Когда-то всё было хорошо...

      Небывалая лёгкость наполнила тело России, каждой частью своего тела, он мог почувствовать как теряет столь привычное чувство гравитации. Открыв свои глаза Россия обнаружил, что его со всех сторон окружила непроглядная, глухая, бесконечная тьма, чувство космической невесомости наполнило его тело вместе с неожиданно сильным морозным холодом, который ещё никогда в своей жизни не чувствовал Россия. Впрочем, тело быстро наполнилось новым приятным чувством, что быстро прогнало весь холод и наступающие из самых потаённых глубин его души; горькой тоски и полного животного страха. Душевный покой быстро наполнил всё его тело, горькие эмоции стремительно стали покидать его, оставляя после себя лишь долгожданное душевное равновесие. Странный приглушённый гул заполнял собой всё звуковое пространство вокруг России, глаза наполнились усталостью сил на борьбу с которой у него не хватало, разум и мысли России стали расплываться в различных образах, всё о чём мог думать Россия в тот момент, резко смешалось в кашу. Наконец закрыв свои глаза, Россия погрузился в долгожданный спокойный сон, который он так долго ожидал все эти долгие годы.       Абсолютную тишину сна России прервал приглушённый гул, что казалось раздавался по всюду и с каждой новой минутой он становился всё ближе и громче. Его приглушённое звучание будто сковало Россию, он не мог пошевелить ни одной частью своего тела, как бы сильно он не старался, тело будто парализованное, просто не хотело слушать команды поступающие от мозга. Тем временем, гул успел проникнуть в голову России, одного кроткого мига было достаточно, чтобы парень почувствовал как его голова стала раскалываться от нетерпимой боли, без того неясные мысли вновь смешались в одну единую кашу, разум уже не мог отличить; было ли всё это ужасным, кошмарным сном или же страшной действительностью. Нарастающая паника стала потихоньку управлять остатками разума, что каким-то чудом Россия смог сохранить внутри себя, все его бесплодные попытки проснуться лишь усиливали действия гула, голова стала болеть ещё сильнее, паника полностью подчинила себе остатки разума России. Все потаённые кошмары, что долгие годы оставались запертыми глубоко внутри него, мигом выбрались на свободу, они с ужасными нечеловеческими воплями, голодных и разъяренных существ потянули его всё глубже и глубже вниз.       Ослепительная вспышка неожиданно озарила всё вокруг России, существа тянувшие его глубоко вниз, вдруг отпустили русского, вопя от ужаса и боли они рассеялись кто куда, пытаясь спастись от ненавистного ими света. Россия почувствовал, что постепенно он вновь стал возвращать контроль над парализованным телом, гул, совсем недавно приносивший его голове сильнейшие боли, наконец стих. Несколько минут он просто висел в бесконечной «мёртвой зоне» боясь открыть свои глаза и понять, что этот кошмар ещё не закончился. Иногда до России доходили звуки чьих-то заглушённых голосов, по всей видимости, что-то беспокойно обсуждавших, иногда обрываясь и вновь возвращаясь через несколько минут, голоса то отдалялись от него, то наоборот, приближались к нему так близко, будто Россия находился посреди всего этого беспокойного обсуждения. И хотя он никак не мог определить кому принадлежали и о чём именно говорили все эти заглушённые голоса, тёплое чувство чего-то родного и такого знакомого переполняло его изнутри. Как будто все, кто был так дорог для России, находились прямо рядом с ним в этот момент, непременно волнуясь и поддерживая его, как это было в его уже давно ушедшие годы детства. Голоса, как и мучавший его совсем недавно гул, неожиданно затихли, вновь оставив Россию в полном одиночестве наедине лишь с гробовой тишиной. Он не мог точно понять, как долго он висел на одном и том же месте, необъяснимая печаль наполнила его душу, после того, как голоса неожиданно затихли. Решив не тратить своё время зря, Россия стал медленно успокаиваться и приходить в самого себя для того, чтобы постараться самостоятельно ответить на подступающие вопросы: «Итак… Сейчас… Сейчас нужно… Нужно успокоиться… Да, нужно успокоиться… Всё в порядке… Всё хорошо…» — думал Россия. — «Судя по тому, что моё тело весьма хорошо чувствует всё происходящее вокруг него, а мои действия в большинстве своём осмыслены, то можно предложить, что я остался в живых после сражения с тем медведем… Вот только где я? Если учитывать, что я вполне отчётливо слышал чьи-то голоса, а ещё этот яркий свет… Настолько яркий свет можно встретить лишь в современных больницах, тогда не сложно сделать вывод, что прямо сейчас я нахожусь в бессознательном положении из-за ран нанесённых тем медведем, тот ужасный гул и те твари, что тянули меня на глубину этой бездны, скорее всего, лишь просто разыгравшейся воображение моего мозга, а яркий свет совместно с голосами означают, что я наконец-то попал в больницу, куда пришли члены моей семьи и мои друзья, решившие меня навестить… И самое главное… Сейчас я открою свои глаза и не успею опомниться, как на мою шею бросятся десять дорогих, для меня, членов нашей семьи… Вот и достанется мне от Беларуси за эту игру в «героя»…»       Россия наконец открыл свои глаза, чувство невесомости будто выветрилось из него, тело вновь обрело под собой долгожданную опору. На короткий промежуток времени, яркий, белоснежный свет ослепил его глаза: «Беру свои слова назад, настолько яркий свет, это чересчур даже для самых современных больниц.» — раздосадовано подумал Россия отправляясь от неожиданного «сюрприза». Оправившись от столь неприятного возвращения, Россия на автомате осмотрелся вокруг, изначальное спокойствие заменило замешательство. Вместо ожидаемой больничной палаты и большого количества посетителей, он находился в практически идентичном пространстве чёрной бездны, отличающиеся лишь ярким белым светом и наличием опоры, на которых держались его стопы, во всём остальном, место куда попал Россия не имело значимых отличий от бездны, как и там, здесь было ужасно тихо и одиноко: «Я… Я не понимаю… Этого не может быть… Это… Это… Боже… Куда я попал, а главное за что…» — сокращённо пронеслось в голове России.       — Россия… — неожиданно звучавший голос позади, заставил Россию вздрогнуть от неожиданности, обернувшись он ожидал увидеть, что или кого угодно, но то кого именно пришлось ему повстречать заставило его по настоящему застыть на месте от шока.       Перед ним стояла до боли знакомая по долгим годам доброй дружбы, рассеянный от удивления, но такой же верующий в будущее взгляд, потрёпанная временем одежда и практически идентичная внешность своего старшего брата, лишь отличающаяся более молодыми чертами.       — ГДР… — почти шёпотом выдавил из себя Россия.       — Не думал, что наша встреча может состояться… Так скоро… — продолжил говорить ГДР с огромным сочувствием глядя в его сторону.       — Стой… Стой… Ты… Ты же… У-умер… — Россия в шоке перевёл свой взгляд с умершего много лет назад друга на ладони своих рук. — Это… Это значит… Я… Я тоже…       — Я бы не совсем согласился с вашем предположением мой юный друг, — вновь обернувшись Россия увидел перед собой чью-то статную фигуру одетую в военный мундир середины девятнадцатого века из-под старого пикельхельма с ярким золотым орлом, на Россию глядело два амбициозных серых глаза. — Ох, Ich bitte um Entschuldigung [Прошу прощения], я совсем забыл представиться, моё имя Королевство Пруссия, но так как ты являешься другом моего правнука, то можешь называть меня просто Herr Königreich Preußen [Господин Королевство Пруссия].       — Opa! Wie oft habe ich dir schon gesagt, dass nicht jeder deine Art von Humor versteht! [Дедушка! Сколько раз я уже вам говорила, что ваш своеобразный юмор понимают не все!] — произнесла неожиданно появившаяся возле Королевства Пруссии, его внучка, Веймарская Республика, как и много лет назад до своего ухода из политики и неожиданной смерти, спустя пару месяцев после прихода к власти её младшего брата, она всё так же была одета в строгий женский деловой костюм.       — In Ordnung, in Ordnung, in Ordnung [Хорошо, хорошо, хорошо], надеюсь ты не слишком обижен или испуган моим не самым лучшим, по словам некоторых, юмором, — ответил Пруссия и тут же добавил. — Можешь звать меня Пруссия, хотя, с дозволения моей внучки, хочу заострить ваше внимание на том, что вариант Herr Königreich Preußen звучит намного лучше и красивее!       — Прошу прощения, но кажется вы упоминали, что не совсем согласны с моими мыслями о том, что я умер, — спросил у него Россия.       — Ах, конечно, — снова ответил Пруссия. — Ну, во-первых по лучше приглядись ко всем нам прямо сейчас, а затем посмотри на самого себя.       Россия стал осматривать всех присутствующих перед ним личностей более подробно, а затем вновь перевёл взгляд на самого себя, заметив в каждом из них одну общую внешнюю закономерность. И Пруссия, и ГДР, и Веймарская Республика в отличии от России были слегка прозрачными и если они переставали двигаться и просто стояли на одном месте не делая каких-либо движений, то можно было увидеть, что эта особенность их внешнего вида была видна намного лучше чем когда они двигались всем своим телом или отдельными его частями.       — Теперь попробуй ударить меня со всей своей силы! — продолжил Пруссия поставив себя прямо под удар России, но заметив его смятение, он лишь спокойно ухмыльнулся краем своего рта. — Ну, же! Смелее! Не бойся, мне ничего не будет! Боже мой, даже твой дед был намного смелее и решительнее в твоём-то возрасте!       Россия легонько ударил прямо в грудную полость Пруссия, сильно удивившись когда его рука прошла сквозь прадеда ГДР. Попытавшись проделать тоже самое со своим собственным телом, рука России упёрлась об препятствие в виде своего собственного тела не дававшему кулаку пройти дальше.       — Что и требовалось доказать! — победоносно сказал Пруссия положив руки на свой бок. — Можете не так сильно паниковать мой юный друг, ты ещё живой и будем надеяться, что останешься таковым ещё пару сотен лет, на данном этапе всё зависит лишь только от твоего организма и его отчаянного желания бороться за свою жизнь! Одним словом, считай, что сейчас ты стоишь на границе мира живых и мира мёртвых, именно поэтому прямо сейчас, ты можешь спокойно общаться со всеми нами, если говорить честно, то подобных случаев за всё моё нахождение здесь я практически не встречал!       «Ну, по крайней мере я услышал хотя бы одну неплохую новость за всё это время.» — подумал Россия и вновь оглядевшись вокруг, он снова задал вопрос:       — Мне очень приятно слышать, что я ещё жив, но тогда где я нахожусь? По правде говоря это место не похоже на описание рая или подобных ему мест.       Пруссия было открыл свой рот, чтобы ответить на вопрос которой задал Россия, но Веймарская Республика быстро перебила его обратившись к ГДР:       — DDR, mein Junge, könnten Sie in die UdSSR gehen, damit er sich mit seinem Sohn treffen kann, und jetzt werde ich die Frage Ihres Freundes beantworten [ГДР, мальчик мой, не мог бы ты сходить за СССР дабы он смог встретиться со своим сыном, а я пока отвечу на вопрос твоего друга.] — ГДР положительно кивнул головой и торопливо побежал куда-то быстро скрывшись из поля зрения России, проводив его взглядом Веймарская Республика продолжила говорить. — Как ты уже понял, после своей смерти, каждый из нас попадает в загробный мир и в зависимости от совершённых нами ещё при жизни поступках, будет решаться, проведём ли мы оставшуюся нам бесконечность в Раю, проведём остатки своего времени в бесконечной пустоте, где мы находимся в данный момент или же будем вечно мучаться в Аду.       — Можно ли узнать про Рай, Ад и эту пустоту более подробно? — спросил у неё Россия.       — Конечно можно! — ответила ему Веймарская Республика. — Давайка начнём с тобой по порядку! В Рай попадают лишь те счастливчики, что за всю свою жизнь совершили больше хорошего чем плохого, за это они награждаются самой тихой и прекрасной жизнью которую только можно было пожелать в мире людей, а так же, они имеют право беспрепятственно ходить по прочим частям загробного мира, поэтому я сейчас и могу спокойно разговаривать здесь, и даже ненадолго появляться в мире живых, похоже из-за этого, я полагаю и появились истории о привидениях. Идём дальше! Те из нас кто при жизни только и совершал ужасные деяния и нисколько не искупил своей вины, отправляется в Ад где ему уготовлены вечные муки, что даже и не могли сниться им в самых страшных ночных кошмарах… И наконец, просто бесконечная пустота, её вечными жителями становятся те кто при своей жизни совершил как, что-то доброе, так и что-то плохое или хотя бы пытались искупить свои прошлые ошибки и признавали свою вину, по итогу не попадая ни в Рай, ни в Ад. В общем говоря, сюда попадает основное большинство попавших в загробный мир. У этого места нет точного названия и все его обитатели зовут это место по разному, я например привыкла называть это просто «Чистилище».       —Und ich mag den Namen «Das Königreich der endlosen Langeweile, Herr, aber wenn hier etwas wirklich Interessantes passiert», einfach und geschmackvoll! [А мне больше нравится название: «Царство бесконечной скуки, господи, да когда здесь произойдёт, что-нибудь по настоящему интересное», простенько и со вкусом!] — сказал Пруссия.       — Opa, niemand außer dir ist schuld daran, dass du deinen Lebensweg so aufgebaut hast, dass du am Ende hier gelandet bist! [Дедушка, никто, кроме тебе самого, не виноват, что вы построили свой жизненный путь так, что в конце-концов попали сюда!] — ответила ему Веймарская Республика.       — Herr Preußen, ich fürchte, Sie müssen Ihrer Enkelin noch einmal zustimmen, denn als wir noch lebten, waren wir alle für unser Handeln verantwortlich und hätten verstehen müssen, zu welchem ​​natürlichen Ergebnis dies alles führen könnte [Господин Пруссия, боюсь в очередной раз вам придется согласиться со своей внучкой, ведь ещё живыми мы все несли ответственность за наши поступки и должны были понимать к какому закономерному итогу это всё может привести] — знакомый голос заставил Россию невольно вздрогнуть от неожиданности, повернувшись он обнаружил вернувшегося ГДР возле которого стояла столь знакомая высокая фигура, всё такое же холодное лицо в котором не читалось не единой эмоции, но в тоже время такие живые глаза выдававшие всё, то, что творилось и боролось внутри него. Сказав это, он напрямую обратился к России. — Здравствуй Россия, давно не виделись не правда ли?       На мгновение Россия оторопел от волнения, что сковало его на одном месте в мгновения ока. Он пристыжено смотрел в пол, боясь посмотреть своему отцу прямо в глаза и увидеть в них самое настоящее разочарование. Столько лет их отец строил всё, что они имеют в данный момент, столько лет он развивал это, тратил свои силы, проливал свою собственную кровь, чтобы всё над чем он трудился практически всю свою жизнь справедливо досталось его детям. И после его смерти, этим самым детям, понадобилось всего пару лет, чтобы уничтожить всё, что построил их собственный отец. Наконец собравшись с силам Россия, еле слышно, произнёс своему отцу:       — П-прости отец… Пожалуйста прости… Всё… Всё над чем ты так долго трудился… Я… Мы… Всё развалено… — подняв свои глаза Россия ожидал увидеть, что услышав это его отец просто развернётся и не захочет вести с ним дальнейшего диалога, как он это делал ещё при своей жизни, но вместо этого Советский Союз подошёл к своему сыну ближе и положил свою руку на его плечо от чего Россия неожиданно вздрогнул, от до жути пробирающего всё его тело холода.       — Вижу, как оказалось, ломать намного легче чем строить, — произнёс он совершенно спокойно.       — Как оказалось, это действительно так, — ответил ему Россия. — А ещё оказалось, что нам хватило всего лишь года, чтобы окончательно стать для друг-друга чужими… Но в тоже время, недавно, у меня появилась надежда, что мы вновь сможем стать той семьёй которую мы потеряли тогда!       Россия подробно рассказал своему отцу обо всех событиях, что произошли после его смерти и обо всём, что произошло совсем недавно, найдя в своём собственном отце благодарного слушателя. Внимательно выслушав своего сына, Советский Союз выразил личное мнение, что вероятность их сближения, как семьи, хоть и не является сто процентной, но в тоже время она существует и упускать такую возможность будет только настоящий дурак. Неожиданно ГДР попросил у своего приёмного отца, прогуляться с Россией и просто поговорить с ним по душам, если конечно ни Россия, ни Советский Союз не возражали. Получив немое одобрение от последнего, Россия и ГДР отправились прогуливаться по огромному, казалось бесконечному, пространству, вспоминая различные случаи из их такого далёкого детства и юности.       — Слушай Россия, — сказал ГДР. — А ты помнишь нашу с тобой первую встречу? Ты же помнишь тот самый момент с которого и началась наша дружба?       — Конечно помню! — ответил ему Россия нервно взглотнув. — Тогда ты приехал к нам погостить на некоторое время и…       — Россия, похоже твоя память начинает тебя подводить, — саркастично произнёс ГДР. — Наша встреча произошла гораздо раньше.       — Разве… — замялся Россия в замешательстве. — Но я хорошо помню, что именно тогда мы с тобой впервые и встретились… Не могли же мы видеть друг-друга раньше…       — Если честно, то тогда в Аушвице ты был намного честнее — слова ГДР заставили Россию застыть на одном месте.       — О-откуда… Откуда… Ты… — только и смог выдавить из себя Россия.       — Знаешь, когда твой отец проводил свой допрос, я спросил у него, как же он допустил твоё предательство и почему тогда ты не понёс заслуженного для предателя наказания, — вновь ответил ГДР. — Но когда я узнал истинную причину твоего перехода на сторону врага… Я попросил не заносить меня в список тех кому изменят память… Россия, я бы хотел извиниться перед тобой… Даже в тот тяжёлый момент, ты смог выбрать борьбу с противником и помог приблизить наступления скорой победы… Наверное ты сильно страдал когда от тебя отвернулись все кого ты тогда знал… Пожалуйста… Прости…       — Ничего страшного, я нисколько не обижен и поступил бы на твом месте точно так же если бы узнал, что мой лучший друг нас предал. — дал свой ответ Россия и тут же спросил. — Есть ли ещё кто-нибудь, кто знает об этом?       — Кроме меня говоришь… — ГДР задумался на некоторое время, а после ответил. — Если мне не изменяет память, то кроме меня об этом знает только Польша, что тоже попросила не менять ей память.       Россия удивился:       — А она то, почему решила оставить свою память об том времени?       — К сожалению я этого не знаю, — сказал ГДР продолжая идти вперёд. — После войны она не слишком распространялась об этом, так что мы можем лишь гадать какие причины двигали ею тогда, но если я не ошибаюсь, кажется она как-то случайно оговорилась, сказав, что-то вроде этого: «Я не хочу забывать, то время, которое тогда не ценила проводя бок о бок с ним», если честно я ничего не смыслю в романтике, может быть ты знаешь кого она имела в виду?       — По правде говоря, я не могу дать чёткого ответа о ком она может говорить, — ответил Россия. — Сам удивлён, что с её взрывным характером она сможет полюбить кого-то кроме себя.       Два старых товарища продолжали идти вперёд и чем дальше они проходили, тем сильнее Россия убеждался в словах Веймарской Республики, что именно в этом месте находится большинство умерших стран. Казалось, будто кто-то построил машину времени и собрал сотни известных, и не очень, личностей из разных эпох и поместил их в одном месте. До России доносилось множество разных голосов которые он никогда не слышал в своей жизни и сотни множество фигур, что были одеты в различные одежды их уже давно ушедших эпох. Как объяснил ГДР находившийся в этом месте намного дольше России и знавший его намного лучше, большинство, из стран попавших сюда, чаще всего объединяются в различные группы состоящих из родственников и бывших союзников иногда пересекаясь с другими умершими государствами, что весьма часто может закончиться словесной перепалкой причиной которой может стать любой поступок, что был совершён между ними ещё до попадания сюда. Так группа родственников ГДР была одной из самых многочисленных, что они встречали на своём пути, несомненным её лидером был Германская Империя приходившийся ГДР родным дедом. По рассказам ГДР, до попадания сюда, родного деда ему пришлось видеть своими глазами лишь один раз в своей жизни, когда его отец решил показать, их дедушке, укрывавшемуся на территории Нидерландов после окончания Первой Мировой Войны, его внуков. Когда они прибыли в Дворец Дорн, перед их глазами предстала высокая фигура, как и Пруссия, что вечно не желал снимать свой военный мундир в котором он одерживал столько блистательных побед, их дедушка также был одет в своей тёмной военной форме с рядом военных наград и медалей на своей груди, на его голове красовался вечно вычищенный до блеска пикельхельм с орлом вместо привычной пики, что носил Пруссия. ГДР не помнил как встретил их его дедушка, но точно запомнил, что тогда он производил вид самого сломленного живого существа когда-либо находившихся на Земле. Его смерть произошла всего за несколько дней до вторжения Вермахта на территорию Советского Союза, он умер своей собственной смертью, что было большой редкостью для большинства стран попавших в загробный мир не своей собственной смертью.       Чуть дальше от предков ГДР находился один из их самых главных врагов и по совместительству один из главных поводов Франции для гордости; знаменитая двууголка прозванная «Маленькая шляпа», походный сюртук в котором он выиграл не одно сражение, белоснежные штаны и сапоги доходивших до его колен, стало быстро понятно, что в паре метров от них находится Французская Империя ещё при жизни прославившийся как один из самых величайших полководцев, что только появлялись на Земле. Он был словно срисован со множества картин и портретов которые ещё будучи ребёнком видел Россия. В отличии от многих других государств, только Французская Империя находился полностью в окружении своих союзников и марионеток, держась от большинства своих родственников обособлено. ГДР объяснил, что из-за своей великой славы он не столь часто общается с остальными своими предками и потомками, лишь Третья Французская Республика за счёт своих обширных колониальных владений и победы в Первой Мировой Войне чаще остальных могла подходить к своему предку и уж тем более говорить с ним.       — Я представлял его намного выше чем он есть на самом деле, — в шутку тихо сказал Россия своему другу когда они проходили мимо Французской Империи. Неожиданно голова величайшего полководца повернулась в его сторону и ''наградила'' таким холодным взглядом полным гнева и презрения, что России стало не по себе, а по спине пробежали мурашки.       Было ешё множество государств, что представали перед взглядом России с каждым новым шагом по этому месту. Могущественные империи, великие завоеватели и полководцы, грамотные политики и полные бездарности чьё наследие предков развалилось как карточный домик, все эпохи смешались в одну большую солянку из представителей разных эпох от древних греческих полисов с их несменными лидерами Афинами и Спартой, до таких величайших завоевателей как Македонская и Римская Империи, чьё влияние и амбиции уходили далеко за территории завоёванных им территорий. Наконец Россия и ГДР внезапно остановились на одном месте, прямо перед их взором предстала картина огромной чёрной пустоты у которой не было ни конца, ни начала.       — Дальше дороги нет, — заявил России его старый друг с отлично слышимым желанием по скорее уйти от сюда. — Нам всё равно пора возвращаться… Думаю у тебя ещё остались истории для своего отца…       — Но что это? — спросил у него Россия, но ГДР будто проигнорировал его вопрос.       — Это граница между местом в котором мы сейчас находимся и тем, куда попадают государства достойные за свои деяния подвергаться вечным мучениям… — неожиданно зазвучавший голос Советского Союза позади заставил Россию чуть-было не подпрыгнуть от неожиданности.       — Говоря простыми словами, — продолжила за него Веймарская Республика. — Это самый настоящий вход в Ад…       Россия вновь посмотрел на чёрную пустоту находившуюся перед ним: «Не слишком похоже на вход в место вечных мучений, скорее будто создателю этого мира просто было лень создавать качественные границы между этими мирами и он оставил всё как есть…» — подумал он. Подойдя слишком близко к входу в Ад, ни с того ни с сего, у России возникло неотвратимое; огромное желание прикоснуться к этой чёрной бездне, проникнуть прямо туда и затеряться в ней навечно. Уже потянув к чёрной бездне одну из своих рук и практически прикоснувшись с ней, Россия неожиданно вновь пришёл в себя от резкого холода пробиравшего его в плечах и ставшим резко опускаться вниз. Повернувшись, он увидел, что: Советский Союз, ГДР и Веймарская Республика будто специально одновременно опустили свои призрачные холодные руки на его плечи и знаками показывающими по скорее уйти от этого места подальше. Отойдя на приличное расстояние от входа в Ад, Веймарская Республика постаралась объяснить ему то, что произошло прямо сейчас:       — Прости, что не рассказала тебе раньше, как-то это вылетело из головы… Старею наверное… — сказала она при этом весьма серьёзно глядя ему прямо в глаза. — Места в которые ты попадаешь после своего появления в Загробном мире не бесконечны. Все они имеют свои собственные размеры и границы, как например то, что ты наблюдал пару минут назад. Но такие места как Ад… Это места с ужасной энергией… Из-за нахождения огромного количества зла в одном месте на протяжении стольких тысяч лет, не только сам Ад, но и его граница стали ужасно опасными для нас в данный момент… Смертельно опасными…       — П-подождите… — опешил Россия. — В каком смысле… Смертельными… Но ведь душа она… Она бессмертная и…       — Да, душа бессмертна… — ответил ему Советский Союз. — Это правда, но бессмертна она, только в Раю и этом Чистилище, как говорила Веймарская Республика, за долгие годы концентрации в одном месте такого количества зла, а уж тем более учитывая тот факт, что это самое зло каждый день пытает зло похуже… Вообщем, если говорить кратко, Ад попросту научился уничтожать нас окончательно и прошу поверить мне на слово, твоя бессмертная душа там ничего не значит, для них это просто очередная игрушка которая уже через пару минут будет разорвана на месте. Это место настолько опасно, что даже святоши из Рая не решаются заходить туда, чего уж говорить об нас, если кто-то от сюда или из Рая решит когда-нибудь взглянуть на страдания обитателей Ада, живым он назад не вернётся…       — Но тогда, как же вы узнали про это не заходя туда? — недоумевающе спросил Россия.       — Есть одна интересная лазейка которая сильно помогает нам в этом, — произнесла Веймарская Республика тут же переместив свой взгляд на своего племянника и Советского Союза. — Вы же не против, что я украду Россию на некоторое время? Покажу ему место в котором я проживаю оставшуюся для себя бесконечность.       ГДР и Советский Союз дали своё короткое положительное согласие, Веймарская Республика повернулась к России и сделав ему своей рукой знак следовать за ней направилась куда-то вперёд. Россия поспешил за ней, иногда с трудом поспевая, за идущей впереди Веймарской Республики торопящийся вперёд настолько быстро, будто то место куда она идёт в любой момент может навсегда исчезнуть. Наконец, скоро они достигли границы Рая и так называемого, Веймарской Республикой, чистилища, пересекая границу двух миров, Россия на время был ослеплён ярким солнечным светом светившим ему прямо в глаза. После того, как он наконец-то открыть свои глаза перед Россией предстала великолепная, живописная картина природы. По всюду росли самые настоящие растения, на деревьях радостно пели птицы, а где-то он даже услышал животный топот.       — Нравится? — спросила у него Веймарская Республика мягко улыбнувшись. — Будешь хорошо себя вести, возможно сможешь провести целую бесконечность в таком приятном месте, хотя компанию найти здесь ужасно трудно поэтому если так сильно захочется общения… Ой, извини, что-то я заговорилась… Пожалуйста, следуй за мной!       Продолжая свой путь мимоходом Веймарская Республика более подробно рассказывала России об устройстве Рая и о его жителях, последний настолько заслушался Веймарскую Республику, что не заметил как прошёл сквозь одного из обитателей Рая и тут же съёжился от холода.       — Простите… Мне очень жаль, я просто вас не заметил… — спешно извинился Россия обернувшись к стране через которую он совершенно случайно прошёл и тут же обомлел увидев кому он принёс такой дискомфорт.       Золотая корона украшала её голову, тело было одето в длинное салатовое платье, талию которого обхватывал пояс со множеством различных драгоценностей, красный плащ закрепляющийся золотой брошью окончательно закреплял её образ.       — Всё в порядке, тебе не стоит беспокоиться, — ответила ему Византийская Империя. — Веймарская Республика, ты не сообщала, что нам нужно ожидать гостей. По крайней мере я могла бы подготовиться к его приходу намного лучше!       — Приношу мои глубочайшие извинения, но я привела моего товарища просто, чтобы продемонстрировать одну вещь которая есть только у нас! — сказав это Веймарская Республика тут же прибавила. — Думаю раз вы не раз выходили в мир живых, Россия в представлениях вам не нуждается.       — Очень приятно наконец-то познакомится с тобой на прямую, — произнесла Византийская Империя по королевски приветственно поклонившись, чем она не мало смутила Россию. — Не хотелось бы хвастаться, но я лично знала нескольких ваших предков и весьма часто пересекалась с ними. После своей гибели, я весьма серьёзно следила за успехами вашей семьи, честно говоря… Вы так походите на своего покойного дедушку… Ох, прошу прощения, видно меня понесло не совсем туда, куда было нужно изначально, то есть… Прошу прощения… Я вынуждена удалиться, надеюсь вам у нас понравится…       Сказав это Византийская Империя тут же в мгновения ока быстро скрылась в зарослях ближайших деревьев, заставив Россию недоумевающе смотреть прямо ей вслед. Продолжив свой путь они оказались на просторной солнечной поляне, посреди которой находилось, что-то отдалённо похожее на небольшой садовый пруд, приблизившись к которому чуть ближе, Россия заметил, что жидкость наполнявшая этот пруд с самого его дна никак не была похожа на столь знакомую ему воду, скорее напоминая странную жидкость серебристо-белого цвета похожую на ртуть. Веймарская Республика осторожно присела возле пруда и жестом показала ему сделать точно так же, когда Россия уселся возле неё она заговорила:       — Тысячи лет это место позволяет нам заглядывать туда, где на веки заточено множество зла, что годами до самой своей смерти несло в этот мир смерть и разрушение, уносило на этот свет множество невинных жизней и даже после своей справедливой гибели… Они обладают столь огромной жаждой мести за свои страдания там и таким же огромным желанием выбраться на свободу, вернуться в мир живых, что порой лишь сам Ад и даже его кошмарные обитатели с трудом сдерживают их попытки побегов…       — То есть… Если даже один обитатель Ада сможет сбежать… — сказал Россия глядя на пруд. — Это значит…       — Начнётся резня… Кровавая и ужасная резня… — сухо ответила ему Веймарская Республика. — И мы ничего не сможем с этим поделать…       — А если… Допусти их сбежит четверо? — спросил у неё Россия.       —Откровение Иоанна Богослова, шестая глава, первое появление четырёх всадников, — вновь ответила Веймарская Республика прибавив ещё серьёзней чем когда-либо. — Вас ждёт апокалипсис…       На минуту вокруг них воцарилась тишина, которую продолжали нарушать безмятежные райские шумы звучавшие отовсюду. Там, на Земле, всё продолжало жить своим чередом, живое рождалось, а мёртвое умирало. Никто из тех кого знал Россия, даже и не мог подозревать о том, что в любой момент из недр Ада смогут вырваться настолько могущественные монстры в обличье государств и тут же устроить им всем свой собственный краткосрочный, но весьма мучительный филиал Ада на Земле.       — Впрочем, пока этого не произошло, я предлагаю тебе взглянуть на то, как же сейчас отбывают своё заслуженное наказание, мучители миллионов судеб! — произнесла Веймарская Республика стараясь хоть как-то перейти с темы апокалипсиса на, что-то другое. — Дабы взглянуть на это, нужно просто коснуться своей рукой этой жидкости… Вуаля, сегодня на больших экранах один день из жизни в Аду… Надеюсь ты успел купить на это билет…       Коснувшись жидкости своей рукой так же как это сделала Веймарская Республика, постепенно Россия стал видеть как жидкость к которой он прикоснулся с каждой секундой становилась всё более и более прозрачной, пока через пару мгновений перед его глазами не предстал мир о котором говорила Веймарская Республика. Ад представлял собой огромное багрово-тёмное место покрытое лавовыми реками и отрывистыми острыми скалами, с которых изначальные обитатели Ада с диким хохотом сбрасывали новоприбывшие души прямиком в большую, тёмную и ужасно глубокую дыру чем-то напоминающую газовый кратер дарваза, что находится на территории Туркменистана. По всюду горело огненное пламя, тепло от которого во множество раз превышало мощность любого пламени на Земле, будто голодный зверь, оно набрасывалось на попавшие в Ад души никак не убивая их, но принося им ужасные страдания; крики страха, отчаяния, мольбы о помощи и злобный злорадный смех смешались в один большой звук, заставивший Россию вздрогнуть от наплывшего чувства дежавю.       Глядя на ужасную картину, что сошла с полотен знаменитого художника Сандро Боттичелли, Россия заметил, что среди множества душ; которых пожирали огромные демонические создания, пытали, били, мучили, подобно кровавым зверям жаждущим мучений прочих живых существ, демоны и черти. Были весьма знакомые лица, что часто сильно повлияли на мировую историю надолго оставив следы о себе на страницах множества книг и писаний.       К огромному столбу, которого по каким-то причинам не брало всепоглощающее адское пламя, в своём лучшем железном хуяге, железном шлеме дуулга с небольшим, круглым щитом на поясе и висевшем там же мечом йилду, народ-создатель которого, очевидно скопировал его у китайцев. Пленником этого места, был величайший завоеватель Азии, имя которого в своё время наводило ужас на любого, Монгольская Империя, великий и далёкий предок Монголии, властитель огромного государства чьи границы простирались Центральной Азии до Адриатического моря. В своих бесчисленных военных походах, он уничтожил около сорока миллионов человек, сотни городов остались лежать в руинах, а некоторые даже не смогли восстановиться, даже после ухода монгольского войска. Теперь, он, великий завоеватель, бич всего мира, привязан прочными стальными цепями к огромному деревянному столбу и полностью с самых своих ног до конца железного шлема был покрыт следами от попаданий сотен стрел, старыми давно сломавшимися или застрявшими в теле стрелами и стрелами, совсем свежими, что только недавно метко попали в свою цель. На значительном расстоянии от бывшего завоевателя, во весь рост стояли сотни воинов-лучников натягивающих в свои знаменитые монгольские луки, что по своей силе не уступали и даже могли превосходить луки которые использовал Королевство Англия во время Столетней войны. На спине каждого лучника находился колчан с тремя десятками стрел, а в запасе имелся как минимум ещё один комплект колчана, если неожиданно у одного из воинов заканчивались стрелы, то его просто сменял, неожиданно появившийся, другой воин, дабы мучения великого Хана могли продолжаться без всяких остановок.       Ушедший же воин, спокойно присоединялся к большой группе других воинов, что пировали на нескольких огромных дощатых настилах, так же был раскинут огромный шатёр, внутри которого воины пировали и веселились от всей своей души, а под всем этим весёлым адским праздником находился единокровный сын великого завоевателя Азии, вдавленный всем своим телом до самой крови, что уже давно залила всё под настилом и продолжала лить дальше, главный враг, предков России, Золотая Орда.       За свои руки, невысоко от горячей, как магма, земле, был подвешен Талибан, если Монгольская Империя и Золотая Орда убили множество людей во время своих завоевательных походов, то эта личность, убивал ради своей религии. Вместе со своими «братьям» по оружию, при поддержке США и множества других стран, он с жестокостью убивал солдат армии Афганской Демократической Республики и Советских воинов-интернационалистов. Долгие годы, он вёл партизанскую войну и если бы не помощь из-за рубежа, то скорее всего, проиграл бы её в первые же годы Афганской войны, но через два года после вывода Советских войск из территории Афганистана, он и его «братья» смогли одержать долгожданную победу. Впрочем его правление покрытое мраком радикального исламизма закончился тогда, когда США, что активно поставлял ему оружие, всячески поддерживал и чуть-ли не в открытую считал своим другом, не попался в капкан, который сам и поставил, сделав из когда-то процветающей территории Афганистана, свободную базу для подготовки террористов всех мастей, а так же распространения торговли наркотиков, которую перекрывали и не давали распространиться «злые» войска Советского Союза. После первой же террористической атаки дружков Талибана, одиннадцатого сентября две тысячи первого года, США и его союзники ввели войска на территорию Афганистана, быстро устранив Талибан и многих других его дружков, а державшуюся много лет в самом настоящем плену, Афганистан, восстановили в правах как законного правителя. Теперь Талибан вечность будет подвергаться тому, чему на его глазах подвергались тысячи военных Афганистана и Советского Союза. Подвешенного за руки, его кожа медленно подрезалась вокруг всего тела и также медленно заворачивалась вверх. Каждый раз Талибан просыпался после огромной ведённой дозы наркотиков и каждый раз, он сходил с ума от болевого шока в конце-концов умирая, кожа вновь восстанавливалась и процедура продолжалась заново пока бывший террорист вновь не проснётся от действ наркотических веществ. Его же дружки в это самое время находились совсем рядом, так же, как они ещё при своей жалкой и грязной жизни, отпиливали советским военнослужащим руки и ноги и лишь после их долгих мучений отрубали им головы, а за тем играли в них в «бузкаши», так и сейчас, но уже они становились на место своих жертв. Разумеется, только этим безжалостные убийцы не смогли отделаться от справедливого суда, что распределил их дальнейшие обитание: им оставляли в самых жарких местах Ада делая на животах небольшой разрез, так что все внутренности распухали и их единственным избавлением была смерть, которая, увы, для них не наступала. Им полностью живьём сдирали кожу. Отрезали уши и носы, рассекали животы и вырывали кишки наружу, отрубали головы и запихивали всё это в распоротую брюшину. Живьём сажали на кол, выкалывали глаза, кололи ножами, забрасывали камнями, огромные афганские овчарки с залитыми, от ярости, кровью, глазами вцеплялись в их горла.       Отведя взгляд от справедливо мучившихся чудовищ, Россия заметил необычную картину, что выделялась на фоне всего происходящего вокруг ужаса и отчаяния. Где-то на одной из отвесных, багрово-красных скал, находилась относительно небольшая группа людей полностью одетых в белые защитные костюмы, что обычно используют вирусологи при работе с очередным штампом опасного вируса. По среди их столпотворения находился стол предназначенный для операций, что сильно озадачило Россию заставив его сильнее приглядеться к ''пациенту'' находившемуся там. Этим ''беднягой'' была мать его подруги Японии. Бывшая Азиатская Империя, теперь крепко накрепко связанная по рукам и ногам толстыми ремнями, вся покрытая сотней язв и прочими следами различных болезней, она лишь безнадёжно наблюдала за тем как группа учёных, что ещё при её жизни верно служили ей, теперь совершенно спокойно вводит в её тело очередной вирус опасный для любого живого существа в несколько сотен раз. Японская Империя обожала науку: «Наука всегда была лучшим другом убийц» — не один раз произносила она при своей жизни когда дело доходило до разговоров о силе науки, «Наука может убить тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч, миллионы людей за весьма короткий промежуток времени», императрица вполне хорошо знала о чём она говорила, ведь своим упорным трудом она смогла добиться образования биолога и вполне прекрасно разбиралась в этом, особенно когда речь могла зайти о бактериологическом оружии. Японская Империя считала, что именно это оружие поможет ей завоевать мир и исполнить своё божественное предназначение, править всем миром. Для этого на рубеже тридцатых годов двадцатого века, после путешествия Японской Империи по различным бактериологическим лабораториям различных государств, она приняла решение о создании оружия, что должно было принести её империи огромную пользу.       «В отличие от артиллерийских снарядов, бактериологическое оружие не способно мгновенно убивать живую силу, зато оно без шума поражает человеческий организм, принося медленную, но мучительную смерть. Производить снаряды не обязательно, можно заражать вполне мирные вещи — одежду, косметику, пищевые продукты и напитки, можно распылять бактерии с воздуха. «Пусть первая атака не будет массированной — все равно бактерии будут размножаться и поражать цели» — доложила она в своём собственном докладе, что сильно впечатлил её военное руководство, что тут же выделило необходимые средства для создания специального комплекса. Комплекса, что отнял жизни тысяч невинных людей, провёл множество жестоких экспериментов и запомнился всему миру под ужасно простым названием: «Отряд 731».       Отряд 731 проводил свои ужасные эксперименты над «брёвнами», так они называли всех людей, что попадались им в руки и больше уже никогда не возвращались из их комплекса смерти. Запирая их в настолько мелких камерах, что бедные узники даже не могли пошевелиться, людям вводили различные инфекции наблюдая за тем как они медленно умирают в ужасной агонии, не чурался отряд и вскрытием ещё живых людей, дабы узнать, что же происходит внутри их организма. Но отряд практиковал не только эксперименты связанные с различными опасными инфекциями и вирусами, проводились эксперименты целью которых было выяснить пределы человеческой выносливости. Людей холодными ночами опускали в воду с температурой 122 градуса по Фаренгейту до тех пор пока не получали обморожение, затем жертву вытаскивали и различными методами изменяли температуру наблюдая за отмиранием мышечной ткани. Кого-то, отряд заживо превращал в мумий, для ВВС Японской Империи проводились эксперименты в барокамерах, где при постепенном увеличении давления японцы просто-напросто взрывали своих жертв дабы определить максимально допустимую высоту для своих лётчиков, просто из любопытства отряд вырезал у своих жертв разные части тел наблюдая за тем как долго проживёт организм без них. Людям меняли местами конечности, переливали кровь животных, ошпаривали тела кипятком, тестировали на чувствительность к электронам, заполняли легкие человека большим количеством дыма или газа, вводили в желудок живого человека гниющие куски ткани. После того, как Советский Союз начал свою наступательную операцию в Маньчжурии, отряд экстренно уничтожил большую часть пациентов в газовых камерах или «благородно» позволил покончить жизнь самоубийством. И вот теперь, главная виновница мучений тысяч людей, знающая и поощряющая всё это, Японская Империя год за годом, век за веком, миллиарды лет, она будет чувствовать, то, что чувствовали жертвы зловещего отряда 731.       Устав от всех ужасных картин Ада, Россия уже было хотел отдёрнуть свою руку от пруда и забыть абсолютно всё, что он видел сейчас, как страшный сон, но своим боковым зрением он случайно заметил весьма знакомую фигуру, которую силком тащили две более высоких фигуры одетых в офицерскую форму Вермахта. Их жертва, что есть силы пыталась вырваться, но руки офицеров лишь ещё крепче сжимались не давая «бедняге» и шанса на то, чтобы выбраться из их цепких рук. Вся его тёмная форма была изодрана в клочья, а на левой руке висели остатки когда-то целой повязки, белоснежная рубашка была заляпана следами от крови, а на лице было заметно видно следы от недавних побоев, что носили весьма садистский характер. В этой жалкой, растерзанной и избитой фигуре было не трудно узнать Третий Рейх. Рассказывать о злодеяниях этого чудовища нет какого-либо смысла, вся планета, всё живое знает о том какое зло, какое горе принёс этот монстр всему живому миру. Сейчас же, он лишь беспомощно озирался вокруг, будто не веря, что вот уже в очередной раз два его бывших поданных после долгого и жестокого допроса с применением пыток, ведут его, великого арийца, туда где по его прямому приказу было уничтожено миллионы невинных людей. Большое здание уже ждало своего посетителя, Россия прекрасно знал, что это за здание и какое наказание ожидает прямо сейчас отца Германии и ГДР. Наблюдая за тем, как Третий Рейх с каждым новым мгновением всё ближе и ближе приближается к газовой камере, Россия заметил, что к его бесплодным попыткам вырваться из цепких рук офицеров, прибавился его уже ничего не стоящий приказной тон:       — Lass los, das ist die Reihenfolge des Schweins, kannst du mich Idioten hören?! [Отпустите, это приказ свиньи, вы слышите меня идиоты?!] — кричал он, что есть силы, России показалось, что крик Третьего Рейха был настолько сильным, что даже Японская Империя медленно умирающая от очередного вируса, попыталась повернуть свою голову к источнику шума. — Hör mir zu, jüdische Schweine, verstehst du wenigstens mit deinem kleinen Verstand, was du jetzt tust? Ich wiederhole noch einmal, lasse mich sofort frei, oder ich schicke dich dorthin, wo du bestimmt bist, nur durch den Ofen zurückzukehren! [Слушайте меня еврейские свиньи, вы хоть понимаете своими мелкими мозгами, что сейчас вы творите? Я ещё раз повторяю, отпустите меня немедленно, либо я отправлю вас туда откуда вам суждено будет вернуться только через печь!]       Но два офицера игнорируя угрозы бывшего фюрера всё также продолжая свой путь, и чем ближе к ним была газовая камера, тем агрессивнее и более потерянно звучал Третий Рейх, пока в конце концов он стал почти слёзно переходить на мольбу обречённого:       — Bitte… Bitte lass mich gehen… Ich bin nicht schuld… Bitte lass mich gehen… Das sind alles Juden… Verdammte Juden… Das sind alles Juden… Bitte… Bitte… [Прошу… Прошу отпустите же меня… Я не виноват… Прошу отпустите… Это всё евреи… Проклятые жиды… Это всё евреи… Прошу… Прошу…] — умолял их Третий Рейх, но было уже поздно, дверь, что вела в газовую камеру стала со скрипом открываться обнажив перед своей жертвой, вид двери и стен, что были истерзанны множеством царапин, на мгновение Третий Рейх застыл с гримасой ужаса просто глядя в бесконечную темноту холодного помещения и когда один из офицеров хотел было силой закинуть его внутрь газовой камеры, он неожиданно упал на землю и обречённо вцепившись руками в раскалённую от жары землю, закричал, что есть силы показывая на свою голову, а вернее на то место где хорошо виднелся след от пулевого ранения. — Nur nicht da… Bitte… ich bitte dich… Mein Kopf… Mein Kopf tut so weh… Bitte… ich bitte… Nicht… [Только не туда… Пожалуйста… Умоляю… Моя голова… Моя голова так болит… Прошу… Умоляю… Не надо…]       — Хватит… — Россия тут же отдёрнул свою ладонь от пруда и с облегчением увидел, как всё, что он видел это непродолжительное время тут же пропало заменив собой серебристо-серую жидкость.       —  Ужасное место неправда ли? — спросила у него Веймарская Республика.— После такого порой настигают мысли, что смерть не самая страшная вещь которая может ожидать нас в конце жизненного пути.       — Добро пожаловать в мою копилку… Новая фобия… — произнёс Россия отодвинувшись от пруда.       — Россия, я привела тебя сюда не для того, чтобы тебя напугать, — в свою очередь сказала Веймарская Республика услышав слова России.— Я хотела, чтобы ты сильнее убедился в том, что каждый из нас несёт прямую ответственность за совершённые нами, ещё при жизни, поступки. И если всю свою жизнь ты приносил этому миру лишь боль, смерть и разрушения, всю жизнь только и делал, что утопал эту планету в океане крови и танцевал на огромной горе мёртвых тел, то и итог после твоего ухода из мира живых станет закономерным. Ад, это одна из множества таких справедливых закономерностей для таких личностей как мой брат и ведь он не единственный в таком своём роде, я видела и по своей неопытности первое время после своей смерти бывала в таких местах… Впрочем, это совсем другая история, думаю нам уже пора возвращаться. Думаю, твой отец и мой племянник очень нас заждались и скорее всего умирают от волнения, не будем же мы, заставлять их зазря волноваться.       Сказав это она дождалась когда Россия соизволит подняться на свои ноги и вместе с ним как ни в чём не бывало, направилась обратно, всё дальше и дальше отдаляясь от пруда. Повстречав на своём пути ещё несколько стран Россия ещё раз убедился в столь малой заселённости столь большого пространства в какой-то момент проведя аналогии со своими территориями Сибири и Дальнего Востока. Вернувшись назад, они обнаружили, что их уже преданно ожидают ГДР и Советский Союз, от последнего России пришлось, как ему казалось, несколько часов выслушивать нудную речь о том, почему ему нельзя было так поступать. Впрочем уже через некоторое время Россия смог освободиться от слишком заботливых родительских оков, продолжая проводить своё свободное время со своим старым другом. За время проведённое здесь, Россия хорошо убедился, что в отличии от обитателей Рая, для обитателей Чистилища, не существует такого понятия время, никто не мог определить, сколько прошло часов или наступило ли сегодня будущее завтра, или каждый из них до сих пор находится в прошлом вчера. Единственным источником информации для них становилось общения с обитателями Рая, что хоть и весьма сильно страдали из-за недостатка общения, но на территорию Чистилища старались вступать не слишком часто, ведь не у всех хватало «святого» терпения на то, чтобы часами отвечать на сотни вопросов от тысяч государств, что интересуются судьбой своих потомков и каждый божий день своего бессмертного существование направляться в мир живых дабы найти ответы на новые сотни тысяч вопросов от своих умерших коллег.       Во время одного из возможных дней прибывания России в Чистилище, его разговор с ГДР вновь затронул тему предков о которых так активно и подробно рассказывал сын Третьего Рейха, очередной рассказ ГДР, заставил Россию задуматься об одной интересной вещи. За всё время его прибывания здесь, он видел предков и родственников множества знакомых ему стран, но ещё ни разу, он не встречал никого из свои собственных предков о которых он был так сильно наслышан и так сильно ими гордился. Из разговоров со своим отцом, он смог узнать, что все их предки и родственники находятся тут же, но в отличии от прочих стран не слишком часто общаются с другими умершими государствами и стараются держаться отдельно от всех. По словам Советского Союза, он встречался с ними всего пару раз за столь долгое время прибывания здесь, но эти встречи были не слишком долгими в основном из-за всё ещё сильного напряжения между им его отцом, а также его старшей сестрой. Узнав всю хоть и скупую, но всё же необходимую информацию, Россия отправился по бесконечному пространству Чистилища стараясь не обращать внимание на излишнее любопытство обитателей Чистилища, что не так часто встречали таких гостей. Во время одного из таких поисков, Россия задумался о чём-то своём и даже не заметил как прошёл сквозь очередного обитателя Чистилища оказавшегося на его пути:  — Юноша, я понимаю всё, вы молодой и у вас ещё впереди приобретения всевозможного жизненного опыта, но… —произнёс тот кому Россия невзначай нанёс такое не удобство и тут же неожиданно замолчал стараясь сохранять холоднокровный вид своего лица, но его глаза вполне хорошо выдавали переполняющие его удивление. — Простите, просто я задумался и не…— Россия также резко замолчал, глядя на государство, что прямо сейчас находилось возле него. Сошедший с сотен портретов перед ним стоя сам Российская Империя в своём обыденном тёмном императорском мундире со стоячим воротником, его яркие эполеты казалось блестели золотом, а к таким же золотым пуговицам тянулся серебряный аксельбант. Ноги были одеты в весьма простые белые и тёмные брюки. — Молодой человек… Как бы это сказать, чтобы вы меня правильно поняли…— произнёс Российская Империя слегка задумавшись, но всё так же продолжая сохранять зрительный контакт. — Не могли ли… Скажем в один момент пересечься… — Дело в том… — произнёс в ответ Россия. — Выходит я ваш-с… Внук… — Внук?! — громко произнёс в ответ дедушка России в миг приняв весьма скептический вид лица. — Я надеюсь, кроме нашего внешнего сходства у вас найдётся весьма достойный аргумент для оправдания своих слов, надеюсь вы вполне понимайте, что это было весьма серьёзное заявление с вашей страны!  — Отец, это Россия, один из твоих двенадцати внуков о которых из-за твоего упрямства у меня не было времени рассказать, — сказал вновь неожиданно появившийся Советский Союз. —Россия, это Российская Империя, твой дедушка о котором ты конечно же хорошо наслышан. — Снова ты… Однако, право дивная работа генов! — ответил им Российская Империя после нескольких минут сомнений. —Уж не слишком часто такое у нас на роду встречалось… И всё же… Позволь узнать, Россия, как же в таком молодом возрасте ты умудрился попасть к нам так рано… — Честно… Последствия ранений от встречи с медведем-шатуном, спасал Сербию когда тот пытался спасти меня и в итоге оказался тут…— ответил ему Россия и тут же прибавил. — Можешь не так сильно волноваться, похоже сейчас, я скорее всего нахожусь в чём-то вроде комы и есть шанс, что могу выбраться обратно в мир живых! — Сколько раз тебе говорили, что такому как ты здесь никогда не будут рады! — грозно крикнула быстро приблизившаяся к ним высокая женская фигура, одетая в военную форму, которую носили русские офицеры под самый конец Первой Мировой Войны.— Ты предатель интересов нашей славной семьи, ты даже и шагу в сторону нашего рода сделать не смеешь! А это ещё кто с тобой?! Очередной «товарищ» из территории немцев? — Взаимно, вновь благодарю тебя, что своими действиями позволила мне выиграть в Гражданской Войне, ибо даже после смерти мне доставляет удовольствие наслаждаться тем моментом, когда я разрушил все твои планы, ещё раз спасибо тебе, сестрёнка.— злорадно произнёс Советский Союз глядя прямо в глаза его старшей сестры, полные неистовой ненависти.— А это «милая» моя, один из двенадцати твоих племянников и племянниц. Знакомьтесь, Российская Республика, это мой старший сын Россия, Россия, это моя старшая сестра Российская Республика.       После недолгого осмотра России с ног до головы старшая сестра Советского Союза со спокойствием произнесла: — Слава Богу, хотя бы твоего сына Господь наградил мозгами раз он смог понять все прелести демократии! — Спасибо, но повторять этот не слишком забываемый опыт, я пожалуй откажусь.— ответил ей Россия тут же увидев в глазах Российской Республики смесь непонимания и негодования.       Не успел Россия опомниться как около него оказалась уже другая, значительно низкая, женская фигура одетая в расшитые золотыми и серебряными нитками пышные сарафаны с до смешного длинными рукавами и закрытым горлом. На груди находились бусы из из крупных яхонтов, а на голове красовалась Шапка Мономаха. — Что же это за дивный сокол, да одет так, прямо диво какое-то! — сказала женская фигура в которой Россия узнал Русское Царство, она с любопытством рассматривала новоприбывшего гостя. — Матушка, это наш прямой потомок! Твой правнук! — радостно произнёс Российская Империя от чего глаза его матери загорелись радостными огоньками. — Если правду глаголишь, то какой же он у нас красавец! Просто заглядение! — продолжала говорить Русское Царство.— Сокол красный не иначе! Идите же все сюда скорее, смотрите какого потомка-красного к нам из далека занесло!       Тут же Россию окружило множество различных княжеств, что с любопытством глядели на своего потомка, на него тут же посыпалось великое множество вопросов о том как же живёт простой люд в его время и до чего дошли дела и разум человеческий. Россия не спеша отвечал на каждый из вопросов заметив, что из всех знакомых ему княжеств лишь Великое княжество Московское, Великое княжество Владимирское и Новгородская Республика вели себя более сдержано, ожидая когда их более мелкие братья и сёстры закончат терзать потомка морей вопросов. Дальше же всех находились Киевская Русь и его отец, родоначальник истории семьи России, Новгородская Русь, эти двое просто наблюдали за происходящим вокруг на расстоянии не имея большого желания вмешиваться в неожиданное событие.       Россия долго отвечал на множество вопросов своих родственников и предков, каждый раз приводя их в шок от новой услышанной ими информации. Вновь ему показалось будто время стало тянуться неестественно медленно, будто бы прошло несколько дней, а то и всех долгих двенадцати месяцев. Неожиданно позади России послышались странные звуки от которых по всему его телу пробежалась волна мурашек, обернувшись Россия увидел перед собой чёрное пространство, что с виду напоминало дверной проход.       — Не хотелось бы это признавать, — сказал Советский Союз глядя прямо в это пространство. — Но боюсь, это прибыло сюда для тебя Россия.       — Как я понимаю, это вход в то самое место, где решится моя дальнейшая судьба? — спросив это Россия посмотрел на своего отца.       — Правильно мыслишь, — ответил ему Советский Союз положительно мотнув головой.— Чтобы там не случилось, я прошу тебя лишь об одном, не ври им, если ты не только чувствуешь свою вину за что-то, признай её и не смей оправдываться. Даже если судьба распорядиться так, что ты навечно останешься среди нас, то по крайней мере не станешь очередным соседом Третьего Рейха.       Сделав несколько шагов к чёрному пространству, Россия быстро обернулся и быстро оказавшись у своего отца по ребячески обнял его, тут же, почувствовав, как что-то холодное прошло через всё его тело.       — Если есть шанс того, что я смогу вернуться в мир живых… Есть ли, что-нибудь, что ты хотел бы передать остальным? — спросил он у своего отца.       — Ничего…— ответил Советский Союз. —Ничего кроме крепкого отцовского… Я сильно и крепко люблю всех вас, дети мои…       — Nein, nein, nein, Russland wird nicht so gehen [Нет, нет, нет, Россия так не пойдёт], — громко произнёс запыхавшийся ГДР резко появившийся рядом с ними.  — Вот так взять и уйти даже не попрощавшись со мной! А вдруг мы видимся с тобой в последний раз?       — Извини, извини, ГДР, — Россия улыбнулся своему товарищу.— Может… Может у тебя есть, что передать Германии… Конечно при условии если я вновь вернусь назад… — Просто передай ему от меня привет…— быстро ответил ГДР.       Выслушав свыше сотни наставлений от своих предков, Россия вновь направился к чёрному пространству. Смело сделав шаг внутрь той бездны, он неожиданно почувствовал как стал проваливаться внутрь, а проход позади него стал быстро исчезать.       — Надеюсь, что наша следующая встреча произойдёт как-нибудь через никогда! — слова отца стали последними, что он услышал перед тем как проход позади него исчез окончательно.       Открыв свои глаза Россия огляделся; разрушенные здания, огонь и следы от недавних выстрелов. Он прекрасно понял куда ему предстало вернуться по велению старушки-судьбы. Встав с голой, холодной декабрьской земли он побрёл туда, где в тот день, он так сильно хотел завершить свой четырёх часовой штурм столицы мятежного региона. Подбитая техника горела ярким алым пламенем или уже догорала превратившись в чёрные как уголь останки метала, что всего недавно были танками и БТР. То там, то здесь лежали убитые солдаты, коим повезло отмучиться в первые же минуты наставшего ада, где-то неподалёку слышались нарастающие выстрелы из различного вида оружия, слышались взрывы, крики, Россия старался не обращать на это внимания, руки тряслись от страшных воспоминания накопившихся в его голове в тот роковой день. Проходя мимо очередного, совсем молодого, убитого солдата, что своими уже стеклянными глазами уставился в грозное небо города Грозного, Россия вздрогнул от резко включившегося экрана телевизора, Бог знает как, оказавшимся на улице и не уничтоженным очередным взрывом или случайной пулей. Несколько минут телевизор показывал лишь белый шум, но уже скоро на экране появилось изображение. Это была запись его новогоднего поздравления граждан записанная незадолго до штурма Грозного, дабы не откликаться от поставленной задачи. Тогда он был уверен, что он, наследник Советского Союза, государства, что смогло взять не один крупный город Европы в годы Великой Отечественной Войны, легко справиться с такой не самой сложной для него, на тот момент, поставленной задачей:       — Часы отсчитывают последние минуты тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. Нет человека который бы не хотел, чтобы новый год был бы лучше прошедшего… Эту новогоднюю ночь, большинство россиян проведут в семейном кругу с друзьями и близкими…       Неожиданно экран телевизора вновь наполнился помехами и через пару минут изображение радостного новогоднего поздравления сменилось на изображение внутренней части БМП и одного из командиров, что говорил уже не так радостно как Россия:       — Мы просили два танка вчера… Всего два танка… И сегодня мы бы не отправляли двадцать три гроба, их было бы в половину меньше… Сегодня мы отправили парня одного у которого два грудных ребёнка. Два… С десяти утра до шести вечера я просил два танка…       Вновь изображение сменилось на новогоднее поздравление:       — Моё новогоднее поздравление тем, кто в это время несёт службу, может быть рискуя своей жизнью! Не везде в нашей стране сегодня мир…       Снова помехи, снова хмурый вид Грозного, снова хмурый голос очередного командира, что говорил под звуки не так далёкой от него стрельбы:       — У меня снайпер… У которого пять с половиной зрения и глухой… Мина три метра рвётся, он не слышит… Его снайпером в штатную должность записали… Три дня назад подразделение скомплектовали, сюда отправили… С кем воевать? БМП сгорело вместе с экипажем! Как бой в городе вести не знают!       Вновь изображение сменилось радостным новогодним поздравлением России:       — В эти мгновения мы вспоминаем прошлое! Все радости и печали, все обретения и потери, которые связаны с ним!       Снова изображение сменилось на Грозный, но вместо таких же грозных как и сам город командиров, изображение сменилось на совсем молодого солдата, что только выйдя из тёплых рук своей матери уже попал в самый настоящий филиал Ада на земле:       — За ребят… За Серёгу… На выпуске рядом стояли!       Новые помехи хотели было сменить изображение, но экран телевизора тут же был уничтожен очередью автомата убитого солдата, которую выпустил Россия. Но перестав тут из всех радиоприёмников, сгоревших танков, БМП, раций убитых солдат, стало доноситься то, что давило на него не меньше чем знакомые изображения:       — Россия, давай, может быть, как-нибудь, пока не поздно, отведите ребят. Россия, не делайте это, не делайте, не надо. В любом случае, Россия, пойми, и ты погибнешь, и я погибну. Что с этого толку будет? — послышался знакомый сквозь года голос Чечни. — Сам правильно пойми! Кто от этого выиграет? Мы же от этого с тобой не выиграем, понимаешь! Если ты кем-то недоволен, то это надо решать на правительственном уровне, но не силой оружия. Политики…       — Подожди, я…— с насмешкой ответил его более молодой голос.—  Как тебя зовут, ещё раз?       — Давай, сделайте. Дайте команду. Скажи своему командованию. Пока не поздно, что остались у вас люди, давай… Отведите из города. Уходите, Россия! Давай, лучше потом приедешь, мы с тобой…— продолжала говорить Чечня.—  В гости ко мне приедешь. Будем… Нормально всё. Но вот это, то, что сейчас ты пришёл, Россия… Сейчас я вижу тебя — ты парень отличный, да и… Если я тебя увижу в бою, понимаешь, то ты отличный, не отличный, уже я тебя щадить не буду, так же как и ты меня, понимаешь? Ты лучше ко мне как гость приедь, Россия! Отводи ребят! Не надо. Пожалей их матерей, пожалей их самих. Отводи ребят, Россия. Дай команду!       — Ну, я не такой большой начальник, что б давать такие команды! — вновь с насмешкой ответил ей Россия.       — Россия, ну, ты правильно пойми… Я, например, тебе просто от сердца… да и… чисто, желаю, что б ты живой, конечно остался, но… уйди лучше! Не уходят другие — сам уйди! Возьми тех, кто тебя слушается. Отводи войска… [помехи] …через неделю [помехи] …выполнил [помехи] зем… [помехи]…       Тогда Россия не стал слушать, что говорила Чечня и перед тем как перестать вести, не имеющий по его мнению в тот момент смысла, диалог, ответил ей ясно и просто:       — А я такого выбора не имею. У меня есть приказ и я его выполню в любом случае.— С этими словами, он отключил связь и начал действовать.       Россия продолжал двигаться вперёд, стараясь не смотреть на Ад творящийся вокруг, не слушать его, но переговоры, что он слышал не один раз сменялись одни за другими. Неожиданно до него донёсся его собственный голос, тогда он был доведён до предела, большая часть его солдат была ранена или убита, держать оружие было практически не кому, а про боеприпасы было говорить ещё страшнее. Устав выслушивать бесконечные обещания о прибытии скорой подмоги, он не выдержал и выплеснув всю свою горечь чуть-ли не закричал:       — 11-й, бл.ть! Вы хоть думайте! Вы все, на х., погибли. Это не просто так пиз…шь, на х…! Надо конкретную быструю помощь!..       — Я понимаю, понимаю! Идут уже к вам, идут! И помощь уже там стреляет…— ответил ему один из командиров, что держал с ним связь.       — Думайте бл.ть. Я не могу бросить раненых, на х… Техника уже почти вся сожжена, бл.ть. Думайте как нас вывозить, как нас выручать. Приём…       — Я понял тебя, понял. Всё, все силы принимаем, чтобы выручить. Все силы принимаем…— прозвучало ему в ответ под звуки очередного уничтоженного чеченцами БМП.       Через несколько минут отовсюду под звуки «тишины» Грозного пронёсся ответ для окружённого чеченскими боевиками России:       — 10-й, я 11-й… По Поповича подходит уже подмога — десантники и… мотострелковая рота… Как меня понял, прием! Сейчас вокруг тебя заградогонь ставят… всех людей спрячь в укрытие, прием!       — Не надо, бл.! Нас тут уже пи…ц, х…рят, бл.ть… Всё валится… Блокировали со всех сторон, бл.!..       Переговоры, сотни голосов отовсюду сменялись один за другим, погибшие сменялись живыми, живые сменялись погибшими, все они просили лишь одного, помощи. Под Адские звуки, под музыку смерти, Россия дошёл до того самого места где по его первоначальному плану уже тридцать первого декабря должен был развиваться его флаг. Президентский дворец Чечни, разрушенный взрывами и попадавшими в него снарядами, казалось возвышался над таким же разрушенным Грозным. Россия упал не в силах идти дальше, он был сломлен творящимся вокруг ужасом, вновь погрузившись в тот день, Россия снова вспомнил ту яркую надпись, что встречала его на въезде в Грозный ≪Добро пожаловать в Ад≫, вспомнил сотни лиц, что погибли из-за его желания как можно быстрее взять столицу мятежного региона и покончить с этой войной. Ему хотелось заплакать, но он просто не мог, всё свои слёзы, всю свою юношескую жалость он оставил на улицах новогоднего Грозного вместе с тысячей молодых и старых солдат, что даже в такой тяжёлой ситуации выполняли свой долг до конца.       Подняв свою голову он увидел, что всё пространство и он сам окружены погибшими солдатами, они были везде: на холодной, промёрзлой земле, внутри разрушенных домов и на их крышах, внутри сырых подвалов. Без рук, ног, обожженные алым пламенем, покрытые следами пыток, что подвергли их чеченцы когда они попадали к ним в плен, были среди них и те, кому чеченцы с удовольствием отрезали головы записывая всё это на камеру. Все они смотрели на Россию, смотрели, то с гневом, то с жалостью, но без какого-либо желания мести или жестокости, от этого единого взгляда чувство стыда прожигало всего Россию, он не мог просто так смотреть всем этим людям в глаза. Всем тысячам погибшим на земле Северного Кавказа, всем кто погиб из-за его ошибок и просчётов, всех кто расплатился за всё это своей жизнью, особенно совсем молодым солдатам, что даже и жизни познать не успели и в свои восемнадцать-двадцать лет из здоровых, молодых парней превращались в пополнение бесконечных рядов двухсотых и трёхсотых.       Поднявшись с земли Россия ещё раз взглянул на всех людей, что стояли перед ним и вспомнив слова отца уверенно заговорил:       — Военнослужащие Российской Федерации: рядовые, капитаны, сержанты, полковники, майоры и другие. Все кто отдал свои жизни во время двух войн на территории Республики Чечни… Я не могу описать словами насколько я виноват перед вами всеми… Из-за моих ошибок… Из-за моей халатности и наплевательского отношения к тому насколько кровавым исходом будет то или иное сражение… Если вам и винить кого в своей гибели, то только меня… Все вы могли вернуться в свои дома, живые и здоровые, могли жить дальше, но вместо этого вам суждено лежать в сырой земле… Мне жить дальше, а вам лежать… Мои извинения… Мои слова ничего не исправят, я не смогу вернуть вас назад, не смогу как-то залечить горечь утраты ваших матерей, жён, детей и ваших девушек… Так прошу… Исправьте эту несправедливость прямо сейчас! Если так я смогу хотя бы на треть загладить свою вину… Пусть будет так… Так будет лучше всем…       Никто из солдат даже не шелохнулся, все они продолжали стоять на своих местах, глаза их продолжали смотреть на Россию с ещё большей жалостью. Неожиданно все они посмотрели на грозное небо, что теперь светило яркими, золотыми лучами, вновь взглянув на президентский дворец, Россия увидел, что на месте разрушенного здания стоит отстроенный после войны дворец, ещё лучше прежнего над которым развивался его триколор. Все здания, что раньше были разрушены теперь приняли свой прекрасный, целый вид, на дорогах не было следов от снарядов и подбитой техники, звуки стрельбы вмиг прекратились. Отдавшие свою жизнь на этой земле солдаты стали потихоньку уходить в яркий, ослепительный свет, оставляя Россию глядеть на это в полном недоумении и не понимании того, что же происходит. Неожиданно к нему подошёл совсем молодой солдат, единственный ребёнок у своей одинокой матери, который до штурма рассказывал России о своих планах на будущее после войны и погибший в первые минуты штурма прямо у него на глазах.       — Товарищ командир, мы свою поставленную задачу выполнили, — сказал он отдав ему честь — Если вам не безразлична наша жертва, отстройте эту землю и сберегите её для потомков, если вы умрёте, то это получается весь наш совместный труд насмарку! Раз судьба дала шанс пожить… Товарищ командир, пользуйтесь!       С этими словами он широко улыбнулся и положил свою руку на плечо России, яркий свет вновь ослепил его, Россия вновь закрыл свои глаза. В его ушах продолжал стоять тот живой голос солдата, чья жизнь несправедливо оборвалась тогда в столице Чечни ≪Товарищ командир, пользуйтесь!≫. Открыв глаза Россия обнаружил, что он находится на больничной койке, его спина была обвязана бинтами, а на сломанную ногу была положена гипсовая повязка. Положив свою голову на мягкую подушку в голове России пронеслась лишь одна мысль: «Живой…».