My Bad Teacher

Учитель не соврал. Мы ждали моего брата. По словам мистера Дэвида, как ему передала мама, Жека обещал прийти до прихода родителей. Пришлось ждать несколько часов, до прихода родители оставалось как минимум полчаса, а его всё нет и нет. Я сидела за столом и делала уроки, озвучивая в слух всё, что читаю и делаю, а Дэвид просто лежал на моей кровати и слушал.        — Итак, русский доделала, биологию прочитала, осталась история, — я перебирала учебники в поисках истории за одиннадцатый класс. Да, сегодня был последний учебный день, но я много пропустила и не сделала из-за такого состояния, поэтому лучше не оставлять на потом этот материал. Дэвид успел сто раз сказать, что это мне не нужно, лучше бы отдохнула и тд. Ему то легко говорить, он отучился уже много лет назад, а мне ещё целый год мучиться. Кстати, а где он учился?        — Слууушай, — протягиваю, поворачиваясь к преподавателю. — А будет ли уместен сейчас вопрос о твоих школьных годах, м? — это явно заинтересовало учителя, он лежал с закрытыми глазами, а тут открыл их и даже привстал, чтобы соблюдать зрительный контакт.        — Что это тебя вдруг? — поинтересовался тот.        — Не знаю, просто подумала, стало интересно.        — Интересно, говоришь? — он почесал подбородок и махнул рукой. — Ладно, садись, слушай. Усевшись рядом с учителем, тот приобнял меня, я немного спустилась к нему, чтобы быть ближе к его груди. Мне удавалось слышать его сердцебиение, да и просто в таком положении ощущала себя более защищённой. Дэвид это оценил, поглаживая меня по плечу и смотря в глаза. Что-то слишком много у нас зрительного контакта, может это с чем-то связанно? Заболевание? Ах, да, наверно, влюблённость.        — Я хорошо учился в твои годы, но с поведением у меня было не всё хорошо. Когда я учился в Лондоне, у меня было много друзей, любил проводить с ними время. Таким образом начал пить, когда-то даже, не поверишь, курил… — он явно ловил флешбеки смотря куда-то в потолок, а я просто тихо слушала его рассказ. — я правда не хочу, чтобы твой образ жизни хоть как-то был схож с моим в твои года. Поверь мне, это очень плохо, и до добра не доведёт.        — Проверено на личном опыте? — усмехаюсь.        — Проверено на личном опыте. — согласился учитель. — А ты пила когда-то алкоголь? Про курение не спрашиваю, я помню ту историю. — на его лице виднелась улыбка. Вот ему смешно, а мне нет. Я же вчера пробовала виски в первый раз. Соврать или сказать правду? Кажется, долго думала, что насторожило преподавателя. — Так, что ты молчишь? Пила?        — Ну, знаешь, только один глоточек… — я замялась. — всего один! — учитель засмеялся.        — Когда люди говорят «один глоточек», это значит, что хрен там плавал! Но тебе я верю, ты бы наверно, больше и не выпила. — смеялся тот.        — Это почему же именно мне?! — стало обидно. Я начала вспоминать все сказанные в мой адрес, слова Николая. Про то, что ещё маленькая, слабая, беззащитная, ранимая, отличница… Аж не по себе стало.        — Не обижайся. Это ведь хорошо. — он крепче приобнял меня за плечи. — Зато я всегда знаю, что ты не напьёшься и, если напьюсь я, ты отвезёшь меня, дотащишь до дома…        — Эй, придержи коней. Я тебе не такси! Мы долго провели время лёжа на кровати. Даже не заметили, как пришёл брат. К сожалению, это было огромной ошибкой.        — А знаешь, из тебя наверно получилась бы отличная бунтарка.        — Правда?        — Ну да, в нашей компании было несколько девчонок, которые были сначала хорошенькими, а потом в их жизни что-то пошло не так и вот они уже тусуются с местными пацанами, пьют пиво, употребляют и, конечно, курят всё, что попало. — я удивлённо посмотрела на учителя. Даже для него это слишком! Я присела, отстраняясь от объятий. — Но я не имею в виду бунтарку, как их… — стал оправдываться тот. Он прикоснулся к моей коленке. — Пойми, я желаю тебе только хорошего. Но чёрная рокерская куртка тебе бы отлично подошла! — подметил тот. Я посмеялась.        — Может быть, — смущаюсь, стараюсь не смотреть в глаза, но так и манит, так и хочется заглянуть в них, увидеть его мир. Такой накалённый момент, явно что-то сейчас произойдёт, даже уже предполагаю что именно. Мистер Дэвид медленно и аккуратно притянул меня к себе, чтобы я присела к нему на колени. Я прикусила губу, его это возбуждало? Не со стопроцентной вероятностью, но точно знаю, что нравилось. Помнится, где-то в интересных фактах было написано, что мужчинам нравится, когда девушка делает какие-то действия руками, к примеру, проводит по телу, заправляет прядь за ухо или что вроде того. Удобный момент, чтобы проверить, не правда ли? Я повинуюсь мистеру Дэвиду, прикусываю губу, сажусь на колени и медленно заправляю прядь волос за ухо. Учитель внимательно наблюдает за моими действиями. Я мысленно создала черту, за которую переходить не стоило, поэтому всегда был план «б». И тут мы начинаем приближаться друг к другу, осознаю, что моё сердце готово выпрыгнуть наружу, пробежать весь мир и вернуться обратно. И уже когда расстояния между нашими губами вроде не оставалось совсем, в голову пришла мысль «А на трезвую голову ли я это делаю?» Чёрт его знает, когда наркотик выйдет из моего организма. От этой мысли стало страшно. Я наркоманка. Тут же отстраняюсь, перекинув ноги через колени учителя, сажусь рядом, устроившись на соседней подушке.        — Анют? — такое нежное прозвище. Мне нравится.        — Я наркозависимая, — отворачиваюсь. Не могу смотреть ему в глаза.        — С чего ты это взяла?        — Да брось! Ты же теперь меня не будешь воспринимать как прежде… — в этот момент я осознавала, что приняла наркоту, хоть и не по своей воле. Как можно было подменить таблетки? Мир рухнул. Кажется, учитель ожидал такой реакции. Я такая предсказуемая? Мне стало страшно, будто в мире кроме меня никого не осталось, и всё вокруг сужалось ко мне, недавав выбраться из своей оболочки. Глаза стали намокать, полились слёзы. У меня была истерика. Настоящая истерика, чуть ли не паническая атака. Она, возможно, тоже навестила бы меня, если не учитель. Пока я задыхалась в своих слезах, он крепко обнял меня, не давая мне выбраться из своих объятий, показывая, что с ним безопасно, волноваться не стоит.        — Тихо, зай, вдох, выход. Давай со мной, — я начала повторять за ним. Дыхание встало в норму, слёзы все ещё текли, тревожные мысли не покидали меня. — Всё хорошо, я рядом. — из-за собственного рыдания практически ничего не слышала, как вдруг услышала что-то похожее на шаги…        — Ромео и Джульетта, — окликнул знакомы голос. О чёрт. Это брат. Сейчас станет ещё жарче… Учитель повернулся на звук, не отпуская меня. В нём заиграла злость. Его руки сжались в кулаки. Я начала вытирать слёзы.        — Отъеби от неё, мудак, а. И так проблем по горло, а ты тут ещё, педофил недоделанный, — фыркает брат. Дэвид не выдерживает. Он встаёт с кровати и подходит чуть ли не вплотную к Жене.        — Это я мудак?! — кричал тот. — Ты вообще знаешь, что произошло?!        — Мне насрать на ваш роман, хоть она и моя младшая сестра, сказал так, будто это его наказание. Я вытираю последние слёзы. Что делать? Кому звонить? Они тут друг друга на куски порежут, а это только минимум! Просто сижу и наблюдаю, чтобы не совершать ошибок. Учитель обещал не драться.        — Послушай сюда, наркоман ты хренов, — от этого слова мне уже стало ещё страшнее. — если испортил свою жизнь, так зачем ей портить? Она что плохого сделала?        — Родилась. При чём тут это? — брат продолжал огрызаться. А я лишь только крепче поджала ноги, сдерживаясь, чтобы не расплакаться.        — Ты понимаешь, что мы в любой момент можем сдать тебя копам за хранение наркоты? — умный ход, мистер Дэвид, но зря, у него найдётся компромат и на нас с вами. Брат был в небольшом шоке, но старался не подавать особо виду. Учитель же становился всё больше и больше несдержанным.        — Сегодня в школе, я застал твою сестру в самом худшем состоянии. Она была не со мной, понимаешь? Где-то витала там, сама не понимая что происходит. — с каждым словом становилось сложнее сдерживать слёзы. — А знаешь от чего это?! — преподаватель прожигал его взглядом, ожидая ответа. — От твоей долбанной наркоты, которую ТЫ — он тыкнул пальцем прямо в грудь брату. — подменил на обычные таблетки! Я увидела то, чего явно не ожидали ни я, ни учитель — брат перевёл взгляд на меня с каким-то сочувствием, будто представляя ту картину, которую застал Дэвид, а потом также безразлично и сухо продолжил смотреть в глаза преподавателю.        — Успокой своего учителя, он явно не в духе. — обратился тот и пошёл к себе в комнату. Учитель последовал за ним. Дверь в комнату закрылась с громким хлопком. Я расплакалась. Слышались их крики, но я не вникала в слова. Только лишь, прижав покрепче ноги к груди, хлюпаю носом и думаю о хорошем. А что было бы, если брат не увлёкся всем этим? Как бы сложилась судьба? Быть может, тогда никогда не увиделась бы с учителем, а Жека остался таким хорошим братом, каким он был всегда. В реальность меня привёл громкое ругательство. После него последовала небольшая тишина.        — Урод, верни на место! — кричал брат. Тишина. Я боюсь представить что происходит в той комнате.Может они уже убили друг друга, а я здесь сижу? Я долго сидела, думала идти или нет. Вроде, даже за это время услышала чей-то голос, но он был настолько тихим, что не могла разобрать чей он. Сделав глубокий вдох и выдох, иду. Медленно, тихо, чтобы никто не услышал моих шагов. Я стараюсь дышать как можно тише, чтобы услышать происходящее за дверью.        -…поэтому ты думаешь сдать меня? У тебя нет доказательств, друг мой. — говорит учитель. В моей голове уже пронеслись все возможные сюжеты дальнейших событий: брат сдаст учителя? Он сдаст его? Мне придётся кого-то защищать? Может кого-то из них я больше не увижу? Мысли прервал звук открывающейся входной двери. Я тихо ахнула. Только не они…        — Дети, мы пришли! — прокричала мама. — Давай, снимай всё с себя. — думаю, это было адресовано Лере. Дверь в комнату брата открылась. Из неё вышел учитель, а брат стоял лицом к окну, подняв голову вверх. Дэвид слегка был удивлён мне. Он подошёл ко мне ближе и приобнял за плечо, а я всё ещё смотрела на брата и разглядывала его комнату. Тут я вспомнила про родителей и сестру, которые должны были с минуты на минуту подняться на верх, к нам. Нам пиздец, у меня паника.        — Там родители пришли. — указываю пальцем на лестницу. Учитель молча кивнул мне и демонстративно кашлянул, кинув взгляд на брата. Тот повернулся к нам, цокнул языком, что-то проворчал про себя и подошёл к нам.        — Иди вниз, мы догоним, — приказал мистер Дэвид. Я послушно спустилась. Передо мной стояли родители, они переобувались, и сестра со своим огромным рюкзаком, которая уже сняла верхнюю одежду и переобулась.        — Доченька, как ты себя чувствуешь? — спросила мама, когда заметила меня.        — Уже намного лучше.        — Мама сказала тебе было плохо, от чего? — подключился папа. Я не знала что ответить.        — А, ну… — и тут Лера чуть ли не запрыгивает на меня с своим ранцем.        — А мне мама купила киндер! Угадай, кто будет есть киндер и смотреть мультики?! — она была такая радостная. Я мило улыбнулась и погладила её по голове.        — Так из-за чего же? — переспросил отец.        — Она переутомилась, — послышалось сзади. Мистер Дэвид спешит на помощь! Он спас меня от неловкой ситуации. Учитель подошёл к родителям. С отцом он пожал руку, представился, а с мамой — поздоровался, так как были уже знакомы.        — Ане стало лучше совсем недавно, я наверно пойду. — обратился мистер Дэвид к маме. Она улыбнулась.        — Конечно, конечно. Не будем вас задерживать! Спасибо, что присмотрели за ней.        — Очень благодарны! — дополнил папа. По лестнице спустился брат. Жека встал рядом со мной и сестрой, пронзая своим взглядом. Что он задумал? Тот молчал, пока родители не обратили на него внимания.        — Евгений, — Как не привычно. Кроме отца его никто так не называет. Ему больше подходит придурок. — Ты здоровался с учителем сестры? — сказал тот. На что мой любимый братик только проскрежетал зубами и хитро улыбнулся.        — Конечно. Мы уже знакомы, — Дэвид и Женя улыбались друг другу напоказ, но в душе каждый уже убивал своего соперника.        — Да, знакомы. Так, вроде всё хорошо. Они сдерживаются.        — Мы знаем друг друга ещё до совращения моей сестрёнки. — ТВОЮ МАТЬ ЧТО?! Я готова была сквозь землю провалиться! Нет, это всё происходит всерьёз? Я вся покраснела, руки задрожали как осиновый лист, не знаю на чью реакцию смотреть: учителя, брата, или может, наконец на реакцию родителей?! Все были в шоке. Мистер Дэвид очень удивился, как и остальные. Мама ахнула, папа нахмурил брови. А я… А что я… Я СЛЫША КАК МОЁ СЕРДЦЕ ГОВОРИЛО МНЕ «ПОКА, Я ГУЛЯТЬ ВОКРУГ СВЕТА ЗА ОДНУ СЕКУНДУ»! И только один брат стоял спокойно и ухмылялся, наслаждаясь реакцией учителя. Детский сад!        — Евгений, объясни нам о чём ты говоришь!        — И от вас я тоже жду комментариев!        — Что за глупости ты несешь?! — не выдержала. Все в шоке теперь и от моего срыва. Даже брат вылупился, будто привидение увидел.        — Сестрёнка, это всё ради твоей безопасности! — притворялся тот, играя роль хорошенького брата и сына.        — Кто бы говорил о безопасности! Мистер Дэвид просто успокоил меня, уберёг от нервного срыва, а ты уже придумываешь в своих фантазиях! — кричу. Кричу так сильно, что надрываюсь.        — Анна, перестань кричать на брата! Почему ты так отвратительно себя ведёшь? — возмущалась мама. То есть всё, что тебя волнует сейчас, это то, как я себе веду? Мать года!        — Мама, он говорит неправду! Как ты это можешь не понимать?        — Я понимаю только то, что этот — она показала на учителя. — молодой человек мог промыть тебе мозги! Ах! Да как же с вами сложно! Сама оставила меня с ним, когда я была без сознания, а теперь он ещё мне мозги промыл? Как они могут верить в эту чушь? И это ещё они называются родителями?!        — Никто мне ничего не промывал. — я прикрыла лицо ладонью от стресса и вдруг поняла, что всё это время рядом стояла ничего не понимающая Лера. Как же ей сейчас трудно, не лучше чем нам! Я притянула её рукой, та обхватила мои бёдра, вцепившись таким образом и закрыла глаза. Все кричат, орут, она ничего не понимает, ей наверно страшно.        — Позвольте обьяснить. — начал Дэвид. Наконец-то, проснулся! А я уж думала так и будет молчать! Тоже мне, мужчины! — Анна не врёт. Я ничего не делал, поверьте. Мы с Евгением и правда знакомы давно, просто он не сказал вам при каких обстоятельствах именно, а также чем именно он занимается находясь за пределами дома. — спокойно объяснял Дэвид. Я видела как брат насторожился, кажется, он даже немного испугался. Испугался, что сейчас родители узнают правду. Учитель собрался и приступил рассказывать всё, как есть.        — Ваш сын уже на протяжении долгого времени замешан в употреблении, а также в распространение наркотических средств. Одно из них находится в комнате Анны. Он подменил обычные таблетки на наркотик, спрятав в лекарствах. Когда у Ани заболела голова, она выпила это, ничего не подозревав. Именно поэтому ей стало сегодня плохо, это единственное в чём мы вам соврали, простите. Родители находились в состоянии аффекта. Они смотрели то на учителя, то на брата, то друг на друга. Я старалась держаться, у меня даже получалось.        — Он врёт, отец. Ты веришь этому извращенцу?! — в обычный раз мама бы сказала ему не выражаться при детях, но сейчас она не знала как и реагировать на услышанное.        — Я не знаю кому верить, Евгений. Очень хочется верить, что вы втроём замешаны в этом спектакле, который сейчас устроили и всё ранее сказанное вами — ложь. Я всегда ненавидела свою сестру. Нам вчетвером хорошо жилось. Особенно, тогда брат был тем братом, которого все любили. Точнее любила я. После появления сестры родители перестали уделять нам время. Как два изгоя. Брат сначала помогал мне, а потом в какой-то момент для него я стала просто маленькой девочкой, с которой уже неинтересно играть. С каждым днём мне становилось ясно, что Жека уже не хочет играть со мной и по факту, осталась одна. Кто бы мог подумать, что именно Лера смогла помочь разредить всю эту ситуацию и если бы не она, наверно, бы уже никогда не увидела учителя.        — Мамуля, Аня не врёт, Женя плохой! — она вырвалась, подбежала к маме и посмотрела ей прямо в глаза. — прости, что не сказала тебе сразу, как ты говорила мне говорить правду всегда! Я видела, как в Лондоне он бил Аню! Он плохой! — от сказанного, ахнула не только мама, но и отец вместе с ней тоже. Она же видела, я помню! И не призналась до сих пор… Это явно оставит огромный след в её памяти и психике. Мне стало её так жалко, что кажется, в этой истории жертвой была не я, а она.        — Что ты… — брат хотел возмутиться, как к нему подошёл отец и в плотную продолжил разговор.        — Это правда, что ты бил свою сестру?! — тот кричал. — Отвечай!!! Брат только нервно сглатывал слюни и дрожал от страха. Вот и пришёл конец его светлым денькам. Точнее ночам.        — Я не бил её. — вякнул тот. Отец не поверил ему. Он прижал своего сына к стене и стал допрашивать, пока тот не скажет ему правду. Я вспомнила все те синяки, что когда-то оставил мой брат, была чуть не в слезах. Учитель наблюдал как Женю допрашивают, он ждал этого слишком долго. Наконец-то справедливость восторжествует. Ко мне подошла мама с сестрой и тихо обняла.        — Не ври мне!        — Да не бил я её! Я люблю свою сестру, — от последней фразы у меня что-то ёкнуло в сердце. Он врал и все это понимали. Хорошо, что не я одна, уже не помню того брата, который был всегда так добр ко мне. Брат, который по-настоящему любил меня, а не врал, чтобы прикрыть свою задницу.        — Мам, он врёт, — тихо прошептала я. Она погладила меня по спине, успокаивая.        — Тише, мы поняли. Прости нас, что не поверили поначалу. Дальше всё как в тумане. Крики отца и брата, споры родителей с ним. Одно я осознавала в те минуты — больше он не дотронется до меня. В тот же вечер, когда мистер Дэвид уже ушёл, меня оставили присматривать за Лерой в её комнате, чтобы успокоить. Мне было жалко её всех больше. Родители ещё долго выясняли что-то с братом. Мама очень нервничала. Перед ней стоял выбор, что сделать с сыном: сдать в тюрьму с доказательствами, отправить куда-то на исправление или просто закрыть на это глаза. Сложный выбор, но я бы выбрала первое, уже успела попрощаться с тем братом, сейчас передо мной был не он, а другой Жека, который просто заменил нашего и никому не сказал. А тот даже набрался наглости не попрощаться. Я не пересекалась с ним больше в тот вечер. Не хотела его видеть. Но пришлось…

Той же ночью

В ту ночь я долго не могла уснуть. Не знаю сколько тогда было времени, но мне очень хотелось пить, поэтому решила спуститься на кухню за водой. Я набрала в стакан воду, попила, поставила стакан на место, всё шло хорошо. Уже подходя к своей комнате, увидела в темноте силуэт человека, который через пару мгновений схватил меня и потащил в комнату. Догадались? Да, это был Жека. Я сопротивлялась как могла, хотела что-то сказать, но тот закрыл мне рот рукой. Он повалил меня на свою кровать, всё ещё придерживая. В комнате было темно, только из окна уличный фонарь освещал комнату. К сожалению этого было не достаточно, чтобы рассмотреть брата получше.        — Хватит рыпаться! Из-за тебя и твоего педофила мне грозит настоящий срок, ты понимаешь?! — он был очень напряжен, прижимал так сильно, что кровь не могла поступать к рукам, я уже переставала чувствовать их и каждая попытка подвигать ими становилась всё сложнее и сложнее.        — Отпусти меня, мне больно, — пищала я. Он не ослабил хватку.        — Нравится? А мне думаешь не больно? Тебя то отец не бил!        — Зато ты бил, — подмечаю я, пытаюсь освободить свои ноги, но у меня ничего не выходит. Он всё также крепко держит меня в заложниках. Женя медленно нагнулся к левому уху.        — И я не против продолжить. Родители спят, твоего учителя здесь нет. Вопи сколько хочешь, тебе никто не поможет. — шептал тот. В этот момент я действительно почувствовала себя беззащитной и страх окунул меня. В принципе, именно этого Жека и добивался. — Но я не могу этого сделать. На твоей коже будут красоваться огромные синяки, родители это заметят и сразу свалят на меня. — он медленно провёл рукой по моему подбородку, а потом приподняла его ближе к себе. Я не видела его четко, но представляла его свирепый взгляд.        — Что, испугалась? — усмехается парень. — Не бойся, старший брат тебя не обидит, — дразня произнёс Жека.        — Да ты псих!        — Запомни раз и навсегда: в какой-то момент мне станет абсолютно плевать на законы, на родителей и я изобью тебя до смерти, ты будешь молить о пощаде. — он говорил это с таким наслаждением, наверно, уже представлял у себя в голове сказанное. Не могу поверить, что мой брат настоящий психопат! Теперь мне страшно с ним жить. — Если ты не хочешь этого, то даже и не заикайся про меня родителям и про наркоту. Будешь ещё всё отрицать, вот увидишь.

***

На следующий день с утра все были немногословны. Брат отказывался завтракать, поэтому за столом его не было, и очень хорошо. Мама молчала, папа тоже. Я решила не прерывать эту идиллию. Уже уходя, мама попросила присесть. Вот здесь уже страшно.        — Аня, мы хотели бы с папой тебе кое-что сообщить. — начала она. Я внимательно слушала.        — Мы с мамой пока принимаем очень трудное решение по поводу твоего брата. И нам было бы спокойнее — тот положил руку на руку мамы.        — Да, нам будет спокойнее за тебя, если ты пока что поживешь у Николая. Мои глаза стали огромными как никогда. Я была готова услышать всё, но не это!        — Мама! — я осмотрелась и переключилась на шёпот. — Поймите, он настоящий псих, его нужно изолировать от нашей семьи!        — Аня, послушай, мы понимаем как тебе сейчас плохо, сколько на тебя тут свалилось. Но так правда будет лучше. — успокаивала та. Спорить с ними бесполезно. Я тяжело вздохнула.        — И когда мне собирать вещи? — грустно произношу.        — Сегодня вечером он заедет за тобой. Отлично. Надеюсь, Николай тоже не окажется очередным психопатом.