не против, отпустив запястья брата из захвата и разгладив спутанные волосы по белой подушке. Отстранившись и растянув ниточку слюны, Дин чуть опустил голову, облизывая и покусывая шею Сэма. Последний откинул голову назад, прикрыв глаза. Руками старший Винчестер огладил разведённые в стороны бёдрышки, сильно натянув трусы вверх, так что они врезались в яички и зад. Сэм замычал, поёрзав на месте. Он был в одной футболке и трусах, но, несмотря на это, ему было душно и весьма жарко. Дин прикусил зубами мягкую кожу под подбородком, оттянув её зубами. Почувствовав, что его руки больше ничто не сдерживает, он стал медленно приходить в себя. К нему в опошлённый и возбуждённый мозг пробился голос здравого смысла. Сэм резко сел, столкнув с себя Дина и тяжело дыша. Ни сказав ни слова, Сэм вскочил, впрыгнул в джинсы и выбежал за дверь, чтобы было неповадно передумать. Так красиво, грязно и обоюдно бывает только в красивых сказках, а точнее — в порно. Сам Сэм вполне осознавал, что это было чуть ли не изнасилование. Он вполне железно мог лишиться анальной девственности, причём руками собственного брата. У Дина был гон. Это было слишком очевидно. Любой, кто хоть немного знает Дина, сказал бы, что гон у этого парня — пожизненное состояние. Но Сэм имел ввиду самый, что ни наесть, гон у собак. Это значительно усложняло задачу, да хотя бы нахождения с ним в пределах видимости, какая там работа. С этим состоянием «трахать всё, что движется и не движется» по обыкновению хозяева справлялись кастрацией. Но не может же он кастрировать Дина, в самом деле. Сэм нервно хохотнул. Кастрировать Дина? Он бы посмотрел на это. Первое. за что Дин бы спохватился после него, так это все его сокровища ниже пояса. Хотя бы его недавнее поведение на заражённой токсинами зоной. Дин чуть противогаз себе на член не нацепил. Сэм бы мог поклясться, что если бы там ничего не было, вряд-ли бы Дин и в привычном состоянии трахал всё, что хоть отдалённо походило на мини-юбку или так дёргался перед стоящей в поле зрения опасностью. Что делать с естественным природным состоянием Динового «сокровища» Сэм не имел понятия. Для начала— держать дистанцию. Сэм сел на лавочку рядом с парковкой, жмурясь от палящего солнца и продолжая раздумывать над последними событиями. С одной стороны, он стал объектом «собачьих нежностей» благодаря искажённой любви в сознании его брата под мощным заклинанием, а с другой… Тот факт, что Дин может трахнуть живую собаку в его отсутствие, просто сводил с ума. Вздрогнув от этих мыслей, Сэм поднялся, широким шагом возвращаясь в номер и готовый в любой момент врезать озабоченному. В двух шагах он остановился, осмотрев это подобие Хатико в окне. Он закатил глаза, моля Кевина чтобы всё это поскорее закончилось. С открытием двери Дин набросился на него, сжимая в руках так, что позвоночник жалобно скрипнул. Сэм вздохнул, обняв брата в ответ и смотря на Полковника, всё это время лежащего на коврике в прихожей. Он скептически осмотрел их, положив голову на передние лапы: «Извращённые людишки», — выразил он своё мнение в мыслях.