My Bad Teacher

       — Я люблю тебя.        — И я тебя.

POV Дэвид.

Все эти дни я не хотел не с кем общаться и видеться. Хотелось лишь только напиться, как раньше до такого состояния, что имени своего не помнить. И я бы напился, честно, если не мысли о моём маленьком лучике по имени Аня. Она чертовски изменила меня. Не знаю до конца как, но мне только и хочется охранять её и защищать от всех бед. Пусть с братом и не сложилось, но мы выиграли эту борьбу. А теперь наши отношения. Что творится у неё в голове? А что творится у меня лучше и вовсе не знать! Все мысли о ней. Не могу остановиться думать о ней. Я не испытывал такие чувства, даже похожих и не было с другими. Для сравнения я даже вспомнил Стейси. Дорогую Стей, которая так и не узнав правды о своей жизни ушла. Да, я помню, как мы вместе отрывались, но тогда мы были подростками и не знали ничего о такой сложной штуки — жизни. Она думала, что всё — это сказка, а мы главные герои, у которых будет счастливый финал. Наркотики, алкоголь, — все забавы «сложных» подростков. Помню, как она говорила о том, что мы вырастим и будем вместе до конца своих дней. И что же помешало? Злосчастные наркотики. Мечты о прекрасной и беззаботной жизни испарились. Меня не пустили к её бездыханному холодному телу. Последний раз я видел ее могилу много лет назад, пообещав, что не вернусь туда, ведь это делало мне только больнее. Раньше я не вспоминал о ней, но сейчас пришлось. Осознал, что подобного не случится. И будет лучше, если Аня и я будем держаться подальше друг от друга, будто ничего не было. Но так просто моя Анюта не оставит, даже подумать мне не даст. Я ведь не мог так просто оттолкнуть её? И пусть весь мир будет против, даже мои нелепые мысли и мнение других, мы будем вместе. Я люблю её больше жизни. Я прижал её так сильно, как мог. Поцеловал в макушку со словами: «Я люблю тебя», на что получил взаимный ответ и успокоился.        — Можно задать тебе вопрос? — тихо и слегка неуверенно произнесла она.        — Конечно, солнце, — ответил я.        — Мы встречаемся, ведь так? За всё то время я сто раз перекручивал этот вопрос, задавал его себе, пытался найти ответ. Может, это первая подростковая любовь на фоне психологических проблем в семье? Насилие брата оставило огромный след у неё в голове, а строгие родители дополнили комплект. И вот акт второй, появляюсь я, принц на белом коне, защитник в доспехах. На фоне всего этого Аня искала поддержку, доброту, ласку и защиту, которые подарил ей я. А теперь понял, что всё это неправильно. Или же как раз эта мысль неправильна? Может, такова и есть судьба?        — Да, но, кажется, у нас большие проблемы в отношениях.        — Именно?        — В наших черепных коробках — мозг. Разум, который не даёт нам понять правильно это или нет. Думаю, мы решили, — я сделал небольшую паузу. Аня заглянула мне в глаза, дожидаясь ответа. — Это правильно.

POV Дэвид закончен.

Все эти дни я будто не жила, а тот разговор с Дэвидом воскресил меня. Если, конечно, не считать поездку с Ником. Нам было о чём поговорить. Мы долго разговаривали, пришлось отложить дополнительные, так что после часа нашего разговора, мы попрощались. Долго прощались. Я не хотела выходить из класса, хотелось прижаться посильней к его груди и не отпускать.        — До завтра, — его губы коснулись моих. Мы слились в долгом поцелуе, как только у меня стал заканчивать кислород, я медленно отстранилась.        — Я буду скучать.        — А я уже, — улыбнулся он. Я села в машину с водителем и поехала домой. Сегодня я, как обычно еду с водителем, ура. Без всяких Рубцовых, хотя та поездка на мотоцикле вызывает у меня смешанные чувства. Хочется даже повторить? Наверно, просто до сих пор нахожусь под впечатлением. К тому же, тогда я была напряжена по поводу отношений с Дэвидом. Сейчас же всё уладилось и я официально встречаюсь с ним. Не могу поверить в это. Просто сказка! Но всё было так прекрасно до ночи. Мне вновь приснился кошмар, на этот раз связанный с братом. На нервной почве, я уверена. Но тот факт, что Женя приснился мне так ясно, не давал мне спокойно реагировать. Я чётко и ясно видела, как он был дома, только очень зол. Жека угрожал мне местью. Я проснулась и с облегчением выдохнула, что это был всего лишь сон. Утром я позавтракала, заметив, что отец как обычно не в настроении. В прочем ничего нового. После завтрака поднялась к себе, оделась, спустилась вниз и надела верхнюю одежду. Уже обуваясь, услышала разговор родителей.        — Я разберусь, но только после работы, — грозно произнёс папа, глядя прямо в глаза немного испуганной мамы, которая внимательно слушала его. И что это значит? Конечно, не думаю, что что-то серьёзное, наверно, по работе. Именно поэтому, я решила не заострять внимание и просто вышла из дома, направляясь к машине. Уроки прошли довольно быстро. И слава Богу. Алгебра, геометрия, физика! Фу. И естественно, я всё рассказала Кате, а та внимательно с интересом слушала меня.        — Ну ты, конечно, даёшь. Ты теперь с ним официально мутишь, — восхищалась подруга, жестикулируя с коробкой сока в руках. Я смущенно улыбнулась и сделала глоток яблочного сока, купленного только что в столовой. Мы шли из столовой на последний урок — География. Да, единственный сегодняшний урок, на котором можно чуточку расслабиться.        — А что там с Оксаной? Видно, она что-то замышляет, но пока не действует, стерва!        — Дэвид сказал, что она ему противна, — Катя ухмыльнулась. — А в прошлом году она и её родители доставали его, чтобы та занималась с ним. Но самое интересное, что Шумилова, как ты и могла подумать, пришла не за знаниями. Я сделала ещё глоток.        — То есть, она и правда хочет отомстить ему и, — подруга перешла на шёпот. — Посадить?!        — Именно!        — Я не понимаю её, мужик отказал, зачем навязываться? Так теперь и мстить ему. Может быть, англичанин тебе что-то не рассказал, утаил?        — В смысле?        — Может как-то ещё связанны, просто не хочет озвучивать?        — Да бред! Он мне бы сказал, я его знаю. А теперь мы сблизились, точно бы сказал.        — Ты прости меня, но вы это… про защиту не забудьте. А то не она его посадит…        — Катя! — я толкнула подругу в бок. — Не о том ты думаешь. Мы поднялись по лестнице на нужный этаж и около кабинета увидели небольшую стычку приспешниц Оксаны и её саму. Я тихонько толкнула в бок Катю и кивнула, она пошла за мной. Мы устроились в углу и сделали вид, что разговариваем, а сами стали прислушиваться.        — Ты уверена? — спросила Валя у Оксаны.        — Конечно, балда! Завтра все подигрываем мне. Но если что, я вам скажу и всё отменяем, — она кинула взгляд на нас и отвернулась, хмыкнув. Я закатила глаза и усмехнулась. Зараза. И что это за спектакль завтра будет? Интересно. Связанно ли оно со мной или Дэвидом? Нужно быть начеку. Прозвенел звонок, все стали заходить в класс.        — Что думаешь? Завтра у нас как раз английский.        — Думаю, нужно в любом случае подиграть Шумиловой. Какой бы не была её игра. Катя кивнула мне и мы зашли в класс вместе со всеми. На уроке мне написал Ник. Сегодня я еду домой с ним. Надеюсь, без приключений, хотя было бы классно прокатиться с ним ещё раз на мотоцикле. Нет, не подумайте, что он мне нравится! Просто это так необычно, одна только поездка вызывает у меня столько эмоций. Если бы на месте водителя был Дэвид… Но не думаю, что он водит мотоцикл.        — Эй, — прошептала Катя. — Я сегодня домой не сразу, напишу вечером.        — Ладно. Кстати, как ваш бойфренд поживает Екатерина?        — Ой, да иди ты, Анна, — мы тихо посмеялись, закрываясь ладонью. — Сегодня к своему принцу на белом коне поеду, будем развлекаться делая какой-то проект.        — О, звучит двоично.        — Ну знаешь, не думаю, что в том самом смысле. У него реально там какая-то работа важная. Урок закончился. Мы переоделись и вышли из гардероба на крыльцо.        — Ладно, пока, до завтра.        — До завтра. Катя обняла меня и мы разошлись в разные стороны. Я шла к парковке в ожидании Ника на своей чёрной дорогущей машине. Обычно мне приходилось немного пробежаться глазами и найти ту самую чёрную машину. Но сегодня я застыла, увидев среди всех машин мотоцикл Ника. Собственно с хозяином, сидящем на нём. Он копался в телефоне, но когда я всё-таки подошла ближе, парень убрал его в карман и улыбнулся мне.        — Не ожидала? Теперь ты никуда не денешься, только на нём, машины нет!        — Тебе повезло, что родителей нет дома и они не увидят на чём ты сегодня подвозишь меня. Лучше бы видели, тогда они бы поняли, что он мне не пара. Ну ладно. Терять нечего, сама хныкала о том, как хочется повторить. Николай протянул мне шлем. Я пыталась застегнуть его сама, но что-то мешало закрепить его: то ли проблема во мне, то ли дело в застрявшем кусочке воротника от куртки.        — Давай помогу. Он положил свои огромные красные от холода руки на мои. По коже пробежались мурашки. Я убрала руки, а Ник стал застёгивать мне шлем. Ему не пришлось возиться долго, но когда уже заканчивал, поднял взгляд чуть выше — на моё лицо. Не знаю, что вызвало у него улыбку: мои румяные от мороза щёки или покусанные до крови губы, которые я вновь забыла смазать помадой? Хотелось бы знать, ведь, когда парень убрал руки от застёжки я поняла: из-за того, что тот засмотрелся, прижал мою кожу к застёжке. Будто мама неаккуратно застегнула куртку, как в детстве. Я тихо пискнула и отошла, пытаясь открепить это самостоятельно. У меня получилось, но, Ник решил исправить всё сам и потянулся за мной. Тот не рассчитал и упал прямо на меня. Спасибо, что на мне был шлем, хоть и расстёгнутый. Мы оказались в не очень удобной позе. Парень опирался на руки, навис над мной, будто готов был отжиматься. А бедная я была чуть прижата в ногах и не могла пошевелиться.        — Что смешного? Мне холодно и больно между прочем! — я пыталась выбраться, но Рубцов не хотел вставать. Осознав, что делая какие-либо движения, делаю хуже только себе, остановилась. — Ну, что лыбишься, встань! Он рассмеялся ещё больше, прикрыв рукой лицо, а потом нагнулся ближе.        — Как интересно получилось. Я навис над тобой, а ты лежишь прижатая и дрожишь, как кролик, — Ник расплылся в улыбке.        — Отстань. Мне реально больно! — я стала бить его в груди, но тот не поддавался.        — Мне тоже больно! — ехидно ухмыльнулся. Я ударила чуть сильнее. — Перестань! — уже более грубо произнёс он.        — Нас кто-то может увидеть, мне проблемы не нужны. Тем более твой мотоцикл может упасть на нас. Рубцов надул губы и начал цокать.        — Не, не беспокойся. Ты не кричи, тогда никто и не узнает.        — Ты меня бесишь. Отпусти меня!        — Я тебя бешу? Повтори, — он нагнулся ближе. Между нами оставалось несколько сантиметров. Я нагнулась к его уху и прошептала:        — Я ненавижу тебя. Я сказала правду. Да, он делает мне подарки, возит меня постоянно из школы, пытался сводить в ресторан летом, да и не только, но я не испытываю к нему такой симпатии как к Дэвиду. Я не получаю той заботы и ласки от него, не вижу, что он действительно что-то испытывает ко мне. Только издевается. Мне не нужен человек, который со мной ради денег родителей. А слова Ника на моём дне рождении я прекрасно помню. Точнее его разговор с отцом. Правда, я не знаю весь диалог, но замуж за него я точно не хочу. Возможно, не было бы Дэвида и этих проблем, не знала бы я о разговоре с его отцом, тогда бы рассмотрела всё это под другим углом.        — Ах так! Он жадно впился в мои губы. Также, как в тот раз в моей комнате. Мне стало противно, что он смог позволить себе. Я старалась не отвечать на поцелуй, стала отталкивать дрожащими маленькими ручками его тело. Он властно и по-хозяйски проник в мой рот. Я чуть не расплакалась от безысходности: он старше, сильнее меня. Внутри я психовала, от чего стала сильнее пихать его в торс, помогая ногами, которые сильно были прижаты. Тот улыбнулся, не отстраняясь от губ. Наконец-то, Рубцов одумался и отстранился. Я приподнялась на ладони и старалась выдернуть ноги. Ник присел на корточки, мои ноги, как и я были свободны. Аллилуйя. Я попыталась как-то встать, потому что ноги были будто ватными, в них не поступала кровь. Сначала даже чуть не упала, слегка пошатнувшись, но в конце концов встала, отряхнулась и толкнула Рубцова так, что тот не удержался и грохнулся.        — Так тебе и надо!        — Что, тебе не понравился мой поцелуй? Я сложила руки на груди и задрала повыше нос.        — Ой, как с тобой сложно. Ухаживаешь за ней, а она всё недовольна. Я с ней по-хорошему, а она по-плохому! — парень отряхнулся и поправил воротник. — Знай, что я тоже могу не по-хорошему. Хотя нет, ты помнишь. Теперь я вновь увидела того самого Николая с моего дня рождения. Парня, прикрывающегося маской милого и доброго, особенно при родителях, но когда они уходят, просыпается самый настоящий зверь. Хищник. Хитрый лис. Двуличная тварь.        — К чему ты клонишь?        — Увидишь, но потом, — он положил свою руку мне на плечо.        — Потом это когда? — я скинула руку с моего плеча. Ник приблизился к моим губам.        — Когда в следующий раз будешь также вести себя. Он не отстранялся, всё ждал чего-то. Я слышала как он дышит, а пар выходящий из его ноздрей из-за холода, был у меня прямо под носом. Неужели ему нравится издеваться над мной? В ту же секунду, когда я хотела отойти, Николай широко улыбнулся и вновь поцеловал меня, бросив мой шлем в снег. Теперь у меня была возможность отстраниться, ведь я не была прижата к земле, но отстраниться от этого безжалостного поцелуя не смогла. Я задумалась, будто ушла в себя, а время стало идти медленнее. Он делал это с удовольствием, а я стояла в ступоре, смотрела, как тот наслаждается. Как под гипнозом, в моей голове проносилась его последняя фраза «Когда в следующий раз будешь также вести себя». Мне стало противно осознавать, что ему нравится издеваться над мной, а я просто стою и чего-то жду. А опомнившись, было поздно — Ник хотел спуститься к ниже, к моей шее, но я не дала емк это сделать. Медленно отступив, тот понял, что мне это не нравится.        — Уже лучше. Но всё же ты ещё та непослушная девочка, — бесит, бесит! Как же он меня бесит! Я злобно посмотрела на него, подняла шлем и села на заднее сиденье мотоцикла. Быстрее уедем — быстрее от него избавлюсь.        — Ты мне противен, — а ещё я противна себе. И почему я такая слабая, не могу так просто оттолкнуть его? — Я хочу домой!        — Так ты ещё и капризная, — он медленно залез на переднее сиденье, надел свой шлем. Тот повернулся ко мне и повторил попытку застегнуть мой. На этот раз попытка прошла успешно и мы поехали домой. Ехать пришлось не долго, пробок на удивление не было. Но перед последним светофором, когда мы остановились, из соседней машины раздался мужской голос.        — Эй, шумахер, тебя кто водить научил? Права на базаре купил?        — Уж точно не там, где ты продал свои мозги, — буркнул в ответ Ник и повернулся обратно, смотря на дорогу.        — Не нарывайся, щенок! Мне стало страшно. Я посильнее обхватила Рубцова. Если бы не шлем, все бы увидели, как я была напугана. В ответ на слова мужчины Ник показал фак, после чего загорелся зелёный и мы быстро уехали. Ник старался обгонять все попадавшиеся машины, а вскоре мы услышали сигнал. Я повернулась на звук и увидела, как за нами гналась та же машина.        — Как же вы заебали! — ругнулся Николай. Дело плохо. Пока Рубцов соображал как выкрутиться из ситуации, я разглядела из открытого окна авто пистолет, который мужчина придерживал правой рукой. Он правша! Итак, нужно повернуть так, чтобы тот не смог вовремя выкрутиться и мы могли выиграть время, чтобы отстать.        — У него пистолет в правой руке!!!        — Что? — переспросил парень.        — Я говорю, у него пистолет в правой руке, сверни куда-нибудь!        — Понял. Я почувствовала как мы снижаем скорость, а затем и подстраиваемся в правый ряд, где ехал тот толстяк. Ник резко завернул в первый поворот, который оказался въездом во двор. Проехав пол двора, мы заехали в арку, из которой выехали на другую сторону. Рубцов не задумываясь выехал на дорогу, проехав так до первого кармана, где мы перестроились обратно на нашу полосу. Спустя пять минут мы подъехали к моему дому. За нами никого не было. Я облегченно выдохнула.        — Спасибо, что хоть живы, — фыркаю.        — Да я тебя спас!        — Можно было и не так грубо отвечать, тогда, возможно, всё обошлось без конфликта.        — Простите, Ваше Величество! Не подумал головой, не велите казнить! Вдруг мы услышали в полной тишине неподалеку от нас звук колёс. Это была та самая машина.        — Э, казнить я не казню, а вот тот мужик на своей тарантайке… — я указала в сторону, откуда мы приехали. Огромная чёрная машина стремительно ехала в нашу сторону.        — Беги домой, а я уезжаю. — Надел шлем и уехал. Я побежала к дому, что есть силы. Из-за забора не смогла увидеть Ника, но перед тем как забежать, поняла что он поехал в глубь домов. Там было много выездов, надеюсь, что с ним будет всё в порядке. Весь вечер я занималась уроками и только уроками. Позабыв о словах Шумиловой, о поцелуях с Ником на парковке школы, я легла спать. Ночью мне вновь приснился кошмар: и опять Женя. Всё также был зол, хотел убить меня ножом, но я проснулась. Вчера родители были не свои: о чём-то активно вели беседу, но затихали при виде меня или Лерочки, молчали за ужином, была очень напряженная обстановка. Но я не стала рисковать и спрашивать их. А сегодня утром, когда я спустилась вниз за завтраком, поняла, что дома была одна. Супер. На холодильнике была записка, почерк мамы. Анечка, мы с папой по делам. На работе задержимся, ночью наверно не придём, только если под утро. Лера у бабушки. Если не хочешь остаться дома одна — разрешаю остаться на ночь у Николая. Целую, мама. Класс, спасибо. А меня к бабушке нельзя? Ну да, я, наверно, буду лишним геморроем, не хочу, чтобы было хуже. У неё там и так маленькая Лера. Но на счёт Николая — это уже перебор! Особенно после вчерашнего на парковке, фу! Противно от самой себя, что позволила поцеловать. Дура! Дура! Я посмотрела на часы и поняла, что если буду исповедоваться, то у меня останется только два варианта: уйти без завтрака или сейчас же поторопиться перекусить чего-нибудь. Я выбрала второе. Ну уж нет, голодной я не пойду. Быстренько покопавшись в холодильнике, я увидела всё нужное для гренок и решила попробовать побыстрому сделать их. Ладно, первым уроком география, ничего не потеряю. Вроде, я торопилась, но иногда забывала о том, что время поджимает и начинала есть быстрее. Мамы дома не будет, посуду можно не мыть, тем более сегодня, возможно, как обычно часов в двенадцать придёт домработница. Да, у нас есть такая милая женщина, на вид ей лет пятидесят. Она приходит к нам редко, но по графику, составленному мамой. Его я не знаю, но по-моему она приходила ровно неделю назад. Раньше у нас ее не было, домработница появилась у нас относительно недавно, лет семь назад. Мама всегда прививала нам честолюбие. Я, конечно, убираюсь в комнате и всегда убиралась, но вот Жека делал это с такой рожей, будто его заставляли убирать курятник, а не его СОБСТВЕННУЮ комнату! Итак, я позавтракала, бросила всю посуду в раковину и пошла переодеваться в комнату. Скоро зима, Новый год… Уже холодает как в середине декабря, а ведь сейчас только ноябрь! И снова мамы дома нет, я могу не переживать о том, что меня спалят с одеждой. Сегодня я весь день на машине, а значит можно надеть юбку. Переборов пуговицы блузки и молнию юбки, я наконец-то оделась и вышла из дома. Водитель ехал как можно быстрее, потому как сегодня я немного припозднилась. Но с пробками ничего не поделаешь, мы все равно чуточку опоздали. Прийдя на географию, поняла, что половины класса нет, а значит меня ругать не будут. Катя уже сидела за партой, я подсела к ней.        — Ты что сегодня как поздно? — спросила она.        — У меня родители уехали пораньше на работу, пришлось делать завтрак самой. Урок начался. Учительница проводила урок, говорила о предстоящем опросе, а я задумалась: сегодня весь дом в моём распоряжении, а это значит, что мне можно делать что захочется. Мама также написала, что я могу остаться с ночёвкой у Ника. Вот ещё! Главное, чтобы его не оповестили об этом. Ещё одну ночь у него я не выдержу. Хм, а это идея. С Рубцовым я пусть и не лажу, но вот с Дэвидом… Тем более, мы теперь пара. (Господи, как это не привычно звучит.) После урока подойду к нему и всё расскажу. Честно, я соскучилась по времяпровождению с ним. Надеюсь, что и он тоже. Весь учебный день, вплоть до урока английского, мы наблюдали за действиями Шумиловой. Вроде, ничего необычного или странного. О чём же вчера шла речь? На уроке английского языка мы писали очередную работу. Как же я устала от них! Работа была довольно простая, но всё же мне пришлось немного попыхать над последними двумя заданиями. И не мне одной. Дэвид спалил Чернышова за списыванием с телефона, на что тот выкрикнул «Четвёртое и пятое задание были полностью на английском! Я не Королева Британии, чтобы понимать, что там написано.»        — Ты для чего здесь сидишь, милый мой? — мужчина протянул руку к его телефону. — Give me your phone. Это по-английски «отдай мне…        — Да знаю я, — парень протянул гаджет в руки преподавателя.        — Удачно получить два, Королева Британии. Надо же такое придумать. По истории тоже два, да? Дэвид, как обычно шутил, пил из стаканчика что-то, (надеюсь, что кофе, но не уверена на все сто, что это не алкоголь) не был таким хмурым или злым:        — Так, отставить все эти ваши кукумберы, два в журнал поставлю, если услышу подобное!        — Чернышов, я вроде твой телефон отобрал, что же ты под партой делаешь? — он сделал глоток из стакана. Все смеялись с его шуток. Люблю людей с чувством юмора, а шутки и подколы Дэвида всегда поднимают настроение. Правда, изначально они не казались мне такими смешными, да и мнение о преподавателе было совершенно другим.        — Сегодня у англичанина хорошее настроение? — послышалось откуда-то с соседних парт. Значит, у него сегодня хорошее настроение? Замечательно! Превосходно! Мой план однозначно сработает.        — Ты иди и не жди меня, а мне нужно будет с ним поговорить, — прошептала я, когда все встали со своих мест и начали собирать сумки. Катя нагнула голову в бок, улыбнулась и закатала глаза.        — Меня это скоро начнёт раздражать, Зайцева!        — Ну не обижайся! Я дождалась пока все выйдут и пристроилась за последним, одноклассником, который воткнул в уши наушники и ничего не слышал. Пройдясь сзади него до двери, я проследила, что тот вышел из кабинета без всяких подозрений и закрыла дверь. Повернувшись, я увидела уставшего, но улыбающегося учителя, присевшего на край своего стола засунув руки в карманы брюк.        — Тебе сегодня никто не ждёт?        — Нет, тем более мои родители оставили меня одну на целый день и ночь.        — М, и что же ты будешь делать целый день? — я подошла ближе, Дэвид не спускал с меня свой заинтересованный взгляд. Он убрал прядь моих волос за ухо и слегка дотронулся указательным пальцем до кончика носа.        — Даже не знаю. Может мой любимый учитель подкинет мне идею? Дэвид томно смотрел на меня, задумчиво проводя рукой по моим волосам. Я разрешала прикасаться ему ко мне, ведь я долго ждала этого. Внутри я ликовала, не хотела, чтобы он прекращал, а тот о чём-то размышлял у себя в голове. После нашего разговора мне пришлось немного пересмотреть его взгляды на происходящее. Теперь я отчётливо поняла, что мы оба аккуратны в наших отношениях. Нам приходится постоянно задумываться прежде, как делать маленькие шажки и не совершать ошибок. Раньше мне казалось, что Дэвиду намного проще, он более уверенный в своих действиях, не боится совершить ошибку, как я. Но сейчас же, я прекрасно понимаю, что это не так. Интересно, о чём он думает?        — Можем поехать ко мне домой раз родители оставили тебя одну.        — С ночёвкой? — поинтересовалась я. Немного помедлив с ответом, мужчина поправил последний волосок и спустился чуть ниже, нежно проведя большим пальцем по моей щеке.        — С ночёвкой, — мило улыбнулся тот.        — Заедем ко мне?        — Как скажешь. Иди в гардероб, я сейчас буду собираться. Подождёшь немного у машины? — не дожидаясь моего ответа, Дэвид притянул меня к себе, приподняв мой подбородок и ласково поцеловал. В животу запорхали бабочки. Я хочу, нет, желаю! проводить с ним всё своё время. Не хочу отдаляться, с ним мне спокойно, я чувствую себя в безопасности. А это то, что мне и нужно. Я до конца не понимаю, почему именно он. Почему именно он обращается ко мне так ласково и нежно? Почему нас свела судьба? Наверно, на эти вопросы я найду ответ в скором или не очень времени. Мне без разницы, главное, что мы вместе и нам комфортно вдвоём. Я решила немного потянуть время, поэтому шла очень медленно до гардероба и не сразу стала переодеваться дойдя до него: немного причесалась, поправила рукава, воротник блузки. Мне не хотелось мёрзнуть на улице рядом с машиной преподавателя, а дожидаясь его, я подвергала опасности наши отношения и репутацию. Когда я поправляла воротник, то случайно задела колье, подаренное Дэвидом. А я ведь не снимала его с того самого момента, как оно оказалось у меня. Ну как не снимала, конечно, не спала в нём и не принимала ванну, но постоянно носила его в школе и иногда не снимала дома вплоть до сна. Странно, что за всё это время родители ничего не сказали мне. Не заметили? Ну и хорошо, меньше вопросов. Я долго смотрела на своё отражение в зеркале, с рукой на колье. Опомнившись, что стою тут приличное время, проверила телефон. Сообщений о том, где же я пропала от учителя не было. Уже через пять минут я была готова и вышла из раздевалки. Поднимаясь по лестнице, услышала знакомый голос Шумиловой. Мне пришлось спуститься на самую нижнюю ступеньку, чтобы та меня не заметила.        — Да видела я! Да и насрать! Найду я пруфы! Ну и ты должен мне обещать, понял? Всё, чао! — судя по всему Оксана разговаривала по телефону, стоя на месте, а сейчас закончила вызов и стала спускаться ко мне. Я на всех порах побежала на другую лестницу, только бы успеть. Видел бы меня физрук, пять влепил бы. Я успела добежать до лестницы и поднялась по ней. Уже поднявшись на первый этаж, я откашлялась и спокойно вышла во двор школы. Восстановить дыхание пришлось не сразу, идя по улице, я видела как пар выходил из моего рта. Ну и похолодало же! Думаю, я ещё и красная в добавок! Найдя машину учителя, поняла, что тот только заводил мотор. Супер, значит, я не опоздала.        — Хорошо себя чувствуешь? — обеспокоено спросил он.        — Да, поехали.        — Точно? Ты вся розовая. Нужно ведь ещё и уехать незамеченными. Что, если Оксана пойдёт сейчас в эту сторону? Она же может нас спалить, чёрт! Нужно поторопить его.        — Я в телефоне засиделась, не хотела на улице тебя ждать, а сейчас увидела время и подумала, что ты меня долго ждал. Вот и рванула, давай поехали, я хочу тёплого чая. Дэвид ухмыльнулся.        — Как вчера день прошёл, что нового? — вдруг спросил учитель. Да так, меня чуть не убили, я покаталась на мотоцикле Николая, мы с ним, кстати, целовались, за что мне очень стыдно и неловко, а так всё замечательно, опупительно, лучше не бывает!        — Нормально, вроде ничего, а у тебя? — спокойно ответила я.        — Ну, как сказать, — хмыкнул тот, пожав плечами. — Вот смотрел программу «Не ври мне». Что? Дэвид и смотреть «Не ври мне»? Не поняла прикола…        — В смысле? Ты любишь такие программы?        — Знаешь, да, когда твоя девушка там в главной роли, — он был раздражён, а я поняла о чем идёт речь. Дэвид всё знает, но откуда?        — Кто тебе сказал?        — Окно, находящееся у меня в кабинете с видом на парковку. Классный телевизор, однако. Я запаниковала, он видел всё. Что же он подумает? Но почему Дэвид совершенно спокойно вёл себя именно до этого момента? Его что-то подтолкнуло или он ждал подходящего момента?        — Фраза «ты всё не так понял» тут неуместна, да?        — Думаю, да. Объяснишь ситуацию? — как на допросе произнёс тот. Мне стало немного страшно, я боялась произнести и слово. Мне казалось, что если я скажу что-то не так, то всё между нами разрушится. Боже, скажите мне, что это всего лишь кошмар и я сейчас проснусь! К глазам поступили слёзы, но я сдерживалась. Всё тайное становится явным, не так ли? — Почему ты не сказала мне, что он подвозит тебя, а ты не хочешь этого? — что, было так заметно, да? — Почему он приехал на мотоцикле и ты с лёгкостью села на него будто не в первый раз?        — Это… — я ненадолго запнулась, но собралась с мыслями, шмыгнув носом, — Когда мы с тобой разбирались в себе, Ник решил покатать меня на своём мотоцикле, и я впрочем, в итоге, ну, не отказалась. Хотя сначала была против, — подметила я. — И он подумал, что мне понравится, если приедет на нем за мной ещё раз. Дэвид внимательно слушал меня, я видела, как его далеко не улыбчивое лицо искривлялось с каждым словом, а потом и вовсе стало каменным. Я замолчала. Мужчина глубоко вздохнул.        — Ты же прекрасно понимаешь, как я волнуюсь за тебя! Мне не нужно читать тебе морали, ты сама всё и так знаешь. — он стал более спокойным и менее сердитым. — Мне не нравится этот Николай, а то, что он катает тебя на мотоцикле меня вообще выводит из себя.        — Почему именно это?        — Потому что, — чуть ли не выкрикнув, произнёс он и сразу стих. — Потому что я имел дело с мотоциклами и всё это закончилось плачевно.        — Плачевно? Он грустно посмотрел на меня. От одного только вида хотелось прижать его и выслушать. Мне стало его жалко. Глупо было переспрашивать, нужно работать над контролем моего любопытства.        — Когда я был подростком, познакомился с одной компанией. Мы вели себя не лучшим образом. Как-то раз нам предоставили нехилые байки, — учитель говорил это с какой-то болью, я чувствовала, что ему не хочется об этом вспоминать, хотела прервать его, но не решилась. — Мы часто передвигались по городу именно на них. Ну и просто ездили ради удовольствия. Один из нашей компании, самый сумасшедший, кстати, он и помог с предоставлением моциков. Так вот, один раз Марк разогнался, как обычно выше нормы, мы кричали ему, чтобы он снизил скорость, но тот не слушал. Вот и получилось, — он замолчал. — Марк разбился, засмотревшись на закат. Мы все любили не скорость, а красоты города, что открывались нам на мотоциклах. Это и погубило его. Он не справился с управлением и разбился. Наша компания и даже проезжавшие мимо люди старались помочь, но всё было зря. Больше никто из нас не садился на моцик.        — Но ведь вожу не я…        — Зато за рулём он, а я не доверяю ему! — тот был на взводе. То, что говорю я — глупо. Всё получается только хуже. Лучше промолчать. Мужчина взял меня за руку и заглянул прямо в глаза. — Пожалуйста, я тебя прошу, будь аккуратна. Я потерял всех, кого только можно было, а тебя уж точно не хочу терять. Его слова тронули меня. Та Аня Зайцева до всех этих обстоятельств при виде меня настоящей не узнала бы! Я никогда в жизни не села бы на мотоцикл. До этого я даже боялась ездить на нём, а вчера мы гнали от этого злого мужика так быстро, что я даже не успевала понять, где и куда мы едем. А ведь Ник и я оба подвергали себя опасности: я согласилась, а он предложил. Глупо. Как же глупо. Мне нужно было обдумать всё сказанное, а моя привычка трогать колье набирает обороты! Я не заметила, как руки сами прикоснулись к нему. Дэвид развернул машину и выехал с парковки. Когда он смотрел в зеркало заднего вида, которое располагалось с моей стороны, его взгляд привлекло внимание недавно подаренный мне подарок, тот улыбнулся краешком губ. Всю оставшуюся дорогу мы провели в тишине. Даже радио не играло. Шум колёс и оживлённый город за окном машины — единственное, что я слышала. В салоне нависла не просто тишина, я чувствовала какое-то напряжение, но не стала вставлять свои пару слов. Лучше не сейчас. Преподаватель привёз меня домой. Я сказала подождать ему на улица или в машине, а сама побежала в дом. Первым делом я пошла на кухню, но грязной посуды не оказалось. Ага, значит домработница была у нас. Ну, волноваться мне не о чем, вернусь к Дэвиду. Как только я отошла от раковины, входная дверь с громким хлопком закрылась.        — Дэвид? Это ты? Мне стало страшно. Хотя, кто кроме него может здесь быть? Брат? Нет, не может. От одной мысли о брате мне стало ещё страшнее. В голову стали лезть всякие плохие мысли. Я, можно сказать, чуть не словила паническую атаку. Рассуждая адекватно, понимала, что это мог быть только Дэвид, но та испуганная часть меня навязывала, что это Женя. Я старалась не издавать ни звука, практически не дышала, чтобы все услышать, а пройдя мимо ножей, достала один и была наготове. Таким образом, я прошла до холла и оглянулась, никого. Нервно сглотнула и хотела уже крикнуть ещё раз, но вдруг кто-то сзади коснулся до моей руки с ножом так, что я уронила его, но звук металла упавшего на пол не услышала. Я резко обернулась и увидела не менее испуганного Дэвида.        — Ты больной?!        — Тсс, я же не знал, что ты нож схватишь! — столовый прибор был в его руке.        — Прости, — я виновато закрыла рот руками.        — Нет, тут я виноват, хотел тебя напугать.        — Будешь знать, — уже уверенне сказала я. Любит он тут попугать.        — Придётся мне все ножи спрятать в квартире, а то убьёшь меня во сне, кто тебя знает!        — Ах ты… на что это ты намекаешь?!        — На то, что нам пора ехать. Я сузила глаза и положила руки на бёдра.        — Ладно, мне нужно наверх зарядку забрать. А то мама будет звонить, а телефон разряжен.        — Иди.        — Иду, — я пошла на лестницу, а учитель отнёс нож на место.        — Вот и иди, — передразнивая крикнул.        — Вот и иду. Уже на втором этаже я услышала медленные мужские шаги. Я обернулась и увидела, что на пороге моей комнаты стоял учитель. Он облокотился на дверь и стал наблюдать.        — Что?        — Ничего.        — А что стоишь тут?        — А мне нельзя?        — Нельзя.        — Это почему? — тот подошёл ближе, театрально удивившись.        — Потому что.        — Потому что гладиолус?        — Именно. Я выдернула зарядку из розетки и увидела, как учитель прилёг на мою кровать.        — И что это мы разлеглись?        — Ты так всем парням говоришь, которые просто решили прилежать, отдохнуть после долгого и трудного рабочего дня?        — В смысле всем? Ты, кажется, был тут один, — буркнула я. Значит, играем, так? Хорошо. Я хитро улыбнулся. — Хотя нет, не один.        — А тут поподробнее, — Дэвид сел на край кровати. Заинтересовала, значит? А если честно, то здесь из парней ещё был только Ник.        — Я забрала зарядку, идём к машине. И вышла из комнаты. Следом за мной из неё молча вышел преподаватель. Мы встретились глазами, когда я надевала обувь. Тот быстро напялил на себя ботинки, дождался пока я приподнимусь и одел шапку мне на глаза.        — Эй, я ничего не вижу!        — Ничего и не нужно видеть. Я почувствовала как мои ноги отдаляются от земли. Дэвид подхватил меня к себе на плечо. Шапка было преодолена — я видела только его спину и затылок. Мужчина закрыл дверь и направился к машине. В этот момент я поняла насколько он сильный. В качалку ходит что ли? Я решилась сжалиться и не стала пинать его ногами или жалобно пищать над ухом «отпусти меня», при этом делает удары по спине своими маленькими кулачками. Меня поставили перед самой машиной с низким поклоном.        — Карета подана, мисс.        — Благодарю, мистер Дэвид. Кстати, а какая твоя фамилия? Ты ее один раз озвучивал, я уже забыла.        — Дэвид Уильямс. Папина фамилия, — тот хитро прищурился. — Что, фамилию примеряешь?        — Пока меня в жены никто не звал. Дэвид цокнул, закатив глаза.        — А что, может мне нравится не Уильямс, а Рубцов? Хотя нет, самой противно, — посмеялась я. Вскоре мы приехали в знакомый жилой комплекс. Дэвид протянул мне руку, чтобы я аккуратно вышла из салона. Мило улыбнулась, в ответ получила его уже привычную для меня улыбку учителя.        — Устала? В последнее время ты совсем раскисла. Вон даже ножи в защиту берёшь. От призраков или нашествия зомби?        — От злопамятных учителей.        — Вот как?! — ахнул учитель.        — А ты как думаешь?        — Я думаю, что на сегодня могу стать твоим доктором, — усмехнулся тот.        — Да? И что же вы пропишите мне, док? Он взял меня за руку и повёл к подъезду. Я хитро улыбалась, дожидаясь его ответа.        — Горячий чай, плед и вечер с обожаемым учителем в обнимку, — Дэвид легонько коснулся моего лба и чмокнул.        — На такое лечение я согласна.        — А то!