My Bad Teacher

Мы с Катей уже минут десять находились в туалете, пытались убрать каким-то магическим образом застывшие капельки компота с блузки подруги и моих туфлей. Хорошо, что я сегодня решила взять туфли, а не кроссовки. Они хоть и дорогие, но мне не очень нравились, это был подарок от родственников. А кроссовки выбирала сама, старалась. Пока Катя судорожно затирала капли влажной салфеткой, я рассуждала что сказать физруку. Надеюсь, это не дойдёт до Веры Сергеевны. Мда, с этого года что только и не происходит. После долгих попыток мы всё-таки вышли из туалета и пошли в зал. Я решила сразу взять форму из гардероба, а Катя побежала в зал, хотела проскочить мимо физрука в раздевалку. Я уже выходила из гардероба, как услышала в полной тишине коридора знакомые голоса. Это был мистер Дэвид и Оксанка. Я спряталась за дверью, вроде меня не видно.        — Мистер Дэвид, ну пожалуйста, я могу Вам заплатить сколько хотите! Дополнительные могут проходить когда и где Вам удобно, пожалуйста! — умоляла та. Интересно, откуда у неё такое желание? Если учитель и согласится на эти занятия, он вроде не дурак, за такое и посадить могут, тем более Шумилова. А она уж точно к нему рвётся не английский учить.        — Нет, всё, отставить сопли. Мне нужно по делам, иди на урок, — пригрозил учитель. Оксана замолкла и пошла в сторону зала, а мистер Дэвид в противоположную. Я не видела куда он ушёл, но подождав пару секунд, вышла из укрытия и направилась на урок.        — Эх, Анна, — услышала я сзади. Мне пришлось остановиться и повернуться на звук. — не хорошо опаздывать на урок. — Учитель мотал головой и демонстративно цокал.        — Могу заметить не я одна опаздываю на урок, только Вы являетесь учителем, Вас ждёт класс, — я не хотела сейчас общаться с ним вообще. Сразу вспоминаю брата, от чего мурашки по коже. А у преподавателя всё ещё красовался пластырь. Не хочу даже и представлять, как Жека ударил его из-за меня… Мне нужно ещё как-то доложить об отмене допов родителям. Но всё же я не придумала как им это донести, так и ещё нужно мистеру Дэвиду сказать. Может сейчас? Но что придумать?        — Мистер Дэвид, я бы хотела отменить наши дополнительные занятия, они отнимают много времени, доставляют много хлопот, а к олимпиаде я могу и сама подготовиться, — учитель поднял бровь и подошёл ближе.        — Хорошо, если ты так хочешь, родители согласились? — в ответ последовал мой долгий кивок. Вроде поверил. Я посмотрела на него, а точнее на его раны и синяки. И всё это из-за меня. Я так пристально смотрела ему в лицо, наверно, мистеру Дэвиду стало неловко и он прервал это молчание.       — Не буду задерживать, до встречи, — тот вздохнул. Мужчина развернулся и ушёл. Не знаю, но как-то он странно отреагировал, я ожидала чего-то другого. Думала он будет говорить, что это неправильно, я не смогу или что-то вроде того, хотя он же не мои родители, совсем другой чужой человек. Не чужой, уже не чужой, но всё же не родители, чтобы контролировать мои действия.

***

Сегодня я решила не задерживаться после школы, чтобы не было лишних проблем. Водитель довёз как обычно быстро. Дома никого не было. Брат фиг знает где — да меня это особо и не волнует, — родители на работе, младшая сестра на занятиях. Слава Богу меня не таскали в таком раннем возрасте по всяким кружкам. Лера сейчас просто тратит время впустую, тратит своё детство на то, что в жизни ей не пригодится, да и ей это не интересно сейчас. Возможно позже будет, но не сейчас. Я решила отдохнуть и посмотреть телевизор и, конечно, перекусить, а уже потом садиться делать уроки. Где-то час я провела за обедом и просмотром фильма. Вспоминая, как провела вечер с мистером Дэвидом, как мы вместе смотрели Гарри Поттера, моего любимого героя детства, между прочем. Наверно, этот вечер останется надолго в моей памяти, хоть он и ничем не примечателен, но всё же мне удалось провести время так, как давно хотелось. В животе что-то происходило, в голове прокручивались моменты с того вечера. Но самое главное — я вспомнила как он прижимал меня к себе и, кажется, восстанавливается момент того, как я погрузилась в сон — уткнувшись своим маленьким носом в грудь учителя, пока тот положил голову на мою, поглаживая мне спину рукой. Вся семья была в сборе к ужину. Мама была нервной и злой. Папа был не лучше, но более сдержанный, спокойный. Он главная шишка в своей сфере работы, так что сдерживать эмоции ему приходится каждый день. Брат был более расслабленным чем обычно, единственное что я заметила странным так это то, что его губа была немного разбита, а на носу была маленькая рана. Видимо, тот уже говорил с родителям, не знаю что наплёл им, но правду явно скрыл. Вот ну не маленький же, а так себя ведёт. Я то знаю, что это следы после драки с учителем. После этой мысли у меня промелькнул в голове образ мистера Дэвида сегодня утром: с пластырем, с синяком. Мне стало его жалко, я очень сочувствовала ему, ведь если бы не я…опять виню себя, знаю, ну не могу по-другому. За ужином все молчали до того момента, пока мама не попросила Леру, которая всё уже съела, пойти поиграть у себя в комнате. Девочка радостная побежала в комнату, мама проводила её взглядом, а потом резко подняла глаза на меня. Её взгляд был суровым, грозным мне стало страшно. В горле вновь ком, руки задрожали, а ноги в миг стали ватными. Как раз хотела сказать про дополнительные, но поняла что мама уже не в настроении.        — И что же это значит, Анна? — она положила вилку на стол взяла в руку салфетку, — почему мне сегодня приходит сообщение от твоего учителя? Почему я должна узнавать последней о том, что ТЫ решила отменить занятия с учителем? — я растерялась. Мама выделила слово «ты». Да, нужно было сначала озвучить своё предложение родителям, я просто глупая, что сказала это мистеру Дэвиду первому. Но я не думала, что он напишет ей. Мерзавец, теперь из-за этого будут проблемы, а ведь могла ей сказать это позже, когда у неё было получше настроение. Мама кричала на меня, я пыталась оправдываться, в разговор подключился папа, который был, конечно же, на стороне матери, а брат просто молча ел и иногда улыбался. Его взяла, он достиг того, чего так желал — мистер Дэвид больше не ходит к нам, меня ругают. Мне оставалось только слушать о том, какая я плохая, какой стала, и нужно думать что или кто на меня так повлиял. На этой фразе мой брат решил добить меня.        — А вы не думали, что все проблемы пошли после появления этого учителя? — родители прервались и посмотрели на брата, я же даже не хотел смотреть ему в глаза, но не сдержалась. Я нахмурилась и поджала губы. — Не замечали ли вы, что всё происходящее с нашей Анной — он посмотрел мне в глаза — связано с ним? — он положил локти на стол, провёл языком по губам и удивлённо посмотрел на меня, конечно же наигранно. — Что, я не прав? — я пронзала его взглядом. Родители переглянулись и ахнули.        — Я тебе конечно верю, сынок, но почему ты так считаешь?        — Да, что тебя сподвигло такое сказать? — произнёс отец. Брат ухмыльнулся, что видимо, озадачило родителей. Он достал свой телефон и показал им какую-то фотографию, мне не было видно, но по реакции родителей было понятно, что там какой-то компромат против меня. Дальше он показал и мне: фото из галереи. Я была в шоке, а родители в ужасе. На фотографиях были мы с мистером Дэвидом. Одна была сделана в школе, а другая за пределами: в кинотеатре, совсем издалека. Но на них было видно как мы общаемся с учителем, а также на одной из них мы в кинотеатре идём весёлые и довольные на фильм. На другой было видно, как учитель поднимает меня без сознания. У меня была паника. Всё кончено. Я была очень зла на брата. Очень. Что сейчас будет со мной? А что будет с учителем? За него мне страшно больше, чем за себя. Моё сердце билось с бешеной скоростью, капли пота подступали также быстро как и слёзы. Мне стало жутко плохо во всех смыслах.        — Что это происходит? Ты с учителем в кинотеатре?! — мама не может подобрать слова.        — Это всё глупости, — говорю я, со слезами на глазах. Это единственное, что мне удалось выдавить из себя. Таких сильных криков родителей, наверно, мне не удавалось слышать никогда. Погрузившись в себя на мгновение, обдумывала последующие действия. Я была очень подавлена, не знала что мне делать, просто резко встала из-за стола, взяла свой телефон, обулась, накинула пальто и ушла из дома. В первый раз в своей недолгой жизни. Крики родители были слышны даже когда я уже была на улице, они не стали выходить за мной. Оно и к лучшему. На улице было холодно. Ветер дул мне в лицо, по которому текли ручьём слёзы. В кармане у меня было пару купюр, телефон и платок с мелочью. Я не знала куда идти, но домой возвращаться мне не хотелось. Не придумал мой мозг сделать лучше, как просто идти и смотреть себе под ноги, которые привели меня в незнакомый район. Я шла и плакала, смотря в пол час как минимум. Район в котором я оказалась, мне был не очень знаком. Восемь вечера — или сколько там было, — темно, на улице включены фонари, звёзды на небе — единственное что меня завораживало пока я шла. Вроде бы мне удалось немного успокоиться.Но всё равно чувствовала себя ужасно. Вот-вот и упаду. Я шла вперёд. Никуда не сворачивая, чтобы потом не забыть и найти дорогу. Мне приглянулись вдалеке детские качели, огромные горки, и лавочки с фонарями, на которых так и хотелось посидеть и успокоиться окончательно. Чтобы мне не становилось ещё хуже, я решила выключить телефон. От звонков родителей стало бы только хуже. Наконец-то дошла до детского городка. Ни одной живой души. Только проезжавшие по дороге машины. Осмотрев площадку, понимаю, что качели сырые от подтаявшего снега. На лавочке же было посуше, видимо на ней недавно кто-то сидел, а вот на качели детей не пускали, чтобы одно место не отморозить, да и штаны жалко наверно было. Я присела на лавочку. Оглянулась. Дома мне не удавалось рассмотреть хорошо, с моим то зрением, так ещё и ночью. Я поняла только то, что они высокие — многоэтажки. Тут было красиво: на небе яркие звёзды, а если присмотреться к фонарям, то можно увидеть как летят маленькие хлопья снега. На улице было холодновато, погрузившись в себя я даже и не заметила как заснула прямо на лавочке. Какой позор.

***

Проснулась я уже в больнице. Сама в шоке. Меня охватила паника, когда только открыла глаза. Палата, рядом с окном силуэт человека, смотрящего в окно. От тревожности мои ноги вновь стали ватными, а живот скрутила резкая боль. Я решила присесть. От моих шорохов силуэт повернулся ко мне. Мои глаза привыкли к этому миру опять и дали рассмотреть его получше. Я поняла, что этим человеком являлся мистер Дэвид. Весь перепуганный и по его глазам можно было понять, что тот был рад тому, что я проснулась. Учитель медленно подошёл ближе и аккуратно присел на кровать, положив руки на мои закутанные ноги.        — Как ты? — аккуратно спросил учитель. В его голосе была боль. В этот момент ко мне пришло осознание того, что я не помню как здесь оказалась, и что вообще здесь происходит. Я начала вспоминать последние события. Ссора с родителями, улица, незнакомый район, детская площадка, звёзды, тёмно. Ничего не помню дальше. Интересно, это теперь такая традиция у меня терять сознания, чтобы потом меня спасал учитель английского?        — Я… — не могу сформулировать предложение. Что ему сказать? — Мне нужно Вам кое-что сказать, — мужчина внимательно посмотрел на меня и кивнул в знак согласия. — Где мои родители?        — Они едут, не переживай, — тот мило улыбнулся. Как раз это и плохо. Сейчас их тут не хватало.        — Тогда Вас здесь не должно быть. Брат…он — я начала мямлить. — он показал фотографии родителям, где мы вместе проводим время и… — он был в ступоре. Его выражение лица стало более сердитым, но потом с сочувствием посмотрел на меня. — Но прежде чем уйти, расскажите мне что же Вас связывает с моим братом, прошу. — Но сейчас мистер Дэвид не был похож на человека, который вот так просто и быстро уйдёт. Я решила сделать глазки как у кота из Шрека. Кажется, подействовало. Преподаватель тяжело вздохнул и приступил рассказывать.        — Мы с ним уже давно знакомы. Когда я только переехал в этот город к тёте, то сразу начал ходить по клубам развлекаться. Где-то там мы и познакомились. Я сразу понял, что ему нет восемнадцати, но всё же мы много выпили. Так я встречал его пару раз, пока каким-то чудесным образом мы не оказались в чужой квартире. Твой брат во что-то ввязался и меня с собой прихватил, воспользовался тем, что я был слишком пьян. Он был под чем-то и… потом я мало что помню, но в итоге не смог его оттуда вытащить, он жутко сопротивлялся, а я не знал что делать. Твой брат просил оставить его и я просто послушал. Как оказалось позже, в этой квартире было много — он перешёл на шёпот — наркоты, не знаю как он выбрался, но подозреваю.        — Что Вы имеете ввиду? — спросила я.        — Это был развод, при чём крупный. Какие-то дамочки с своими дружками разводили людей с деньгами, подмешивая им что-то в напитки, а потом заводили в эту квартиру, шантажировали и мы с твоим братом стали их жертвами.        — Почему же мой брат не хотел уходить?        — Потому что, — он положил руку на мою — он был под чем-то очень плохим и нёс всякий бред, сопротивлялся, когда я его вытаскивал из квартиры. Вот и наплевал. Один ушёл, совесть меня, конечно, долго мучала и после того раза я не злоупотреблял алкоголем.        — И как же он выбрался?        — Наверно тебе будет это неприятно слышать, но… — он аккуратно погладил меня по руке, — после этого он заплатил им и начал работать с ними, а за одно и употреблять, — последние слова он сказал немного тише и медленнее, обдумывая надо ли мне это слышать. Я была в огромном шоке. Конечно, у меня были подозрения, что он балуется такими штуками, но до последнего не верилось. Я была уверена — деньги родителей и точно не маленькая сумма. Учитель увидел, что я задумалась и была как будто не в этом мире. — Всё хорошо?        — Эм, да. Спасибо, что рассказали, и я не хочу подвести Вас… — мне было неловко его выгонять, но так было лучше, если родители увидят его в моей палате, они… я даже не представляю, что они сделают, — просто уходите пока не пришли родители, мне страшно, — на последнем слове мужчина погладил меня по голове и легонько чмокнул в лоб. Мне было приятно, в животе что-то ожило. Меня переполняли самые разные эмоции. Я не отстранилась или нахмурилась, а только расплылась в улыбке и покраснела от смущения.        — За меня не волнуйся. Завтра ты наверно в школу всё равно не пойдёшь, так что до встречи в среду, — он улыбнулся и встал с кровати. — И пожалуйста, больше не усыпай на лавочке перед моим домом, я переживаю за тебя и твоё здоровье. Так вот куда забрели мои ноги… Я стала ждать родителей, а точнее готовилась к их крикам и лекциям. Они приехали через минут двадцать после ухода учителя. На моё огромное удивление в палату зашли родители, которые вели себя необычно: были испуганны, мама была в слезах, целовала меня в руки, обнимала. Это точно они?        — Доченька, — воскликнула мама. — как же ты нас напугала! — родители за весь этот разговор ни разу не повысили на меня голос, наоборот, они были непривычно ласковыми. У меня стали просить прощения родители. Точно подменили! Но всё же я решила извиниться тоже за то, что сделала необдуманный поступок и заставила их волноваться. Они поговорили с врачами и вскоре мы поехали домой.