Любовный треугольник

Опускаешь взгляд на упругую попку парня и облизываешь губы, понимая, что немного перестаралась, учитывая жар, который исходил от кожи. Извиняющейся гладишь его спину, поцелуями очерчивая позвоночник. Чувствуешь как тёплые руки обхватывают твою талию, перетягивая на себя, отчего ты недовольно посмотрела на Армина, так мило и невинно улыбнувшегося тебе, что заставило почувствовать некий прилив нежности и другого желания: похоть, но не простая, которая обычно застилала твой разум, отдавая тело в опытные руки парней, а что-то другое, что ты так яро пыталась скрыть, но сейчас все выходило наружу, обнажая перед любовниками свою душу. Закусываешь губу и тянешься за глубоким поцелуем, чувствуя как Жан стал приходить в себя и предпринимать новые попытки сбросить тебя с себя. - Тише, милый, - отрываешься от Арлерта, улыбаясь тому, как он потянулся вслед за тобой, желая немного продлить поцелуй. - Я ещё не закончила. Хотя... - переводишь взгляд на блондина, который покраснел от одной мысли о том, что ты собиралась сделать с ними двумя. - Я не хочу делать вам больно против вашего желания, - честно признаешься им, с целью обговорить все, не вызывая в дальнейшем процессе вопросов. - Мы верим, что не сделаешь, - подаёт голос Армин, притянув твоё лицо к своему, снова накрывая губы. Этот малец хотел целоваться хоть всю жизнь, слишком сильно его манили твои губы, открытые в предвкушении, а горящий взгляд прожигал до глубины души, порождая желание подчиниться. Парни давно поняли, что играют с огнём, когда спокойно ходили без верхней одежды или строили невинное выражение лица, которое обнажало раз за разом твою душу, о чем говорил затуманенный и жадный взгляд. - Раздевайся, - говоришь Арлерту, стягивая с Жана нижнее белье, и небольшое сожаление отражается во взгляде, когда покрасневшая от твоих ударов кожа попалась на глаза. - Прости, малыш, - целуешь его в щеку, прося приподнять таз, чтобы до конца снять одежду. Невольный стон срывает с губ Кирштейна, когда горячей головки касается прохладный воздух. Улыбаешься своим мыслям, боковым зрением видя, что Армин давно разделся и последовал примеру Жана, чуть выпячивая зад. Наконец встаёшь с бёдер русоволосого, слыша как недовольный вздох раздался в комнате. - Что? Ты же хотел, чтобы я встала, - издевательски проводишь языком по приоткрытым губам, чуть проталкивая его внутрь, так и не наградив упрямца поцелуем. Резкий звук разносится по всей комнате, заставляя Армина широко распахнуть глаза, сдержав слезы. - Черт, - закусывает он губу, сминая постельное белье, не желая показывать то, насколько ему стало приятно. Гладишь покрасневшую кожу, извиняясь целуя парня в макушку, говоря о том, что он неплохо справился с первым ударом. Встаёшь на колени и снимаешь лёгкую ночнушку, давно ставшей лишней. Пару звонкий шлепков пришлись по белой коже блондина, отчего даже Жан, которого оставили в покое, сжимался, опуская руку ниже, чтобы ты не заметила. - Если начнёшь действовать, то тебя ждёт порка похуже, - не отрывая взгляд от задницы Армина, предупреждает Кирштейна, застывшего на месте. - Перевернись на спину, - шепчешь Арлерту на ухо, устраиваясь поудобнее на его бёдрах. Облокачиваешься ладошками о его грудь, снова целуя, пару раз проведя рукой по возбужденой плоти. Слышишь шум со стороны, радуясь, что Жан все понял без слов. Горячие поцелуи опускаются на твою оголенную спину, пока чужая ладонь накрывает грудь, играясь с набухшим соском, покручивая и оттягивая. Чуть пристав, смотришь прямо в глаза Армину, медленно направляя его член в себя, замечая как он неотрывно смотрел на весь процесс, забывая как дышать. Снова приближаешься к его лицу, бросая взгляд через плечо, давая молчаливое согласие на действия со стороны другого парня. Крупная головка упирается в анальное колечко, чуть надавливая. Стараешься не напрягаться и просто отдаться, чувствуя как мышцы расслабляются, а головка медленно погружается внутрь. Чуть стонешь, царапая белоснежную грудь Армина, еле держась на руках. Чувство чрезмерной заполнености просто сносит крышу, отчего ты невольно ерзаешь на месте, слыша как парни громко выдохнули. Шлепок приходится на правую ягодицу, отчего ты открываешь глаза, смотря на Арлерта, который довольно улыбался, возвращая должок. Тихо шипишь на него, выгибаясь сильнее, когда Кирштейн сделал плавное движение, входя глубже. - Твою ж, - ругательство невольно слетает с твоих губ, когда парни стали двигаться, все же заставляя упасть на широкую грудь Армина. Громко стонешь от особо глубоких толчков, чувствуя, что долго не продержишься, говоришь об этом любовникам, которые стали быстрее, вырывая уже не стоны, а крики с твоих губ, с наслаждением улыбались, понимая, что это только первый круг.