Пёс-босс

      Рыбкина проснулась от подозрительной тяжести где-то в районе солнечного сплетения и чего-то щекочущего, что мешало нормально дышать. По ощущениям было очень раннее утро, настолько раннее, что даже её телефон мирно лежал где-то рядом с диваном, не подавая никаких признаков жизни. Кое-как разлепила глаза и попыталась зевнуть, но в рот тут же залезло что-то длинное и мягкое. Фыркнула, отплёвываясь от шерсти, и окончательно проснулась, оглядывая себя. Сообразила и через мгновение недовольно воскликнула хриплым голосом:       - Измайлов, ты охренел?!       Пёс лениво забурчал и заворочался, удобнее устраиваясь на ней. Завилял хвостом, то и дело попадая им по лицу девушки, и потянулся, вдавливая лапами низ живота. Организм среагировал мгновенно: в туалет захотелось в разы сильнее. Алиса зашипела и попыталась спихнуть с себя наглеца, но едва ли сдвинула лохматую тушку вбок. Упала обратно на подушки, когда Гриша принялся крутиться, меняя свою позу и наконец-то поворачиваясь к ней мордой.       По новой улёгся на неё, деловито устроив голову между грудей, и вздёрнул ушами, когда капитан немного развела ноги, пропуская пса между ними и разминая затёкшие конечности. Стиснула коленями светлые бока и недовольно посмотрела в хитрющие собачьи глаза. Хотела скрестить руки, но смогла лишь положить их на густой загривок, обнимая. Цокнула, поёрзав и удобнее устроившись:       - Ну и? Доволен, зараза?       Измайлов одобрительно заурчал, снова завилял хвостом и потёрся щекой о её ключицы. Вчерашний сумасшедший день закончился так же непонятно, как и начался. Рыбкина впервые в жизни позволила себе забить болт на задание и, узнав всё необходимое, спихнула цыган-наркоторговцев на оленей, надеясь, что Олегу хватит ума довести дело до конца. Помогала, конечно, с бумажками до глубокого вечера, пока Гриша валялся у неё в ногах, время от времени лениво ударяя хвостом о пол, стоило ей шевельнуться, но потом плюнула на всё и уехала домой.       Яковлев на такую просьбу рвал и метал, но когда «лохматая тварь» начала грызть его кресло, сдирая дорогую обивку, то психанул и отпустил их. От греха подальше даже дал отгул из того запаса, который был у Алисы, пока она двадцать четыре на семь вкалывала в отделе, игнорируя выходные. В любой другой ситуации она бы придумала тысячу и один аргумент против, но в этот раз не решилась даже возражать. Им нужно разобраться и понять, как быть дальше. А лучше всего это делать дома.       Правда, капитан почти сразу же пожалела о том, что приехали они именно в её квартиру. Видимо для Измайлова в собачьем обличье её жилище представляло какую-то кладезь увлекательных и безумно интересных запахов, поэтому как только он переступил порог, так сразу же припал носом к полу и часа полтора обнюхивал каждый угол, к некоторым местам возвращаясь аж по несколько раз.       Пока барбос швырялся под её ванной, Алиса успела приготовить нехитрый ужин, честно разделив макароны поровну, и спальное место для такого внепланового гостя, от которого шерсть летела как грёбанный тополиный пух в начале лета. Один хрен, конечно, для майора вкуснее было есть из её тарелки, а спать в её кровати, но попытаться хотя бы стоило. И если игнорировать кражу ужина практически из-под носа удавалось с переменным успехом, то нагло разлёгшуюся посреди дивана косматую тушку уже не получалось при всём желании.       Рыбкина раза два выгоняла Измайлова из своей кровати то на кресло, то на пол, а на третий просто не выдержала и забила, напоследок повернувшись лицом к стене и пробурчав, чтобы он всё-таки отправлялся в ад. Более чем довольный таким исходом барбос тут же пристроился рядом с ней, вдавив в диванную спинку, и захрапел, согревая спину своим горячим боком. Как за ночь он переместился на неё, да ещё и мордой к ногам, история тактично умалчивала.       Рыбкиной вскоре надоело нежиться и просто бревном валяться в постели, прижатой огромным псом. Она заелозила, старательно спихивая с себя задремавшего Гришу и пыхтя. Кое-как согнав его, сердито заворчавшего, поднялась на ноги, в первую секунду подкосившись от вступивших в стопы покалываний – из-за этого демона у неё затекло всё тело! Потянувшись, зевнула, разгоняя застоявшуюся кровь, и поймала ответный зевок. Измайлов широко раскрыл пасть, обнажая крепкие клыки, тоже выгнулся, отряхнулся и спрыгнул, на выдохе засвистев.       - Давай вставай, раз поспать не дал, – обратилась к нему Алиса. Немного помолчала и беззлобно добавила, плохо сдерживая улыбку, – Сукин сын.       Измайлов встрепенулся, возмущённо залаяв в ответ. Фыркнул, когда девушка хихикнула, стягивая полотенце с дверки шкафа и уходя в коридор. Проводил её взглядом, подождал, пока захлопнется дверь в ванную и ещё раз зевнул. Подошёл к дивану и без зазрения совести снова забрался на него. Покрутился, сделав почётный круг, и улёгся на ещё тёплое место, длинно выдохнув. У него было приблизительно полчаса, если не больше, чтобы досмотреть сон, пока Рыбкина плещется в душе, полностью оправдывая свою фамилию.

***

      Гриша спрятал морду в лапах, когда из коридора раздался очередной хлопок и послышались приближающиеся шаги. Старательно сделал вид, что спит, чувствуя присутствие девушки в комнате, но всё же лениво приоткрыл один глаз, не услышав возмущений. Тут же вскинул голову, поднимая уши, открыл пасть и, вытащив язык, часто-часто задышал от открывшейся картины: Рыбкина, как и день назад, невозмутимо крутилась возле шкафа с одеждой в одном полотенце.       Пёс облизнулся, сглатывая обильную слюну, и как можно тише сполз с дивана, моргнув, когда когти клацнули по полу. Алиса замерла на мгновение, но вернулась к выбору одежды, что-то мурлыкая себе под нос. То ли специально игнорировала подкрадывающегося майора, то ли действительно не слышала его – не разобрать. Поняла, что что-то не так, когда на всю спальню раздалось подозрительное сопение. Застыла с футболкой в руках, прислушиваясь.       Измайлов же, чувствуя себя самым настоящим охотником, сделал последний крохотный шаг к ней и мазнул мокрым носом по подколенной ямке. Пока «жертва» не опомнилась, лизнул горячую после душа кожу и проскользил мордой вверх, обнюхивая. Упёрся в бедро, скрытое мягкой тканью, и непроизвольно завилял хвостом сильнее. Алиса, опешив от таких действий, хотела податься вперёд, но уйти можно было только в шкаф. А поскольку Нарнии в нём никогда не было, да и капитану полиции не пристало прятаться от всяких собак таким образом, то она резко развернулась к псу лицом, заставив того отстраниться. Кое-как переборов дрожащий голос и рассыпающиеся вдоль спины мурашки, более грубо повторила:       - Ты охренел?!       Зло смотрела на Гришу, который, кажется, вообще не понимал, почему его выходку не оценили. Преданно заглядывал ей в глаза, невинно сдвинул уши к макушке, и попытался ещё раз поднырнуть под полотенце, фырча. Возмущённо заскулил, когда девушка отпрыгнула от него, врезавшись спиной в дверку и, кажется, содрав лопатку, и несильно, но ощутимо отвесила ему оплеуху прямо по мягкому тёмному ушку. Виновато поджал хвост, ссутулившись, стоило Рыбкиной прикрикнуть на него:       - Измайлов, блять!       Исподлобья посмотрел на неё, такую большую и такую маленькую одновременно, и лёг у её ног, сжимаясь в комок. Зажмурился на очередной гневной тираде, признавая, что слишком вошёл в раж и подобная «шутка» была и вправду, мягко говоря, дурацкой.       - Никогда, слышишь, мать твою, никогда не смей так прикасаться ко мне! – грозно отчеканила капитан, вскидывая указательный палец. – Не думай, что тебе всё можно, раз ты вляпался в это дерьмо! Ещё одна такая выходка и ты будешь не просто Пёс-босс, а бездомный Пёс-босс, понял?!       Измайлов жалобно заскулил, принимая самый искренний и виноватый вид. В звериной шкуре все эмоции чувствовались острее, поэтому стыд от криков Алисы накатывал мощными волнами, заставляя внутренне метаться и не находить себе места. Майор несмело поднял взгляд и содрогнулся, увидев в глазах капитана самое страшное для него – безразличное и немыслимое в своей истине «я не обязана тебе помогать». Снова захныкал, приподнимаясь, и на полусогнутых лапах приблизился, в раскаянии нежно облизывая кончики чужих пальцев.       - Всё, не скули, – выдохнула Рыбкина, заметно успокоившись. Подумала немного, закусив нижнюю губу, и неохотно выдавила из себя, осознавая всю необходимость этих слов, – Ты тоже прости, я погорячилась.       Гриша неловко завилял хвостом, боднув её под руку и выбивая несколько поглаживаний по загривку. Решив не испытывать судьбу, послушно отошёл от Алисы, возвращаясь к дивану. Забрался на уже вконец скомканные простыни, покрутился вокруг своей оси, и улёгся спиной к переодевающейся девушке, полагая, что он лучше лишний раз потренирует свою силу воли, чем будет рыться в мусорных баках и искать какую-никакую еду. Всё-таки компания Рыбкиной нравилась ему больше, чем общество крыс, голубей или других бродяжек.

***

      Алиса осторожно заглянула в спальню, наблюдая за вновь задремавшим псом. Шкодливо закусила губу, сильнее комкая полотенце, которым она минуту назад вытирала волосы. Прицелилась, наугад определяя расстояние, и метнула влажный тканевый комок, попадая в цель. Гриша подскочил, задёргавшись от неприятных ощущений, затряс головой, пытаясь избавиться от накрывшей морду тряпки, и возмущённо заворчал, услышав заливистый смех позади себя.       Кое-как стащил полотенце, со злости пару раз укусив, и выкинул его на пол, нахмурившись. Обернулся к победно улыбающейся Алисе, что сейчас упёрлась плечом в дверной косяк и смотрела на него с полуприщуром. Снова хихикнула, оттолкнувшись, и ушла куда-то вглубь квартиры, на ходу крикнув:       - Завтрак готов, ленивая жопа, вставай!       Измайлов потянулся, сладко зевая, отряхнулся от остатков сна и стёк на пол. Слегка покачиваясь, побрёл на кухню, ощущая животный голод. Уселся на пороге, уже привычно виляя хвостом при одном только взгляде на суетившуюся Рыбкину. Незаметно подобрался к одной из стоящих табуреток, забираясь на неё, и с готовностью обнюхал стол, ища что-нибудь съестное. Невинно посмотрел исподлобья на замершую девушку с двумя тарелками.       - Нет, ну ты точно охренел, – недовольно фыркнула она, всё же ставя перед ним завтрак и садясь сама напротив.       Вскинула брови в ответ на его удивлённый скулёж и пожала плечами, мол, что имеем. Перемешала свою порцию мюсли с молоком, зачерпывая первую ложку. Вытянула ноги, закинув их на соседний табурет и потеснив пса, проигнорировала обиженный вздох и принялась уплетать готовый завтрак, на который она раскошелилась пару дней назад. Гриша ещё немного поковырялся в миске, явно не оценив перспективу есть хлопья в сухом виде, но всё же захрустел, замечая, с каким аппетитом их ест Алиса.       - Итак, есть идеи? – причмокнув губами, спросила она, отвлекаясь от трапезы. Цокнула, когда Гриша поднял на неё непонимающий взгляд и наклонил голову, свесив уши, – Ну, ты вообще собираешься возвращаться и воевать со всякими отморозками или теперь предпочитаешь воевать с блохами?       Измайлов сглотнул, облизнулся и тяжело вздохнул, не зная, что на это ответить. Извернувшись, почесал шею задней лапой, чуть не навернувшись с табуретки, и заурчал, когда Алиса ненавязчиво принялась поглаживать стопой его живот. Немного поёрзал, удобнее устраиваясь, и довольно засвистел, стоило «массажу» продолжится более интенсивно. Положил морду на стол, окончательно растекаясь от таких ласк, и лишь завилял хвостом на новые размышления капитана:       - Эта кукушка сказала, что ты должен разобраться в себе – тут я тебе никак не помогу, я нихера не понимала, чё у тебя в башке, ещё когда ты на своих двоих ходил. А у нас, между прочим, ограничено время, поэтому давай ты побыстрее решишь всё для себя, расколдуешься обратно и мы забудем это дерьмо как страшный сон. Гриш? Гриш, ты меня слушаешь вообще?!       Пёс лениво всхрапнул, продолжая кайфовать от почёсывания пузика и пускать слюни на почти новую и чистую скатерть. Алиса посмотрела на него ещё некоторое время, поджав губы, а потом несильно пнула прямо в мягкий живот, едва не сталкивая на пол. Злорадно усмехнулась, когда Гриша встрепенулся, с самым потерянным видом оглядевшись по сторонам.       Вперился в неё, тупо моргая, и фыркнул с такого ребяческого поведения, отвлекаясь и заглядывая в свою тарелку. Переварил все её слова и грузно вздохнул, сам не зная, как выбраться из этой ситуации. С одной стороны он совершенно не понимал, что имелось в виду под «разобраться в себе», а с другой – понимал слишком хорошо. И вроде бы принять верное решение ничего не стоило, но он не чувствовал, что делает это по-настоящему, от самого сердца. А собраться с мыслями и нормально подумать ему вечно мешала или сама капитан, на запах которой он реагировал ещё острее, чем раньше, или какие-то непонятные минуты помутнения рассудка в виде желания погоняться за своим хвостом или чего-то подобного.       Фыркнул, решая подумать об этом позже – на свежем воздухе. Покосился на вернувшуюся к завтраку Рыбкину и, незаметно улыбнувшись, решил для себя, что в отместку попросится на улицу раньше задуманного времени.

***

      - Измайлов, стой! Стой, с-сука!       Алиса кричала на весь двор, растерянно оглядываясь по сторонам. Её пса как ветром сдуло. Вот он буквально минуту назад был рядом, крутился у ног и наперегонки с ней спускался с лестницы, а вот его уже как будто бы и не было, стоило только открыть подъездную дверь и выпустить на улицу. Капитан даже не успела отследить момент, когда Гриша удрал от неё. Просто светлый ураган пару мгновений помаячил в поле зрения, а потом – тишина.       Не то чтобы она пересрала из-за этого, но она пересрала. Возможность потерять майора в принципе не укладывалась в голове, а возможность потерять пса-майора вообще была чем-то за гранью реального. Но Измайлов не отзывался, не гавкал, не скулил, и было непонятно здесь ли он вообще. Рыбкина снова пожалела, что так и не нашла тот галстук, который использовала в качестве поводка. Поджала губы, потопталась на месте ещё немного и, психанув, двинулась вперёд, внимательно разглядывая каждый укромный уголок дворика своей многоэтажки.       Разумеется, она не могла знать, что пресловутый галстук выкинул сам Гриша, пока она сушила волосы в ванной, оставив его на несколько удачных минут без присмотра. Он не до конца понял, как ему удалось извернуться и открыть дверцу кухонного шкафчика под раковиной, где находилась мусорная корзина. Переборов абсолютно непонятное желание порыться в хламе, он фыркнул и засеменил обратно в спальню. Нашёл аккуратно сложенную атласную «удавку», со всей неприязнью схватил, сильно сжимая клыки, и решительно понёс туда, где этой вещице было самое место. Едва успел затолкать галстук в остальной мусор, даже прикрыл его какой-то картонкой, и боднуть дверку, закрывая, как на кухню вошла Алиса, затягивая потуже хвост.       Его невинным глазам она поверила почти сразу же, а требовательному поскуливанию около входной двери – ещё раньше. Девушка понимала, что они уже проебались и времени искать импровизированный поводок попросту нет. На свой страх и риск отпустила пса гулять, как ему вздумается, о чём сейчас очень сильно жалела.       Спрятала руки в карманах олимпийки и покрутила головой, хмурясь. Раздражённо фыркнула и ещё раз окликнула майора, в ответ ожидаемо получая тишину. Задумчиво цокнула языком, отбивая ногой незамысловатый ритм, и тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли и уговаривая себя не поддаваться панике. Он вернётся. Он просто издевается. Вернуться, он обязан вернуться. Алиса звякнула связкой ключей, на секунду заглушив посторонние звуки, и хотела уже обходить дом по кругу, но короткий тявк за спиной буквально пригвоздил к асфальту.       Не успела обернуться, как в лопатки мягко, но ощутимо ударились чьи-то лапы, а в ушах зазвенело от нового лая. Измайлов едва ли не с разбегу налетел на неё, запрыгивая. Почти сбил с ног, веселясь от возмущённых матов капитана. Шутливо отступил, когда она замахнулась на него, развернувшись, и снова подался вперёд, проскакивая между ногами и кусая за щиколотку. Припал передними лапами и грудью к земле, высунув язык, и игриво захрипел, изображая вместо хвоста пропеллер.       Рыбкина, уже запыхавшись от таких игрищ, зло топнула на него, сдувая редкие пряди с глаз. Приложила тыльные стороны ладоней к раскрасневшимся щекам и устало сделала шаг к стоящей позади скамейке. Опустилась на неё, тяжёлым взглядом буравя пса, нарезающего около неё круги. Гриша вертелся, прыгал, бодал её ноги и так счастливо скулил, что даже злиться на него расхотелось. Потянувшись, девушка поймала его за тёмное ухо и с силой дёрнула вниз в виде наказания. Ну, и для профилактики, разумеется. Предупреждающе буркнула, когда барбос, нисколько не обидевшись, положил морду ей на колени, лукаво заглядывая в лицо:       - Ещё раз убежишь – хвост откручу.       Он на это лишь фыркнул и в жесте извинения лизнул костяшки, не отводя глаз. Алиса цыкнула на такое подхалимство и провела ладонью против шерсти, начиная с круглого лба и до самого носа. Не удержавшись, тоже усмехнулась, полагая, что теперь конфликт исчерпан.       Измайлов вдруг прихватил рукав её олимпийки и потащил на себя, заставляя встать с насиженного места. Дёрнул ещё, уводя от скамейки дальше, и одобрительно зафырчал, когда капитан послушно последовала за ним. Отпустил её и развернулся, готовый показывать дорогу, но маленький кулачок собрал густую шерсть на его загривке, надёжно сжимая. Пёс понимающе тряхнул головой на такой жест и не спеша побрёл в нужном направлении, стараясь не слишком сильно тянуть свою спутницу.

***

      Девушка пристально оглядела вывеску магазина, к которому её привёл барбос и глубокомысленно изрекла, уперев руки в бока и сводя брови к переносице:       - У меня к тебе пипец как много вопросов…       Гриша ободряюще тявкнул, смотря то на магазин зоотоваров, то на Алису. С видом победителя покрутился на месте и сел, приосанившись. Гордо вскинул морду, когда она хлопнула себя по лбу, отказываясь понимать происходящее. Досчитала мысленно до десяти, успокаиваясь, и взмахнула руками, мол, ладно, уговорил. Поднялась по ступенькам и толкнула входную дверь, пропуская пса вперёд себя.       Парнишка за кассой тут же встрепенулся, заметив новых и единственных за последние два часа посетителей. Хотел вякнуть, что с животными – да ещё и с такими крупными – сюда нельзя, но лишь пригладил торчащие каштановые кудри при виде сосредоточенно прохаживающейся между полками Рыбкиной. Вложив всё своё обаяние, какое только можно было вложить в эти слова, осведомился:       - Вам подсказать что-нибудь?       Алиса безразлично покосилась на ослепительно улыбающегося парнишку и поставила на место собачьи консервы, поджимая губы. Шагнула к прилавку, опершись на него ладонями и кивнула, вынужденно вступая в диалог:       - Да, нам надо, – осеклась, осознав, что понятия не имеет, зачем они здесь. Откинулась назад и позвала швыряющегося в игрушках Измайлова, – А что нам надо вообще?!       Он сразу же бросил своё занятие и подбежал к ней, уже привычно виляя хвостом. Осмотрелся вокруг, принюхался и сел, после приподнимаясь и принимая позу суриката. Вперился взглядом куда-то за спину продавца и два раза гавкнул, сдвинув уши к макушке. Рыбкина проследила за ним и поняла, на что так сосредоточенно пялился барбос. Тепло улыбнулась и уточнила:       - Поводок.       Парнишка проморгался, опешив от таких собачьих фокусов, и обернулся к стенду с самыми разными поводками, шлейками и ошейниками. Бросил заинтересованный взгляд на девушку, прочистил горло и со знанием дела принялся расспрашивать:       - У собаки есть ошейник?       Рыбкина запнулась, представив майора Измайлова в ошейнике и далеко не собачьем обличье. На секунду присовокупила к этой картине поводок и себя рядом и энергично затрясла головой, выгоняя неуместные мысли. Зажмурилась до цветных кругов, выровняла дыхание и как можно менее хриплым голосом ответила:       - Нет. Может есть какая-то альтернатива, чтобы без ошейника?       Парнишка сделал вид, что раздумывает над возможными вариантами, но на деле – самым наглым образом разглядывал капитана своими большими карими глазами и даже не скрывал этого. Будто бы ненавязчиво наклонился ближе, игнорируя прожигающий взгляд пса, и вкрадчиво предложил:       - У нас есть великолепные шлейки, очень удобные в использовании и выглядят стильно.       - Ага, – кивнула Алиса, старательно делая вид, что не замечает поползновений в свою сторону.       Парнишка тут же выгрузил перед ней спутанный клубок ремней, демонстрируя весь выбор. Рассказывал чуть ли не про каждый экземпляр, воспевая как неоценённое чудо света, и пытался всячески извернуться, лишь бы девушка обратила на него внимание. Сама она была погружена в обилие цветных лямок, совершенно не понимая, как можно засунуть собаку в это.       Всё решил, как обычно, Измайлов. Встав на задние лапы, упёрся передними в прилавок и придирчиво обнюхал шлейки, исподлобья грозно посмотрев на продавца. Ткнул носом нужный ремешок, поддел его зубами и дёрнул, вытянув из общего вороха. Алиса тут же забрала у него из пасти шлейку, покрутила в руках, оценивая, и кивнула, отдавая выбранный товар парнишке. Молча расплатилась, цыкнув на куснувшего её за локоть барбоса и хотела уже покинуть это странное для неё место, как послышалось до жути услужливое предложение:       - Давайте я помогу Вам надеть её! И заодно покажу, как правильно.       Рыбкина опустила веки, закатив глаза так, чтобы этот настырный паренёк не увидел, и обернулась к нему, мило улыбаясь. Опустилась перед Гришей на корточки, распутывая шлейку и игнорируя восхищения продавца – «прекрасный выбор, с ней в комплекте идёт поводок, вы не пожалеете, её очень просто надевать». Позволила ему закрепить упряжь на псе, время от времени ловя светлую морду с свои ладони и отвлекая явно недовольного майора.       Как только с обмундированием было закончено, Измайлов тотчас шагнул к капитану, обхватывая её кольцом, и угрюмо уставился на улыбающегося продавца. Демонстративно прижался боком к чужим ногам, всем своим видом показывая, что этот человек занят.       - Ревнует, – хохотнул парнишка, указывая на пса. – Он у вас красивый, с гетерохромией.       - С чем? – не поняла Рыбкина, нахмурившись и крепче обхватывая ремешок поводка.       - Ну, глаза разные, – пояснил парнишка, чуть не ткнув себя в бровь.       Алиса вздрогнула, перевела взгляд на барбоса и ужаснулась: один глаз стал наполовину тёмным. Сглотнула, заталкивая поглубже неожиданную волну страха, и, снова мило улыбнувшись, поспешила на выход. Одёрнула себя, чтобы не показать фак окликнувшему её продавцу, который наверняка хотел попросить её номер под глупейшим предлогом в мире, и буквально слетела по ступенькам вниз, утягивая за собой пса.       Оказавшись на улице, глубоко вдохнула свежий воздух и развернулась к Измайлову. Упала перед ним на колени и обхватила лохматую морду, заставляя посмотреть в свои глаза. Покачала головой, понимая, что в магазине ей не показалось и собачий взгляд действительно не был полностью голубым. Теперь. В который раз успокоила взбунтовавшийся испуг и хрипло прошептала:       - Гриш…       Он заскулил от интонации, которой было сказано его имя, и ткнулся своим носом в её, лизнув. В утешении положил лапу ей на бедро и ободряюще завилял хвостом, дёрнув ушами вверх. Рыбкина улыбнулась, потрепав его за светлый мех. Поднялась на ноги, удобнее перехватила поводок и оценивающе оглядела их покупку.       Измайлов, быстро смекнув что к чему, демонстративно покрутился вокруг своей оси, красуясь. Радостно взвизгнул, когда девушка рассмеялась, шутливо пихая его в затянутое грубой тканью плечо. Встряхнула рукой с поводком, довольно отмечая, как звякнул небольшой карабин на холке пса, и мысленно согласилась, что с такой экипировкой действительно будет удобнее. Снова прыснула от вида светящегося Гриши, который ловил настоящий кайф от своей красно-белой шлейки:       - Это не твои кеды, конечно, но тебе всё равно идёт.       Пёс на это согласно гавкнул и с готовностью потянул её за собой в сторону круглосуточного продуктового магазина, который заметил ещё когда убежал от Алисы в поисках зоотоваров. Хотелось жрать. И гулять. И чесаться. И гоняться за своим хвостом…