Евангелие от Блэк (том 1)

      Мы с Кэс подбирались к моему кабинету, когда услышали чей-то похабный свист, призванный прилюдно оценить тело Кэс пониже спины. Блэк резко остановилась, едва не выронив коробку пончиков. Я уже собрался облить наглеца раскаленным кофе. -Иди в задницу, Паттерсон.* -мгновенно отозвалась она, не удостоив его взглядом. Копы, которые слышали перепалку, зааплодировали после её высказывания. Блэк театрально поклонилась им и ненавидящим взглядом вперилась в Паттерсона. -Если только в твою. -отозвался он, развратно улыбнувшись. -Пошутишь так ещё раз, и нас со Стейси ждёт долгий разговор. -прощебетала она, ухмыляясь. При упоминании жены что-то сделалось с лицом Паттерсона - со стороны могло показаться, что у него вдруг свело челюсть, а глаза стали резко косить. Затем, овладев собой, он брезгливо скривился. -Плевать мне на Стейси, мы развелись. -выплюнул он, словно имя бывшей супруги было чем-то поистине гадким. -Я не удивлена. -парировала Кэс.       Вообще, я считал Эдварда Паттерсона почти хорошим человеком. Он был отличным копом, действующим строго по уставу. Но была у него небольшая проблемка - ни одну юбку мимо себя не пропускал. Просто потому что не мог. Да ладно бы только юбку, он и брюкам с джинсами проходу не давал! Блэк, наоборот, считала его козлом и извращенцем, во время беседы говорила "Этот мужчина", а "проблемку" называла ПРОБЛЕМИЩЕЙ.       Дав отпор Паттерсону, Кэс пребывала в настроении, не поддававшемся распознаванию. -Утро испорчено? -аккуратно спросил я, незаметно сделав шаг назад, просто на всякий случай. -Ничуть. -заверила она, отодвигая от края стола коробку пончиков. Я не спешил верить. -Если тебя это задело.. -осторожно начал я. -Всё в порядке, я привыкла. -она встретилась со мной взглядом, полным благодарности за беспокойство. -Такое уже бывало? -Да. -отмахнулась она, изображая безразличие к произошедшему. -Извращенцев сейчас пруд пруди. -и Кэс вернулась к изучению конца света. Так я это назвал, войдя в кабинет три дня назад. Стол, который был освобождён от оккупации бумажных преступлений, оказался снова завален бумагами. Тогда я и позвонил Кэс. Она обрадовалась не только моему звонку, но и появившейся работенке. Блэк снова почувствовала себя нужной.       Я наблюдал за ней, пока она балансировала на стуле перед стеллажом. Движения, которые были обрывочными, резкими и точными, когда она знала, что я смотрю на неё, стали будто бы размытыми, иногда бессмысленными и необдуманными. Оставаясь в моём кабинете на третьем этаже полицейского участка, она могла витать в облаках или быть прижатой к земле, потому что кто-то, вроде Паттерсона, прибил её крылья стальным колышком для палатки. -Какие планы на завтра? -спросил я, думая, как бы успеть увернуться от того, чем может запустить в меня Блэк, потому что я отвлекаю её от необычайно важного дела - самокопания. -Поесть мороженое и посмотреть телевизор. -не отрываясь от дела, сказала она. -Ничего грандиозно-наполеоновского. -Я тут подумал.. -я попытался пригладить челку, чтобы она не лезла в глаза. -Это опасно. -невесело усмехнулась она. -Не хочешь зайти в гости? -я уже заранее начал ненавидеть себя за этот вопрос. -К тебе что ли? -Ага. -Ладно. -внезапно сказала она после минуты молчания. -Вау. -не выдержал я. -Удивлён? -спросила она, обернувшись ко мне. -Ещё спрашиваешь.. -я помедлил, овладевая собой, кашлянул и продолжил: -Когда за тобой заехать? -Когда-нибудь. -рассеянно ответила она. Всё-таки её задела реплика Эдварда. Теперь она весь день будет себя накручивать, а потом - БАБАХ! -и взорвётся.       Я знаю, что вы скажете. Паттерсон идиот и скотина, и не стоит обращать внимание на данного вида субъект, и вы правы. Просто иногда я принимаю некоторые события слишком близко к сердцу. Потому что не могу иначе.       Я заперла дверь в комнату на ключ, забралась в постель в одном лишь нижнем белье - в футболке спать было невыносимо жарко. Этой ночью я долго не могла заснуть - всё время слышала в голове Паттерсона. Только если в твою, сообщал он мерзким, похотливым шепотом. Я кожей ощущала его горячее дыхание. Меня тошнило от звука его голоса. Я зажмурилась и попыталась вырубить Эдварду звук. Получилось. Но теперь ярко вспыхнуло другое воспоминание - Теодор Нотт, оседлавший мой живот и сдавливающий моё горло; капли крови, сочащиеся из разбитых губ и падающие на мои щёки. Я повернулась на бок, подтянула колени к себе. Горячие слёзы текли по щекам. Ребенок не должен переживать такое, даже если ему почти исполнилось 17. Я заставила себя перестать плакать из-за того, что давно прошло и, к тому же, покрылось толстым слоем пыли. Заставила себя закрыть глаза и поспать хотя бы четыре часа.       Во сне я видела Нотта, собирающегося меня задушить. Затем его лицо изменилось, и теперь меня душил Эдвард. Спиной я чувствовала что-то колючее..       Перед глазами вспыхнуло другое воспоминание - светлое. Колючки напомнили мне свитер, который Молли связала для Сириуса. Он был настолько колким, что ему пришлось брить его! Помню, как пришла на кухню и спросила: -Пап, ты что делаешь? -Брею свитер. -заявил он, не отрываясь от важного дела. Я долго смотрела на него огромными глазами. Тридцать лет человеку. Однако, я надеялась, что он навсегда останется таким же неутомимым весельчаком, готовым на всё, каким был Джеймс Поттер. -Ну, чего смотришь? Там ещё шесть киви ждут своей очереди на эпиляцию зоны бикини! -воскликнул он, обернувшись. Я радостно улыбнулась, заняла своё место слева от него и вооружилась бритвенным станком..       Я поерзала, надеясь, что спину перестанет колоть, затем повернулась на бок, но кожу продолжали терзать иголки. Я разозлилась и открыла глаза.       В воздухе витал запах сосны и смолы. Сосновые иголки впивались мне в кожу. Зеленые лапы закрывали солнце. Я открыла глаза в лесу. Вся кожа была вымазана в грязи, будто ночью в минуту временного помешательства я кубарем скатилась по грязному склону. Я поднялась с земли и ужаснулась - спину кололи не только осыпавшиеся сосновые иголки, но и мелкие, похожие на птичьи, кости и черепа. Не сдержавшись, я пронзительно вскрикнула. С соседнего дерева, ворчливо каркая, взлетели три вороны.       Что мне делать? Я не знаю, в каком городе нахожусь, не знаю штат. Я не могу аппарировать к дому. Я не знаю, куда мне идти. Я ничего не знаю! Нет, постойте, кое-что мне известно - я в одном белье в чертовом лесу! Я опустилась на холодную землю, запустила пальцы в волосы и уже собиралась разреветься, но заставила себя этого не делать. Плакать, конечно, дело хорошее, но несвоевременное.       Я зажмурилась, отключила все органы чувств, кроме слуха и обоняния. Как водится, сначала я не слышала и не чувствовала ничего необычного. Были только сосны, вороны и смола. Потом я уловила чей-то голос. Человек тихо напевал себе под нос какую-то песенку, будто не хотел, чтобы его слышали, будто стеснялся своего голоса. Звук был тихим, но я поняла, в каком направлении идти, чтобы выбраться из леса. Я поднялась с земли и пошла. Затем, подгоняемая холодом утра, перешла на бег трусцой.       Я продиралась сквозь кусты, ни разу не отклоняясь от воображаемой прямой линии, которая вела меня к лесной опушке. Ветки в кровь разодрали мне руки от запястья до локтя, живот и бедра. Кровоточащие ссадины жгло и саднило.       Не менее получаса я шла на голос, надеясь, что это не моё воображение решило бросить мне эдакий спасательный круг, на самом деле заводя в самую чащу. Когда впереди лес поредел, а света стало значительно больше, я на минуту остановилась, переводя дыхание, а потом сорвалась с места, будто зверь, заметивший добычу. Я остановилась у самого крайнего дерева, выглянула из-за него, впиваясь пальцами в сухую кору, поросшую мхом. Опушка представляла собой склон, богатый невысокой травой и мелкими белыми и синими цветочками. Заканчивался склон у дубового забора, которые обычно бывают на ранчо. Человек, пение которого я слышала, был одет в красно-черную клетчатую рубашку - некоторые называют это рубашкой дровосека, - и темно-синие джинсы. Освещаемый оранжевым диском солнца, он казался таким домашним..       Он забивал гвоздь в свежую поперечную балку. Я вперилась взглядом в тонкую спину. С трудом заставила себя отцепиться от коры дерева и начать спуск. Ужасно хотелось пить. Небольшой двухэтажный дом тоже был из дуба. Несколько окон выходило на сторону леса, остальные - на серое шоссе. Из-за дома выскочило какое-то маленькое и очень юркое существо. Человек окликнул мохнатое нечто. -Шантри, что случилось? -пушистый комок бросился ко мне, легко проскользнув под балкой дубового забора. Человек обернулся. Я чувствовала, как его взгляд скользит по моему телу. Потом до меня донеслось сдавленное "Господи..", а парень побежал ко мне, на бегу снимая рубашку.       Шантри оказалась пушистой персидской кошкой пепельно-серого цвета с большими светло-зелеными глазами.* -Кас, что ты здесь делаешь в таком виде? Кас? -он подлетел ко мне, набросил рубашку мне на плечи, начал выспрашивать, всё ли в порядке, заглядывая в глаза. А я просто стояла и не могла поверить в то, кто сейчас был рядом и тщетно пытался согреть мои руки в своих. -Я в порядке. -сказала я, делая паузу между словами. -Что ты здесь делаешь? -он бросил взгляд на мои босые ноги, оглядел склон, усыпанный мелкими сухими веточками, попытался взять меня на руки, но я пресекла это. -Риз, я дойду сама, правда. -и я пошла. Он поддерживал меня под локти. Шантри вилась у моих ног, нежно мяукая.       Второй этаж оказался чердаком. Туда Риз отправлял вещи, которые временно не хотел видеть. Ну, так он мне сказал, когда я застыла на секунду, огромными глазами глядя на торчащую из потолка лестницу.       В ванной лежала фиолетовая плитка с сиреневым узором разномастных волн. Немного напоминало пазл: один кусочек - несусветный бред, а десять - картинка с чередующимися широкими фиолетовыми и узкими сиреневыми волнами. Но моим вниманием завладела шторка для ванны. Как сказал Риз, Шантри от неё без ума - может часами сидеть в одной и той же позе и пялиться на цветных рыбок. К слову, если не считать рисунок, шторку можно было назвать почти прозрачной. Рыбки мне очень понравились. Слева направо один цвет переходил в другой. Слева - бирюзовый, правее - бирюзовый с малиновым, затем малиновый, малиновый с желтым, и, наконец, желтый.       Когда Риз отдернул шторку, на нас выскочило что-то темно-серое, издающее странные квакающе-стрекочущие звуки. -Коди! -сердито воскликнул Риз. Темно-серый британец обернулся и вперился в Риза огромными янтарно-золотистыми глазами с крохотными черными точками зрачков. -Я же тебе говорил, нельзя пугать гостей. Иди в комнату и подумай о своём поведении! -Кайл указал коту на дверь. Тот, сердито мотыляя хвостом из стороны в сторону, вышел за дверь, матерясь по-кошачьи. Звук напоминал очень сердитое "Но-но-но-но-но!" -Обычно, он менее предсказуемый. -устало выдохнул Риз. -Помню, как-то зашел почтальон, а Коди спрыгнул с потолка прямо ему на плечо. Больше почту я не получал.. -сообщил он таким голосом, словно рассказывал страшилку у костра. -Не знала, что ты любишь кошек. -Я тоже. Шантри я забрал из зоомагазина около года назад, а Коди бесцеремонно влез в окно моей гостиной и выселил меня с моего любимого дивана. С тех пор я не могу засыпать перед телевизором. Ладно, ты пока иди в душ,..а я найду что-нибудь из одежды. -Спасибо, Риз. -я благодарно улыбнулась ему. -Да без проблем. -он улыбнулся слегка смущенно и направился в другую комнату.       Я закрыла дверь, установила приемлемую температуру воды и, стянув с себя измазанные в грязи лифчик и трусики, залезла в ванну. Теплая вода согревала посиневшую кожу. Я запустила пальцы в волосы, подставляя их под струйки душа и убирая назад. Я стояла так очень долго, но когда окинула себя оценивающим взглядом, то обнаружила, что на коже ещё остались следы. Я смыла их достаточно быстро, затем прошлась по коже мылом, сполоснула волосы и вылезла из ванны, кутаясь в пушистое полотенце, предусмотрительно оставленное Ризом. Неизменным Тергео очистила бельё от земли. Едва не поскользнулась, пытаясь пробраться к двери. Открыла её, сняла с ручки принесенные Кайлом белую футболку и клетчатую рубашку. Улыбнулась глазеющей на меня Шантри. Кошка мяукнула и направилась в гостиную, я последовала за ней, запахивая рубашку, чтобы согреться.       Офицер Кайл Риз веником пытался согнать со своего любимого дивана несносного Коди, который шипел, прижимая уши к голове, а живот к дивану, смотрел на Риза бешеными глазами и махал лапой с выпущенными когтями. Риз, увидев меня в дверях, выронил веник и изобразил абсолютную отрешенность. Кот продолжал издавать яростное грудное рычание и прижимать уши к голове. Я прошествовала к дивану, бесцеремонно плюхнулась рядом с Коди так, что тот подпрыгнул и, как ни в чём не бывало, улыбнулась Ризу и взяла кота на руки. Он поглядел на меня своими громадными желтыми глазами и вопросительно мяукнул. Думаю, это значило "Женщина, ты что творишь?" -Как ты это сделала? -севшим от удивления голосом поинтересовался Кайл, осторожно примостившись рядом. -Я..не имею понятия. -пожала плечами я. Он переводил взгляд с меня на притихшего Коди, пока ему на колени не запрыгнула Шантри, перепугав нас обоих до полусмерти. -Кофе будешь? -спросил Риз, когда мы отошли от шока. -С удовольствием. -улыбнулась я. Он всё с тем же не верящим взглядом ушёл на кухню. Шантри притулилась теплым боком к моему бедру, когда у меня зачесались глаза. Это было подобно пытке. Не может же у меня быть аллергия? Или может? Я осторожно посадила Коди на диван и отошла к открытому окну. Легче мне не стало. Начали чесаться руки от кисти до локтя, бедра и живот. Руки я расчесала в кровь.       Когда в комнате появился Риз, я чуть не плакала от безысходности. Я ногтями раздирала кожу на животе. Он в пару шагов пересек гостиную и сжал мои запястья. -Не чешись. -велел он. -Заразу занесёшь. Идём, дам тебе что-нибудь от аллергии. -он потянул меня на кухню. Выудил из ящика аптечку, задрал рукав рубашки, придирчиво изучая мою руку. -Это ожоги от ядовитого плюща, у тебя началась аллергическая реакция. -произнёс он. -Думаю, придется тебя расстроить.. -Я умру? -севшим голосом спросила я. Он рассмеялся и помотал головой. -Нет, что ты! Я промою тебе царапины, и мы смажем покрасневшую кожу грязью. -Это и есть плохая новость? Грязь? -Ну, ты же только что смыла её, так что, да. -он пожал плечами. -Господи, Риз! -я схватилась за сердце. -Ещё чуть-чуть и тебе бы пришлось откачивать меня после инфаркта! -Прости. -он виновато улыбнулся. -Кстати, кофе готов. -он протянул мне кружку. -Спасибо. -я пригубила напиток. -Слу-у-у-шай..-протянул я. -А как ты вообще здесь оказалась? В смысле, в лесу.. -Ходила во сне? -предположила она, пожимая плечами. -Ходила и пришла ко мне домой. -подколол я, легонько толкнув её плечом. -Ты странная. -с улыбкой сказал я. Она покраснела. -Извини. -неловко пробормотала Кэс. -Нет. Нет, это был комплимент. -быстро произнёс я. Кэс смущенно улыбнулась и спряталась за кружкой кофе. -Ты чудо, Кэсси. -прошептал я ей на ухо. Она округлила глаза и слегка нахмурилась, осторожно отодвинув от себя кружку. Первые секунды она просто стояла, будто её холодной водой окатили. Потом попыталась отстраниться, едва держась на ногах, попыталась упереться рукой о стол, но не получилось. Она осела на пол.        Дыхание было поверхностным и рваным. Глаза застилали слёзы. Страх сдавливал мои легкие, картинка, что я видела сквозь выступившие слёзы, вибрировала, а комната, в которой я находилась, кружилась, словно в водовороте. Я чувствовала горячее дыхание на своей шее. Чувствовала чужие губы, которые целуют мои щеки против моей воли. Чувствовала руки, грубо забирающиеся под футболку. Слышала мерзкий голос, похотливо шепчущий мне на ухо всякие мерзости. Слышала страшный стук крови в ушах. Я видела его перед собой. Видела Паттерсона. Он присел на корточки напротив меня, запустил руку в густые темно-русые волосы, зачесывая их назад, чтобы челка не лезла ему в глаза. Шершавая ладонь прошлась по внутренней стороне моего бедра, приближаясь к трусикам. Я быстро подтянула ноги к груди, обхватила их руками и уткнулась носом в коленки. Шепотом начала произносить считалочку, придуманную классе во втором. -Раз, мама. Два, мама. Ведьмы слёз не льют. Раз, мама. Два, мама. Ведьмы все умрут. Ведьма номер раз в речке утонула. Ведьма номер два мертвым сном уснула. Ведьма номер три на костре горит. Ведьма четыре умрет в своей квартире. Ведьма номер пять спряталась опять. Ведьма номер шесть отравы где-то съест. Ведьма семь - найти её дано не всем. Ведьма восемь милостыню просит. Ведьму девять поезд переедет. Ведьму десять на дубу повесят. -пока я шептала, слышала похоть в голосе Паттерсона. Он клялся, что не оставит меня в покое, пока не добьется своего. Ты будешь идти по темной улице, Кэсси. Совсем одна. И я возьму тебя прямо там. Уложу на капот тачки и.. Он щелкнул пальцами и широко улыбнулся. -Пошёл ты! -шипя, выплюнула я ему в лицо. Меня тряхнули за плечи. Паттерсон исчез, оставив легкий налёт страха. -Кэс! -Риз поднял мою голову. -Посмотри на меня. -я послушно подняла глаза. -Дай мне руку. -он переплёл наши пальцы. -Всё хорошо, слышишь? Я с тобой. -сказал он, притягивая меня к себе. -Я в порядке, честно. -вяло произнесла я, пытаясь высвободиться из его объятий. -Ты что-то видела? -участливо спросил он. Я помедлила с ответом, затем кивнула. -Что же? -Эдварда Паттерсона. -тихо произнесла я.