My Bad Teacher

***

Одиннадцатый класс — самое сложное время для меня. Тут много причин и перечислять их можно бесконечно. Можно выделить несколько: Мне пришлось специально проваливать тесты, всё шло хорошо. До одного момента, когда одноклассники стали замечать что-то неладное. Материал я всё же учила, это знал мистер Дэвид. Потом, если что мог проверить и убедиться, но не одноклассники, которые стали замечать, что здесь что-то не то. Для них это выглядело как какой-то бойкот от меня учителю, ведь по другим предметам у меня всё также было хорошо. Не могла же я не понимать предмет, который знала на отлично! Пришлось думать. Думать нам троим, да, Катя тоже подключилась, не бросила и стала помогать, лишь бы этот Рубцов отстал. Пока мы думали, в мире как будто что-то перевернулось. Учительница алгебры и геометрии — которая меня и так не очень-то и любила — начала занижать оценки. Другие учительницы по настроению: одиннадцатый класс, нам и так тут сложно, так ещё есть проблемы помимо учёбы, а они создают дополнительные! Класс! Я стала многое не успевать делать. Иногда приходила с не выученными или недоделанными уроками. Всеми усилиями пришлось показывать Николаю как мне трудно, что я не хочу ездить с ним в свободное время куда-то гулять на его тачке. Нет. Не. Хочу. Он этого не понимал, как и родители. Что с ними произошло мне не понятно. Чем их так зацепили Рубцовы? Они хотят поскорей избавиться от меня, так ещё и деньги семье увеличить? Бред. Почему я, а не Женя? Он же старше, пусть первый в брак вступает! Я очень сильно поменялась за тот год. Много произошло, много чего меня поменяло. Раньше я жила как по какому-то шаблону, где всё расписано и предвидено, а сейчас каждый день что-то новое и не знаешь чего ждать завтра. Особую роль тут играл и мистер Дэвид. В начале десятого класса мы были учитель и ученица, которые враждуют и ненавидят друг друга. А сейчас даже не знаю до конца кем мы являемся друг другу. Также, наверно, это мало кто мог заметить, но мне казалось, что я повзрослела за это время. Да, именно так. Но кажется, это заметила лишь только я. Может, мне просто казалось. Кто его знает. Всё это свалилось на меня и моя нервная система дала сбой. Я долго не могла уснуть по ночам, могла лежать на кровати до трёх часов ночи и мучиться. Делать уроки я стала до полдвенадцатого, как минимум: уроки, подготовка к экзаменам, зубрёжки правил и формул. Всё это было и раньше, но сейчас это было особенно тяжело. Не хочу жаловаться, но я думала что не доживу до конца первой четверти. Всё это мне трудно вспоминать, а особенно тот злосчастный день… За несколько дней до каникул Я не могла ни на чём сконцентрироваться. Моя голова болела так сильно, что закладывало уши. Мы сидели на уроке литературы с Катей за одной партой, как обычно. Катя переписывалась со своим парнем Димкой, который уже закончил одиннадцатый и сдал все экзамены. Счастливчик. Вообще-то моя голова болела уже не первый день. Таблетки не помогали совсем, я не стала тревожить родителей, это из-за огромной нагрузки и всё. Такое со многими случается. Наверно. Уже после урока на перемене поняла, что не выдержу оставшийся урок: географию. Урок ненужный как я считаю, поэтому прогулять разок можно, тем более на то есть причины. Вроде, в Лондоне не заблудилась, и на том спасибо, можно прогулять. Перекинувшись пару слов с Катей, мы попрощались и я пошла домой. Да, всё так просто. Классной сегодня не было в школе, учительнице по географии пофиг на присутствующих, она редко отмечает, надеюсь, сегодня не отметит и мне повезёт. У меня жутко кружилась голова и на первом этаже рядом с гардеробом, я решила сделать жадные глотки воды и немного посидеть. Пока я пила воду, ко мне подошёл мистер Дэвид. Как говорится «место встречи изменить нельзя!». Уже какой раз встречаемся здесь. Он озадаченно посмотрел на меня и положил руку на плечо.        — Всё в порядке? Почему не на уроке? Я закрыла бутылку и положила её в рюкзак.        — У меня голова болит. География — предмет неважный, один разок пропустить можно. — еле слышно произношу и закидываю рюкзак за плечо.        — Ты бледная, — он медленно провёл большим пальцем по моему подбородку. — Как ты доберёшься домой?        — На такси. — сухо отвечаю. Учитель заволновался.        — Почему не с водителем?        — Родители не должны знать о том, что я ушла раньше. Сегодня Николай не заезжает за мной у него работа, а родители на работе где-то до семи, возможно, раньше, возможно позже. Им ещё сестру с мероприятия нужно будет забирать. Поэтому скажу, что дошла пешком, решила прогуляться.        — То есть никого дома нет? — я отрицательно покивала головой. Вижу, как учителя передёргивает всякий раз от этого имени «Николай», но со временем, он привыкает и реагирует более спокойно. — Пожалуйста, будь аккуратна. — в коридоре никого не было, поэтому учитель осмелился поцеловать меня в лоб на прощанье и пойти на урок. Я пошла переобуться и накинуть на себя пальто с беретом. На улице осень как никак, холодно. В последнее время одежда показывала моё настроение: к примеру, сегодня, как и в последние пару дней, надевала первую попавшуюся толстовку и джинсы. В обычные же дни надевала красивую юбку с блузкой или брюки. Через пять минут меня ожидало такси около школы, на котором я поехала домой. Дома никого не было, кроме меня. Мне это было на руку. Я везде пооткрывала окна, так как было жутко душно и легла на кровать. Стало ли мне лучше? Нисколько. Через полчаса я всё-таки встала и пошла на кухню искать таблетку от головной боли. Я, конечно, в названиях разбиралась плохо, да и инструкцию лень читать, короче, решила взять таблетки, которые лежали ближе всего.        — Уже знакомая упаковка. Обычно пьют одну или две таблетки, но мне не помогают они уже несколько дней, почему же не выпить сразу четыре! — подумала на свою больную голову. Не знаю чем я тогда думала, но при виде бутылки виски у меня выделилась слюна. Я никогда не пробывала алкоголь и не знала какие эти напитки на вкус. Видимо, брат или отец оставили. На самом видном месте, вот как специально! Родители часто пили спиртные напитки, но никогда не давали пробовать мне. Всегда было интересно какие они на вкус. Хоть это и очень вредно. Но меня будто что-то подталкивало и соблазняло. Кажется, в тот момент я ничего не осознавала всерьёз, как будто во мне проснулась другая Аня. Аня, которая рвалась наружу, побунтарствовать.        — Ничего страшного не произойдёт, если сделаю маленький глоток! — немедленно подношу бутылку к губам, а потом вспоминаю, что в ладони находятся лекарства. У меня промелькнула мысль запить их виски, а за ней и другая, что лучше сначала попробовать алкоголь, а уже потом запить таблетки водой или наоборот. Что-то я начала бредить. Мне показалось это немного смешным.        — Кажется я схожу с ума. — и закинула горсть таблеток в рот, а потом запила их виски. Этот резкий вкус и запах, я чуть не выплюнула жидкость, но потом мне это будто понравилось и просто проглотила. Тут откуда не возьмись упала упаковка с таблетками, которые нам давали постоянно в детстве. Правда, не помню, чтобы их кто-то принимал в последнее время, да и надеюсь, что у них не истёк срок годности, вдруг старые. Всё равно не посмотрела срок годности. Наверно, зря.        — Впрочем, лишним не будет. — вновь неправильно подумала я. Мой мозг уже не соображал, что делал. Даже представить себе не могла, чем это обернётся. Выпила парочку и этих. Если таблетки помогут, то взять их незаметно утром не получится, лучше взять сразу. Так и сделала. Я пошла делать уроки. Буквы в учебниках начали свою тусовку, решили поиграть со мной, не давая прочесть хоть одну строчку. У меня не получалось собраться с мыслями и сделать хотя бы один предмет. Помимо этого, начались и другие проблемы. Скорее всего это произошло из-за того, что я выпила слишком много таблеток, так ещё и запила их алкоголем! Вообщем, меня начало тошнить, и кружилась голова. Чувствую, как к горлу что-то подступает. Я еле успела добежать до туалета. Минуты две-три, а потом мне стало получше. Я долго умывалась, холодная вода успокаивала меня. Но тут послышался звонок в дверь. Теперь гадай кто это, но кто бы это не был, сказать должна одну и ту же фразу, которую заранее выучила на всякий случай. Быстренько вытерла лицо полотенцем и подбежала к двери. Это был Дэвид. Самый неожиданный гость стоял у меня на пороге.        — Как ты? — спросил тот. Я не знала что ответить. Сказать, что я только что выпила дохрена таблеток, запила их виски и теперь мне ещё хуже?        — Голова не проходит. — жалуюсь. Учитель заходит в дом и закрывает дверь. Я стою и смотрю на него.        — Ты выглядишь не очень то и здоровой. Давай я посижу с тобой, — Дэвид был таким искренним со мной. Мне было приятно, когда тот относился ко мне с заботой и мог всегда поддержать. Это ли любовь? Человек, который понимает тебя, с которым тебе хорошо. Человек, который вызывает у тебя совершенно новые эмоции и чувства. Вдруг меня начинает пошатывать, стараюсь не подавать виду. Не хочу чтобы преподаватель волновался ещё больше. Я стараюсь стоять смирно, но не получается, не могу сконцентрироваться на одной точке, все кружится и вертится, как в комнате иллюзий в центре города. Кажется, мистер Дэвид это заметил. Я видела волнение в его глазах, и с каждой секундой оно увеличивалось.        — Тебя шатает, голова начала кружиться больше? — волнуется. Мне стало больно слышать то, как он тревожится.        — Нет, все…хошор… хорошо. — язык заплетается, именно это выдаёт меня. Я пытаюсь не подавать виду, не хочу доставлять проблем ему ещё больше, но не получается. Неужели я такая слабая, что не могу справиться с этим? Начинаю приводить себя в чувства. Пытаюсь стоять на месте и не шевелиться, пытаюсь успокоиться. За этим наблюдает Дэвид, который хочет понять смысл моих действий. Он держит меня за руки, чтобы я не упала, помогая мне.        — Эй, пошли в комнату, тебе нужно полежать. — я киваю. И, не знаю, что произошло дальше. Точнее не помню… Помню только темноту, в которую я медленно погружалась, как в сон. Снова. Флешбеки с прошлого года…

***

Я проснулась на своей кровати. Тёплой кровати, под тёплым одеялом. Очень уютно. Желание открыть глаза пропадало, я сразу закрывала глаза. Мне хотелось спать. И только спать. Будто мне станет намного легче, если закрою глаза и засну вновь. Я боролась. То открывала глаза, то закрывала их. Это борьба продолжалась не долго, я закрыла глаза и сразу уснула. Не знаю сколько прошло времени, но этого мне хватило, и спать больше не хотелось. Когда я всё-таки открыла веки, тут же начала разглядывать комнату. Не помню что произошло. Память постепенно начала возвращаться при виде учителя, сидящего за стулом, прикрывавшего ладонями своё лицо.        — Я что-то натворила, да? — тихо произношу, садясь на кровать. Я пыталась осмотреть всё до мелочей и единственное, что привлекло меня это то, что лежало на столе рядом с учителем: упаковки таблеток, которые я пила все это время, пока у меня были спазмы и головные боли. Учитель медленно встал с места и присел рядом со мной, нервно запуская руку в свои волосы. Он будто боялся что-то говорить мне, был зол, и в то же время обеспокоен чем-то, нервничал.        — Послушай, — вздохнул тот. — одиннадцатый класс и правда сложный, плюс все эти события летом также заставили тебя волноваться и… — ему тяжело было это произносить. Он положил свои руки на мои и заглянул в глаза. После последовала маленькая улыбка уголком губ. Но она сразу сменилась на более серьезное лицо. — Я не хочу тебе причинять боль, не хочу чтобы ты страдала, не могу слышать про этого Николая, с которым ты чувствуешь себя не комфортно и… я не знаю… думаю, — вижу как он нервничает.        — Мне комфортно с тобой. — перебиваю.        — Зачем? — аккуратно спросил учитель. Я непонимающе смотрю на него. О чём это он? О наших отношениях?        — Что зачем? — переспрашиваю я. Дэвид нежно сжал мои руки. Я видела его жуткое волнение, будто он потерял меня и сейчас с ним никто не сидит. Будто я пропала без вести и он винит себя. Боже, о чём я думаю? Хватит мыслить негативно!        — Зачем ты пила столько много таблеток? Ты же понимаешь, что выпила где-то двадцать таблеток за эти пару дней? — я впала в ступор. Какие двадцать?! Максимум восемь! Или же я настолько погрузилась в учёбу и личные проблемы, что не заметила как выпила такое количество таблеток? — Ты же не хотела… — на моих глазах поступали слёзы. Неужели он думает, что я думала о самоубийстве? Да никогда! Мне ещё жить и жить…        — Что? Нет! Не смей так думать! — я всхлипнула носом, учитель облегченно вздохнул и медленно наклонился к моей макушке, поцеловав её.        — Извини. Просто я очень испугался.        — Я понимаю. — в этот момент я представила что испытал преподаватель. На его месте я бы тоже наверно подумала о том же. Наверно. Но это не точно. — Кстати, сколько я спала? Учитель дёрнул рукой и посмотрел на наручные часы.        — Часика полтора точно. — тот присмотрелся. — Два с половиной. Голова болит? Я отрицательно киваю. Стойте, где-то через полчаса должен прийти брат. А через час или больше, родители. В моей комнате учитель, я в плохом состоянии. Что делать? Не знаю. Думай, Зайцева.        — Слушай, мне стало полегче, но не лучше. Я не знаю смогу ли пойти завтра в школу, да и контрольных вроде завтра нет… — начинаю перечислять отмазки. Учителя это немного рассмешило. Он погладил меня по голове.        — Хах, я всё понял. Маме скажем… А зачем ей врать? Про таблетки только ничего не скажем. Договорились? — Дэвид уже не был таким встревоженным, он был более спокойным и даже немного улыбался.        — Угу. А ты останешься до их прихода? — спрашиваю я. Скажи нет, молю.        — А как же. Я уже историю придумал, как ты упала без сознания и так далее.        — Нет! — резко выкрикиваю я. Учитель удивлённо выгибает брови.        — Тише, что ты кричишь. — виновато смотрю на него и прочищаю горло.        — Эм, ну, понимаешь, брат, он хотел прийти сегодня… Конечно, я помню их последнюю встречу. Мистер Дэвид явно не был против уйти из-за брата, но с другой стороны он не хотел оставлять меня одну дома.        — Знаешь, я потерплю.        — А родители? Мне и правда лучше. Не стоит. Я пыталась отговорить его остаться. В моей голове уже возникали сцены, когда придёт брат, что будет потом, на что тот отвечал, мол, не дети. А родители? Вот тут учитель уже был менее многословен. Мы говорили на эту тему довольно долго, и говорили бы ещё дольше, если не звонок в дверь.        — Я открою. Сиди и не выходи, пожалуйста, — произношу, соскакивая с кровати. А если это родители? Как объяснить им что здесь делает учитель? Или может как-нибудь незаметно вывести его из дома? А если брат? Ноги становились ватными, мои руки дрожали, но я пыталась держаться. Итак, делаю выдох и открываю дверь. На пороге стоит ухмыляется Николай. Да, НИКОЛАЙ! Мое единственное желание сейчас — чтобы тот убрался. Он стоял с плюшевым мишкой в одной руке, а другая соблазнительно была в кармане костюма. Романтично. Но мне это не нужно, меня это не привлекает.        — Это тебе, маленькая злючка, — опять его дебильные прозвища.        — Сколько раз тебе повторять, я не маленькая, Ник! — фыркаю. Тот проходит через порог. Ага, я его не приглашала, а он всё же вошёл, значит не вампир. А жаль, чеснок и деревянный кол у нас имеется. Неохотно закрываю за ним дверь и решаю сыграть спектакль, как я это умею: делаю грустный и уставший вид, будто бы сейчас упаду и еле слышный тоненький голосок.        — Ты у нас маленькая, отличница. Не отрицай этого. — Рубцов протягивает мне игрушку. Я всё также недобро смотрю на парня. — Чего такая грустная? Не рада видеть меня? — Николай сделал грустную моську.        — Рада, но мне сейчас нужно делать очень много уроков, да и голова у меня болит, короче, мне было бы лучше, если ты оставил меня одну. Рубцов младший закатил глаза.        — Слушай, давай ты откроешь гдз, спишешь свою домашку и проведёшь со мной время. Я устал сегодня на работе, мы могли бы отдохнуть вместе, — на последнем предложении у него загорелись глаза. Стоп, чего? Кажется ты не вампир, а зомби. Они вон в ужастиках за мозгами бегали, своих то нет. Вот и он так же.        — Или отличницы не списывают? — да когда же ты перестанешь издеваться!        — Не списывают. А тебе пора домой. — хмурю брови и пристально наблюдаю за действиями Николая. Он медленно нагнулся ко мне.        — Уже прогоняешь? Ну ладно. — парень ухмыльнулся. — Только потом не бегай за мной, не проси. — спешу и падаю. Я сложила руки на груди. — Даже спасибо не сказала за мишку. Невоспитанная. — он немного поиздевался, посмеялся и подошёл к двери. Парень уже хотел повернуть замок, но я опередила.        — Я открою, — тот ободряюще кивнул и жестом показ на дверь, отойдя от неё. Я все ещё хмурилась. Хотя в душе ликовала, что он уходит. На прощанье он поцеловал мою руку и ушёл. Ура. Дверь захлопнулась и я облегченно выдохнула. Мишку я оставила рядом с вешалками, на тумбочке. Следующая проблема — мистер Дэвид. Нужно, чтобы он вышел через заднюю дверь. Мало ли этот ублюдок захочет караулить входную дверь, а тут учитель выходит. Так не пойдёт. Я направилась в сторону комнаты по лестнице, как на ней неожиданно появился преподаватель.        — Кто? — спросил тот, спускаясь ко мне. Я сначала не врубилась про кого он, забылась, погрузившись в свои мысли.        — А, это был Ник, — учитель вопросительно смотрел на меня, приближаясь. — Николай. Думала, что он разгневается вновь от услышанного имени, но тот только улыбается, всё ещё сокращая между нами расстояние. Он приближается слишком близко, заправляет прядь моих волос за ухо и смотрит прямо в глаза. Молчит.        — Что?        — У тебя красивые глаза. Я заметил это ещё совсем давно. — один маленький комплемент, а мне приятно. Всё потому, что это говорит Дэвид. И никто другой. Я расплываюсь в улыбке и кладу свою руку на его. Ощущая его тёплую большую ладонь, мне становилось спокойнее, я стала забывать о проблемах, которые волновали меня в тот момент. Кажется, я нашла человека, которого так долго искала. Человека, который поймёт меня и успокоит. И мне всё равно на наш возраст, на то, что я его ученица, а он мой учитель, уже не представляю жизнь без него. Он вроде сделал не так много, но это не важно. Важно то, что я знаю — мы будем вместе всегда.

***

Мистер Дэвид всё-таки вскоре ушёл. Родители с братом вернулись после его ухода, нам крупно повезло. Голова у меня все равно болела, была усталость, но оставалось пару дней, так что на следующий день я пришла в школу с выученными уроками. Да, пришлось делать их допоздна, не сказав родителям вновь о спазмах. Я решила не пить таблетки, чтобы не повторить того, что произошло день назад. Но всё же упаковку таблеток, которые упали мне на голову, я забыла вытащить из рюкзака. Целый день они смущали меня в рюкзаке. И знаете, что? Я сдалась. Всего одна таблетка, могу даже упаковку потом выбросить. В мусорку же не полезу потом. Прикол в том, что я так и сделала, мы пошли с Катей в туалет, я приняла таблетку, запила водой и выкинула в мусорку. Была большая перемена, все ждали обществознание. Кате вновь нужно было сбегать к сестренке, а я пошла на урок. Звонок. Я уже на лестнице, мне нужно всего лишь подняться на один этаж выше. Становится то душно, то прохладно. Не знаю почему, но в голове мелькают моменты с лета: первый раз в том клубе, как меня вытащил оттуда учитель, как мы потом гуляли, как он не сказал мне о своём празднике, наш поцелуй. Второй звонок. Урок начался. Я запинаюсь и одной рукой все ещё держусь за перила, а на другую падаю чуть ли не всем весом тела и это спасает меня от тяжелого падения. Я просто немного ударилась коленкой. Появляется какая-то отдышка, начинаю задыхаться, будто весь воздух на планете закончился и я пытаюсь вдохнуть последние глотки, но не могу. Паника. Она охватывает меня, но в то же время успокаиваюсь, уходя куда-то в себя, в свои мысли. Но необычные. Мне становится легче, но не возвращаюсь в школу. Я где-то застряла в другом измерении, в котором даже ничего так. Мне нравится. Я непроизвольно пропускаю смешок и сразу закрываю ладонью рот. Потом тихо посмеиваюсь, не могу остановится. Не знаю почему я это делаю, будто мной кто-то или что-то управляет. Чувствую, что-то поднимает меня, потому что ноги, на которых я только что сидела, уже не чувствовали такую нагрузку. Неужели я умерла?

POV Дэвид.

Предпоследний урок. Дополнительных нет, собраний нет, проверять тетради только у девятых, отлично. Сейчас урок как раз у них. Я шёл из столовой в класс. Уже прозвенел второй звонок, это обычное явление, обожаю когда меня ждут ученики. Но бесит, когда жду их я. Благо дело, второе происходит крайне редко. На лестнице, поднимаясь к третьему этажу, я услышал некое шабуршание. Прогуливает кто-то или опаздывает? Я мог ожидать любого, но не Аню. Не мой комочек счастья, который так хочется оберегать. Правда, этот комочек постоянно попадает в крайне нелепые ситуации… А чем лучше ситуация сейчас? Да ничем. Всё так же плохо. Я увидел как она смотрела куда-то по сторонам будто видела там что-то, оглядывалась, осматривала всё, но не замечала меня и вовсе. Будто было вообще ни здесь и не со мной.        — Анют, — я подбежал к ней и стал медленно поднимать с пола. — Аня, ты слышишь? Она не отвечала. Не реагировала на меня совсем. Я приподнял её и прислонил к стене, чтобы та, если что не упала, а сползла по стене, пока я приводил её в чувства. Её большие глазки не видели меня. Зрачки были расширены, меня это испугало. Может у неё приступ? Она громко дышала, ладони её были потными. Сердце билось, будто сейчас выпрыгнет наружу. Такое бывает только у наркоманов, к которым не была причастна моя Аня совсем, и у человека, у которого происходил приступ. Эпилепсия, не эпилепсия, но приступ явно какой-то. Из-за чего? Вроде она не жаловалась раньше. Перед глазами пробежали моменты, когда я нашёл пустые упаковки от таблеток, в каком состоянии она была вчера. Моё сердце обливалось кровью от одних только мыслях, о каком количестве именно шла речь и что привело её к такому состоянию. На мою удачу, я услышал шаги снизу и увидел Катерину, её подругу, которая никогда не бросит и всегда поможет. Таких нужно поискать.        — Мистер Дэвид, что с ней?! — та подбежала к подруге.        — Катя, послушай, ей плохо, не знаю что произошло. Возможно, у неё приступ или что-то вроде того. Девушка пробежалась глазами, будто она перелистала на время, когда в последний раз видела подругу, как фильм.        — А это может быть от лекарств? — тревожно спросила та. Вот здесь поподробнее. Опять таблетки. Сколько можно? Такая умная, а совершает одни и те же ошибки? Или быть может, она делает это нарочно? Нет. Глупости. Я собрался. Обдумал все хорошенько и процитировал план Катерине.        — Достань мне упаковку таблеток, которые она пила, возьми её рюкзак и иди в мой кабинет. Там сидит девятый класс, скажи, что я задержусь и иди на урок. А я отнесу её в медкабинет. Та кивнула мне, и сразу что-то вспомнила.        — Но таблетка не в рюкзаке, я знаю где она, в мусорке в туалете, скоро принесу. А рюкзак возьмите, там ее вещи. — и то верно. Главное достать злосчастную таблетку, от которой стало плохо Зайцевой. Ведь я подозреваю, из-за чего именно это произошло. И повезло ей родиться в одной семье с этим ублюдком…

POV окончен.

От автора.

Каждый последовал плану действий. Катя достала упаковку таблеток, хоть и из мусорки, но ради подруги она готова на всё. Бросив её в сумку, она ринулась на урок к девятому классу. Та собралась, сообщила о задержке учителя и вышла из кабинета, направляясь в сторону медкабинета. Она бежала со скоростью света, чтобы отдать пачку учителю, а потом вернуться на урок. Так всё и случилось. Мистер Дэвид отнёс свою ученицу в медкабинет. По дороге она вроде как даже реагировала на его слова, но не соображала что ответить, как новорожденный, понимающий речь мамы, но не в силах ответить, так как сам ещё не умеет разговаривать.

***

Я проснулась уже дома. Опять. Пятница, для кого-то последний учебный день в четверти, для кого-то не особо. Для меня уже это не играла важной роли. В комнате было немного прохладно, вообщем, как я люблю. Вроде никого не наблюдалось, как вдруг из ванной вышел мистер Дэвид. Он напряжен. Даже очень, я это чувствую. Кажется, я опять сделала ошибку. Только не понимаю какую именно.        — Прости, — опережаю его любое слово. — Я не знаю что сделала, но прости, — как же я тогда выглядела жалко. Не противно ли это было? Не думаю, конечно, но точно не приятно. По его мимике точно. Тот тяжело вздохнул.        — Нет. Не извиняйся, думаю, нет — тот резко отрицал свои слова. — я точно знаю, что ты здесь не причастна.        — В каком смысле? — он сейчас шутит или я что-то не догоняю? Я усаживаюсь на кровать, а Дэвид роется в рюкзаке. Он показывает мне упаковку от таблеток. Таблеток, которых я приняла в школе и выбросила.        — Мы ждём твоего брата. Либо он объясняет мне почему ЭТО — тот грозно указывает на упаковку. — оказалось в вашем доме в лекарствах, либо он прощается со своим и так непривлекательным личиком. Все ещё не понимаю о чём он говорит. При чём тут брат?        — Я не догоняю.        — Да твой бездарный братик подложил наркоту в пачку с обычными таблетками, от которых тебя разнесло, а я узнаю это только тогда, когда нахожу тебя в КРАЙНЕ — он сделал акцент на этом слове, чуть ли не плюясь от злости. — нехорошем состоянии. А если бы мы повезли тебя в больницу?! Что если бы у тебя нашли в организме эту дрянь?! Ты представляешь чтобы произошло?! Учитель был зол. Очень зол. С каждым его словом, я становилась такой же. Как брат мог сделать такое! А главное зачем? Я была настолько зла на Жеку, что в голове пронеслась мысль сдать его. Сдать собственного брата. Но потом вспомнила, что Женя мог отомстить, ведь мистер Дэвид был с ним знаком. А вдруг какие-то улики совпали и показали на мистера Дэвида? Он злопамятный, лучше не стоит. Это не пугало меня так сильно, как тот факт, что брат мог выдвинуть обвинения о насилии или совращении учителя ко мне. Конечно, это бред, но он мог это сделать, запросто. Тогда я могла припомнить ему синяки, которые он оставлял на мне, но тут уже проблема. Это было давно. Улик нет. Лучше промолчать на этот счёт, чтобы преподаватель не думал об этой затее лишний раз.        — А где родители? — вспомнила я.        — За тобой приехала мама, мы привезли тебя домой и она поспешила уехать на работу. Конечно, оставив меня присматривать за тобой. Так что, — он присел рядом и погладил по плечу. — я беру ответственность за тебя. — он чмокнул меня в лоб. — Ты в безопасности. — произнёс тот, отстраняясь.        — Я знаю. — я улыбнулась.